@ЗАГОЛОВОК = Польский военный контингент в Афганистане: задачи, проблемы,
2 части
@РУБРИКА = /Алексей Карцев, корр. ИТАР-ТАСС в Варшаве/
Вопрос о необходимости пребывания в Афганистане польского военного контингента утратил в Польше свою первоначальную остроту. Выходя на первые полосы газет лишь после гибели в Афганистане очередного польского солдата или офицера, он перестал волновать политиков, и, похоже, даже польское общество.
Главное объяснение этого, состоит, пожалуй, в том, что между различными политическими партиями страны, которые ведут между собой ожесточенную политическую войну "на уничтожение" по внутриполитическим проблемам, в афганском вопросе царит удивительное единодушие. И партия "Закон и справедливость" /ЗиС/, созданная братьями Качиньскими, и ее злейший враг и оппонент - партия премьер-министра Дональда Туска "Гражданская платформа" /ГП/ и даже находящийся в постоянной оппозиции к ним социал-демократический Союз демократических левых сил /СДЛС/ ни разу не поставили под сомнение необходимость пребывания в Афганистане польского военного контингента.
В результате, в Польше сложилась почти парадоксальная ситуация - ни один политический деятель до сих пор не дал сколь-нибудь вразумительного объяснения того, зачем находятся в Афганистане польские военные, если не считать заявления Дональда Туска о "выполнении союзнического долга".
"Гражданское демократическое общество", о существовании которого в Польше с гордостью рапортуют политики, также не требует объяснить ему почему около 2 тыс. польских солдат и офицеров за тысячи километров от польских границ ведут войну на территории независимого государства, которое не причинило Польше или ее гражданам ни малейшего вреда.
Как ни цинично это звучит, игнорирование афганской темы объясняется, похоже и тем, что потери польского контингента оказались значительно меньшими, чем прогнозировалось военными экспертами перед отправкой военнослужащих в Афганистан -- за все время пребывания поляков в Афганистане они потеряли там 9 человек убитыми и несколько десятков ранеными. В самой Польше такое число людей гибнет в дорожно-транспортных происшествиях всего за один день.
Ознакомившись с риторикой на афганскую тему, невольно приходишь к выводу, что наличие в Афганистане польского военного контингента служит для польской правящей элиты своеобразным предметом "национальной гордости", поскольку дает возможность Варшаве встать по этому показателю в один ряд с ведущими государствами Евросоюза, такими, например, как Франция или Италия, имеющими в Афганистане 2780 и 2350 солдат соответственно.
Вполне очевидно, что отправляя в Афганистан своих военных, Польша рассчитывала также теснее пристегнуть себя к внешнеполитическому курсу США
- своего главного стратегического союзника, рассчитывая взамен добиться от Вашингтона массированной военной помощи для модернизации Войска Польского и прежде всего устаревшей системы противовоздушной обороны.
Первоначально польский контингент в Афганистане насчитывал 1590 военнослужащих. Они отправлялись туда на ротационной основе, сменами по шесть месяцев. Одновременно оккупационный контингент Польши находился и в Ираке. Содержание двух таких хотя и малочисленных, но отдаленных на тысячи километров от Польши группировок оказалось для бюджета министерства обороны задачей непосильной. В результате, одним из первых решений премьер- министра Дональда Туска после его прихода к власти осенью 2007 года стало обещание вывести польский контингент из Ирака.
Делая этот ход польский премьер сразу две задачи: во-первых, резко сокращал расходы на содержание войск за границей и, во-вторых, делал уступку общественному мнению, которое в вопросе Ирака /в отличие от Афганистана/ занимало резко критическую позицию. Но выводя польских солдат из Ирака, "голубю" Туску пришлось все же сделать реверанс в сторону своих "ястребов" из минобороны, которым он пообещал увеличить афганскую группировку на 400 солдат и офицеров.
