ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ПРОБЛЕМЫ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА
Тамбовский филиал Московского университета МВД России
В настоящее время благодаря научно-техническим достижениям стало возможно решение проблемы бесплодия посредством суррогатного материнства. Суррогатная мать – новое понятие в российском праве, введенное Семейным кодексом РФ 1995 г., означающее женщину, родившую ребенка для других лиц в результате имплантации ей эмбриона. Однако до настоящего времени российское законодательство регламентирует лишь отдельные аспекты суррогатного материнства. Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан в п.1 ст.35 предусматривают право женщины на искусственное оплодотворение [1], но суррогатное материнство – это не просто искусственное оплодотворение, а вынашивание плода и рождение ребенка для другой женщины. Инструкция по применению методов вспомогательных репродуктивных технологий, утвержденная Приказом Минздрава России № 67 от 01.01.01 г. [2], посвящена лишь медицинским аспектам данного метода, но не правовым. Семейный кодекс РФ и Гражданский кодекс РФ не закрепляют также основы правового регулирования суррогатного материнства и содержание договора между суррогатной матерью и супружеской парой. В Семейном кодексе РФ речь идет только об отношениях «родители – дети», т. е. закон признает уже свершившийся факт – рождение ребенка. Очевидно, законодатели должны более определенно высказать свою позицию по данному вопросу. Учитывая, что в мире лишь несколько государств (США, ЮАР, Казахстан, Украина) разрешают проведение операций по суррогатному материнству, российскому законодателю необходимо взвесить все «за» и «против» подобного решения проблемы бесплодия.
Действующее российское законодательство в первую очередь охраняет интересы суррогатной матери. Это выражается в том, что только после отказа суррогатной матери от ребенка генетические родители приобретают законные права на материнство и отцовство, т. е. приоритетное право решать судьбу ребенка принадлежит суррогатной матери, и на практике может возникнуть ситуация, когда генетическим родителям будет вообще отказано в материнстве и отцовстве. В свою очередь интересы генетических родителей начинают пользоваться правовой защитой после получения согласия суррогатной матери на передачу им ребенка. При этом процедура государственной регистрации ребенка проходит не через процедуру усыновления, а обычным путем, т. е. родителям-заказчикам выдается свидетельство о рождении ребенка, где они как генетические родители указаны в качестве его родителей. Вместе с тем, Семейный кодекс РФ не защищает ни одну из сторон от недобросовестности второй: как заказчик, так и исполнитель могу отклониться от выполнения условий, заключенного ими соглашения.
Отмечая необходимость правового регулирования данных отношений, следует также учитывать и то, что отношения, возникающие по поводу суррогатного материнства, по своей природе не могут быть полностью урегулированы только нормами закона. Это обусловлено тем, что применение суррогатного материнства вызывает не только правовые вопросы, но и морально-этические споры. Из этого следует вывод, что проблема суррогатного материнства находится на стыке права и морали. Как справедливо отмечает «выносить и родить ребенка для чужой супружеской пары – цель благородная, но как юридически, так и этически проблемная» [8, с. 10]. В свою очередь, относит проблему суррогатного материнства к одной из актуальных биоэтических проблем [10, с. 120]. Это порождает множество разногласий относительно как отдельных вопросов правового регулирования, так и вообще допустимости использования суррогатного материнства для решения проблемы бесплодия.
Противники суррогатного материнства (например, [7, с.83]) не без основания опасаются порочной практики превращения детей в подобие товара, создания ситуации, при которой богатые люди смогут нанимать женщин для вынашивания своих потомков. Материнство при этом становится договорной работой, причем стремление к материальной выгоде может возобладать здесь над здравым смыслом и соображениями пользы для договаривающихся сторон. Кроме того, многие феминистки считают, что такая практика будет способствовать эксплуатации женщин, а религиозные деятели усматривают в ней безнравственную тенденцию, подрывающую святость брака и семьи.
Существуют также реальные опасения того, что некоторых суррогатных матерей может достаточно сильно психологически травмировать необходимость отдать ставшего «своим» за девять месяцев беременности и родов ребенка, с которым установилась прочная духовная связь (даже если вначале женщине казалось, что она сможет расстаться с таким ребенком без особых переживаний).
Сторонники использования суррогатного материнства (например, [5], [9, с.367]) смотрят на эту проблему совсем по-иному. Они указывают на то, что для семьи, бездетной из-за неспособности жены зачать или выносить плод, это единственный способ получить ребенка, который будет генетически родным для обоих супругов (или для мужа). Они отмечают также, что подобная процедура, позволяющая произвести на свет желанное дитя, по сути дела не так уж сильно отличается от усыновления. По их мнению, это не коммерциализация деторождения, а глубоко человечный акт любви и сотрудничества. Этот акт связан, конечно, с потенциальными опасностями для суррогатной матери, но она способна их оценить и может сознательно пойти на риск; таким образом, решение о заключении контракта не будет для нее более рискованным, чем для многих других женщин, выбирающих себе не совсем безопасные «занятия». По мнению , сторонники суррогатного материнства не считают его формой эксплуатации женщин; они утверждают, что женщина, добровольно решившая стать суррогатной матерью, получает за выполнение этой роли достаточную материальную компенсацию, а также моральное удовлетворение от приносимой другим людям и обществу пользы [5].
