Мой друг Володя Ширяев
С Володей Ширяевым мы познакомились в конце 60-х годов в Томске. Он учился в Томском университете, а я был студентом политехнического института. Познакомились мы у братьев Тупицыных. Володя Тупицын учился, как и я, в политехническом
институте, а его брат Николай в то время уже работал редактором в томской областной газете «Красная звезда». Все мы были из Кузбасса и до Томска жили недалеко друг от друга. Володя с братьями Тупицыными - в городе шахтёров Белове, а я в 30 километрах от них – в городке энергетиков Инском, где было большое водохранилище, которое носит сейчас громкое название «Беловское море». Несмотря на разные интересы, он филолог, а я чистый технарь, - мы с ним сразу сдружились и эту дружбу пронесли через всю жизнь.
Благодаря Володе я вошел в круг его знакомых. Туда входили Алексей Камбалов – сын известной писательницы Марии Халфиной, преподаватель университета Александр Казаркин, Владимир Прок и другие молодые ребята с большим стремлением к познанию, к новому и с не совсем стандартным взглядом на жизнь, который не всегда совпадал с официальной идеологией, царившей в то время в стране.
Как правило, при встречах мы всё свое время проводили в жарких спорах. Особенно жаркие диспуты проходили между Володей и Алексеем Халфиным. Оба увлекались философией, историей, хорошо знали литературу и не давали друг другу поблажек ни в чем. Алексей Халфин, которого мы за глаза называли философом, часто приводил много фактов из истории нашей страны, которые в то время мало кому были известны и о которых ему, по всей видимости, рассказывала его мать, активная участница тех событий. Да и свой жизненный опыт у него к тому времени был уже довольно большой. За свои «неправильные» рассуждения в самиздатовских печатных изданиях он неоднократно привлекался к принудительному лечению и после этого нигде не мог устроиться на работу. Только постоянные обращения его матери лично к , который в то время был секретарем Томского обкома партии, позволяли Алексею относительно быстро и здоровым выходить оттуда. давно знал писательницу Марию Халфину и очень уважал ее.
Собирались, как правило, мы на квартире у Алексея Халфина, потому что Володя и я жили в общежитии. После окончания споров, по дороге в общежитие, Володя часто надолго задумывался и признавался, что Алексей, конечно, был прав, и нам надо ещё многое узнать и многое осмыслить. Кроме литературы и истории Володя очень интересовался физикой и техникой. Тут, конечно, приходило мое время. И я старался, как мог. Разьяснял ему математические преобразования, рассказывал о термодинамике и ее законах, об уравнениях состояния вещества, о вечном двигателе 1-го, 2-го и 3-го рода и о том, как можно построить безопорный движитель («летающую тарелку»), не нарушая законов механики.
Володя был благодарным слушателем: ведь по своей природе он был мечтателем и безгранично жаждал нового. Сейчас я понимаю, что для него это было необходимо, как воздух, как вода. Он хотел постичь смысл жизни и Бытия, а без объединения знаний гуманитарных и естественных, точных наук достичь этого было бы невозможно. Удалось ли это поэту Владимиру Ширяеву, судить дано его читателям. Но можно твердо сказать, что все стихотворения Владимира Ширяева насыщены глубокими размышлениями, философскими обобщениями и меткими аналогиями, которые трогают душу и рассудок каждого живого человека.
Таким был Владимир Ширяев! Для него главным в жизни было торжество Правды, Истины и Справедливости. Он часто говорил, что Истина живет сама по себе и не является принадлежностью какого-либо человека, личности, общества и тем более - государства. И приручить её ещё не удалось никому. И за торжество Правды, Истины и справедливости он готов постоянно, не задумываясь, идти в бой... Он творил вокруг себя только добро. Идя по улице, он мог вмешаться в конфликты совершенно незнакомых ему людей, часами объяснять им, что так делать, поступать и говорить нельзя. И, как правило, это приносило положительный результат. Хулиганы притихали, дебошир успокаивался, а демагог и скандалист замолкал и задумывался. Хотя всегда это было для Володи очень опасно, и часто «чужие» удары, в прямом смысле слова он принимал на себя. При этом он никогда на них не отвечал. Действовал исключительно добротой, силой логического убеждения, силой слова.
