Проблема влияния будущего на настоящее

Проблема влияния будущего на настоящее

С. П. Курдюмов

Я буду говорить о влиянии будущего на настоящее, и о возникающей здесь проблеме причинности. Я потом объясню, как я к этому подходил, чтобы это было достаточно убедительно.

Сначала я напомню только две вещи: есть идея Пуанкаре, высказанная им в девятисотые годы ХХ века. Сейчас она выросла в дисциплину, которая называется «Качественная теория обыкновенных дифференциальных уравнений» и преподается во всех вузах естественнонаучного профиля. Она связана с анализом нелинейных уравнений, которыми описывается, в частности, и нелинейность эволюции. Этот подход дает новые взгляды на закономерности развития мира, на внутренние цели этого развития, на способы организации структур, которые в мире возникают. То есть появилась возможность отвечать на вопросы, какие формы возникают, откуда они возникают, почему они такие, почему спектр этих форм дискретный и нет непрерывности при переходе от одних форм к другим. Эти идеи также проскальзывали и в предыдущих докладах. Все эти идеи дают подход к своеобразной, новой, нелинейной термодинамике, которая отвечает на главный вопрос: куда идут процессы?

Старое начало термодинамики - закон сохранения энергии, второе начало, – отвечая на вопрос, куда идут процессы, гласит, что в закрытых системах, например, в термосе, процессы идут к максимуму энтропии. Попросту говоря, оно предсказывает превращение любых сложных движений, волн, в тепловой хаос, в деградацию организации. А мир, как показывала эволюционная теория Дарвина, исследования геологов, физические модели развития мира, возникновения звезд и т. п. – говорят и о другом направлении процессов эволюции. «Большой взрыв», звезды, их эволюция, возникновение тяжелых элементов, мы сами, состоящие из звездной пыли, оставшейся от взрыва сверхзвезд, мы тоже продукт этой эволюции. Модель эволюции достаточно хорошо изучена, следствия из нее проверяются экспериментально, например, измеренная температура излучения, оставшегося после Большого взрыва, совпадает с выводами теории. То есть это не просто так, умозрительная, согласованная на всех уровнях известных нам знаний картина, но еще и предсказания ее находятся и наблюдаются, как и полагается для теорий.

И все-таки, куда идут процессы в открытых системах? Все основные системы в мире - открыты. Вот Земля - открытая система. В ней идут экологические процессы. Или ноосфера, описываемая теорией Вернадского. Куда идут процессы в ноосфере, как должны быть организованы возникающие в ней структуры, как все происходит, однонаправлено ли происходит этот процесс, то есть стрела времени по Пригожину, и все движется к усложнению, или есть откаты назад, неизбежные колебания в развитии?

Сразу можно сказать, что они есть. Мы знаем, что во всех сложных системах обязательно есть частичное возвращение в прошлое в момент кризиса, это способ прохождения кризиса, а кризисы – обязательная стадия развития сложных систем. Никакие разговоры о том, что больше революций у нас не будет, будем жить без кризисов - это все бред слабо образованных политиков, которые решают локальные задачи. Это может показаться неприятным, но так устроен нелинейный мир. Об этом говорят и его модели, и опыт крупнейших историков: Тойнби и других современных историков, которые применяют этот опыт независимо, не зная нелинейной модели, и получают замечательные совпадения с предсказаниями нелинейных моделей. А эти модели еще и конструктивны, они предсказывают многие детали, которые так умозрительно не найдешь.

Чем интересно моделирование? Не тем, что оно только подтверждает какие-то вещи, которые есть в мифах. Оно предсказывает огромное количество конструктивных деталей, как строить эти структуры, чтобы они были устойчивы социально и экономически. Сейчас стоит задача, которой обеспокоена вся интеллигенция: найти законы коэволюции. Как жить в этом мире разнородном, где есть страны разных уровней развития, где разные религии, которые могут привести к религиозным войнам на основе непонимания, где все насыщенно чудовищным оружием. Как в этом мире жить устойчиво, более устойчиво? Кризисы неизбежны, но как сделать, чтобы они не были разрушительны, чтобы они не погубили саму цивилизацию и еще и природу всю, как в результате. термоядерной войны, например. Мы сейчас подошли к этой грани, поэтому эти вопросы не праздное любопытство, а самые главные. Они поставлены в ООН с участием правительств разных стран даже еще более глубоко. Каковы законы устойчивого совместного развития? Как их можно описать теоретически? Каковы законы эволюции, точнее, коэволюции человечества и природы? Могут они существовать вместе, или человечество будет все время уничтожать и вытеснять природу? Ну да, медленнее, ну да, с очистными сооружениями, но тем не менее.

