Счастье

Счастье

Я смахнула с лица горячие слёзы, перемешанные с каплями дождя,

и постаралась успокоиться.

Я сбежала из дома. Да, сбежала. Я просто устала…

Я живу со своей матерью и двумя младшими братьями. Отец

бросил нас, когда родились мои братья. Сейчас мне пятнадцать, я учусь в девятом классе. Мои братья – близнецы, им по восемь месяцев. Живём мы в коммунальной комнате. А я всегда мечтала об отдельной комнате… Мама работает уборщицей, а иногда ещё шьёт вещи на заказ. Вообще-то, мама – отличная портниха, просто с работой как-то не очень сложилось… Заказов бывает мало, а зарплата уборщицы ничтожно мала. А сейчас денег почти вообще нет, потому что мама сидит дома, так как в садик нашим близнецам ещё рано. Единственный источник доходов на данный момент – детское пособие и мамины редкие заказы. Мама изо всех сил пытается обеспечить мне с братьями хорошую жизнь, но денег катастрофически не хватает. Ну ладно ещё еда, но всё остальное… В классе я, наверное, самая бедная. Шмоток красивых у меня нет, уже пятый год хожу в одном и том же сарафане. Это ещё полбеды. Самое главное, я вынуждена постоянно торчать дома и помогать маме. Я, конечно, понимаю, что ей тяжело, но на свои дела у меня не остаётся времени. Уроки делать приходится ночью. Что уж говорить про дискотеки и всякие развлечения…

Сегодня у Машки (это моя одноклассница) день рождения, и она

позвала к себе домой весь класс. А меня мама не отпустила, поэтому я сбежала из дома. Я, конечно, не пошла к Машке, у меня ведь и подарка нет, и одета я не празднично… Мама сказала, что одна она не справится, ведь ей надо доделывать заказ, а с близнецами сидеть некому. Получается, только я одна из класса не смогу прийти на вечеринку. А я так обрадовалась, получив приглашение…

Я дошла до парка и остановилась. На одной из скамеек сидела

девочка примерно моего возраста, может, чуть младше. Я села на скамейку рядом с ней и принялась незаметно разглядывать девочку. Одежда на ней была старая и изношенная. Девочка отличалась сильной худобой, бледным лицом. Зато какие у неё были глаза… Огромные, льдисто-синие. Такие глубокие и чистые, словно безоблачное небо.

- Меня зовут Настя, - вдруг представилась моя соседка, слегка поворачивая голову ко мне.

- Катя, - коротко отозвалась я.

- Почему ты плачешь?

Я вытерла лицо окоченевшими от холода пальцами и ответила:

- Я сбежала из дома.

- Что случилось? – В вопросе не слышалось ни насмешки, ни

осужденья, только сочувствие и жалость…

Неожиданно даже для самой себя я заревела в голос и рассказала

незнакомому человеку всё. Про свою жизнь, про семью… Столько самых разнообразных чувств было на душе, и вот они наконец вылились наружу. Как же долго я сдерживалась! Как долго я скрывала свои чувства…

- Знаешь, - тихо начала Настя, выслушав мой путаный, прерываемый всхлипываниями, рассказ, - ты даже не представляешь, какой ты счастливый человек.

- Что? – безмерно удивлённая её словами, я в полном замешатель-

стве уставилась на свою собеседницу.

- Я росла в детдоме. Отец бросил маму, когда родилась я. А когда

мне исполнилось пять лет, мама сдала меня в приют, потому что она вышла замуж за иностранца и собиралась уехать с ним за границу. А этот иностранец ненавидел детей. Этот день навсегда запечатлелся в моей памяти. Я всё ещё помню, как меня охватил панический, неконтролируемый страх, когда я поняла, что больше никогда не увижу свою маму. Я помню, как, заливаясь слезами, обнимала её и умоляла не оставлять меня. Я помню, как она вырвалась из моих объятий и безжалостно оттолкнула меня от себя. Я помню, как она ушла навсегда из моей жизни, оставив лишь отпечаток горести и боли, непрерывно терзающей моё сердце. Вечерами я сидела на подоконнике и долго смотрела на улицу, надеясь увидеть там знакомую фигуру. Я никогда не переставала мечтать о том, что мама вернётся и заберёт меня из того ада, в котором я очутилась. Детский дом – это самый настоящий ад. Это могут понять лишь те, кто побывал там хоть немного. А я прожила в приюте десять бесконечно долгих лет! – Настя остановилась и пристально взглянула на меня.

