From Russia with… A Kid?!

From Russia with… A KID?!

Note: действие разворачивается в 2005 году. Green Day только что выпустили “American Idiot”, они на первых местах в чартах, у них каждый день берут интервью, их снимают для фотосессий. И вот, в один прекрасный солнечный день в Калифорнии…

- Нет, Майк! Ну как ты не понимаешь? Здесь надо сыграть не «па-ба-пааа-ба», а «пааа-бааа-па-па-паааа». Вот так, смотри, учись, пока дядюшка Билли жив.

Но до Майка все равно не доходило. И кто послал Билли в голову мысль, что нужно придумать «забавный, необычный… короче, просто фантастический» проигрыш между Holiday и Are we the waiting? И сам Майк, и Тре очень сомневались в необходимости этого проигрыша. Но Тре все делал как надо на своих барабанах, а вот Майк…

- Ладно, достал ты меня уже, приятель. Пошли-ка по пивку вдарим, а? – Билли снял гитару и положил на старенький диван их так называемой «студии», а точнее, одной из их первых репетиционных баз. Именно тут они решили черпать вдохновение для нового альбома, вроде как back to basics.

- Пошли, дружище. А надо он тебе, этот проигрыш?

-О, Майк, Это будет просто зашибись, поверь мне. Фаны просто визжать будут! И это станет нашей фирменной фишкой! Получится у тебя все! Тем более времени до концерта еще уйма.

- Да ладно, Билл, я не заморачиваюсь!

-Так, ребзя, мы пить идем или нет? – прокричал Тре, который уже стоял в холле.

-Идем, старая алкашня! – прокричал в ответ Билли, и они с Майком разом заржали.

И тут мобильник Билли заголосил мелодией Jesus Of Suburbia.

-Упс, неужели Эдри так рано? – обеспокоено сказал Бил. Потом в момент улыбнулся и пропел в трубку: - Это son of rage and love, детка.

-Билл, брось эти шуточки! – завозмущалась жена Билла, Эдриенн. – Лучше скажи, вы уже закончили репетировать и когда ты будешь дома? А то младший отказывается смотреть «Спайдермена» без тебя, представляешь?

-Ну-у-у… Понимаешь, тут Майк немного тупит…

-Что? Ничего я не туплю! Эдри, я не туплю, брешет он все! – прокричал Майк.

- О, слышу-слышу… Передай привет Майку от меня! И долго он еще тупить будет? В общем, надеюсь, ты пойдешь сразу домой, как примерный семьянин, муж и отец?

Билл знал, что она улыбается в этот момент.

- Да, госпожа.

-И чтоб никаких этих «вдарим по пивку» и прочее, ага?

-Угу…

- Ладно, не буду тебя задерживать, мой панк-рокер. Чао! Люблю тебя!

-Я тоже, Эдри! Целую!

-Билли, хватит с женой трепаться, дома поговорите! – воскликнул Майк.

-Эх ты, Майк. А она тебе привет передавала, между прочим. Какой же ты неблагодарный!

-Правда? Ну, ей тоже привет! – немного смутился Майк.

-Ладно, парни, идем в ближайшую забегаловку, берем пивка…

-Снимаем девчонок… - мечтательно продолжил Тре.

-Эй, чувак, я вообще-то женат! – напомнил Билли. – Вот когда я с Эдри и с малышней пойду в зоопарк или в музей, тогда собирайтесь и вперед, хоть всю Калифорнию снимите. Кстати, Майк, как там твоя… Джессика?

- Джессика была на той неделе. Теперь я с Джулией. Ох, Джулия!

-Сколько же ей лет?

-Она говорила, 26…

-Ага, знаем мы этих 26-летних, - встрял Тре, - силиконовые tits, губы, что там еще… Майк, ты прибавь к 26 как минимум десяток!

-Да ну тебя, Тре. Ты не знаешь Джулию!

-Да где уж мне!

-Нет, она правда особенная! А чего ж у тебя, если ты такой умный, нет подруги, а? А то скоро пузо нарастишь, девчонки это не любят.

-Ладно, не толкайтесь в двери!

Через 15 минут веселая троица уже сидела за самым дальним столиком одной неприметной забегаловки. Билли и Майк натянули свои бейсболки на самые глаза, а Тре напялил черные очки. У них раз пять спросили, не Green day ли они, но парни лишь отнекивались и на плохом английском говорили, что они вообще не местные. И правда, никому в голову не пришло, что эти трое мужчин низкого роста и есть завоеватели вершин всевозможных американских и мировых чартов и люди, изъездившие весь мир с концертами, билеты на которые раскупались быстрее, чем ты скажешь «пшик».