Я хочу сказать, что вокруг этого ведется огромная работа, созданы институты, есть просто инициативные люди, вот наша конференция пример этому, потому что многие поставленные здесь вопросы о конечной цели развития – это почти религиозные вопросы. Есть аналогии со страшным судом в рамках нелинейной динамики или нет? Вот, оказывается, и такие аналогии есть, есть окончание хода на асимптотической стадии развития вселенной, вот так вопрос стоит. Особенно математики эти вопросы любят ставить. Если они уловили модель, они всегда ищут экстремальные предельные состояния. Вот тут и конструктивность есть и историческая необходимость, и здесь я выделяю только один вопрос, необычный вопрос: влияние будущего на настоящее. Простейший пример - Пуанкаре, качественная теория обыкновенных дифференциальных уравнений. Эти идеи давно сформулированы в виде моделей. Там изучают фазовое пространство, чертят интегральные кривые, то есть пути развития системы. Вот в этой области фазового пространства все системы скручиваются в точку, это устойчивое стационарное состояние, и у него есть область притяжения. Если вы попали в эту область, то будущее для вас предопределено, оно не какое угодно. Даже при наличии случайных отклонений, флуктуаций, если они из области притяжений не выходят, ваше будущее предопределено. То есть этот вопрос был поставлен уже давно, больше ста лет прошло. Если ваши модели подходят к социальным, экономическим и другим условиям (а это надо показывать вместе со специалистами в каждой области), то тем самым сформулирована идея конечного состояния, и идея аттрактора, который тянет вас, найдены механизмы, которые заставляют вас выйти на это будущее. Причем это будущее не одно, не единственно, в отличие от теории Маркса, который тоже говорил о будущем.

Эти вопросы все время стоят перед человечеством. Человечество хочет жить лучше, устойчивее, не разрушить самое себя и природу. Оказывается, есть рядом другая область, и все траектории движения, начинающиеся в ней, заканчиваются в другом конечном состоянии. Никита Николаевич Моисеев говорил: вот есть область устойчивости экологии Земли, и прежде чем ноосферу строить, нужно всю экологию не испортить. Вы выйдите за грань этой устойчивости, и смотрите - перешагнули в другую область притяжения. И что? А там будет другое конечное состояние. Какое? Ну например, другое стационарное состояние: все интегральные кривые накрутятся на другую точку, в которой устойчиво могут существовать только простейшие организмы. Никакого человечества, ни лесов, ничего нет. И с неизбежностью, пока вы из этой области не войдете, как бы вы там ни метались, какие бы вы шаги ни делали, если они остаются в пределах области притяжения этого аттрактора, ваше будущее предопределено. Вот что опасно!

С одной стороны - это устойчивость, это хорошо, если вы попали в «хорошую» систему, я потом могу показать вам примеры, но важна идея, примеры лишь частная иллюстрация. Вот эта идея: есть какая-то структура в пространстве, вы взяли и кусок обрезали, а она самовосстанавливается, так же как у ящерицы вырастает хвост, так же как порезы у человека зарастают. Система восстанавливается при определенном возмущении, не выводящем за грань устойчивости, она себя возобновляет. Это есть, фактически, самосохранение, или инерция. То, что здесь было сказано об инерции массы.

Очень важная мысль была сказана, о Галилее, который открыл идеальный закон, который нигде не видно. Вот я взял карандаш и двинул по столу, у него есть инерция, он должен двигаться равномерно и прямолинейно. Но это не происходит, рано или поздно он останавливается. Почему? Потому что действует сила трения. Но без закона инерции ничего не рассчитаешь. Это попытка найти внутренние идеальные цели этой механической системы: сохранять или состояние покоя или равномерного прямолинейного движения. А дальше второй закон Ньютона говорит, что действуют силы, в данном случае сила трения, еще какие-то, и карандаш будет с ускорением двигаться. Но есть внутреннее его состояние. А каково внутреннее состояние в открытых системах, в человечестве, в обществе, в ноосфере, в живом? Там есть какие-нибудь законы – или что угодно может быть, куда толкнет нас - туда отбор и поведет? Дарвин давно подправлен. Показано, что не что угодно может возникнуть в процессе эволюционного отбора, существуют дискретные состояния, нет промежуточных состояний. Они неустойчивы. Их создать-то можно, вот пожалуйста, осла с лошадью скрестите, или выведете какую-нибудь породу яблони, как Мичурин, а через два поколения они исчезнут. Видовой устойчивости нет. И это чрезвычайно важно сейчас. Мы знаем о ДНК, пытаемся лягушку с человеком скрещивать и т. д., но устойчив ли результат? Это дают законы коэволюции.

