Боец второй ударной
Нет человека, но есть его интересная судьба, героическое прошлое. Хайдар Ялаков, переживший вся тяготы войны, остался человеком, который сохранил в себе способность любить мир, нести в него радость, любовь, свет.
У самовара с писателем
Рассказать об этом участнике войны взялась ее падчерица Венера Кухарь.
- Отчима нет в живых уже 20 лет,- говорит она. - Я очень сожалею, что пока он был жив, не расспросила подробно о его военном пути. А он был нелегким. Он трижды попадал и бежал из немецкого плена. Трижды в его семью приходили похоронки. А воевать ему пришлось на Новгородчине в составе Второй ударной армии. Орденов и медалей у отчима было не счесть. Он был очень дружен с нашим легендарным писателем Суббухом Рафиковым. Бывало, встретятся у нас дома, начнут с Суббух абыем пить чай из самовара. И польется душевная беседа, начнутся воспоминания. Жаль, что я была ещё молодой и не вникала в их разговоры. К частью, в нашем семейном архиве сохранился напечатанный С. Рафиковым рассказ об отчиме под названием «Пройденными дорогами».
В нем отражены все его переживания, которые он испытал в битве с фашистами, во время плена и в послевоенные дни, когда вновь посетил места, где воевал.
- Что ещё Вы помните о Хайдаре Ялакове? - спрашиваю у гостьи редакции.
- Он очень любил детей. Был трудолюбивым. Всю жизнь проработал в горгазе. До конца дней своих носил в себе вражескую пулю, которую врачи не смогли вытащить. Родом он из села Чыршылы Лениногорского района. Моя мама Камал Гиззатовна, ей 86 лет, - вторая жена Хайдара абыя. Он был старше мамы на 10 лет. Сегодня у бабая-фронтовика 10 внуков и 5 правнуков.
Отчим вместе с моим двоюродным братом, который жил в Ленинграде, посетил боевые места, встретился со старшими и младшими Орловыми, которые вели поисковые работы по захоронению останков бойцов 2 Ударной армии, погибших под Новгородом, занимались сбором материалов о сражениях в селе Мясной Бор. Его уже не было в живых, когда из Ленинграда от журналиста Алексея Демина пришло письмо. Он просил поделиться воспоминаниями о пережитом моего отчима как активного участника Любанской операции (январь-июнь 1942 года). Воспоминания бойцов 2 Ударной армии должны были помочь журналисту в работе над циклом передач «Правда о 2 Ударной армии».
«Долгое время об этой трагедии Великой Отечественной невозможно было найти никакой правдивой информаций, - пишет А. Демин. - Наверное, этим и объясняется тот печальный факт, что в сознании многих людей 2 УА до сих пор ассоциируется с РОА (Российской освободительной армией) - армией предателя Родины генерала Власова. И мы делаем все возможное, чтобы восстановить доброе имя воинов 2 УА, рассказать всю правду о боях Любанской операции.
Может Вы знаете, что уже несколько лет проводится поисковая экспедиция «Долина». В Мясной Бор приезжают ребята из многих городов страны и занимаются поиском и захоронением останков наших воинов».
Правда о 2-ой Ударной
Долиной смерти называли это место солдаты в 1942 году, Долиной мужества - ветераны Великой Отечественной в послевоенное время, Долиной забвения - внуки солдат.
Бойцы 2 Ударной армии, отрезанные от главных сил, окруженные противником в районе деревни Мясной Бар, погибали, но не сдавались, сражались с такой яростью, что немцы поставили на дороге к Мясному Бору указатель с надписью «Здесь начинается ад». Считается, что второго такого места, обильно политого кровью советского солдата, не существует.
Сравнительно на небольшом участке фронта погибла целая армия, лишенная продовольствия, боеприпасов, управления. Солдаты дрались в тяжелейших условиях, чтоб не попасть в плен. Вся эта ожесточенная битва официально Любанской наступательной операцией», и началась в январе 1942 года с прорыва немецкой обороны с целью овладеть Любанью и деблокировать Ленинград. С потерями не считались. Ценой жизни многих тысяч солдат Волховского фронта поставленная задача - отвлечь на себя более десятка вражеских дивизий, направленных на штурм обессилевшего Ленинграда - была выполнена.
«Мы как в аду»
Вот как эти события описаны в рассказе С. Рафикова со слов Хайдара Суфияновича Ялакова.
«1942 год, январь. Забрали меня на фронт. Волховский фронт, 2 Ударная армия, 60-ая железнодорожная рота. Самые тяжелые дни. Куда ни глянь - кругом фашисты. Дан приказ оборвать кольцо блокады Ленинграда соединиться с основными силами армии. Чтобы осуществить этот план, мы с большими потерями продвигались вглубь.