Откуда это у него? Надо помнить, что Володя рос в период 50-х, 60-х годов, когда в стране во время и после хрущевской оттепели в людях проснулась тяга к справедливости, к осмыслению истории, к осмыслению того, что произошло с ними и страной. Его родители, честные и образованные люди, прожили нелегкую, как и вся страна, жизнь. Отец и мать были учителями, преподавали в средней школе г. Белово. Отец очень рано умер, и его мать воспитывала сына одна. Я иногда бывал в его родительском доме. Это была очень скромная, опрятная, чистая квартира, где все дышало любовью к литературе, истории и философии. А книги были главным богатством этой семьи. Володина мать скромная женщина, была немногословна, и когда мы в юношеском максимализме заходили слишком далеко в своих спорах, она, казалось, одними только глазами успокаивала нас. Поэтому те высокие человеческие качества, которыми обладал Володя, конечно, были заложены в семье. Чувствовалось, что Володя очень любил и уважал родителей, хотя внешне, при друзьях, этого не показывал. Его мать звали довольно необычным для наших мест именем – Августа. Со временем это объяснилось. Оказалось, что дед Володи был австрийским военнопленным. Но Володя узнал об этом много позднее, когда мы уже выросли и в стране наступали иные времена, а люди старшего поколения стали забывать страшное прошлое, уходившее в небытие.
В 1972 году закончилось наше обучение, и нам суждено было расстаться, Володя вернулся в Белово, поступил на работу в местную газету, а я остался в Томском политехническом институте на преподавательской работе. Далее жизнь бросила меня на Стройки Века на Дальнем Востоке и в Казахстане - Приморскую и Экибастузские ГРЭС. Хотя мы жили в разных уголках страны, наша дружба не прерывалась. Когда я работал в институте, Володя очень часто приезжал в Томск, к своим друзьям и университетским товарищам. Из разговоров с ним я понял, что город Белово ему стал тесен, и он не может найти там единомышленников и просто интересных для себя людей. В конце концов он переехал из Белова в Кемерово и устроился редактором в газету «Горняк» Кедровского разреза. Я тоже часто приезжал к нему в Кемерово. Одна из наших встреч и состоялась в нетопленой гостинице поселка. Всю ночь мы с ним проговорили о вопросах, которые нас волновали и на которые не могли найти ответа. Об этом Володя написал позже стихотворение: «Размышления инженера Сергея Климова в ночь под Новый год».
Позднее я первый раз познакомился с его будущей женой – Раисой. Обратил внимание, что это очень вдумчивая, спокойная девушка. Как выяснилось в дальнейшем, Володя в ней не ошибся. Она оказалась не только хорошей женой и верным другом, но и настоящим помощником в его литературных трудах и самым благодарным читателем. Ей он посвятил он много стихотворений.
По приезде в Кемерово Володя активно включился в общественную жизнь города. Очень быстро познакомился и сдружился с местными писателями и поэтами, создал литературное объединение «Молодые голоса». В их среде он, наконец-то, нашел людей равных себе по духу и творческому потенциалу. В это время он был по настоящему счастлив. Он восхищался их талантами и строил грандиозные планы на литературное будущее каждого из них.
Сейчас эти поэты, писатели широко известны не только в Кузбассе. Хочу назвать имена некоторых из них. , Михаил Орлов, Семён Печеник, Геннадий Полицын и другие, в то время малоизвестные молодые литераторы.
Кузбасс, Кемерово и люди, которые здесь живут, для Владимира Ширяева стали родными. Здесь он вырос, жил и состоялся как большой поэт, здесь он и остался навсегда.
Гражданскую, жизненную позицию, которой Владимир Ширяев был верен всю свою жизнь, лучше, чем он, выразить невозможно:
Совсем не по-марксистски,
А чисто по-российски
Я думал все о том,
Как людям жизнь устроить
И сообща построить
Бессмертья крепкий дом!
Я убежден, что по силе поэтического таланта творчество Владимира Ширяева стоит в одном ряду с творчеством таких выдающихся поэтов нашего времени, как Владимир Высоцкий, Игорь Тальков и Виктор Цой. Пройдет совсем немного времени, и все большее число читателей в нашей стране услышат и полюбит поэзию Владимира Ширяева.
Сергей Климов
г. Салехард, 2007 г.