В мире нет устойчивого стационарного состояния, есть медленно развивающиеся состояния, в которых человек, или общество, или данный вид, успевают приспособиться к ним. Это все относительные вещи.

Проблема влияния будущего на настоящее звучит приблизительно таким образом: существуют сложные структуры, которые связаны с новой нестационарной, неравновесной термодинамикой – это новая наука, она еще не создана, но создается большими международными группами ученых. В этих сложных структурах пространство и время не свободны, а определенным образом связаны, не так, как в специальной теории относительности, но по другому.

Целая серия следствий из теории относительности вообще перевернула наше представление о жизни. Но все-таки это от нашей жизни далеко: когда скорости частиц, которые мы разгоняем в циклотроне, в синхрофазотроне приближаются к скорости света, там наблюдается, например, изменение периода полураспада в соответствии со специальной теории относительности. Это важно для ядерной физики. Но людей-то мы в такое состояние не ставим, общество в такое состояние не ставим, поэтому для общественной жизни, для социальных структур эти следствия не столь важны. А в неравновесной термодинамике найдены другие связи пространства и времени, они могут существовать как раз вот в этих общественных и социальных предполагаемых структурах, идеальных. О них говорили, начиная с Платона, об эйдосах, о том, что есть идеал, внутренние цели, но не одна цель, а спектр.

О чем сказал Пуанкаре? Если у вас много аттракторов, не один, а много, и они разные, то у каждого есть своя область притяжения. Если вы попали в одну область притяжения, то что бы вы ни делали, не выходя за ее рамки, ваше будущее предопределено, аттрактор тянет. Есть аттракторы в виде периодических решений, есть двухчастотные периодические решения, а есть странные аттракторы, в которых вообще хаотические процессы осуществляются внутри области притяжения, существование таких аттракторов было обнаружено около 30 лет назад.

Вот такая приблизительная картина. Существует спектр будущего. Осуществляется то или иное будущее в зависимости от того, куда попадете, в какую область фазового пространства, какие границы перейдете. Будущее – не какое угодно, но и не одно единственное, а существует спектр этих будущих. Их может быть очень много, а для некоторых систем может быть не так уж много. Но важно, что у каждого есть область притяжения, то есть в некотором смысле судьба. А ведь это что такое? Это некая нелинейная среда, однородная, нет в ней еще ничего, никаких организаций, только есть флуктуации, вот ее мы и описываем в термодинамике. И спрашивается: можно ли на ней построить "то, что я хочу", создать любую организацию? Попробуйте, постройте, построить-то что угодно можно, но оно тут же развалится, с жертвами, с неприятностями, с возмущением среды. Оказывается, в этой среде, внутри, вследствие ее нелинейных свойств математическим образом скрыт спектр возможных устойчивых будущих состояний, правильнее сказать, устойчиво развивающихся состояний, в отличие от кибернетики. А все другие состояния с течением времени выродятся в эти состояния. Вот главная идея, идущая от Пуанкаре, сейчас она только распространена на уравнения в частных производных. Качественная теория уравнений в частных производных дает аппарат, и нелинейная термодинамика дает аппарат для этого.

Ну так, чтобы это на слуху было: асимптотические нормальные формы, процессы, которые идут в открытых диссипативных нелинейных системах, внутренние цели аттрактора, их мы умеем находить для ряда процессов, а тем самым знать возможный спектр будущих. Для человека – это поиск его призвания, общество должны сделать правильный выбор, эти структуры попытаться реализовать, а не то, что нам хочется из самых идеальных целей. Только они будут эволюционировать устойчиво. Вот главная мысль. Но оказалось, что в этих сложных структурах, я уже сказал, пространство-время не произвольно, а там есть инвариантно-групповое свойство, оно связано таким образом, что в центре структуры есть два режима, один режим схождения, сжатия, концентраций к центру и установление формы. Чудо есть, найдена аналогия с законами инерции механики, открыта инерция тепла и инерция горения. Фактически мы строим мир, как Гераклит. Есть горение и есть диффузия, это второй процесс, диффузия - это хаос на микроуровне, обязательная доля хаоса есть в этих системах. Это новый подход: чтобы построить сложное, нужно иметь обязательную долю хаоса, а кроме того, есть нелинейное управление, это прямые и обратные нелинейные связи, которые характерны для сложных систем.

