Рядом с телом
Я - последний из своего поколения,
И я знаю, оно уже ждет меня…
( Sopor Aeternus. Saturn – Impressionen )
1.
Всего лишь песня без названия.
( Spor Aeternus. Just a Song withouta a Name )
- Внимание! Внимание! Говорит заведующая кафедры Елена Поликарповна.- Голос из, висевшего на одном ржавом гвозде громкоговорителя, сотрясал стены института, ожидавшего четвертый год капитального ремонта.
- Уважаемые студенты второго курса! Просим собраться вас для проведения научно – ознакомительной экспертизы на нижнем этаже нашего института около аудитории № 11 в тринадцать часов сорок пять минут, - последние слова доносились до слушателей с большими паузами, легкими повизгиваниями, вздохами и перебивающим мужским голосом, который было очень трудно понять.
Институт, со времени своего открытия, жил своей жизнью, основные события которой не так сложно проследить: на 40 году своего существования, в одной из многочисленных аудиторий, лопнула труба на верхнем этаже - поток горячей воды просочился по левому корпусу и затопил подвал… была зима и, в результате резко ударивших морозов, стены покрылись трещинами; в 67 году был небольшой пожар – успел сгореть только пятый этаж, перечисленные деньги на ремонт куда-то пропали зато у студентов на весенний сезон появилось открытое помещение; последующие повреждения были не значительные: в 73 – протечка крыши, в 89 – канализационный засор, в 92 – перегорела электропроводка и центральный корпус год обходился без света ( и сейчас обходится ), в 97 – поломка бойлерной системы, которую не до конца починил механик - слесарь Василий.
- Машка, прикинь, у нас сегодня экспертиза будет.- Сказал Рома – невысокий парнишка, который каждый день менял свой образ.
- Ну, что тебе от меня надо? Не видишь я занята, - не посмотрев на своего собеседника, ответила Машенька – студентка, экс - балерина и просто красавица за которой бегал весь курс.
- А что вечером делаешь? – Полюбопытствовал новоявленный прожигатель ночной жизни.
- Я…
- Маш, сегодня распродажа в МеГе. – смеясь, сказали Оля и Таня.
- Завистницы! – Раздраженно выкрикнула Маша и, посмотрев на Рому, сказала: « А ты что ко мне пристал?! Отстань от меня и вообще мне сейчас не до тебя у меня проблема – ноготь сломался, а он, между прочим, 100 баксов стоит.»
- Какая глобальная проблема, - сострил Петушков и, широко открыв глаза и рот, попытался изобразить на своем лице нотку не поддельного ужаса при виде сломанного ногтя.
- Дурак ты, Ромка. Да ты только посмотри на себя! Уйди сейчас же, не стой рядом со мной - ты меня пугаешь отсутствием вкуса.
- И никого такой стиль уже не привлекает, - вмешался, проходящий мимо, одногруппник Олег.
- А ты поскорей проваливай отсюда, педе***т! – Ответная реакция не заставила себя ждать и была выражена хором.
- Только и можете обзываться. Сколько раз вам повторять я – метросексуал. Не путайте, пожалуйста, тех, кто следит за собой и любителей задниц, - недовольно проговорил Талышев и исчез в ближайшем проеме аудитории.
- Ладно, Милочкина, я понял твое настроение и я очень надеюсь, что оно к концу занятий изменится – там и поговорим. – Промямлил Рома.
Внезапно в коридоре послышался стук каблуков и повизгивающий голос: « Маш, у меня для тебя свежайшие новости!»
- Привет. Наконец я тебя нашла.- После быстротечного приветствия около окна раздались смачные поцелуи и шуршание салфеток, вытирающих губную помаду.
- Ты знала, что твой ненаглядный Петушков ездил с Акимовой и с Верещагиной на дачу к Климовой?- С ноткой ехидства проговорила Свирестелкина.
- Да, я в курсе этих событий. Ко мне сейчас Ромочка подходил и говорил как они провели время – однообразно и скучно: шашлыки, речка, танцы и больше ничего.
- Значит, ты уже все знаешь, а я - то думала сразить тебя новостью, - огорчилась Женя: « Ладно, увидимся на экспертизе.»