- Ну что, ребзя, не устали еще от славы? – спросил Билли, когда симпатичная и совсем юная официантка принесла им три большущие кружки пива и три не менее величественных пакета чипсов.

- Лично я ни капельки, – невозмутимо произнес Тре.

-Я тоже. Я кайфую от всего этого, – подтвердил Майк. – Думаю, тебя, Билл, не стоит спрашивать. Ты наш вдохновитель, хит-мейкер…

- Это ты круто сказал! А когда у нас концерт-то следующий?

- Ровно две недели осталось. Мы во второй раз летим в Россию, парни!

- Вот за это и выпьем! Чтобы русские не подкачали.

-Точно!

- Кстати, я тут в нете вычитал, что билеты уже раскуплены!

-Ни фига се! Круто! – Тре аж присвистнул.

- Ага… А я на Mtv Awards слыхал разговор между Джей Ло и Анастейшей…

-Майк, так вот где ты пропадал во время выступления Агилеры! – громко возмутился Тре и Майк заметил, что взгляды народа с соседних столиков были устремлены на него.

-Так вот что вы слушаете на самом деле, брехуны! – вторил ему Билли со смехом.

- Так… О чем это я? Ах, да! Джей Ло рассказывала, что была в России и выступала у какого-то тамошнего богача. Говорила, клево в России. И почти не холодно.

-Ладно, к нашему приезду снег успеет выпасти. А мы случайно не у миллионера выступаем?

- Не, мы в… как же это место называется-то? Тре, ты помнишь?

-Алип… Черт! Алипм… А-ли-м-пий-ски Холл, – выговорил Тре.

- Ох, язык сломишь, пока скажешь!

-Это точно, Билли. Надо будет в нете отыскать внешний вид этого здания. Да и внутренний не помешало бы…

Дома Эдриенн все-таки унюхала запах пива от черной футболки Билли, но ругать его не стала.

-Вообще-то сегодня годовщина нашего знакомства!

-Ничего себе у тебя память, Эдри!

-Это память не моя, а моего дневника!

-Wow, как интересно. Дашь почитать?

-Э нет, дорогой! – улыбнулась Эдриенн. – Даже не рассчитывай!

-Ладно, я тебя напою как-нибудь и сама расколешься!

-Даже не надейся! Зато теперь буду настороже! – и они вместе засмеялись.

В репетициях, встречах, вечерних посиделках за пивом две недели были на исходе. Неунывающая троица собрала чемоданы. Все были готовы к отлету. В аэропорте было много народу. Вездесущие фанаты откуда-то прознали, что их кумиры отбывают на другой континент.

-Билли, ничего не забыл? Помнишь, что я просила?

-Эдри, помню: пуховой платок, мед, водка, матрешки, пельмени, рецепт борща…

-Нет, лучше уж книгу рецептов русской кухни!

-Разве у нас такой нет?

- Нет-нет, там все-таки лучше купить. Надежней. Ладно, я потом тебе еще раз смску скину! Паспорт взял?

-Да, все документы со мной!

Майка провожала хорошая мулатка (Джулия?), тоже что-то ему растолковывала. Может, тоже платок просила или водку?

Тре прощался со своей экс-женой и их детишками. Из всех присутствующих она была наиболее сдержанна и робка.

Вот вся команда уже в салоне самолета. Стюардессы предлагали блюда традиционной русской кухни – блинчики с икрой, клюквенный морс, пирожки…

«Эх, Эдри обязательно бы выяснила рецепт всех этих вкусностей!»

-Ну че, Тре, зафанател уже от русской еды? – спросил Билл.

-А то! Интересно, водка предусматривается этим самолетным меню?

-Наверно, нет. И я их понимаю - они боятся, что пьяный Тре вывалится из самолета, – сказал Майк, и весь самолет засмеялся.

Билли старался изучить местность внизу, но напрасно – везде были облака, океан, а до России еще о-го-го сколько ехать.

Но путешествие не могло длиться вечно (к сожалению Тре – он бы ел и ел блинчики) и вскоре музыканты приземлились в московском «Домодедово».

Снега выпало немного. Все переживали, не слишком легко они оделись, но оказалось, что все их волнения были напрасны. Почти сразу их посадили а мини-автобус, где было ужасно жарко. Какой-то мужик спросил их на плохом английском:

- Ну как доехали?