Можно задать такой вопрос: что будет на асимптотической стадии, если вы очень долго, скажем, воздействовали на эту среду, там возникают флуктуации этой среды, – куда пойдут процессы? Оказывается, они выйдут на определенный тип уравнений. Возьмете любую нелинейность. Этих моделей сейчас тысячи: уравнение реакции-диффузии, оно может описывать химические реакции, биологические, нейрокомпьютерные. А вот доказано математически, что на асимптотической стадии процессы идут по сценарию, описываемому вырожденным уравнением, сложные, произвольные нелинейные уравнения с произвольной зависимостью нелинейной вырождаются в определенную зависимость. И для них научились строить спектр структур. Понятна идея? Ищут асимптотические формы, число этих форм известно. Задана среда, известно, что в ней десять типов аттракторов есть: один в виде круга, другой в виде эллипса, третий имеет очень сложную форму, но форма известна. Причем эти аттракторы состоят из простых структур разного возраста, это второй важнейший результат. Что такое простые структуры разного возраста? Чтобы не вдаваться в подробности, в этой модели «горят» с разной скоростью. Есть страны, находящиеся на разном уровне развития. Это не так просто сопоставить темп развития страны, который должен учитывать, например, образование, растянутое, там, на десятилетия. Или оценить влияние образования: оно же не сразу проявится, вот вы сейчас проведете реформу образования, или у нас уедут вся молодежь на сторону, и лишь через десять лет мы почувствуем, к чему все это приведет. И тем не менее, грубо, в основных чертах, показаны страны, находящиеся на разном уровне «горения», определен их темп горения, темп развития.

ООН определят 180 или 130 свойств, позволяющих расставить страны по темпам развития. Эти способы условны, но тем не менее позволяют определить состояние развития. Так вот оказывается, что любую страну с любой другой соединить нельзя, при соединении нужно еще, чтобы они чем-то пожертвовали, какие-то куски этих структур, так сказать, выпадают при объединении. Сформулировано правило нелинейного термодинамического синтеза. Вот эту страну с этой можно соединить при условии, что она пожертвует частью своей территории, частью своей экономики. А почему это объединение выгодно? Оказывается, вместе они «горят» быстрее, развиваются быстрее, даже если вы соединяете развитую страну со слаборазвитой. Это не поддержка развитой страной слаборазвитой, вот она жертвует чем-то, своими темпами развития. Ничего подобного. Новые принципы показывают: при правильном объединении обе развиваются быстрее, чем развивалась каждая из них по отдельности, это выгодно. (Это похоже на то, что есть в ядерной физике: дефект массы, дефект энергии, проявление ядерных частиц. Там есть конкретные структуры, есть формы, способы объединения, не один способ, а спектр этих способов, но не каких угодно.) Что получается в процессе этого объединения? Развитая страна - будущее для слаборазвитой, и может быть объединена с ней, но не как угодно, а по определенным правилам. Вот это простейший пример влияния будущего на настоящее в обществе. Надо понять в каком смысле это говорится, не в традиционном смысле: «наше будущее на нас же влияет». Страны находятся на разных уровнях развития, грубо говоря, социального будущего: одни развитые, другие слаборазвитые. Указаны способы, что предстоит этой слаборазвитой стране. Она берет пример. Была борьба лагеря социализма и лагеря коммунизма, и каждый тянул в свою сторону какую-нибудь африканскую страну из политических и других убеждений. Теперь по-другому, но все равно есть законы развития и устойчивого объединения этих стран. Они состоят в том, что эту страну можно подсоединить к одному из возможных будущих, и тогда при определенных условиях, при определенных жертвах, при мирных согласованиях они будут вместе развиваться быстрее, чем каждая в отдельности и меньше выжигать мир окружающий, что очень важно в экологической проблеме.

Вторая проблема – парадоксальная, но довольно тривиальная. Дело в том, что все наши связанные с термодинамикой домыслы совпали с результатами по законам роста числа людей в течение последних нескольких сотен тысяч лет. Оказывается, число живущих на Земле людей изменяется по определенному гиперболическому закону. Что такое гиперболический закон? Он означает, что кризис наступит через конечное время. Не по экспоненте растет число людей, а через конечное время уходит в бесконечность. Но бесконечности не бывает, и это означает, что около этой особенности возникают новые свойства системы, флюктуации, самоорганизованная критичность. В нелинейных системах обязательно через конечное время возникает кризис, особенность, – это их общее свойство.

К чему это приводит? Как показывают численные расчеты и выводы качественной теории, в этих режимах роста и все убыстряющегося развития сокращается темп исторического времени (что здесь тоже обсуждалось). Указывается, как сокращается наше время по сравнению со временем египетских пирамид, – в сто раз приблизительно. От этого сделать вывод, с какой скоростью вблизи этой особенности распадаются сложные структуры – империи и т. п.