- Ты, наверное, уже привыкла… - пролепетала я, не зная, чем могу

утешить её. Хотя… Нужны ли ей мои утешения?

- Привыкла? – мрачно усмехнулась Настя. – Катя, к такому нельзя

привыкнуть. После того, как меня бросила мама, меня затопили боль, страх и отчаяние… Самое страшное – это, когда ты знаешь, что ты никому не нужен. Понимаешь? Никому! Я поняла, что одна, что мама больше никогда не придёт. Я так мечтала ещё хоть раз увидеть её, услышать её голос… Я так соскучилась по тому, как мама ласково гладила меня по голове и читала сказки на ночь… Каждую ночь, ложась спать, я молила Господа Бога, чтобы я снова жила с мамой. Часто я видела в своих снах, как мама бросает меня в приюте, и просыпалась с криком. Моя жизнь превратилась в сущий кошмар. Сейчас кошмары прекратились, я больше не тешу себя бесплодными мечтами о возвращении мамы, но самое страшное то, что в душе у меня пустота… Даже боли уже нет… Только чёрная дыра.

Моё сердце болезненно сжалось от жалости к Насте.

- Да, твоя жизнь тяжела, но зато тебе есть ради чего жить. Ради кого. У тебя есть люди, которые любят тебя, которым ты нужна. А у меня нет никого! Я больше никогда не почувствую материнского тепла, никогда не смогу сказать «Мама, я тебя люблю!». Всё это потеряно. Этого для меня больше нет. Самое ужасное, что я не чувствую боли. Уже не чувствую… Такое ощущение, как будто… смысл исчез… Смысл жизни…

- У тебя всё будет хорошо… - прошептала я.

Настя устремила на меня глубокий, принизывающий насквозь, взгляд. Казалось, я сейчас утону в безграничной голубой бездне её глаз.

- Возможно… Но моя душа сломлена, я уже никогда не буду

прежней. А вот ты, если не поймёшь, насколько ты счастливый человек, точно когда-нибудь пожалеешь об этом. Но может быть слишком поздно… - Настя поднялась с места. – Подумай, Катя. Твоя мама любит тебя, она тебя никогда не бросит. Рядом с тобой есть люди, которым ты нужна. И это самое главное. Никогда не забывай о том, что ты обязана своей матери. Обязана ей за то, что она подарила тебе эту жизнь. Только благодаря своей маме ты стала тем человеком, кем ты являешься сейчас. Помни это.

Она повернулась и собралась уйти.

- Настя, - окликнула я девочку.

- Да?

- Спасибо.

Настя ответила мне грустной улыбкой и ушла.

Я смотрела ей вслед до тех пор, пока её миниатюрная фигурка не

скрылась из вида.

- Спасибо… - шёпотом повторила я.

Как же я благодарна судьбе за то, что она устроила мне встречу с этим человеком. Настя дала мне понять, что я счастливая.

- Я действительно счастливая… - вслух произнесла я, вспоминая

свою семью.

Маму, которая делает всё, чтобы мы жили хорошо, братьев…

Самоотверженностью и добротой мамы невозможно не восхищаться. Сколько всего она пережила! Сколько несчастий и трудностей выпало на её долю…

А я, дура эгоистичная, только о себе всегда и думала.

Я поднялась со скамейки и пошла домой.

Войдя в нашу комнату, я увидела, что мама возится с малышами.

Заметив меня, мама слегка побледнела, в её глазах отразились

отчаяние и боль…

- Мамочка, прости меня… - прошептала я, чувствуя, как по щеке

катится слеза.

Она кинулась ко мне и сжала в своих объятиях. Теперь плакали мы

обе. Я вдыхала в себя приятный аромат маминых волос и чувствовала, как меня переполняет безграничное счастье.

- Прости… - вновь шепнула я, а потом про себя добавила: «Спасибо

тебе, Настя. Спасибо…».