- Хорошо, спасибо.

-Я администратор, Изюмин Геннадий.

-Очень приятно. Сложная у Вас фамилия! – заметил Тре.

-Не, нормальная на самом деле. В России похлеще есть, поверьте мне.

-Ха-ха, круто!

-Ой, скажите-ка по-русски что-нибудь. Ну, самое необходимое… И парочку матов, конечно! – попросил Билли.

К тому времени, когда микро-автобус подъехал к отелю (гостиницей этот символ роскоши и богатства просто невозможно было назвать), Билли, Майк и Тре знали необходимый лексический минимум среднестатического американского туриста: «Привет», «Пока», «Спасибо», «Я люблю вас», «Мы любим вас», «Еще увидимся» (любимая фраза Билли), «Я люблю блины с икрой» (это для Тре, конечно), «Вы лучшие» (для фанатов).

До концерта оставалось четыре дня. Билли договорился с менеджерами, чтобы они купили все, что хотела Эдриенн. К нему присоединились Тре и Майк.

Свободного времени было много. Троица смотрела русские каналы, пролистывала газеты и журналы, лакомилась заварными пирожными, конфетами «Мишки на Севере».

Билли болтал по телефону с Эдриенн, общался с ней и детьми по веб-камере.

И вот пришло время концерта. Не вдаваясь в подробности, можно с уверенностью сказать: концерт удался, куча интервью была роздана.

И вот потные Тре, Майк и Билли вваливаются в комнату, где их уже ждет ледяная… кока-кола, а вы что подумали?

И девушка.

-Упс. Тре, это к тебе?

-Неа, первый раз вижу.

-Девушка, вам автограф? – вежливо спросил Билли.

-Тре… - она как-то странно посмотрела на барабанщика… и заревела.

Парни опешили. Первым очнулся Майк. Он подошел к дивану, где сидела незнакомка, и заговорил с ней.

-Девушка, вы кто и откуда? Вот платок.

-Спа… спасибо. Меня зовут Варвара. Варя…

-Вам автограф?

-Не… Нет… - девушка громко высморкалась. – Извините.

-Ничего страшного. Хотите… кока-колы?

-Хочу…

- Эй, ребята, что за посторонняя в номере? – начал было менеджер Green day, но Билли сделал ему знак и тот удалился.

- Ладно, рассказывай теперь, что случилось, – попросил Билл и сел на кресло.

-Понимаете… Мой английский не очень хорош, но я буду пытаться. Когда вы первый раз приехали сюда, мне было 18 лет. Я была девочка-панк, ваша фанатка. После концерта я прошла за кулисы… Вы трое были…

-Пьяны как последние уе…

-Билли, тут девушка!

-Вот… Ну да, вы были нетрезвые. Ко мне подошел Тре Кул…

Майк и Билли в момент перевели взгляды на Тре, который тут же густо покраснел.

-И что же было дальше? – иронически спросил Билли.

-Ну… Он сказал «Пойдем со мной».

- И вы?

- Пошлааа… - тут она опять расплакалась.

-Значит, мутишь тут в России, алкашня? – Билли подошел к Тре. Тот молчал, что весьма удивительно при всей его любви поговорить.

-А что он?

-Ну… Он… Эээээ….

-Он с тобой переспал?

-Я… я… я…. Забеременела.

-Вот это Тре! – в один голос сказали Майк и Билли. Тре покраснел еще гуще.

-Тут уж теперь красней - не красней, дружище, а суть остается той же.

-Это правда, Тре? – спросил старого товарища Майк.

- Я не помню, ребят… Я был так сильно пьян… Помню, что говорил кому-то «Пойдем», но кому… Что ж, хоть теперь понял…

- И теперь Вы здесь, – сказал Майк.

- Ну… Я живу в городе Саратов… Я хотела, чтобы Тре посмотрел на дочь…

-У вас с собой фото? – оживился Тре.

-Нет, я думала, может… Ну… Вы поедете в Саратов? У вас не запланированы концерты в ближайшее время?

-Давай, Тре! Соглашайся. Развеешься заодно, - сказал Билли.

-Билл, ты шутишь, да? Я и в этом… Как его?

-Саратов, - подсказала девушка и громко высморкалась.

-А это далеко, милейшая? – спросил Майк.

-Не очень. Вас там никто не узнает. Наверно… - намного подумав, добавила она.

-Это еще доказать надо, что дочь моя! – сказал Тре.