Распад Советского Союза – не только экономическая и социальная катастрофа, а прежде всего распад сложной империи, такой же, как распад Великобритании, как распад Австро-Венгрии, это свойство нового мира. Не обязательно каждая империя распадается. Есть увеличивающаяся вероятность распада. Конечно, если внутри структуры есть много нарушений и трещин, то она быстрее распадается, чем целая, но в среднем больше распадается империй. Это необходимый шаг при прохождении кризиса, единственный способ. Сложный, но здесь уже было сказано, что кризис появляется как неизбежная вещь. Усиливается доля хаоса во время кризиса, происходит переход с быстрого на замедленное развитие и даже на откат в прошлое. К семидесятым годам нашего столетия предсказывается «новое средневековье» для всего человечества. Достаточно серьезно, оно видно и на наших моделях, и в предсказаниях футурологов, которые не пользуются никакими такими моделями, точнее – части футурологов, это спорные вещи. Что это такое? Замедление развития. Не бывает никаких сверхбыстрых развитий, человечество должно приспосабливаться к изменяющейся обстановке. Не могут дети рождаться в течение трех месяцев, если даже все сокращается исторически. Поэтому наступает кризис, по разным причинам. Это системный факт, не только относящийся к скорости размножения в животном мире, да и для человека тоже, но и к освоению информации: образование человека длится 15-16 лет, а информация устаревает за три года. Это способ перестройки режимов, пока не научитесь информацию сжимать, пока не изобретете новые технологии, которые обеспечат согласованный ритм.

Подобные кризисы неоднократно наблюдались в истории человечества: при смене, скажем, охотничьего способа на сельскохозяйственный способ природопользования был кризис, связанный с вырождением, с истреблением крупных животных в лесу, с падением числа людей, он и сейчас может этим сопровождаться. Были кризисы двух греческих цивилизаций. Были самые ближайшие к нам кризисы средневековья, они сейчас очень внимательно изучаются. В это время не только распадаются сложные структуры, не только возникает постмодернизм, распад семьи, атомизация людей, индивидуализация такая, которая, кстати, является необходимым и важным элементом свободы, не скованным очень сильными социальными и другими ограничениями. И у нас посмотрите, что делается: с одной стороны два миллиона бездомных детей, выброшенных на улицу, неустойчивое положение, а с другой стороны - хлынули книги, понимание, конференции, гражданское общество возникает. Нам никто же за это не платит, и никто отсюда в политики не рвется. Это и есть гражданское общество, собирается обеспокоенная интеллигенция и пытается найти решение глобальных и локальных для страны вопросов, во всем мире, не только у нас. Вот только что коллега из Украины об этом говорил, о таких же конференциях. Это лозунг времени. Это как всегда, жить в это время сложно, но есть выдвинутые проблемы для человечества, которые еще никогда не выдвигались с такой силой, потому что мы еще оружие чудовищное имеем. Маленькая группа людей город может уничтожить, какой-нибудь капитан подлодки одним залпом половину Америки может уничтожить. Нельзя такие силы оставлять в рамках ограниченного числа людей.

Но второй важный факт потрясающ. Более или менее понятно, что создается такая структура, состоящая из структур разного возраста, примеры в биологии есть. Есть червь, у него восемь типов клеток, соответствуют разным стадиям его предыдущей эволюции. Эволюция - это есть накопление предыдущих стадий. У него восемь типов клеток, а у человека больше двухсот, двести тридцать типов клеток. А кроме того, человек – социальный объект, у него культура, идущая от мифов десятитысячелетней давности до той, которая создавалась художником, который жил двести лет назад или создается сейчас. Не все это вмещается в отдельного человека и не в той форме, в которой было создано. Всегда деформируется, и по-разному у разных людей, в этом замечательное многообразие. Но сложное не существует без памяти, и есть законы объединения кусков этой памяти, целых кусков, шинков или шонков - это немецкое название специалистов по психологии, немецкая школа. Объединяются целые «группы», так же как гены при половом размножении: объединяются целые гены, и даже не отдельные гены, а группы генов, устойчивые, а если мы будем рассматривать какие-то случайные комбинации, то они ни к чему хорошему не приведут. Вероятность того, что какое-нибудь облучение приводит к улучшению какой-то породы, ничтожна, если только не объединяются целые группы. И здесь объединяются исторические куски, объединяются в историю народов определенным образом. Куски ее исторической памяти, обычаев, сложившейся культуры деформируются при объединении. Есть законы деформации: от чего-то отказываются во имя другого принципа объединения в целом. Огромную роль играют образцы, которые штампуют. Мы до сих пор не знаем, как происходит этот замечательный процесс, который изучает Галина Юрьевна Ризниченко, руководитель движения "Женщины в науке и образовании".

