Приветствую Вас, уважаемые гости.
То, что написано под этими строками является результатом коллективной работы участников «Кружка любителей уголовного процесса» факультета права Высшей Школы Экономики.
Наш кружок является объединением непассивных студентов, интересующихся осуществлением правосудием и собравшихся вместе под началом Сергея Анатольевича Пашина.
Время от времени мы и сочувствующие нам собираемся для обсуждения интересных на наш взгляд проблем уголовного процесса и работы судебной системы. Поскольку КЛУП (так мы любя называем наше детище) является студенческим объединением, нацелен он, прежде всего, на студенческую аудиторию, поэтому наши почетные гости (судьи, адвокаты, правозащитники, общественные деятели), а также вопросы, поднимаемые на наших заседаниях, спровоцированы преимущественно интересом студентов.
Не так давно мы удумали составлять по итогам наших собраний лоскутковые заметки (далее – лоскутки) в которых, любой желающий участник кружка оставляет мысли возникшие у него в процессе обсуждения.
Безусловно, это не массивные трактаты и не мудрости научного слога, а мысли понятные и близкие каждому. Надеемся предположить, что они вызовут определенный интерес не только у участников кружка, но и у случайных прохожих, заглянувших в наш укромный угол.
Сейчас начнутся первые лоскутки, посвященные недавней встрече кружка, темой которой была Судебная реформа в Российской Федерации. Нашим гостем в тот вечер любезно согласилась стать Тамара Георгиевна Морщакова.
Лоскутки. Судебная реформа – революция, которой не было.
Алина Гончаровская; студентка второго курса факультета права
Дорогие друзья, спешим поделиться с вами отчетом об очередном заседании Кружка любителей уголовного процесса. На сей раз темой нашего обсуждения стала судебная реформа в современной России. Тема очень животрепещущая, поэтому мы не смогли обойтись без участия руководителя КЛУПа – , и нашего гостя - профессора кафедры судебной власти и организации правосудия, . Участие Сергея Анатольевича и Тамары Георгиевны в собрании не является случайным, ведь именно они стояли у истоков реформирования судебной системы в начале 90-х годов и как никто другой могут рассказать, какие цели преследовала судебная реформа изначально.
Обсуждение темы оказалось чрезвычайно бурным, поскольку участниками заседания затрагивались наиболее важные аспекты судебной реформы, что сделало собрание еще оживленным. Было высказано немало мыслей и идей. На основе всего этого я подвела некоторые итоговые моменты, которые и привожу ниже.
Какова цель правосудия?
Советская власть ответила бы, что основная цель – общественная, состоит в обеспечении безопасности и в защите интересов общества и государства. Что касается интересов личности – им большого значения не придавалось. Они должен служить во имя общего благосостояния.
Сейчас ситуация должна быть совершенно другой. Мы живем в государстве, которое провозгласило себя демократическим и правовым. Значит главной ценностью должны быть права и свободы каждого отдельно взятого человека, и на этой ценности должна основываться вся система власти.
Цель правосудия – защита прав и свобод человека и гражданина. Для того чтобы правосудие действительно служило своей цели, оно должно обладать определенным набором принципиальных характеристик. В доктрине их выделено достаточно большое количество: законность, справедливость, независимость судей, национальный язык судопроизводства, участие граждан в осуществлении правосудия, соблюдение прав и свобод человека и гражданина, равенство всех перед судом и законом и другие.
Признаков, казалось бы, много, и все они очень важные, но существование каждого из них бессмысленно, не будь одного, самого главного – принципа независимости. Именно принцип независимости определяет сущность правосудия. Это можно проиллюстрировать на простом примере. Допустим, вы являетесь участником судебного процесса. Придя в суд, вы реализуете свои права на защиту, вы отстаиваете свою точку зрения, строите систему аргументов, которые смогли бы убедить судью в вашей правоте. Но дело разрешается не в вашу пользу. И вы узнаете, что исход не определялся волей судьи. В вашем деле был заинтересован некий третий, неизвестный вам субъект. Судья не мог решить дело иначе, он был зависим. Тогда зачем состязательность процесса, если результат заранее известен? Зачем принцип равенства сторон? Зачем принцип презумпции невиновности? Нет независимости судьи – и вся система принципов правосудия, система аксиом, рушится, как карточный домик. Именно поэтому, в стремлении подчинить себе правосудие, властитель прежде всего старается ограничить независимость судей.
В начале 90-х годов XX века в развитии судебной системы наметился прогрессивный курс. В 1991 была принята Концепция судебной реформы, среди авторов авторами которой были и . Концепция закрепила необходимость формирования независимой судебной власти, необходимость превращения юстиции из карательной в правоохранительную, переориентации правосудия на защиту частных интересов граждан, «открытие» информации о деятельности правоохранительных органов.
В рамках реализации данной Концепции был принят ряд основополагающих законов, в том числе ФКЗ «О судебной системе РФ», ФКЗ «Об арбитражных судах в РФ», ФКЗ «О Конституционном Суде РФ», ФЗ «О статусе судей в РФ», ФЗ «О мировых судьях в РФ» и другие. Конечно, не стоит забывать и о Конституции, которая закрепила принцип разделения властей. После советского режима судьи, казалось бы, могли вздохнуть с облегчением – теперь можно быть независимыми, теперь можно самим решать дела, не боясь, что решение покажется кому-то неугодным. Но как бы ни велика была радость, пределы ей были обозначены концом XX - началом XXI века. Как реформа стремительно началась, так она стремительно и остановилась и пошла в другом направлении. А вернее – сменилась контрреформой.