- Здорова, подружка. – К окну, около которого стояла Машенька, виляющей походкой подошла Наташа.
- Ой, а я думала, что ты сегодня не придешь.
- Парочка « энергетиков » и я в норме, - отгоняя от себя остатки сна, лениво произнесла Верещагина.
- Ты не созванивалась с Аленкой?
- Нет, в последний раз я ее видела вчера в клубе. Она потом ушла в сопровождении не известного мне парня. – Не меняя тона, отвечала Наташка: « Странно, хотя я всех парней в клубе знаю…»
- Натусь, как отдохнули у Светки? – Милочкина перешла в наступление.
- Именно об этом я и пришла с тобой поговорить. Ты только реагируй спокойно - ведь твой ненаглядный самый настоящий бабник: когда мы приехали все было нормально, но потом твой Рома почувствовал себя раскованно и сначала приставал ко мне, но я его послала куда подальше, а вот Алена отвечала положительно на его действия.
Машенька, ничего не говоря, пошла в сторону столовой.
Институтская столовая ничем не выделялась на фоне общего разрушения: выцветшие деревянные столики, стулья ( часть которых имела три ножки ), по желтовато – белесым стенам пробегали рыжие тараканы, но несмотря на окружающую обстановку помещение было заполнено до отказа.
За одним из столиков сидел Рома и пил чай.
- Вот ты где! – Милочкина не скрывала своего раздражения.
- Маш, я так рад, что ты пришла. По всей видимости, у тебя что-то случилось или ты рада меня видеть?!
- Нахал! Подлец! Почему ты поехал к Климовой с этими дурами на дачу и даже мне ничего не сказал? – Голос Машеньки сотрясал хрупкие стены столовой.
- А, так вот в чем дело, - произнес Петушков и поднес стакан с чаем ко рту: « Присаживайся. Сейчас я тебе все расскажу: тебя в тот день не было, а Саша нас пригласила к себе и мы, естественно, согласились. Съездили, конечно, так себе: выпили бутылочку вина, поели шашлыка и искупались в речке – ничего особенного.»
- Это все, что ты мне можешь сказать?
- Да, а что еще я должен сказать тебе?
- О чем говорили?
- Я, в основном, молчал, так как Сашка, Аленка и Наташка трепались о шмотках.
- Знаешь, почему ты все время молчал? Нет, не знаешь?! Тогда я тебе сейчас напомню – ты развлекался с Акимовой. – От неожиданности Рома выплюнул чай на стол.
- Маш, ты что такое говоришь? Ничего такого не было! Кто тебе сказал такую чушь?
- Сейчас проверим – правду ты сказал или нет, - Милочкина в спешке набирала номер Верещагиной. Услышав долгие гудки, она включила громкую связь.
- Я слушаю. – Ответил лениво – сонный голос.
- Наташ, напомни Ромочке о поездке. Скажи еще раз о том, что он вытворял.
- Так я все сказала.
- Скажи еще раз!
- Хорошо, только не кричи, а то у меня голова болит от бессонной ночи…эх, как же мы здорово в клубе потусили…
- Не увлекайся воспоминаниями.
- Видишь, Маш, это просто выдумка Наташкина.
- То есть как выдумка? – Возмутилась Верещагина: « Подружка, повторяю еще раз – твой Петушков зажигал с Акимовой.»
- Вот кому ты веришь? Ну, кому ты веришь? Этой заядлой клубной тусовщице, которая не может нормально функционировать, если не выпьет коктели.
- Значит, ты опровергаешь слова, сказанные Наташей?
- Да. – Решительным голосом произнес Рома.
- Ладно, поступим иначе – мы спросим у Аленки, а вон и она сюда идет.
- Приветик. Как вчера повеселилась?
- Здравствуй, Ален, - монотонно пробубнил Петушков.
- Спасибо, Машунь, отдохнула хорошо. А что это твой ненаглядный не рад меня сегодня видеть? – Задорный голос Акимовой прыгал мячиком в голове Романа, мысли делились на две позиции « расскажет или нет».
- А мы тут вопрос решаем и я уверена, что ты поможешь нам все выяснить.
- Какой же? – с интересом спросила Алена и, подвинув стул, села рядом.
- Да, мы тут говорили о поездке к Климовой.