-Я… ну… больше ни с кем… Вообще. Вы мой идеал.

Вся троица так и села на диван.

-Я? Ваш? Идеал? – медленно произнес Тре.

-Вот Тре, я же говорил, что и на твоей улице вагон с пряниками перевернется! – воскликнул Билли.

- Я как увидела вас в клипе, сразу влюбилась, – робко произнесла Варя.

-Ребята, только предупреждение – не делайте из этой… э… истории мыльную оперу! Тре, не ломайся, езжай ты в этот…э… город, погляди на ребенка и назад, – похоже, первым не выдержал Билли.

-Да, вот тебе легко говорить – у тебя жена, два сына, все в порядке… А у меня дите в этом…

-Саратов, – подсказала Варя.

-Вдруг меня там прибьют?

-Тре, не драматизируй!

-Но со мной же вы не поедете, правда? – хотя в глазах Тре теплился огонек надежды.

-Эх, Тре, боюсь, ты должен пройти это один.

-Спасибо, друзья.

-Блин, Тре, ты мужик или нет, в конце концов? – спросил Билли. – Щас позвоню Эдри, она же умная, все знает, понимает. Может, посоветует?

Билли вышел из комнаты.

И вернулся минуты через две.

-Ну что? - мрачно спросил Тре.

-Сразу сказала – пусть езжает в этот… Блин, все не могу запомнить!

-Саратов, – тихонько, почти шепотом сказала Варвара.

- Са-ра-тов, - медленно проговорил Билли. – Надо в туалете написать что ли, чтоб запомнить легче.

-Я еду, – тихо сказал Тре. И уже громче: - Еду!

-Ага, видать, не вся совесть пропита, да, Тре? – ехидно заметил Майк.

-Ничего, теперь у него три ребенка! За это даже стоит выпить. Приятель, ты обошел меня! – вторил ему Билл.

-Когда выезжаем? – спросила Варя, которая сидела тише воды ниже травы, рассматривая узор паркета.

-Надо же еще билеты купить…

-Тре, звонок нужным людям и билет твой! Даже если мест уже нет! – заметил Майк.

-Да, Майк прав. Надо попросить нашего менеджера позвонить куда надо. Ха, а вот и он.

-Ребят, вы мне объясните, то группис, что ли?

-Нет, дружище! Это мать ребенка Тре!

-Опаньки! Тре, когда успел?

-В прошлый раз, когда мы с Санкт-Петербург приезжали в 2003-м, помнишь? Он был пьян как… ну, в общем, очень пьян, ну и… - пустился в объяснения Билли.

-А девушку эту как зовут?

-Варвара, - ответила покрасневшая Варя.

-По-нашему это вроде Барбара.

-Ладно, так ты едешь, Тре? – спросил менеджер.

-Еду.

-Молодец, как настоящий мужик!

-Хоть раз-то в жизни надо побыть мужиком! – съехидничал Майк.

Звонки куда надо были сделаны, Тре уже упаковал свой чемодан. С Варварой они перекинулись парой ничего не значащих предложений, а так в основном молчали.

Билли и Майк отправились с Варей и Тре на вокзал, предварительно замотались в огромные шарфы и надели большущие черные очки для верности. Надо сказать, выглядели они странно и все оглядывались на них.

-Ну, дружище, надеюсь, все будет О’кей, - дал свое напутствие Билли.

-Да, Тре, звони нам, мы тут переживать ведь будем! Варя, там же небось снега много, да? – спросил Майк.

-Нет, но скользко очень.

-Береги себя, друг!

На удивление, фанатов и фанаток неподалеку не наблюдалось, Тре беспрепятственно сел в вагон. Проводница не сказала ничего по поводу отсутствия русского паспорта у гражданина. Видимо, звонки были сделаны действительно в нужные места!

- А долго ехать-то? – первым нарушил тишину Тре.

-Нет, думаю, сутки.

-Да ты не бойся так меня, Варя! Что ты в самом-то деле!

-Просто… поверить не могу, что это вы и что вы едете в поезде Москва-Саратов! – она наконец-то улыбнулась.

-Да ладно тебе! Я обычный парень из Калифорнии…

-Для меня нет. Я этой Калифорнии не видела никогда, да и вряд ли увижу! Мне в Саратове хорошо!

- А ты кем работаешь?

-Библиотекарем. Из-за… э… беременности я не пошла в Университет после школы… Мне в 2003-м было всего 17…

-Видишь. Я тебе всю жизнь испортил, а ты еще меня даже не ударила! – горько усмехнулся Тре.