Основа мифа о происхождении, яйцо - одна из главных деталей того, как происходит усложнение организма длительностью несколько миллиардов лет. Этот процесс сжат в несколько дней развития цыпленка. Это своеобразное чудо. Как его объяснить, как смоделировать? Эту задачу впервые поставил Тьюринг, и здесь возникли те же проблемы, что и у Пуанкаре: во что сваливается процесс, то есть что является аттрактором. Есть такая попытка объяснения: мы наблюдаем, как клетка делится, делится, создается много клеток. Все они одинаковы, у всех одно ДНК. Вот почему эта стала когтем, а эта крылом, а эта желудком, почему? Мы говорим, так работает программа, но каков механизм ее работы? Вот разделились, создалось какое-то поле клеток, и что дальше? Тьюринг предположил, что клетки – это открытые системы, они обмениваются энергией, отходы выбрасывают в среду, и эти отходы создают химическое распределение веществ по полю клеток. Оно не одинаково, в центре - одно, по краям - другое. Это неоднородное поле химических соединений создает разную скорость развития клеток, в результате одни быстро вырастают в клетки нервной системы, а другие вырастают в клети примитивных систем, доставшихся от предыдущих состояний развития вида. Цыпленок тоже совокупность заметной доли биологического развития. Он впервые смоделирован Тьюрингом в виде уравнений в частных производных, описывающих концентрации веществ в химическом реакторе. Здесь выведена сама идея того, как происходит усложнение. Есть члены уравнения, которые описывают диффузию, то есть хаос на микроуровне, обязательный элемент в уравнениях реакции-диффузии, нужно учитывать хаос на микроуровне. Есть нелинейное управление, это значит, что скорость в производстве вещества пропорциональна квадрату его концентрации. Вся старая математика, которую изучают в ВУЗах - не годится, а в ВУЗах новую не изучают, вот изучают на этих конференциях, ну и может один спецкурс поставлен где-нибудь в университете. Книг-то выходит много, но нет этого в образовании, нет в гимназиях, вот только в экспериментальных гимназиях в Москве, в трех гимназиях пытаются и опыты по нелинейной динамике проводить. А система Тьюринга – простейшая система. Как только искомая функция входит не в первой степени, все старые методы суперпозиции, которыми обычная ВУЗовская высшая математика работает, не применимы.

Итак, в модели Тьюринга есть нелинейные связи. Спрашивается: куда идут процессы? Раз есть диффузия, казалось бы, все должно размазываться. Есть и объемные источники. В каждой пространства производится вещество х, и оно размазывается диффузией. Значит, что пересилит: пересилит ли выброс этого вещества, (это открытая система, в нее что-то набрасывается), но из нее, как из химического реактора, что-то уходит, как из человека. Все системы так открыты, и Земля, и ноосфера, о которой мы сейчас разговаривали - тоже открыты. От Солнца идет энергия, тепловое излучение от Земли, спрашивается: куда они идут? Вопрос, который был задан на этой конференции. Вот термодинамика пытается на этот вопрос ответить, а как ответить? Составить простейшую модель, и хотя нет там никакого цыпленка, но мы на этой модели с диссипативными процессами попытаемся получить ответ в принципе.

Диссипативный процесс - это хаос на микроуровне, благодаря ему все разравнивается. И есть объемные и нелинейные источники, стоки. Модель диссипативного процесса должна ответить на вопрос: куда они идут? Предположим, что работает второе начало термодинамики: включим старт, тогда второе начало приводит к тому, что по времени все успокаивается, и по пространству все успокаивается. Все приходит к хаосу, равномерному хаосу. Равномерному, значит, по пространству мы градиенты выбрасываем. По времени все успокоилось – выбрасываем производные по времени, остается обычное алгебраическое уравнение. Вот решение этого уравнения: если работает второе начало в этой системе, частной системе, тогда процессы должны характеризоваться значениями концентраций веществ х’ и y’. Это распределение концентраций должно установиться через некоторое время. А дальше вопрос к физикам: а неустойчивое это состояние? Как к нему может идти процесс, если оно неустойчивое? Вот физика устойчивости проверяется так: задать эти концентрации х’ и y’ и слабо их возмутить. Возмущение слабое, если оно мало отличается от х’ и y’. С помощью линеаризации можно посмотреть судьбу этих возмущений, если они нарастают, значит состояние неустойчивое, если они затухают, значит по отношению к малым возмущениям оно устойчивое, но это ничего не означает по отношению к конечным возмущениям, есть пороговая неустойчивость. Целый мир открывается, другой. Она очень хорошо в радиотехнике проявляется, например, если возмущение, поступающее в колебательный контур, выше некоего порога, то возникают колебания, не зависящее от величины возмущения, и устойчиво держатся, а ниже некоего порога ничего не возникает. Пороговость, квантовость есть нелинейных систем, а в пространственных структурах - дискретный спектр структур, то о чем Гейзенберг мечтал. Внутри этой нелинейной среды есть дискретный спектр структур: вот такие размеры есть, такая форма есть, а других нет - они неустойчивы.