- Ой, - удивилась собеседница.
- Скажи, что ты вытворяла с моим Ромкой? – Выкрикнула Милочкина.
- Не что я вытворяла, а что он вытворял. Ведь первый полез, а у меня натура такая…ты же знаешь – не одного знака внимания от парня пропустить не могу.
- Вот видишь, а ты все отрицал.
- Ален, да что ты такое говоришь! Чтобы я к тебе?! Да чтобы я с тобой?!
- Перестань отпираться – это даже Наташка подтвердить может.
- Ромочка, а ты все отрицал… Какой же ты подлец.
- Правильно говоришь, Маш. Давай лучше уйдем отсюда…- Акимова, несмотря на обостренную обстановку в столовой сохраняла стабильное спокойствие.
- Ребята! Ребята! У меня для вас важное объявление. – Слегка картавивший голос старосты Леночки Пипеткиной – редкостной ботанши, которая кроме учебников ничего в жизни не видела и никуда не ходила, исключение составлял институт, озадачил троицу.
- Ребят. Нам надо срочно собраться в аудитории № 9. Это по - поводу научно – ознакомительной экспертизы. Так быстро… быстро. Через пятнадцать минут придет Елена Поликарповна, а от нас до ее прихода требуется разделиться на пары.
- Ладно, Лен, придем через пять минут. – Хором сказали Маша, Рома и Алена.
2.
Драма неопределенности
(Spor Aeternus. Drama der Geschlechtslosigkeit I )
Дверь скрипела.
Аудитория № 9 скорее походила на государственное больничное помещение: белая краска на стенах кое - где желтела от высокой влажности, штукатурка на потолке вздулась и при сильном топанье ног на верхнем этаже падала большими кусками, паркет, который мягко обволакивал блочные плиты, весь выцвел и в некоторых местах проваливался, полусгнившие оконные рамы были наспех замазаны белой краской из - за которой их не возможно было открыть, так что помещение имело особенный воздух – влажный и горячий. Горячий потому что десятого января празднование миллениума не прекращалось, а Василия вызвали в подвал для устранения протечки ( в какой раз! ) в водопроводной трубе. Изрядно покачиваясь, Василий забыл включить одинокую лампочку и этот факт стал виновником - он зацепился за рычаг и со злости устранил своего обидчика – как выяснилось на трезвую голову - это был выключатель отопления девятой аудитории и починить его не представлялось возможности.
- Внимание, ребята!- Проговорила Леночка, встав в центре лекционного класса, и легкими движениями постукивала шариковой ручкой по доске.
Небольшая аудитория еле вместила всех учащихся второго курса: некоторые сидели в троем, некоторые уселись в проходах, кто-то ухитрился сесть на хрупкие парты, кто-то на подоконники.
- Тишина, соблюдайте тишину!!!- Громко проговорила Пипеткина.
В аудитории наступила тишина.
- Давайте для начала определимся кто отсутствует, - хоть Леночка была ничем не примечательным человеком в группе, но из нее выходила ответственная староста и прилежная ученица.
- Я так понимаю, что отсутствует только семь человек: Журавлев, Живова, Макаренко, Новиков, Ткаленко, Шкалина, Миренков. Опаздывающих тоже нет. Ну что ж… тогда я вам объясню, что от нас всех требуется: перед тем как пойти в аудиторию № 11 нам надо разбиться на пары, так как работа нам предстоит именно групповая и она пойдет в зачетную книжку.- Лена поправила большие круглые очки, сползшие на кончик носа.
- Преступим. Кто с кем хочет быть в паре? Если кто-то уже выбрал себе пару, то поднимайте руки - я запишу, а кто нет - найдем ему партнера. На добровольный выбор пары даю три минуты.- Староста подошла к лекторскому столика и взяла альбомный лист бумаги и ручку.
На три минуты воцарилась полная тишина.
- Три минуты прошло, - Пипеткина нарушила тишину: « Кто определился с напарником? Так, вижу, вижу: Хабрина и Иванова, Белова и Борисова, Курочкин и Орлов…» - ответственная староста неспеша выводила буквы на только что расчерченном листке бумаги.
