ТВ2: история о пользе незнания, о дешифраторах, о кошке, которая разгуливала сама по себе, о любви к американцам, об идеях чучхэ и о том, как забавно делать телевидение при отсутствии денег.
Виктор Мучник – главный редактор ТВ2
Юлия Мучник – журналист ТВ2
Впервые опубликовано The Right To Tell (Washington, 2002)
Как это все начиналось. Начиналось все это в 90м году. Вполне преуспевавший журналист Томского государственного телевидения Аркаша Майофис вдруг бросил свою работу и стал говорить друзьям, что собирается делать в Томске телевидение новое, другое, негосударственное, независимое. Чтобы оценить сумасбродность затеи, стоит вспомнить, что это был за год. «Перестройка» и «гласность» явно завершались, власти все громче говорили о необходимости навести порядок, народ угрюмо отоваривался по карточкам, ничего хорошего в принципе не ожидалось. В общем, проект, с которым носился Майофис, казался вполне утопическим. Тем более, что, кроме Аркаши, практически никто из будущих участников затеи не имел ни малейшего практического опыта в области телевидения. Но уж очень увлекательной казалась идея. Думалось: «Да, разумеется, все это власть рано или поздно прихлопнет. Но напоследок можно будет высказаться».
Примечательно, что почти не было разговоров про деньги, про собственность. То есть было понятно, что надо купить какуюто технику. И она была куплена в кредит. Кредит с помощью тогдашнего председателя Горисполкома, который знал Майофисажурналиста, был получен в банке со вполне мифологическим названием «Финист». Название подразумевало способность возрождаться после смерти. Банка того давно уж нет. Но может быть, он поделился с ТВ2 не только деньгами, но и магической силой своего имени.
Как бы там ни было, благодаря кредиту компания ТВ2 обзавелась техникой. Первые два видеомагнитофона, пара телевизоров, видеокамера (бытовая, разумеется). Кредит Майофис планировал возвратить, объявив подписку на дешифраторы. Дешифраторы – это такая штука, которая должна была, якобы, расшифровывать сигнал, посылаемый новой независимой телекомпанией. Подразумевалось, что программы компании будут смотреть те люди, которые эти самые дешифраторы у ТВ2 купят. Технически не очень просвещенный Аркаша, кажется, искренне верил в возможность расшифровки сигнала с помощью маленькой железной коробки с торчащими из нее двумя концами кабеля. Поверил в это и город. На ТВ2 выстроились очереди. Дешифраторы раскупались влет.
Навряд ли всех горожан так воодушевляла идея независимости, с которой начиналась телекомпания. Но, начиная с 15 мая 1991 года (первый эфир ТВ2), на канале ежедневно выходили в эфир американские фильмы, иногда за пару недель до их голливудской премьеры. Это были, ясное дело, пиратские фильмы. Но по поводу авторского права в России тогда мало кто рефлексировал. Короче, горожане покупали дешифраторы, чтобы смотреть пиратское кино на новом канале, а телекомпания понемногу расплачивалась с кредитами. При этом всем сообщалось, что ведутся последние опыты по зашифровке сигнала, и это подстегивало спрос. Впоследствии выяснилось, что пресловутые дешифраторы, как их не присоединяй к телевизору, ничего не расшифровывают. Как, впрочем, и то, что зашифровать сигнал ТВ2 при своих тогдашних технических возможностях тоже не может. Возможно, эта афера могла бы вызвать в городе некоторое разочарование в идее независимого телевидения. Но тут грянул август 1991 года…
В Москве – путч, танки на улицах, по государственному телевидению – «Лебединое озеро», в провинции информации о происходящем – никакой. В Томске с первого дня ГКЧП обо всем происходящем в Москве можно было узнать только от ТВ2. Надо сказать, что компания еще до путча с первых дней вещания, кроме показа пиратского видео, привлекала к себе внимание оголтелым антикоммунизмом. Самая первая авторская программа ТВ2, вышедшая в эфир 15 мая, открывала цикл «Великие негодяи истории» и была посвящена первому китайскому императору Цинь Шихуанди, а главным образом тому, что все империи неизбежно рушатся под собственной тяжестью. И что разрушать их – дело хорошее. Словом, ТВ2 позиционировала себя (тогда, разумеется, этого наукообразного термина никто не знал) как телекомпания оппозиционная. Символом ТВ2 была избрана киплинговская кошка, которая, как известно, гуляла сама по себе. В августе 91го кошка, натурально, взобралась на баррикады. Под российским триколором. Съемочная группа ТВ2 работала в столице. Кассеты переправлялись рейсами Аэрофлота. Пафосное было время. Забавное…Но мы говорили искренне. О том, что «они не пройдут и победа будет за нами». В Томске ТВ2 в те три дня, кажется, смотрели все. Приходили афганцы и предлагали охрану. Звонили слушатели зарубежного радио и делились информацией, которая тут же выдавалась в прямой эфир. И уж самое трогательное – приносили еду и, кажется, пиво. Трогательное единение журналистов и горожан. Путч, как известно, провалился, а журналистам ТВ2 в городе поверили.
