безвременье..." width="603" height="241"/>
Автор работы:
,
Преподаватель ГБОУ СПО МО
Лотошинский филиал
«Волоколамский колледж права,
экономики и безопасности»
2013
Посвящается девятнадцатилетним,
Прожившим так мало,
Повидавшим так много…
Война – явление жестокое, страшное. Но пока существует на нашей земле злоба, ненависть, будут существовать и войны. Они наносят боевые раны людям, уносят жизни близких нам людей.
Многие конфликты не имеют оправданий, жертвы их бессмысленны. В мире появился новый враг - терроризм. Малыши, боящиеся идти в школу, родители, пережившие своих детей, изуродованные судьбы, искалеченные души - все это бич страшной войны, у которой нет лица, оно предательски закрыто черной маской моджахеда, человека, позорящего свою нацию, веру. Трусливые, жестокие вылазки против ничего не подозревающих граждан - вот и вся идея существования таких выродков. Автоматные очереди выпускают в спины наших солдат - Героев Отечества, спасающих детей, закрывающих собой стариков и женщин, свою Россию. Но никому не удастся убить патриотизм, любовь к Родине, столько раз восстававшую из пепла благодаря своим сыновьям.
Очень часто мы говорим, вспоминаем о ветеранах Великой Отечественной войны, тружениках тыла. Но среди нас живут люди или память о тех, кто прошел «ад» Афганистана, Чечни. Каждый из них строил самые светлые планы на будущее. Ведь вся жизнь еще была впереди. Но «мясорубка», в которую они попали, не пощадила их. В дома солдат пришли похоронки, разлившиеся морем материнских и отцовских слез. Одно утешает, что они оказались мужественными воинами. Они не дрогнули в смертельной схватке с коварным врагом. И мы, их земляки, можем по праву гордиться ими.
На войне в Чеченской республике погиб житель поселка Моисеев. Это случилось 18 апреля 1995 года. Татьяна Федоровна Моисеева получила извещение: “Ваш сын погиб при выполнении боевого задания…”. Слезы застлали глаза, слезы отчаяния, беды, горя. Эти скупые строки больно откликнулись в сердцах родных, близких, одноклассников.
Елена Петрова, которая училась в одном с Александром классе, написала такие строки:
Для меня ты останешься Сашкой,
Просто мальчиком с чубом кудрявым.
Прибегал ты, пальто нараспашку,
И уроки учил вместе с мамой.
Надо ж было такому случиться!
Я увиделась снова с тобой -
Твоя мать, как подбитая птица,
В черном вся и с седой головой,
Шла к машине она через силу -
Ты приехал, увы, не живым...
Мог ты сделать кого - то счастливым,
Но навечно на камне застыл.
У Александра Моисеева была короткая жизнь. Но он был достойным сыном своего Отечества. И погиб как герой.
Герой нашего времени… А кто он на самом деле – герой нашего времени?
Очень жаль, что общество сегодня ищет какого-то «последнего героя» на необитаемом острове, героями очередных телесериалов становятся то Сонька – Золотая ручка, то обитатели «Зоны»… Неужели в стране не осталось настоящих героев? Тех, делать бы жизнь с кого?
Есть! И в нашем небольшом сельском Лотошинском районе они есть! Это настоящие парни, которые с честью выполнили свой воинский долг и ценою собственной жизни доказали, что в жизни всегда есть место подвигу.
Один из этих героев Александр Павлович Моисеев.
2 мая 1976 года в семье Павла и Татьяны Моисеевых родился мальчик Саша. Рос он обычным пацаном. Как и все мальчишки любил играть в «казаки-разбойники», мастерить что-нибудь.
В семь лет Саша пошел в школу. Он был любимцем класса. Ребята его уважали. Уважали за справедливость, за доброту. Саша любил музыку, окончил музыкальную школу, хорошо рисовал. И был поэтом. Сохранилась тетрадь с его стихами. В одном из них он ещё в десятилетнем возрасте почему-то рассказал о войне 1941 – 1945 гг., словно знал, что его ждёт боевое крещение.