Самое распространенное заблуждение сторонников – они считают, что в ребенке, выношенном чужой женщиной, сочетаются их гены, а раз гены «собственные», то какая разница, на какой почве произрастает плод. Действительно, рожденный ребенок внешне будет похож на биологических маму и папу. Но девять месяцев он находился в лоне другой женщины. И именно она питала его своими «соками», именно к ее телу привыкал будущий младенец, именно ее готовился называть мамой. Ведь не расскажешь же ребенку, что он получил возможность воплотиться за деньги! [4, с. 16].
Маленький человечек, выношенный инкубатором, девять месяцев существует в состоянии товара, который меняют на деньги. Женщина – суррогатная мать отдает часть себя, а ведь именно так и выглядит рождение с биологической точки зрения, т. е. она продает за деньги свое тело, в котором развивается чужое существо. Родители-заказчики, как правило, общаются с суррогатной матерью их будущего ребенка только дважды – в самом начале и при передаче ребенка. Трогательные рассказы биологических мам о том, что они «начинают чувствовать этого ребенка», «устанавливается связь с ним», – к сожалению, не более чем разыгравшаяся фантазия. Ведь не убиваются женщины по каждой вышедшей из них яйцеклетке, а это вместе с тем происходит раз в месяц. Точно так же, как и мужчины не страдают по излившимся из них сперматозоидам [6, с. 376].
Последствия для всех трех сторон, участвующих в этой сделке, не могут быть названы благоприятными. Вывод может быть только один: притяжение души ребенка на воплощение в неблагоприятных для нее условиях является эгоистическим деянием обеих договаривающихся сторон – биологических родителей и суррогатной матери. Невежественно нарушая естественный механизм воплощения души, обеспечивающий всем ее участникам наиболее благоприятные условия для развития и творчества, они берут на себя ответственность, всю величину которой не в состоянии себе представить [7, с. 83].
Желание родить «собственного» ребенка более чем понятно. Однако, если этого не получается сделать, не будет ли более благородным обратить свои взгляды на уже рожденных детей, оставленных своими родителями? Точно так же, как к родителям притягивается собственный ребенок, к ним придет и этот – усыновленный [3, с. 104]. Не более гуманным будет потратить деньги не на дорогостоящие операции, а на помощь уже рожденному малышу, который станет вашим навсегда?
Очевидно, что морально-этические проблемы не поддаются однозначному решению: здесь крайне сложно найти тот выход, который бы устраивал как участников отношений, складывающихся по поводу суррогатного материнства, так и общество в целом. Однако это не отменяет необходимость урегулирования данных отношений на законодательном уровне. Как уже отмечалось в начале статьи, законодательство Российской Федерации в части правового регулирования вспомогательных репродуктивных технологий пока, к сожалению, весьма далеко от совершенства. И обращает внимание на то, что, большинство медиков, применяющих вспомогательные репродуктивные технологии на практике, юристов, специализирующихся на медицинских казусах, да и просто граждан, так или иначе столкнувшихся с этой проблемой, единодушны в том, что необходим новый нормативный акт [8, с. 25], регламентирующий более подробно отношения, складывающиеся по поводу суррогатного материнства. Нормативно-правовой акт должен обозначить те процедуры и манипуляции, выполнение которых стало возможным в последние годы в связи с развитием медицинских технологий; дать подробные инструкции по совершению этих манипуляций; разработать единую терминологию; и самое важное – это регламентировать оформление договорных отношений медицинских учреждений с пациентами, которые в данном случае выступают в роли клиентов-потребителей медицинских услуг.
1. Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (утв. ВС РФ 22.07.1993 № 000-1) // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации от 01.01.01 г. № 33. Ст. 1318.
2. Приказ Минздрава РФ от 01.01.2001 №67 «О применении вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) в терапии женского и мужского бесплодия» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 24.04.2003 N 4452) // Рос. газ. 2003. 6 мая. № 84.
3. Вишневский , рождаемость, смертность. М., 20с.
4. , Медков поведение семьи. М., 20с.
5. «Что нужно знать о суррогатном материнстве» // «Городец», 2007//Справочно-правовая система «Консультант Плюс»: [Электронный ресурс] / Плюс». – Последнее обновление 13.10.2009.
6. Kon I. Einfuhrung in die Sexuologie. Berlin, 20s.
7. Миронов демографическое поведение. М., 20с.
8. Свиридонова -правовое регулирование суррогатного материнства: дис. ... канд. юрид. наук. СПб, 20с.
9. Харчев и семья: сквозь нации и народы. М. 20с.
10. Черкашин науки: этические и правовые аспекты // Государство и право. 2007. № 5. С. 118-121.