-Просто понимаешь… Понимаете… Я была влюблена именно в Вас, мне даже хотелось ребенка от Вас! Но я не думала, что все так… Так что сейчас я вполне счастлива! У меня есть моя дочь…

-А как ты ее назвала?

-Вообще моя мечта была назвать ее Фрэнки. Вас же зовут Фрэнк! Но потом я подумала, что это уж слишком и назвала ее просто Полина.

-А она… ну… похожа на меня?

-Кстати, да! Такие же волосы как у Вас! Хотя ей всего два, сходство очень заметно!

-Ух ты! Варя, ты же наверно знаешь, что у меня два сына…

-Да, знаю, конечно! У нас в библиотеке есть Интернет!

-Вот почему-то я тебе поверил сразу, поверил, что ты не врешь! Бывает же так… Наверно, все газеты в Америке и может быть даже в России решат. Что я свихнулся – еду с незнакомкой в какой-то Саратов – правильно я сказал? Я и сам себе удивляюсь – вот так просто сорвался и поехал! – он стал смотреть в окно на бесчисленные поля, леса, огороды, маленькие домики, которые по определению могут быть только русскими. Ему, типичному американцу, все было в новинку.

И вот он, пункт назначения – славный город Саратов. Наших героев он встретил самой неприветливой и недружелюбной погодой на свете. Только представьте: серое небо, голые деревья, какая-то непонятная изморось с неба, кое-где лежит снег, кое-где и вовсе лужи… Типичная теперь уже русская зима, которой так боятся изнеженные средиземноморскими курортами европейцы и расплавляющиеся на солнце американцы.

-Ничего себе! У вас так всегда зимой? – у бедняги Тре аж глаза на лоб повылезали. Он-то ожидал увидеть сугробы по пояс, снег, переливающийся на солнце…

-Теперь да. Но сугробы тоже бывают, но в последнее время редко.

Потом им пришлось сесть на электричку, потому что автобусы в такую рань не ходили еще.

-Ну, как, первые впечатления какие? – спросила раскрасневшаяся Варя у Тре.

-Знаешь, у меня просто нет слов. Я никогда этого не видел и не знал, что так вообще бывает… Мне нужно это как-то… переварить!

-Ничего, домой приедем, чайку попьем с баранками.

-С чем?

-Увидишь!

Через два часа они уже шли по тихой улочке, вдоль которой располагались простые одноэтажные русские домики, домишки, дома и домищи – от низшей степени бедности до кричащего богатства.

-Видишь тот дом с кривым забором? Это мой! Что ты так удивленно смотришь? У вас там небось особняки в Калифорнии, да? Можешь не отвечать!

И они засмеялись, причем почти одновременно.

По мере их приближения к Вариному дому, как водится, залаяла собака. Сильно залаяла, во всю свою собачью мощь. Может, она чувствовала приближение призера «Грэмми»? Кто их собачий нюх знает?

-Замерз?- спросила Варя, заметив, что у Тре покраснел нос. – Странно, мороза почти нет, всего минус пять! Впрочем, для вас, американцев, это уже катастрофа, знаю, знаю! Ну, во и мой дом! Милости прошу!

Варя ловко достала из сумки связку ключей, быстро отворила калитку.

-Не стесняйся! Будь как дома!

Затем Варя открыла еще парочку дверей. В доме было тихо, все спали. Потом послышался шорох.

-Варя, это ты?

-Это мама, - объяснила очумевшему Тре Варвара.

-Да, мама, я! Ты не поверишь, кто со мной!

-Кто? Неужели Дима и ты решила связать свою судьбу со стоящим молодым человеком?

-Мама, ну какой Дима? Это отец Полины!

И тут мама Вари вышла из спальни в ужасном зеленом халате с немыслимыми красными цветами, которым бы позавидовала сама природа.

-Здра… Здравствуйте! – мама явно опешила.

-Мама, он не знает русского! – одернула ее дочь.

-А! Тогда…Эээ… Хэлло! Ха уду ю ду?

-Good, thank you! And how are you?

-Вэри…Эээ… Вэри гуд. Может, вам покушать с дороги?

-Тре, будешь есть?

-Эээ… - Тре вдруг обнаружил, что ужасно, просто нечеловечески голоден и почувствовал, что смог бы съесть целого кабана.