Нечего навязывать среде то, к чему она не приспособлена. Вот это все из задачи Тьюринга, всего-навсего 1952 год, вся наука оттуда пошла. Потом появились работы Хакена, Пригожина. У них эта задача в разных вариациях доведена до реальной химии, а не такой модельной задачи. Вот такой анализ показывает, что при одних значениях параметров все затухает, а при других? В первом случае работает второе начало термодинамики, а во втором малое возмущение должно возрастать, тогда это решение не может быть целью развития, тогда значит, что второе начало термодинамики как-то по-другому должно формулироваться. Как? Вот это уже результат современной вычислительной мощи. Хакен на счетной машинке считал в 1952 году. Немножко возмутил это решение и вышел на некоторую структуру, картину концентраций. Это устойчивое распределение по пространству веществ х и y, в нем есть максимумы несмотря на то, что диффузия есть, она должна была бы все особенности структуры сглаживать, но нет, источники их поддерживают. Диффузия сглаживает, а источники и стоки поддерживают. И так устанавливается стационарное решение, которое является усложнением по отношению к однородному слабо возмущенному. Было однородное, стало сложное стационарное. Это есть морфогенез. Результат был опубликован в биологическом журнале, что вызвало чудовищный скандал биологов: в модельной задаче возникали отрицательные концентрации, но это неважно с точки зрения идеи самоорганизации. А потом это уже уравнение теории вида, а это – уравнение брюсселятора Пригожина, который нашел точные химические реакции, которые описываются этими уравнениями, и увидел, как возникают эти структуры в реальном опыте, а не просто в модели.

Но если границу подвинуть, то возникнет еще больше структур. Подвинули границу - возникло еще пять максимумов, подвинули - еще. В принципе, есть структуры, которые колеблются, как у Пуанкаре, помните, мы говорили? В обыкновенных дифференциальных уравнениях возникали разные структуры в разной области притяжения фазового пространства. Так здесь, если условия одни, то попадете не на стационарные структуры, а на колеблющиеся и другого вида. Спрашивается, куда идет мир в этих решениях? Он идет к разным типам структур, которые характерны для этой среды. Ничего другого на этой среде вы не построите. Ну как это, вы скажите, не построите? А я задам большую энергию здесь, сильнее возмущу? Если оставите область возмущения - получите то же самое. От энергии начального возмущения ничего не зависит, зависит время выхода, а сама структура не зависит. Еще хуже - я возьму и обрежу у этой структуры этот максимум, а он восстановится. Где здесь причинность в старом смысле? Здесь возникает новая циклическая причинность, здесь возникает притяжение будущего. Вот откуда прямо идет это представление, что будущее «временит» настоящее. И механизм есть: вот эта диффузия играет роль рынка, хаоса, она выедает все, что не приспособлено в этой области притяжения к устойчивому развитию, или к стационарному состоянию. Даже есть механизм, выводящий на будущее, вот это сохранится, а все остальное будет зверски уничтожено. Значит, «зло» необходимо для выедания, если вы не знаете заранее этих структур и не поставите их сразу, а не будете ждать сотни или тысячи лет, пока не сделаете все неудачные попытки, не соответствующие внутреннему плану бытия для этой среды, да, о чем говорила Татьяна Петровна Григорьева, внутреннему плану бытия. Это однородная среда, но в ней скрыты только эти типы структур, ничего другого вы в ней не построите, вот эта идеология, близкая опять к идеальным функциям, к идеям, которые определяют план.

А. Эйнштейн говорил, что величайшее чудо мира – это то, что он познаваем. А почему он познаваем? Есть опыт, приспособление, адаптации и так далее, сколько только слов мы не придумали. Но если мы не понимаем, что психика построена приблизительно по тем же самым законам, только имеет более сложный спектр, то мы не сможем объяснить, почему она отражает то, что есть в природе. Должна быть общность, инварианты культуры, инварианты развития, инварианты эволюции. Они ищутся сейчас, а именно в них и есть связь пространства и времени. Ведь мы не изучаем, что такое время. Мы говорим, что, может быть, время сжато. Мы умеем сразу вызывать эти структуры, сразу, резонансно, по образцу, поставим возмущение – и сразу все возникнет, и не надо ждать тысячелетие, пока колебания выведут на эту структуру. И это есть преемственность, память, то, что сжало историческое время.