- … Акимова и Верещагина, ага, записала, Гельман и Морозов, Свирестелкина и Петров, Талышев и Князев…
- Лен, давай с тобой в паре.
- Хорошо, Марин. Записываю. Фролова и Пипеткина. Я так понимаю это все желаюие? – Произнесла староста, оторвавшая свой взгляд от листка: « У кого нет пары?»
Леночка серьезным взглядом осмотрела аудиторию, после чего сделала вывод: « У нас остались без пары всего два человека: Милочкина и Петушков.»
- Давайте я вас запишу вдвоем - вот вам и пара.
- Нет, я с этим… не хочу быть в одной паре, - капризно сказала Машенька.
- А по мне так все равно с кем быть в паре.- Петушков был настроен более позитивно: « Мне лишь бы в зачетку проставили…» - пояснил он.
- Милочкина, тебе стоит немного потерпеть своего напарника.
- Не собираюсь я терпеть этого примата.
- Зачем обижать человека такими словами?
- Ты это заслужил!
- Ничего серьезного не было!
- Все равно это измена!
- Так, Милочкина и Петушков, нас не интересуют ваши личные отношения и я хочу вам напомнить, что лучше всего выяснять отношения после института, а сейчас относиться друг к другу как к деловым партнерам – поэтому я записываю вас вместе.- Леночка произнесла свой вердикт серьезным тоном.
Машенька уже хотела высказать все, что она думала о старосте и о Роме одновременно… она даже открыла рот, но произнести оскорбительную речь не успела, так как в этот момент в аудиторию вошла Елена Поликарповна.
- Здравствуйте, студенты второго курса. – Ласковым голосом сказала она: « Сейчас я вас проинструктирую насчет предстоящей исследовательской работы, надеюсь, что все разделились на пары.»
Леночка подошла к заведующей кафедрой и отдала ей список.
- Чудесно, тогда я расскажу о том, что вы должны делать: вам надо будет произвести вскрытие, не повредив внутренние органы извлечь их из тела и, записав внешнее особенности, сдать работы Евгению Сергеевичу – он будет проверять ваш труд и решит кому, после проведенной экспертизы, можно поставить зачет. Забыла вам сказать – он же будет объяснять вам все по ходу вскрытия. Вопросы есть?
В аудитории № 9 царила тишина.
- Если вопросов нет, то пойдемте в аудиторию № 11.
3.
« Что, если…»- это забава для ученых,
Убедитесь и оставьте её.
( Sopor Aeternus. Helveta Sexualis )
Вся группа без особого энтузиазма шла на нижний этаж, который находился в подвале - все из-за того, что во время строительства двадцать процентов с институтского счета прибрал себе назначенный ректор для строительства дачи.
Нижний этаж - слабооборудованный морг с инструментами видевшим не одно поколение студентов.
Милочкина всю дорогу дулась на Петушкова, наконец, подходя к аудитории, где их уже встречал Евгений Сергеевич, сделав ангельское личико и посмотрев на Рому, она ему адресовала: « Я с тобой не разговариваю.» И хмыкнув, исчезла в проеме аудитории, предварительно поздоровавшись с преподавателем.
Одиннадцатое патологоанатомическое отделение ( называемое аудиторией № 11 ) встретило « научных экспериментаторов » запахом хлорки, резко бьющим по носу.
- Фууу… Ну и запашок,- проговорила Машенька.
- А ты чего ожидала?- сказал ей Андрей - единственный парень на всем курсе, который не обращал внимания на бывшую балерину.
- Ах, как хорошо,- сказал Князев, вдыхая полной грудью хлоридный воздух.
- Ребята, минуточку внимания, - « инструктор » подневольно обратил взгляды студентов на себя: « Слушайте задачу номер один: вы одеваете халаты и перчатки и парами подходите к понравившемуся вам « столику». »
- Маш, ну что ты дуешься на меня из-за пустяка,- спокойно спросил Роман.
- Ты сам подумай. Для тебя пустяк, а для меня о многом это говорит.
- Студенты, не отвлекаемся и не забываем за чем мы тут собрались. Делаем продольный разрез…
- И он мне еще говорит свои претензии. – Параллельно со словами Машенька выполнила просьбу инструктора.
- Посмотри, что ты наделала…- не выдержал Петушков: « Зачем ты задела оболочки?»