Учиться телевидению настоящим образом…При все том, как делать настоящее телевидение и как зарабатывать на нем деньги, оставалось не до конца понятным. Учиться было особо не у кого. И томский журфак, и Томское государственное телевидение были в те годы явлениями вполне советскими. И это был, скорее – отрицательный опыт… Мы хотим делать другое телевидение – говорили на ТВ2. Но что значит «другое»? В те первые годдва на ТВ2 рождались десятки программ. Были программы для детей и садоводов, для автовладельцев и собачников, для поклонников альтернативного кино и любителей «тяжелого металла». Словом, контент был разнообразен и причудлив. Первый появившийся монтажный пульт располагал к смелым экспериментам. Правила монтажа осваивались интуитивно. Денег не было. Ни на техническое развитие, ни на зарплату. Компания ютилась в нескольких арендованных комнатах. Планы строились один грандиознее другого. В одной из газетных публикаций Майофис сообщал, что ТВ2 уже создало корпункт в Германии, не за горами появление оных в Москве, в США, а также в других сибирских городах. Грядущий экономический крах был неизбежен. ( Года дватри спустя, на ТВ2 появился первый экономист. Соотнося цифры прихода – тогда уже появившегося и расхода, он имел обыкновение сообщать руководству, что по всем экономическим законам компания существовать не может и что ее экономический крах – дело ближайших месяцев. Не выдержав этого экономического абсурда, он ушел. Так и не успев увидеть цифр более оптимистических).
Надо думать, если бы у людей, которые начинали строить ТВ2, было бы больше знаний о том, что такое телевидение, история телекомпании благополучно закончилась бы, не начавшись. Незнание законов (телевизионных и экономических ) освобождало компанию от ответственности за их неисполнение. Кстати, мы не знали тогда, что у компании должна быть «миссия», слово это было никому не ведомо. Но при всем том, если что и было у ТВ2 в те годы – так это именно «миссия». Были люди, объединенные идеей. Они не знали многих «нельзя» и потому оказывалось, вдруг, что многое «можно».
Впрочем, понемногу правила телевизионного ремесла и телевизионного бизнеса всетаки осваивались. Благодаря Интерньюсу, появившемуся в России тогда же, в начале 90х, сотрудники телекомпании стали ездить на первые телевизионные семинары, на ТВ2 стали приезжать консультанты. Американцы. Роберт Кэмпбелл помогал ставить толькотолько народившуюся на ТВ2 информационную программу («Час пик»). Мэг Гайдосик объясняла основные принципы работы рекламного агентства. Спасибо им. Наверное, у наших консультантов было много проблем с нами, которые они тактично скрывали. Дистанция в профессиональном опыте была велика. А вот пресловутого культурного барьера, кажется, не было. У наших консультантов тоже была миссия. Им нравилось делать независимое телевидение с нуля. Как и нам. Именно в те годы в Томске появился устойчивый миф о том, что телекомпания ТВ2 существует на американские деньги. Это утверждение никоим образом не соответствовало действительности. Жили от рекламы, жили более чем скромно, не на доллары, а на родные деревянные. Но миф был полезен. Считалось, что мы очень сильны, и что нас лучше не обижать. А то, неровен час, 6й американский флот войдет в русло Ушайки…
Телевидение потомски… За прошедшие годы мы узнали много полезных вещей. Про то, как делать стэндапы и использовать интершум. Про то, что при съемках надо соблюдать правило «оси» а при монтаже желательно не монтировать общий план с общим же. Про то, как добывать информацию и верстать программу. Про то, как планировать бюджет и разговаривать с рекламодателями. Про то, что надо держаться на дистанции ото всех веток власти и политических партий. Про то, что такое «брэнд» и как его поддерживать. В общем, мы, кажется, научились делать более или менее профессиональное телевидение. Мы расстались с десятком коммерчески неэффективных программ и оставили только рейтинговые, приносящие доход проекты. Мы построили собственное здание, открыли две радиостанции, создали рекламное агентство, осваиваем интернет. С конца 90х программы и отдельные журналисты ТВ2 не раз побеждали на престижных всероссийских телевизионных конкурсах («Новости Время местное», «Вся Россия», «Лазурная звезда»). В 2000м информационная программа ТВ2 получила высшую российскую телевизионную награду – ТЭФИ. В общем, это была неплохая история.
Было несколько идей, которых мы все эти годы держались. Первая. У провинциального телевидения должна быть своя интонация. Телевидение томское не должно походить ни на московское, ни на екатеринбургское. Только мы можем рассказать горожанам о том, что происходит дома, за углом, на соседней улице. Рассказать понятным им языком. Без пафоса и уныния. С легкой иронией, потому что в иронической тональности удобнее рассказывать о многообразной российской действительности эпохи больших перемен.