Не исключено, что демонстрируя "повышенную лояльность" к США Дональд Туск рассчитывал сделать Вашингтон более уступчивым на польско - американских переговорах по ПРО, а это дало бы премьеру лишние очки на внутренней политической сцене в его ожесточенной борьбе с президентом Лехом Качиньским.
Таким образом, польский контингент в Афганистане достиг численности в две тысячи человек и стал седьмым по численности после контингентов США, Великобритании, Германии, Канады, Франции и Италии. В отличие от германских и итальянских военнослужащих поляки не имели никаких ограничений по части применения оружия против афганских талибов и командование имело полное право использовать их в боевых операциях.
Однако, особыми успехами и настойчивостью в военных действиях польские солдаты не отличались. Причина заключалась, как в технических, так и в морально-этических причинах. С одной стороны, явно недостаточным было авиационное прикрытие, поскольку закупленные Войском Польским специально для афганского контингента беспилотные летательные аппараты /БЛА/ "Орбитер", плохо переносили песчаные бури и почти не могли летать в сильный ветер. Собственных вертолетов у Польши в Афганистане было тогда всего восемь и поэтому в случае необходимости оставалось рассчитывать только на американскую авиацию.
Возникли проблемы и с транспортом. Сразу стало очевидно, что автомобили-внедорожники "Хонкер" польского производства, которые выпускались еще во время существования Варшавского договора, не могут использоваться в условиях "минной войны", проводимой талибами. Большие нарекания вызвали и более взрывостойкие американские "Хаммеры" /военный вариант называется "Хамви"/, которые получило Войско Польское. Дело заключалось в том, что себе американцы оставили "Хаммеры" с усиленной броней /включая бронирование дна автомобиля/, а полякам предоставили старую модель, которая не обеспечивала степени защищенности, достигнутой на новых "Хаммерах". Примерно половину потерь в Афганистане Войско Польское понесло во время подрыва на минах этих автомобилей. Щедрый подарок американских союзников не защищал экипаж даже от атак мотоциклистов, которые на большой скорости расстреливали внедорожники из пулеметов и забрасывали гранатами. Дело дошло до того, что поляки отказывались проводить на них на патрулирование, полагаясь только на производимые в Польше по лицензии финской фирмы "Патрия" бронетранспортеры "Росомак" /"Росомаха"/.
Что касается "Росомаков", широко разрекламированных в польских СМИ, то Афганистан продемонстрировал, что недостатки есть и у этих суперсовременных бронированных машин. Надежно защищая экипаж от мин, дорогостоящие "Росомаки" сами выходили из строя. К тому же противотанковые гранаты, выпущенные талибами из РПГ, все же пробивали их броню. Особенно слабой оказалась башня, броню которой талибам однажды удалось прошить насквозь простой металлической болванкой, выпущенной из самодельного гранатомета. Не стали панацеей в минной войне и американские БТР "Кагуар"
/MRAP/, обладающие V-образным днищем, рассеивающим ударную волну при взрыве мины под днищем БТР. Хотя ни один поляк не погиб при подрывах "Кагуаров", многие находящиеся в них военнослужащие получали ранения.
Только с ноября 2008 по апрель 2009 года талибы сумели вывести из строя 5 БТР "Росомак" и 2 "Кагуара". В мае подорвались еще 2 "Росомака".
Повреждения, нанесенные этим машинам минами и самодельными взрывными устройствами, не могли быть исправлены на месте. Если учесть, что всего у польского военного контингента в Афганистане на вооружении состоит 60 собственных БТР "Росомак" и 30 арендованных у американцев "Кагуаров", становится ясно, что понесенные технические потери серьезно сузили мобильность польских войск, расположенных на четырех базах в провинции Газни. Попытка "одолжить" у своих главных союзников дополнительные "Кагуары" закончилась провалом. Американцы ответили полякам в духе "самим мало" и разрешили лишь продлить пользование уже имеющимися машинами на несколько месяцев.
/следует/