Татьяна Федоровна, мать Саши, рассказывает, что ее сын был справедливым, защищал слабых. Учась еще в третьем классе, совершил Поступок: защитил друга от шестерых хулиганов, которые вынуждали вступить в драку.
С особой нежностью относился он к младшему брату Мише и к сестричке Светлане, очень любил своих родителей. Одним словом, Саша любил жить.
Время скоротечно. Александр стал красивым парнем. Его русые густые волосы и выразительные глаза нравились девчонкам-хохотушкам. Теплыми весенними вечерами ребята собирались в тесный круг, и Александр играл на гитаре и пел.
В июне 1994 года пришла повестка на службу в армию. В это время Моисеев Александр учился на третьем курсе Волоколамского зооветтехникума.
Его мама долго металась, хотела оспорить, не пускать, ведь, Миша совсем маленький, три года, Света тоже не сильно большая, а сама Татьяна Федоровна имела инвалидность. Но Саша настоял, решил, что не подведет «дедов» своих, военнослужащих, и уехал.
После проводов Татьяну Федоровну положили в больницу. Тяжело было очень, да и солдат тоже радостных вестей не присылал. Писал, что все хорошо, только сквозь строки видно было, что плохо ему там, больно. Дедовщины не боялся, говорил, что сумеет за себя постоять. Скучал очень.
Их, совсем молоденьких ребят, увезли в даль от родного дома. Никто не знал, что ждет их впереди, но каждый надеялся, что он вернется домой живым и здоровым.
Часть, в которую попал Александр Моисеев, называлась ОБСН, оперативная бригада специального назначения.
Первые четыре месяца родные почти не могли писать Саше ответные письма, так как призывников возили на учения. Долгожданные конверты приходили то из Москвы, то из Белгорода, то из Нальчика. Было не сладко. В армии, как писал Саша, живут по принципу: «Тяжело в учении, легко в бою». Хотя не все выдерживали, бежали. Только одно другого не легче: поймают - накажут строго, а нет, так как домой вернуться? — Стыдно. В общем, держались всей семьей. Саша в армии, а родные дома.
В августе Александр получил телеграмму из дома – Татьяна Федоровна в тяжелом состоянии попала в больницу. Солдата отпустили домой на побывку. Присутствие сына благотворно повлияло на здоровье матери. Юный гранатометчик радовался, как ребенок, каждой минуте, проведенной вместе с семьей. О службе говорил немного, больше все родных расспрашивал: «Как вы?» Саша часто сажал братишку перед собой, долго внимательно смотрел, а потом обнимал крепко-крепко и катал на шее. Любил очень.
Восемнадцать дней пролетели несказанно быстро, и Саша вновь уехал. В этот раз провожали его как-то особенно тяжело, словно на смерть отправляли. Татьяна Федоровна сильно плакала, ревела сестра Света, а Мишка удивленно переводил глаза то на мать, то на брата и сестру, соображая, что делать в этой ситуации ему.
В начале октября 1994 года Александра направили в Назрань. Вот письмо из этого прошлого, теперь уже из небытия: «Назрань — столица Ингушетии. Здесь совсем не так «жарко», как мы предполагали. Стоим на заставе по трое суток, случается, пройдет какой-нибудь трактор или мужик на лошади, а так - самая настоящая глушь. Вокруг один лес. В первый караул всего боялись: то ветка хрустнет, то птица вспорхнет... Однако, наша застава считается самой спокойной. Правда, часто стреляют где-то, километрах в трех от нас, трассеры пролетают, иногда машины взрываются где-то в поле, но это уже приелось, внимания почти не обращаем».