Месяц март. Рота наша попадает в окружение. По слухам, солдаты знали, что это непроходимые болотистые места, но не представляли насколько эти места опасны, потому что все было покрыто снегом. Чувствовалась нехватка оружия, патронов. Несмотря на это, мы движемся вперед. Немецкие оружейные залпы, бомбежки не утихают ни днем, ни ночью, мы как в аду. С таянием снегов дела наши стали ещё хуже. Солдаты строят землянки. Ночью наши «кукурузники» сбрасывают продукты питания, но большинство не доходят, попадают на зону врага. Начинается холод. Питались, как могли. Погибших лошадей ели, траву всякую. Но, несмотря на это, солдаты и не думали сдаваться врагу. До последнего сражались.
Месяц июль. Уставшие, изможденные солдаты попадали в плен. Среди них был и я. Немцы пригнали нас в небольшую деревню. За её околицей соорудили лагерь, который был обнесен колючей проволокой. По всем четырем углам были установлены вышки для смотрителей. Раньше здесь находилась конюшня. Содержали, наверное, 60-70 лошадей, а нас загнали где-то человек триста, может и больше. Каких только унижений мы не терпели. Если пленный отставал от колонны, его сразу пристреливали. Немцы находили себе различные развлечения. Стреляли в стаю птиц. Потом кричали: «Рус, рус, бери…». Наши пленные переглядывались друг на друга, но один из колонны пошел поднимать падаль, его на ходу расстреляли. Или кто-то вдруг из колонны просился по нужде, вроде бы есть разрешение, тот только от толпы отойдет, по нему стрельба. В начале пленения, когда пригоняют с работы (лес рубили), мы уставшие, голодные, стоим по стойке смирно 2-3 часа. В это время только и слышишь: «Кто из вас коммунист? Кто командир?». На этот вопрос никто не отвечал. Немцы шли на хитрость: «Кто скажет - тому буханку хлеба». Над колонной стояла мертвая тишина. От этого фашисты ещё сильнее зверели, со злобой заталкивали в конюшню и закрывали. В ней стояла сильная вонь, никаких лавок, как есть, так и плюхались в лошадиный навоз. Утром, когда кричали: «Подъём!», многие оставались лежать, так как были мертвы. Мой сосед тоже умер, трогаю его, а он холодный. Забыл, как его зовут, но помню фамилию - Каримов, из Куйбышевской области, деревня Камышлы. Еда - литр баланды. Содержимое баланды: неочищенная мелкая картошка, нашинкованная солома (это, наверное, вместо нашей домашней лапши). Хлеб - из плесневелой муки, древесной опилки. Когда ешь, песок и опилки застревают в зубах. Ну сколько можно в таких условиях находиться? Сколько можно терпеть эти унижения? Было несколько побегов из этого лагеря. Но все кончались плачевно. Выстраивали сторожевых собак, те терзали плененных до смерти. Прошел слух, что скоро плененных отправят в Германию. Как говорит пословица: «Волков бояться, в лес не ходить». Подобрались 5 человек. Помню украинского паренька по фамилии Бубриков, а фамилии и имен остальных троих не помню.
1943 год, месяц август. Ночь. Кругом темно, тишина. Охранники расслабились. Давно не было побега. Все 5 человек договорились иметь при себе маленькие лопатки. Пятеро смельчаков проползли через два препятствия. Тишина. Не слышно выстрелов. Видимо, часовые задремали крепко. Мы все дальше и дальше отдалялись от того проклятого места. Два дня пробирались к своим по этой топи. Прятались в кустах. Это место называлось Мясной Бор. Мы присоединились к основной части действующей армии. Нам дали месяц отдыха, чтобы пришли в себя. Потом всех распределили в разные части. Тяжело было расставаться. Что поделаешь: свобода Родины главнее».
Возвращение
Спустя годы Хайдару Ялакову довелось вновь посетить новгородскую землю. В этом ему помог Николай Иванович Орлов, человек который вместе с братом, детьми посвятил себя изучению боев 2 Ударной армии, который первым восстановил честные имена погибших воинов, носивших долгое время клеймо «предателей». Его ещё называли командиром Долины смерти. Он и провел по местам боев Заинского героя.
- Значит, Вы воевали на одном фронте с героем-поэтом Мусой Джалилем? - спросил Николай Орлов Хайдара Суфияновича.
- Получается так, - ответил он.
- А во время боев в Мясном Бору его не встречали?
- Не встречал. Однако в памяти как солдаты читали вслух одно из его стихотворений в газете «Отвага». Помню, моим товарищам оно понравилось.
- Да, Муса Джалиль работал в газете Волховского фронта.
- Судьба человека куда только ни забрасывает.
Николай Орлов рассказал, что и о том, как ходил по следам Мусы Джалиля вместе с татарским писателем Рафаэлем Мустафиным, с которым три ночи провел в болотах Мясного Бора. Писатель интересовался, где точно пленили раненого поэта-героя.
- Бессмертие героя татарского народа Мусы Джалиля начинается на нашей земле. Спасибо Вам за то, что уважаете эту землю, - сказал на прощание новгородский поисковик.
В этом материале лишь маленькая часть большой интересной биографии бойца Второй ударной Хайдара Ялакова.