- Кому не нравится, тот пусть все делает сам, а то со стороны кажется, что ты немощный.
- Это я немощный?!- Переспросил Рома.
- Да, подтверждаю, что ты немощный, но ко всему прочему сейчас выяснилось, что ты глухой.
- Аккуратно открываем грудную клетку.
- Сейчас я тебе покажу на что я способен, - сквозь зубы прошептал Петушков и со всей силы дернул в разные части грудную клетку. Раздался легкий хруст.
- Вижу, способен ты на многое. Только руки у тебя не оттуда растут.
- У меня, в отличие от некоторых, руки произрастают откуда им положено.
- Если бы они росли откуда нужно, то ты бы не сломал нашему « подопытному » вторую пару ребер.- Голосом высшего существа произнесла Милочкина.
- А если бы ты думала головой, то бы поняла всю ситуацию с Аленкой.
- Как ты смеешь!!!
- Смею… Смею… Тебе не надо было исключать тот факт, что они могли специально нас поссорить.
- Они не могли.
- Откуда знаешь?!
- Знаю.
- На все сто процентов?
- В отличие от тебя они меня никогда не подставляли…
- Теперь задание второе: вам надо будет аккуратно извлечь печень и зафиксировать внешнее описание: если есть болезни, то назвать заболевание и предположить возможную причину появления, а так же область поражения, а если нет, пишите « орган здоров ». А я пока за кофе схожу. – После данных инструкций Евгений Сергеевич, сняв халат, вышел из аудитории № 11.
- … и не развлекались с лучшими подругами.- Машенька закончила фразу сразу после того как вышел преподаватель.
- Я не развлекался.
- Хватит оправдываться, Петушков, меня это уже достало. Давай лучше доставай печень,- протягивая руку, сжимающую скальпель, к органу « больного » сказала Машенька.
- Не указывай мне, что делать.
- Если я не буду тебе указывать, то ты никогда ничего не сделаешь.
Раздраженный собеседник с остервенением полез добывать печенку. Внутри тела обе руки, крепко сжимающие наточенные скальпели, встретились.
- Маш, отпусти. Дай я достану печень.
- Только этого не хватало. Хочешь в очередной раз все испортить?! Ну уж нет, не позволю.- Милочкина наклонила скальпель и дотронулась до заветной составляющей тела.
- Я сам прекрасно справлюсь.- Петушков наклонил скальпель рядом со скальпелем своей напарницы.
Не желая уступать друг другу, Маша и Рома одновременно вонзили инструменты в мертвую плоть и каждый потянул в свою сторону.
- Ты посмотри на свою работу!
- Сам виноват! Я же сказала, что ты все испортишь и вот, пожалуйста, все испортил, - Машенька достала разрезанную пополам печень.
- Милочкина! Петушков! Вы мешаете другим работать! Если вы решили выяснять свои отношения, то выясняйте их потише. – Вмешалась в беседу Пипеткина.
- Помолчала бы. Вечно суешь свой нос в чужие дела, - не выдержала Маша: « Это ведь ты меня поставила в пару к этому бестолковому идиоту.»
- Я лишь высказала просьбу общественности, но если у вас горит, то пожалуйста - цивилизованные люди потерпят.- Леночка посмотрела сострадательным* взглядом на Машеньку, потом на Романа.
- Вот и помолчи, - удовлетворенно сказала Милочкина.
- Петушков, я нашла применение тебе. Бери тетрадь и записывай…
- Что записывать? Почему я должен записывать?
- Потому что письменную работу испортить практически не возможно, если ты будешь старательно вырисовывать каждую букву, а не писать как курица лапой.
- Вот назло стараться не буду!- заявил Ромка.
- Если не будешь, то тебе придется пару десятков, а может быть сотен раз все переписывать.
В этот раз Ромке Петушкову пришлось уступить Машеньке. Он взял тетрадь для записей экспертиз, сел на стул, взял ручку и, посмотрев на Милочкину, спросил:
- Маш, а что писать.
- Нет, я больше не могу работать в паре с этим умственноотсталым приматом, который стоит на самой нижней эволюционной ступени, - не выдержала она.