Видно, от судьбы никуда не денешься, потому что из Назрани только роту Моисеева перевели в Северную Осетию, место активных боевых действий: «Стоим в поселке «Дачный», от которого почти ничего не осталось, одни руины, на КПП «Школьник». На одной стороне села живут ингуши, с другой — осетины. По ночам пролетают «летучие голландцы» — БТР без номерных знаков, никто не знает, чьи они. Иногда стреляют вдалеке. Осетины не общаются ни с кем, а ингуши разговаривают, даже меняются с нами на разные мелочи». В конце письма Саша пишет: «Дорогие мои мама, бабушка, крестная и обе Наташки! Я очень хочу, чтоб вы жили в счастье и мире, чтобы никогда у нас не повторилось то, что было и есть здесь!».
Новый год Александр провел во Владикавказе: «Выдали подарки, в которые входили две банки консервов в томате, банка сгущенки, пакет печенья, коробка конфет. Хорошо справили праздник, играли на гитаре, пели».
6 января 1995 года Александр первый раз ходил на операцию захвата боевиков. «Вокруг ночь. Видятся контуры деревенских домов. Нас всего четверо. Походили по снегу, поискали следы, откуда час назад из гранатомета взорвали дом. Затем пришли еще два наряда милиции. Но все же дали отбой. Тут наткнулись на осетинский патруль, чуть не начали стрелять в них. Больше никого не нашли».
В феврале Александр сообщил, что он находится в городе Грозный, а до этого не хотел расстраивать близких. «Живем на складе запчастей. Здесь все нормально. Мы только собираем оружие, осматриваем подвалы. Конечно, здесь стреляют почаще, но всё уже привычно. Представь, мама, прослужил 8 месяцев в одном коллективе, а теперь — новые ребята, новые офицеры. Конечно, старые друзья со мной, но вновь надо адаптироваться». Страшные картины он присылал родным (да, именно картины; рисовал он прекрасно, за что и прозвище в части получил «Художник»). То, что осталось на месте домов, даже нельзя было назвать развалинами. Это были чудовища, которые изредка напоминали о существующей здесь ранее жизни клоками одежды или чудом сохранившимися детскими игрушками.
На прикроватной тумбочке у Татьяны Федоровны постоянно лежит последнее письмо сына: «Вы уже знаете, что я нахожусь в Грозном... Дудаев обещал 23 февраля устроить «Варфоломеевскую ночь». Но мы в первые две ночи столько шума наделали. Я выпустил где-то рожков десять. Так что, когда хотел посмотреть ствол, не мог открутить пламегаситель, заклинило. Уже 5 месяцев на выезде, устали все, говорят, до апреля здесь в Грозном будем. Но появилась надежда, что я смогу съездить в очередной отпуск».
Но в отпуск Александр не приехал...
Начались бои. Для ребят это были первые настоящие сражения. У них не было ни времени, ни права на ошибки. Они сдавали свой экзамен с оценкой в жизнь. Здесь не было старых и молодых, слабых и сильных, здесь были они - те, кто должен был постоять за свою Родину. Мальчишки бились, как могли, мечтая только о том, чтобы еще хоть раз увидеть родных, обнять их и сказать то, что раньше считали глупым и пустым, что любят их. Солдаты гибли, произнося, как заклинание против войны одно слово: «Мама».
18 апреля 1995 года Сашину роту окружили в районе Бамута. В бою погибли сто девяносто человек.
Лотошинская поэтесса посвятила Моисееву Александру свое стихотворение «Последний бой».
Добрый день, а может, вечер,
Мне теперь уж все равно,
Вы зажгите по мне свечи,
Не вернулся я домой.
Я убит в Чечне далекой,
В том бою, что был в горах.
Веры мы другой - пехота,
Не помог нам их аллах.
Был приказ - взять с боем скалы,
Только нам не помогли,
Нас огнем не поддержали,
Мы вернуться не смогли.
Взяли с боем ту высотку,
Под огнем мы вверх прошли,
Только нет уж больше роты -
Все ребята полегли.
Знаешь, мама, дрались жутко,
Нет патронов, брали нож.
Счет в бою шел на минуты,
Нас так просто не возьмешь.
Двое нас в живых осталось,
И куда ни глянь - враги.
Автомат к груди, стреляли,
Все, что сделать мы могли.
А когда патрон не стало,
Друг гранату в руки взял.