И второе. Оказывается, вот тут, в этой области, работают странные закономерности. Я просто хочу показать: вот они структуры, форма структур задана в этой среде. Это области локализации структур, горение, это сплошная горючая среда, если мы рассмотрим нелинейный источник, и диффузия есть. Мы научились при некоторых задачах, процессах быстрого развития, таких, как у человечества, знать, что существует спектр структур, это границы областей локализации, в этой среде есть форма. Представляете, что это такое, получить форму в сплошной среде? Непрерывное сделать дискретным. Получить квантовый спектр в сплошной среде. Это вещи, очень близкие к идеям квантовой механики, к идеям Дирака, идеям квантовой термодинамики, идеям Гайзенберга. Оказывается, эта простейшая среда является нормальной формой для развития человечества. А вот другая модель – в ней есть произвольная нелинейность, диффузия с произвольным коэффициентом диффузии и нелинейный источник. И оказывается, что и в этом случае, если есть режим с обострением, (а его существование доказано Капицей, Форестером, Римским клубом), то вблизи этой особенности уравнения вырождаются, все уравнения, для которых получили этот спектр. Закон роста народонаселения проявляется как системный фактор, который свидетельствует о темпах развития человечества. Население так бы не могло расти, если бы не росло бы сельское хозяйство, продуктов бы не было кормить, а оно бы не росло, если бы не промышленность... Тут системный фактор давно обнаружен. Кстати, и сто тысяч лет назад человечество было системным. Мы то думаем, что бродили племена, иногда сталкивались, ели друг друга, обменивались там женщинами, оружием или еще чем-то, смотря как жили. А за какие времена устанавливается связь? Если эта связь устанавливается за тысячелетия (в те времена, процессы были медленные), тогда, конечно, за тысячелетия можно было переселиться из Европы в Америку, распространиться на плотах Кон-Тики по всему земному шару. Мы-то привыкли, что у нас все передается быстро, чихнул в Африке, и уже все известно в последних новостях. Поэтому темп времени изменился. Оказывается, равновесие было всегда. Это можно показать по уровню развития. Это те, кто был изолирован, где-то на островах или там как-то отрезаны, в джунглях, например, остались в первобытном состоянии, а так все остальное человечество развивалось системно, но в рамках времени установления этого равновесия. Сейчас – очень быстро, раньше было по-другому.

Ну вот, спектр впервые получен для сплошной нелинейной среды, которая является аттрактором или асимптотикой развития человечества. В нем есть структуры разных максимумов. Оказывается их можно объединить, и тут наблюдается определенная симметрия. При усложнении нарушается симметрия, и есть закон этого нарушения. Вот, например, есть несколько развитых структур, характеризующиеся профилем температуры на определенной стадии, одни интенсивно горят, а другие слабо. Так они существуют в разных темпомирах, у них разные моменты обострения: первые структуры вблизи своего момента обострения так быстро развиваются, что вторые структуры для них как бы замрут. (Вот в этом состоянии частично мир сейчас находится. Есть развитые страны, есть слабо развитые.) Спрашивается, как они могли бы развиваться устойчиво вместе? (Это не значит, что объединенные страны стали бы равномерно развиваться, одинаковый уровень жизни у всех бы был. Этого не будет никогда.) Но как объединиться так, чтобы жить в одном темпомире? Есть правило этого синтеза, когда объединены эти развитые структуры, то здесь возникает своеобразный дефект, дефект массы и энергии, он не какой угодно, он дается законами автомодельного устойчивого развития, то есть инвариатно-групповыми решениями связи пространства и времени. В медленных структурах процессы происходят как в прошлом. А в быстрых – как в будущем. Быстро горящие структуры, они - будущее для медленных структур. При объединении они уходят в другое качество жизни, но при этом это качество жизни выше, чем здесь. Вот на что можно рассчитывать, на то, что выровняется - бессмысленно, можно рассчитывать на правило коэволюции, это один из примеров.

Сейчас развиты четыре мощные нелинейные теории, совсем новые, о которых математические курсы в современных ВУЗах и знать не знают. И это не случайно развито в нескольких центрах, которые занимались атомным, водородным оружием, структурами в плазме, проблемами локализации термоядерного горения. Представляете, что это такое –локализовать термоядерное горение? Ничем не нужно его удерживать, ни магнитными полями, ни чем. А это структура, одна из структур. Фактически там строился мир по Гераклиту, мир из горения. Есть горючая среда, есть вот разные очаги этого горения, локализованные в виде разных форм и их можно объединять по определенным законам. То, о чем мечтал Гераклит, вот здесь сделано. И это есть не игра в солдатики, или какие-то модели, а оказывается, это есть асимптотика развития человечества.

Спасибо за внимание.