- Вот значит как - ты пытаешься спихнуть на меня самую ответственную работу.- Мысль, что его используют была встречена штыками: « Ты хочешь, чтобы я написал работу за нас двоих, а если бы я ее провалил, то ты бы меня обвинила во всех смертных грехах и твоих неудачах в частности.»
- Твои мозги не способны проделать исследовательскую работу.- Маша пыталась отогнать от своего напарника верную мысль.
- На этот раз тебе не получиться меня провести. Я не дурак.
- В этом, дорогой, ты ошибаешься, если бы не был дураком, то ты бы не стал ехать на дачу к Климовой.
- Я человек! У меня есть свои права!
- Все справились со второй задачей?- Голос преподавателя, взявшийся неизвестно откуда заставил парочку утихнуть: « Чудесно, если все закончили, тогда я ставлю третью задачу: надо будет аккуратно отделить желудок. И проделать аналогичный анализ. »
- Ром, ты тормоз! Давай записывай быстрее, а то мы от всех отстаем.
- Мы из - за тебя отстаем, ведь это ты меня тормозишь.
- Лучше бы тебе сейчас не трепался, а записывал в тетрадку.
- Что записывать?
- Как что?! Пиши « орган здоров ».
- А разве не надо его осмотреть?
- Делай так как я тебе сказала.- Сказала Машенька и, взяв кусок печени, повернулась к Пипеткиной.
- Лен, ты не подскажешь, - сказала Милочкина и протянула к Леночке часть внутреннего органа.
- Что тебе надо? – Холодно ответила староста.
- Да ладно тебе дуться, погорячилась я,- ради положительного результата, влияющего на ее успеваемость, Маша была готова признать любую свою ошибку и взять назад свои слова.
- Ладно, в чем тебе надо помочь, только давай побыстрей, а то нам третье задание надо доделывать.
- Что ты можешь сказать?
- Печень с виду здоровая, но если присмотреться повнимательнее, то видно…
- Спасибо Лена. Значит, можно смело написать, что она в норме.
- Не совсем так, но…
- Я пойду, а то Ромочка заждался.- Милочкина перебирала слова Пипеткиной.
- Маш, а почему она у вас такая маленькая? Вам достался человек, которому недавно пересадили часть печени?
- Нет, это все он…- Она пальцем указала на Петушкова.
- Что он?
- Этот примат не смог нормально отделить печень и разрезал ее на две половины.
- Это я - то примат?
- А кто же еще?!
- В отличие от человека разумного приматы так не могут. – Петушков подкинул вверх только что извлеченный желудок: « Теперь попробуй сказать, что я примат. »
- Петушков! Ромка! Лови! Быстрее лови!!!
- Что ловить?- Переспросил Роман, но было уже поздно. Желудок, сделав в воздухе пару акробатических трюков, с чавкающим звуком упал на пол.
- Ты не примат, Ром, нет, ты еще хуже. Ты одноклеточная инфузорья туфелька!
- Не надо сердиться, ничего же не случилось, - « научный эксперементатор » поднял с грязного пола упавшую часть тела.
- Видишь, все с ним в порядке. На, посмотри и убедись сама.
- Уже убедилась, - недовольным тоном произнесла Маша: « А вон те дырочки на левой стороне так и должны быть?»
- Эээ…
- Я так и знала. Ты испортил желудок.
- Чем я его испортил?
- Не знаю чем, но тут какие-то дырочки.
- Они так и были. Я ничего не делал. Когда я его извлек все так и было… Честное слово.
- На тебя невозможно положиться!
- Я…
- Бессмысленно оправдываться - не поможет. Мало того что ты бабник, так ты еще и трус, который не может признать свою ошибку.
- Почем я должен признаваться в том, в чем я не виновен.
- Тогда как ты объяснишь откуда эти дырочки?!
- Это не дырочки, Милочкина, - вмешалась в диалог Белова Оля.
- А что же это по-твоему?
- Это открытая язва желудка.
- Я так и знала. Просто хотела чтобы вы тоже напрягли свои мозги, - выкрутилась Маша.
- Не мозги, а серое вещество.
- Сама не знаешь таких слов, а пытаешься что-то сказать, - не сдержался Петушков.
- В отличие от некоторых одноклеточных мне известно побольше чем некоторым.