В чем это проявилось? Проявлений множество: введение дисциплинарной и административной ответственности для судей (которые были отменены еще в СССР), установление предельного возраста пребывания в должности, ограничение срока полномочий председателей и заместителей председателей в судах, упрощение процедуры смещения судьи с должности, «упрочение зависимости судей от председателей судов, а тех – от назначающих их структур».
Догадаться, что явилось следствием таких преобразований не сложно. У судей нет независимости – ни внешней (институциональной), ни внутренней. Отсутствие независимости можно назвать даже некоего рода целью проводимой контрреформы. Не всем выгоден самостоятельный, независимый суд, потому что он может стать реальным оружием, силой, которой в нашем государстве никогда не было, и не известно, как она себя проявит. Как отметила , «независимый суд нужен только честной власти».
В процессе обсуждения встал вопрос о том, как соотносится необходимость поддержания единства судебной практики с принципом независимости судей. Выяснилось, что принципы эти соотносятся очень сложно. Здесь складывается очень интересная ситуация. Суды могут оспаривать акты органов исполнительной власти, акты Президента, а вот поспорить с такими квазинормативными актами как Постановления Пленумов высших судов не могут. Такое положение дел является едва ли является допустимым. Это подтверждается и опытом европейских стран, где наряду с единством судебной практики реализуется право судей на судейское усмотрение. Если судья не согласен с решением, вынесенным в отношении схожего дела вышестоящим судом, он вправе отправить в вышестоящий суд запрос, в котором он обосновывает решение, по его мнению, являющееся более правильным в конкретном деле.
Отсутствие принципа независимости также проявляется в зависимости суда от стороны обвинения. Логика такова: если судья не разрешает дело должным образом - его снимают с должности в силу некомпетентности, несоответствия профессиональным требованиям. Отсюда возникает ориентация судей не на независимость, а на собственное благополучие. Почему складывается такая ситуация? Ответ достаточно прост. Органам обвинения нужно представлять «хорошую» отчетность, власть хочет показать, как «качественно» она защищает своих граждан (при этом ориентируясь на количество).
Конечно, утверждать, что у нас с правосудием все плохо, неправильно. Несмотря на недостатки, судебная реформа принесла много положительных плодов. Это и правовое закрепление возрождения судебной власти, основанной на демократических принципах; и признание международно-правовой юрисдикции ; провозглашение обязанности обеспечивать защиту прав и законных интересов граждан; закрепление права судебной проверки любых актов; закрепление обязательности исполнения судебных постановлений всеми органами власти; «создание действующих моделей конституционного контроля»; введение суда присяжных; информатизация судебной системы, наконец - ведение аудиозаписи в залах судебных заседаний и многие-многие другие положительные изменения, которые изменили существовавшую ранее систему до неузнаваемости. Все эти достижения наших реформаторов дают еще надежду на то, что судебная власть станет по-настоящему независимой. Но одно дело надеяться, а другое – предпринимать реальные шаги на пути к улучшению. Второе у нас пока еще плохо получается, но мы будем стараться.
Замышляев Дмитрий
Первоначальным инициативным центром был подкомитет Верховного совета РСФСР по судебной реформе, возглавляемый народным депутатом . К работе комитета были привлечены такие видные ученые и практики как , , , , позже к разработчикам присоединился и . Вскоре был разработан текст Концепции. Она должна была быть внесена в Верховный Совет как законодательная инициатива председателя подкомитета по судебной реформе, однако, по настоянию председателя Комитета по законодательству – , её внесли от имени Президента РФ. После того как Шахрай перешел на должность начальника Государственно-правового управления Президента РФ и начал активно переманивать кадры из комитетов Верховного Советаи был создан отдел по судебной реформе под руководством . Позже создан был и Совет по судебной реформе при Президенте. Рассматривалась возможность создания Управления по судебной реформе при администрации Президента.
На первом этапе сформировался стабильный круг единомышленников, причем инициатива в его деятельности исходила от конкретных людей, обладавших административным и аппаратным ресурсом, т. е. уже тогда государственный аппарат и высшее руководство, как целостное явление при реализации реформы не проявились. Не смотря на то, что цели и задачи реформы были провозглашены громко, её реальная реализация свелась к индивидуальной деятельности вышеуказанных лиц.
Однако в апреле 1992 года исполнение обязанностей начальника ГПУ перешло к . После ухода Шахрая отдел по судебной реформе был постепенно ликвидирован-перестоен (из его названия пропало даже словосочетание судебная реформа), пропал основной двигатель реформы. В 1993 году состоялись выборы в Государственную Думу и комитет по законодательству обзавелся новым руководителем. Совет по судебной реформе также лишился поддержки. Таким образом, все три инициативных центра были отстранены от проведения реформы. Возможно, Совет судей и мог бы отстаивать интересы судов, но он не стал влиятельным институтом.
Вот и получилось, что только в начале полета змей-Горыныч судебной реформы был обезглавлен.