Вторая. Научившись (прямо скажем, не сразу) держаться на должной дистанции от политиков, мы никогда не скрывали, что попрежнему, как и в начале 90х, привержены идее свободного, ни от кого не зависящего телевидения. Люди подбирались под эту идею. Набиравшая силу в России журналистика заказная, на ТВ2, к счастью, не прижилась.
Третья. В экономическом смысле мы всегда были приверженцами идеи чучхэ, то бишь – опоры на собственные силы. Тратили то, что зарабатывали на местном рекламном рынке и никогда не надеялись на массированные вливания средств откуданибудь извне.
Со всем этим в мае 2001го и встретили мы десятилетие компании. Встретили по томским меркам с размахом. Уже могли себе это позволить.
Сегодня. В том же 2001м – по окончании торжеств контрольный пакет акций ТВ2 был продан столичному олигарху Михаилу Ходорковскому, богатейшему человеку России – владельцу нефтяной компании ЮКОС. Компания к тому времени уже несколько лет качала томскую нефть и чуть не на половину формировала томский бюджет. В течение предпродажной подготовки в компании друзей и единомышленников, создававших ТВ2, возникли серьезные разногласия. Это были разногласия по существу. Инициаторы продажи говорили, что телевидение это бизнес, и с этой точки зрения продажа акций великолепная сделка. Опять же на эту самую пору пришлось шумное закрытие НТВ, и это наводило на дополнительные размышления о том, возможно ли в России независимое телевидение без политической «крыши». Противники сделки говорили, что она превратит компанию в политический инструмент, что продажа противоречит исходным идеям, на которых создавалась компания. Спорящим, впрочем, хватило здравого смысла не раскачивать лодку слишком резко и не совершать движений, обрекающих ТВ2 на раскол. Одним из важных уроков НТВшной истории для томской телекомпании стало необратимое разрушение некогда единого великолепного коллектива. Этого хотелось избежать. Когда стало ясно, что сделка с ЮКОСом неизбежна, на ТВ2 был утвержден Устав редакции, затрудняющий прямое вмешательство учредителей в редакционную политику, в соответствии с российским Законом о СМИ, был избран главный редактор. Ходорковский лично встречался с сотрудниками ТВ2, убеждал в том, что никоим образом не намерен вмешиваться в существующую редакционную политику, поскольку столь же привержен либеральным ценностям, как и журналисты телекомпании. На прямой вопрос главного редактора ТВ2: «А если у Вас, Михаил Борисович, вдруг возникнут проблемы, наподобие тех, которые возникли, к примеру, у Гусинского, не станут ли они нашими проблемами?» Ходорковский, улыбнувшись, ответил: «Я не Гусинский, в политику не лезу, занимаюсь бизнесом, и таких проблем у меня возникнуть не может. Впрочем, какието юридические механизмы, которые обезопасили бы ТВ2, если, вдруг с ЮКОСом что случится, предусмотреть можно. Исключительно для Вашего спокойствия». Так или иначе, сделка свершилась. Компания вступила в новый этап своей истории. Каким он будет, как любят писать в своих сюжетах начинающие журналисты, покажет время…
P. S. С тех пор, как мы писали этот текст, прошло четыре года. За это время наша телекомпания построила новый павильон, запустила несколько новых телевизионных проектов, выиграла еще несколько ТЭФИ. Этот текст мы когдато заканчивали опасениями, что новый владелец ТВ2 Ходорковский или его люди всетаки не удержатся от давления на редакционную политику компании. Надо заметить, что олигарх свое слово держал неукоснительно. Ни одного звонка в редакцию из структур ЮКОСА за это время не раздавалось. Хотя поводы были. Попервости наши журналисты, доказывая свою независимость, по отношению к ЮКОСу действовали по известному принципу – «мимо тещиного дома я без шуток не хожу». Постепенно с новыми акционерами сложились просто нормальные цивилизованные взаимоотношения. А сейчас, увы, Ходорковский находится в тех местах, из которых вмешиваться во внутренние дела одной маленькой телекомпании даже при желании весьма затруднительно… С момента, когда в судьбе ЮКОСа все так резко переменилось, журналисты наши, надо сказать, вообще прониклись к нефтяной компании сочувствием. Портрет опального олигарха украсил стены «ньюсрум». А параллельно, по согласованию с юкосовским менеджментом, были включены юридические механизмы, благодаря которым маленькая ТВдвашная лодочка отчалила от тонущего «Титаника» и снова отправилась в самостоятельное плавание.
Основные наши опасения сегодня понятны. Будет ли простроена властная вертикаль до томского железнодорожного переезда, рядом с которым находится офис ТВ2? За минувшие с момента написания текста годы власть полностью выровняла федеральное информационное пространство. Были проблемы и у многих региональных телекомпаний. Мы пока работаем, как привыкли…
В 1991м ТВ2 возникло на волне общих либеральных перемен в стране. Сегодня, кажется, мы держимся вопреки духу времени. Но времена переменчивы…