- Студенты второго курса! Перед своим уходом к ректору я вам дам очередные задания: надо извлечь сердце, почки и, самое главное, аккуратно отделить кишечник. Естественно, что записывать все придется. После этого те, кто все сделал могут идти. – Евгений Сергеевич снял халат и, прихватив с собой пустую кружку, ушел из помещения.
- По крайней мере мы теперь знаем о чем надо написать.
- Конечно знаю – я же гений.
- Ты не гений, Маш, ты дура. – Подобного заявления Рома не ожидал от самого себя.
- Ах так,- Милочкина толкнула, лежащее на столе, тело к Петушкову, но тот успел отскочить. Тело упало на пол: руки и ноги аномально выгнулись, голова была повернута к спине, часть кишечника вывалилась.
- Посмотри на свою работу.
- Теперь ты пытаешься меня во всем обвинить? Нет, уж, не выйдет. Сам виноват, что ты не поймал.
- А зачем было его кидать?!
- Я не кидала. Я только аккуратно толкнула.
- Ничего себе « аккуратно толкнула »! Ты присмотрись повнимательнее: у него перелом рук и ног, а еще у него серьезный вывих шейного позвонка. И ты это называешь « толкнула », да ты его со всей дури швырнула на пол.
- Повремени со своими нотациями. В любую минуту может зайти Евгений Сергеевич, а у нас тут такое.
- Я ему так и скажу, что это ты все натворила.
- Скажешь и будешь последним…
- Кем буду?!
- Предателем будешь. Что так уставился на меня? Лучше давай бери его за ноги, а я за руки…
- Зачем это?
- Затем, дурья твоя башка, чтоб нас не запалили и мы получили зачет.
Милочкина и Петушков, перебарывая свое отвращение к изрядно покалеченному телу, наконец, помести « подопытного » на законное место.
- Что дальше делать будем?
- Извлекать сердце, кишечник и почки.
- Маш, а мне интересно стало, что у нас из всего этого получится?
- У нас с тобой уже ничего не получится.
- Я думаю, что ты мне дашь еще одну возможность. А вообще - то я имел в виду как мы все будем извлекать. Ты посмотри на это.
- Петушков, я тебе больше никаких попыток давать не собираюсь. Сам знал на что шел и что может получиться, - Машенька перевела взгляд на тело: « И что тут такого? »
- Не видишь?
- Нет. По - моему все нормально. Можно заканчивать работу и идти домой.
- Милочкина, я тебя разочарую. Это ж надо быть такой безмозговой, что не заметить такое - после падения, Маш, часть кишечника выпала наружу, а часть запуталась. И как теперь ваша милость собирается извлекать почки и кишечник.
- Ой, какие мы слабосильные. Даже не можешь найти выход из сложившийся ситуации. Тогда садись и делай письменную часть работы, неудачник.
Маша, взяв в руку зажим и скальпель, разрезала кишечник на пару десятков мелких частей.
- Видишь, как все просто.
- Но это не то, что от нас требовалось.
- Главное в работе конечный результат.
- Из - за тебя у нас будут большие неприятности.
- А из - за тебя у меня голова болит. Я тебя видеть больше не могу и не хочу.
- Какие мы нежные.
- В отличие от тебя я не хожу налево.
- Налево… направо. Какая разница.
- Разницы нет никакой. Ты мне изменил!!!- Милочкина запустила в Петушкова левой почкой.
- Ты что органами кидаешься! И при том в меня! Учти, сама напросилась. – Ответил Рома, запустив в Машу правой почкой.
Завязалась драка. В ход шло все, что попадалось под руку: легкие, ребра, селезенка, кости, глаза, надпочечники, мягкие ткани… Машенька, сделав нечеловеческой усилие, вырвала и швырнула в Романа позвоночник.
- Милочкина! Петушков! – Закричала Леночка: « Вы посмотрите, что вы наделали!»
Оторвав взгляд друг от друга, Маша и Рома увидели результаты « войны »: по всему помещению были раскиданы наспех оторванные части тела, на белесых стенах виднелись кровавые следы и окружающие странно смотрели.
Рома и маша посмотрели на стол.
На столе ничего не осталось.
Екатерина
Август – сентябрь 2007