«Нам сдаваться не пристало».
На прощанье мне сказал.
Мы обнялись с ним по - братски,
Больше нечего терять.
Что ж, и мы умеем драться,
Долго будут вспоминать.
Две гранаты, все, что было,
Две судьбы и два кольца.
Смерть и вовсе нас сроднила,
Мы вдвоем. И до конца.
Вокруг нас враги сомкнулись,
Ведь всего - то двое нас!
Дружно кольца мы рванули,
Свет для нас навек погас.
Кольца надо бы на руки
Нам невестам одевать,
А пришлось кольцом гранаты
Честь свою в бою спасать.
Больше нечего добавить.
В вечность я от вас попал.
Но не струсил, не ославил,
И ребят я не предал.
Передай любимой, мама,
Что иначе я не мог.
Верен был присяге данной,
Честно выполнил свой долг.
Вновь обратимся к последнему письму Александра Моисеева: «Каждый день приезжают какие-то корреспонденты со всего мира. Один раз нарвались на англичан. Нас сфотографировали. Обещали — если пройдет репортаж, то будем улыбаться в газете «Нью-Йорктайме»...
Улыбайся, Саша, таким ты останешься в нашей памяти. Парень с автоматом и с добродушной улыбкой, обыкновенный человек, Герой Отечества!
В МОУ «Лотошинская средняя общеобразовательная школа № 1», где учился Моисеев Александр, установлена мемориальная Доска.
Как мало лет он прожил.
Не полных девятнадцать!
Но миг победы больше, чем года.
Как трудно умереть, чтобы остаться,
Остаться в наших душах навсегда.
Нет, мужество случайным не бывает.
Оно в душе солдата родилось,
Когда он о друзьях не забывает
И с родиной себя не мыслит врозь.
Смотрю, смотрю в его лицо простое -
Печальное тире между двух дат.
И верю я, что только так и стоит
Жить не земле, как жил на ней солдат.
Александр Моисеев пошел в самое пекло, чтобы там погибнуть и… остаться вечно живым для нас, для матери солдата, для истории.
Поклонимся низко до земли его маме Моисеевой Татьяне Федоровне, простой русской женщине, воспитавшей сына-героя.
2 мая 1976 года родился Моисеев Александр
Рос в поселке Лотошино обыкновенный мальчишка Санька (справа)
Для меня ты останешься Сашкой,
Просто мальчиком с чубом кудрявым.
Был мальчишка я шустрый и бойкий,
В коридоре с друзьями бузил.
Получал и пятерки и двойки,
Но я школу свою любил.
Стихотворение, которое написал Александр в возрасте десять лет
Давно война была в России
И много пало в ней солдат,
Но до сих пор сердца страдают:
Ведь не вернуть уж тех ребят.
А было время: ведь когда-то
Покой и мир был на земле
Тогда не думали ребята,
Что скоро быть такой войне.
И вот пришла пора Победы,
Настали мирные года,
И наши люди крепко верят,
Что не вернется к нам война.
Его русые густые волосы и выразительные глаза
нравились девчонкам-хохотушкам.
Рисунок, выполненный Александром во 2-м классе
Рисунок Александра, выполненный в 5-м классе
Рисунки армейской поры:
Рисунок разрушенного дома в Грозном
Я вернусь домой, мама…
Пожелание для Мишки
Только нет уж больше роты – все ребята полегли…
(Моисеев Александр слева)
Подождите, девчонки смеяться,
Посмотрите на этот портрет.
Мне ведь нет еще 19,
А меня уже нет, просто нет.
Я войну эту страшную видел,
С автоматом я в бой уходил,
Чтобы вас здесь никто не обидел,
Чтобы вас здесь никто не убил.
Мне бы бегать на поле футбольном
И подругу встречать по весне.
Но я не вернулся из боя.
Я убит на чеченской войне.
Смотрю, смотрю в его лицо простое -
Печальное тире между двух дат.
И верю я, что только так и стоит
Жить не земле, как жил на ней солдат.
