Андрей Караулов: "Мое кредо - говорить правду"
Парламентская газета
Карауловскую "Истину" можно не любить, можно ее опасаться, можно воспринимать как отдушину страшной правды, после которой иногда не хочется жить... Но относиться к ней равнодушно нельзя. Единственное, чего жаль, что в тех районах России, куда по техническим причинам канал ТВЦ не транслируется, эту передачу не смотрят. Восприятие нашей беседы с Карауловым было бы иное. Прежде чем начать разговор, я поинтересовался у Андрея Викторовича, есть ли вопросы из категории так называемых запрещенных, которых бы он не хотел касаться. Его ответ "Мы же не на ринге" определил остроту нашей дальнейшей беседы.
- В числе миллиона вопросов, поступивших Президенту России, когда готовился его декабрьский телемост, был и такой: "Смотрите ли вы передачу Караулова?".
- Понял, можете не продолжать. Вас интересует, есть ли обратная связь у нас с власть предержащими структурами после выхода наших программ? Да, есть. Причем на самом высоком уровне. Мы специально ее не ищем, но совершенно точно известно, что некоторые сюжеты "Момента истины" послужили основанием для того, чтобы Владимир Путин лично дал поручение разобраться по отдельным вопросам. В течение только прошлого года благодаря поднятым в нашей программе проблемам Генпрокуратурой России было возбуждено 21 уголовное дело. Одним из достижений нашей компании я считаю тот факт, что только после настойчивого вмешательства журналистов "Момента истины" исчез из свободной продажи лекарственный препарат "Трамал" - фактический аналог героина. Это дорогого стоит. Так что мы вполне удовлетворены тем, что делаем.
- А какую програму-"максимум" вы перед собой ставите?
- Говорить правду. Это мое жизненное кредо: и по минимуму, и по максимуму. И этого вполне достаточно.
- Вы - человек достаточно известный, не собираетесь ли в связи с этим попробовать себя в политике? Для решения тех проблем, которые вы поднимаете, это будет хорошим подспорьем.
- Я не решаю проблем и хочу, чтобы меня правильно поняли. Моя профессия, повторяю, - говорить правду. Мне кажется, что это у меня получается, и я вполне этим удовлетворен. По большому же счету то, что мы делаем, и есть настоящая политика. Мы отражаем вопросы и события общественной и экономической жизни, только показываем их без прикрас и никому не нужных политиканских лозунгов.
- На телевидении многие сегодня пытаются этим заниматься, но именно "Моменту истины, на мои взгляд, удается лучше. Почему, как вы считаете?
- Все очень просто. Выражаясь все той же боксерской терминологией, которая была избрана вначале, мы выходим на свой журналистский ринг, чтобы драться, а не зарабатывать деньги. Это не моя фраза, это сказал кто-то из спортсменов, сравнивая времена Мохаммеда Али, Джо Фрезера с нынешними профессионалами. Я же использую эту фразу для сравнения работы своего маленького (три человека) коллектива с другими командами на других каналах. В отличие от них мы делаем свою программу ради программы. Все остальное - вторично. Как это получается - судить зрителям.
- Можно подумать, вы такие бессребреники, что работаете только за гонорар, который вам платит ТВЦ? Неужели губернаторы и директора за то, что вы выносите их проблемы на общероссийский уровень, не платят вам деньги? ТВЦ ведь не государственный канал.
- Чтобы внести ясность в этот вопрос, давайте отделим зерна от плевел. Во-первых, я не работаю на ТВЦ. Я руковожу собственной телевизионной компанией и делаю для очень уважаемого мною канала две программы в неделю. Естественно - только за гонорары. Что касается оплаты от тех людей, которых я приглашаю для съемок в "Момент истины", то это тот случай, когда я должен им платить деньги за информацию, которой они меня обеспечивают. Это такой уровень правды, который скорее похож не на информацию, а на крик души. Подобные крики, как известно, только не сочтите за излишний пафос, вырываются либо бесплатно, либо не вырываются вообще. Во-вторых, по известному ряду причин у нашей программы есть большое количество недоброжелателей, которые готовы пойти на любую провокацию, и с взятками в том числе, чтобы поймать нас с поличным. Нас бы прихлопнули в один миг. Многие бы злопыхатели тогда поторжествовали. Так что извините, но мы вынуждены держать свое ухо гораздо вострее, чем кто-либо из наших братьев по журналистскому цеху.