Без преувеличения – стол ломился от еды. Тут были все мыслимые и немыслимые лакомства русской кухни – картошка, огурчики, курочка, грибочки, блины, всякие-разные домашние соленья, и все это казалось Тре таким волшебным на вкус, что он просто не хотел выходить из-за стола, хотя съел он много-много всего, а мама Вари постоянно подкладывала ему маринованных грибочков.

Как водится, потом Тре ужасно потянуло в сон… Но, конечно, было бы свинством с его стороны, если б он хотя бы краешком глаза не взглянул на свою спящую дочку.

Он осторожно, насколько это было возможно при его комплекции и с полным животом русской еды, прокрался в детскую комнату.

То, что, а точнее, кого он увидел, развеяло все его оставшиеся сомнения насчет того, что Варя, возможно, что-то напутала в этой истории.

В кроватке спала его копия в детстве. Те же светлые волосы, глаза, даже носик и лоб… Это определенно был он. Он даже на минуту почувствовал себя в прошлом, лет за 30 до всего этого. Но вовремя ущипнул себя.

-Ну, что скажешь? – спросила одними губами Варя. Она заметила, что что-то во взгляде Тре изменилось, но что, понять она не могла.

-Понимаешь, теперь у меня нет никаких сомнений… Это же я в детстве, честное слово! На всех фото того времени, когда мне было два или около того, я выгляжу точно так! Боже милостивый, я даже и подумать-то не мог, что это когда-нибудь случится и у меня будет дочь. Полурусская причем. Это реально круто.

Потом Тре все-таки пошел спать.

А на следующее утро выпал снег. Много снега. Улица, на которой жила Варвара с мамой и Полиной, была похожа на улицу с новогодних открыток – все в снегу, деревья выглядят просто вопиюще красиво, кругом сугробы…

-Варя, посмотри в окно! Тут снегу намело! Много! – разбудил Варвару свои криком Тре.

-Да, и вправду красотища!

-Как можно так спокойно об этом говорить?

-Тре, понимаешь, у вас это раз в десять лет, а у нас каждый год!

Но Тре, казалось, пропустил это мимо ушей.

-Пошли на улицу! Одевайся и пошли на улицу!

-Еще рано! Я хочу спать! – с Варя упала на кровать, зарывшись в одеяло.

-Мама! Мама! Снег!! – маленькая Полина забежала в комнату Вари в трусиках и маечке. И остановилась, потому что этого невысокого полноватого дядю она видела впервые. – А этот дядя кто?

-Что она говорит?

-Спрашивает, кто ты.

-Поля, это твой папа!

-Папа? Настоящий? Папа, а откуда ты приехал?

-Спрашивает, откуда ты приехал. Скажи: Я приехал издалека.

Тре повторил.

-С северного полюса?

-Поля, папа русского языка не понимает.

-Как это, мамочка?

-Папа приехал из другой страны, он там живет.

-А чего у нас не живет?

-Там его знает много людей, он не может к нам приехать жить.

-Тогда мы приедем.

-Варя, о чем вы говорите?

-Полина говорит, что мы должны переехать к тебе жить!

-А что, это круто! В Штатах она бы получила хорошее образование, познакомилась бы с кучей знаменитостей!

-Ничего, что русское образование ценится во всем мире?

-Ей нужно выучить английский!

И тут Тре подошел и поцеловал Варю.

Ему так нравились ямочки и хороший, здоровый румянец на ее щеках, что он не смог сдержаться. Варя не отшатнулась от него, как ни странно.

И они больше не расставались. Вместе играли в снежки во дворе, лепили снеговиков, ходили в магазины, в кино, да и просто вместе гуляли. Тре звонил Билли с Майку в Калифорнию, друзья-коллеги очень радовались за него и просили привезти русских вкусностей.

Но Тре уже давно, еще в поезде, все решил. Варю тут он не оставит. И Полину. Они будут жить с ним, на солнечной земле Калифорнии. Потом, может, и мама Вари подтянется… А Варю и Полину он не оставит в той глуши.

И теперь он только убеждался в том, что решение, принятое в поезде, было правильным.

И он сказал об этом Варе. И она согласилась. Потому что с шестнадцати лет для нее существовал только один мужчина, имя и фамилию которого вы знаете, но могу еще раз повторить – Тре Кул. Ей было всего 19. Ему чуть больше тридцати. Но это разве имеет значение? Любовь кладет на все числа. Любовь ненавидит математику, в чем бы это ни выражалось – в годах или километрах, отделяющих ЕГО и ЕЕ.