- Но ведь вы далеко не бедный человек, позволяете себе иметь роскошный дом за городом, содержать охрану...
- И еще водителей, и операторов, и помощников. Извините, что перебиваю. Вы хотите спросить, на какие средства? Я никогда не скрывал своих финансовых возможностей, потому что зарабатываю деньги честно. Я продаю продукт своей телевизионной компании в 36 стран мира. Попробуйте сделать хотя бы один материал так, чтобы он пользовался подобным спросом. А в своем роскошном доме я не только живу, но и работаю. И считаю это величайшим достижением. Мне нет необходимости под кого-то подстраиваться, арендовать павильоны для съемки своей передачи в Останкино или еще где-то. Все это есть у меня дома.
- Вы сказали, что у вас достаточно недоброжелателей, и это вполне понятно. Ваши сюжеты иногда бьют по таким больным местам, что нетрудно себе представить, какому количеству людей они не по нраву. Извиняюсь за вопрос: вы не опасаетесь за свою жизнь?
- Опасаюсь, но ведь жив и здоров. Значит, наверное, надо, чтобы я жил. А в принципе меня пугают. Один из последних случаев - это угрозы, высказанные мне и руководителю ТВЦ Олегу Попцову губернатором Приморского края Сергеем Дарькиным после выхода в эфир одного из "Моментов истины". В программе были показаны некоторые неблаговидные деяния губернатора, и он "обиделся". В настоящее время против него возбуждено уголовное дело по конкретной статье, идет следствие.
- А были случаи, чтобы ответчиком в суде после той или иной программы выступали вы?
- Не я лично, а мой адвокат, конечно. И не один десяток раз. Из всех исков, предъявленных к нам, мы проиграли только один: господину Адамову - бывшему министру российского правительства по атомной энергетике. И то не по сути сюжета, а по неверно сформулированной фразе в отношении его отстранения от должности. Но это же цивилизованный подход к конфликтной ситуации. А опускаться до уровня угроз и подъездных разборок могут только очень недалекие люди.
- Неужели были и разборки в подъезде?
- Был несколько лет назад инцидент, я еще в Москве жил, когда какие-то воинственно настроенные молодые люди поджидали меня в подъезде. Даже разговора-то толком не получилось, только кровь в лифте осталась да очень неприятный осадок. Но, думаю, что это была нелепая случайность. А знаете, что самое страшное? Это то, что люди считают, будто говорить правду опасно. У большинства русских есть болезнь, которая давно приобрела хронический характер, и называется она "психологическая переусложненность не по существу". Это из-за нее внутри каждого человека сидит цензор, который фильтрует, что следует говорить, а что нет. Даже журналисты в нынешних условиях свободы слова не говорят и не пишут всю правду, заранее опасаясь, что какая-то фраза или строчка все равно будут вырезаны. Тем же редактором газеты или директором программы, у которого, в свою очередь, внутри тоже фильтр стоит. В результате то, что делает Караулов и компания, - всего-навсего говорим правду, - воспринимается чуть ли не как маленький подвиг. И очень хорошо, что есть такие люди, как Юрий Лужков, Олег Попцов, которые не страдают недугом переусложненности. Именно поэтому они никак не реагируют, когда им пытаются в письменной форме донести, что тот или иной сюжет "Момента истины" вбивает клин между Москвой и федеральным центром. Или то, что мы покушаемся на государственную и военную тайну, когда в своих сюжетах рассказываем о том, о чем боятся говорить другие. Бред полный! Я не случайно выбрал для своих программ канал ТВЦ. Убежден, что там никаких случайностей произойти не может. А насчет камней в огород скажу так. Толковый руководитель просто поднимет его, а потом разберется, откуда он прилетел и какое решение нужно принять. Мы же, я вас уверяю, просто так камнями не разбрасываемся. И сегодня об этом знают многие. Иначе бы к нам не стояла очередь людей. Не было бы множества телефонных звонков, факсов, писем и телеграмм с готовыми материалами для сюжетов.
- То есть кризис жанра вашей программе не грозит?
- Да боже упаси! Пока на этом свете есть дураки, лгуны и непорядочные люди, облеченные властью; пока существуют проблемы, которые они своими бездарными действиями создают или не решают, - "Момент истины" будет жить.
