Село Верх-Парзи – моя малая родина (стр. 1 )

Село Верх-Парзи – моя малая родина

О том, что мой прадед жил когда-то в селе Верх-Парзи, я узнала от родственников только тогда, когда начала вести поиск своих близких. Я даже не представляла где расположено это село. Выяснила, что село Верх-Парзи находится в Глазовском районе, в 28 километрах от города Глазова по Юкаменскому тракту. И решила узнать историю этого села.

Ведь составление родового древа не должно являться самоцелью. Как писал священник Павел Флоренский: «Найти какой-нибудь год или имя – целое открытие; получить документ или выписку – большая радость. …Но «почитание родителей» должно выражаться конкретно, прежде всего, в стремлении узнать их. Необходимо изучать историю своего рода, интересоваться, какими были наши предки, о чем они думали, чем и как жили».

Заинтересовалась происхождением названия села. Откуда пошло название села, что оно обозначает? Атаманов пишет: «В географических названиях Удмуртии выделяются следующие топонимистические форматы: 1) – зи (в офиц. названиях –зи - - зя) (над «з» в удмуртском слове «зи» двоеточие,); р. Варзи, Сюрзи, Малые сюрзи (Юкаменский район, и ойконимы Парзи, Удмуртские Парзи, Татарские Парзи (Глазовский район). Значение широко распространенных форматов зи – чи – си неизвестно, вероятно, когда-то они употреблялись как самостоятельные слова в значении какого-то водного источника, этимологически были близки немецкому апеллятиву се (с точками вверху) - протока; река, вытекающая из озера». Корень ойконима Парзи пар может от удмуртского языка пар I пар;- потэ «пар идет»; или пар II пар гырыны «подъем паров; или пар III пара; - валэн ворттылыны «кататься на паре лошадей (приехать на паре лошадей). Возможно, первопоселенец приехал на новый участок на паре лошадей; возможно,

в морозы на речке полыньи парили (над подводными родниками); возможно, сразу после переселения нужно было поднимать пары…

На севере Удмуртии, по левобережным притокам среднего течения р. Чепцы, жили калмезы, принадлежащие воршудам Тукля, Сьолта, Копка, например, туклинцы жили в следующих селениях: Озегвай, Пеганово, Отогурт, Гондырево, Тяпык, Тек, Лымпашур, Сыга Глазовского района; Ягошур, Артемьево Балезинского района; Удмуртский Караул, Ивановцы,

Убытьдур Красногорского района. И, судя по преданиям, в окрестностях с. Парзи Глазовского уезда жили удмурты, принадлежащие племени калмез. На Чепцу они прибыли с берегов Кильмези. В те времена главным занятием калмезов было пчеловодство и некоторые виды ремесел. Долго и спокойно они здесь жили. Но вот двинулись к ним с р. Вятки удмурты племени ватка. Начались между ними споры: кому здесь жить. Калмезы соглашались принять ватку к себе для совместной жизни, но ватка-удмурт не согласился. Вскоре между ними произошла кровавая стычка, и калмезы вынуждены были уйти на свою прежнюю родину – на р. Иж и Кильмезь.

Но следует сказать, что не все калмезы с Чепцы ушли, как видим, удмурты-калмезы из воршуда Тукля до сих пор живут на той территории; они со временем слились с удмуртами-ватка, приняв их языковые особенности, костюм, быт, культуру.

По мнению на левобережных притоках Чепцы – Сепыч, Убыть, Лекма жили калмезы. Именно на этой территории расположены все 15 селений калмезского воршуда Тукля, здесь же записаны предания о столкновениях ватка с калмезами; не случайно иднакарские богатыри (ватка), судя по эпическим сказаниям северных удмуртов, враждовали с сьолтакарскими (калмезами), воевали с ними, перекидываясь бревнами.

Очень интересно бы расспросить старых жителей села: помнят ли они о своем воршуде? Позже мне все-таки удалось выяснить – воршуд с. Верх Парзи – Бигра.

Каких-либо документов по истории жителей села Верх-Парзи или близлежащих деревень, необходимых для написания родословной, в архиве города Глазова нет. Мне пришлось ехать в Ижевск в Центральный государственный архив Удмуртской республики (ЦГА УР).

В ЦГА УР хранятся документы, принадлежащие жителям всей республики за несколько столетий: это и церковные записи, и данные из ЗАГСов, и подшивки собраний местных газет, документы, подтверждающие стаж работы человека на предприятиях нашей республики, а также другие документы, касающиеся жизни людей. Поэтому в архиве есть возможность поиска родственных связей предков по территориальному признаку, по фамилиям или другим отрывочным, разрозненным данным.

Как известно, до 1918 года в России учет населения был возложен на церковные организации разных конфессий, которые обязаны были вести такие документы, как метрические книги, книги брачного обыска и исповедные ведомости. Во-первых, фиксировались все рождения, браки и смерти прихожан данного прихода. В один сельский приход входили село с церковью и несколько окрестных деревень. Если деревня находилась на границе двух приходов, и ближе было до другой церкви в соседнем селе, то бывали случаи записи в метрических книгах соседнего прихода.

Вот по такому признаку – принадлежность населенных пунктов к близлежащей церкви построен справочный указатель «Православные храмы Удмуртии», составленный по документам Центрального государственного архива Удмуртской Республики и посвященный 2000-летию христианства. По нему очень легко можно сориентироваться в поиске нужного населенного пункта. На стр.73 я обнаружила, что с. Верх-Парзи (Чебершур) Глазовского уезда принадлежало Свято-Троицкой церкви ( гг.).

Далее в справочнике идет подробное описание прихода Свято-Троицкой церкви. Так для меня началось познание истории этого села.

Свято-Троицкая церковь с. Верх-Парзи до 1852 года входила в приход Глазовского Благовещенского собора (Преображенский собор г. Глазова год), поэтому жители починков Мушкашурский, Озегвайский, Сылшурский, Верх-Парзинский, Вверх речки Парзи, Вверх-Озегвайский, Над Ключем Озегваем, Макшурский ездили специально в г. Глазов для крещения родившихся детей, заключения брака, на отпевание усопших.

В кратком описании прихода церкви в «Справочнике» указано:

«Приход с. Верх-Парзи открыт по указу Св. Синода от 01.01.01 года № 000. В его состав вошли селения, ранее входившие в приход Глазовского Благовещенского собора: поч. Карсовайский, поч. Мушкашурский, поч. Озегвайский, поч. Сылшурский (Иваш), поч. Верх-Парзинский, поч. Верх речки Парзи, поч. Верх-Озегвайский, поч. Над Ключем Озегваем (Чепык), поч. Над ключом Венижем (Зямбай), поч. Верх по Убытии над Венижем, поч. Вотский Караул, поч. Вверх-Сепычский (Оттогурт), поч. Усть-Шамочимошурский (Гондыр), поч. Кимашурский, поч. Вверх-Сепычский (Кибейпигурт), поч. Шамочимошурский (Урак), поч. Ершовский (Ежгурт), поч. Пуссошурский (Шапигурт), поч. Кулаковский (Аббагурт), поч. Кулаковский (Коротай), поч. Сылшурский (Хомяково), поч. Убытский (Гулеково), поч. Бабинский, поч. Макшурский (Ужанлуд), поч. Усть-Озейгвайский (Тотош). Вначале в 1850 году построен молитвенный дом, а в 1852 году – временная деревянная церковь с одним престолом во имя Святой Живоначальной Троицы на средства прихожан».

В с. Верх-Парзи был построен молитвенный дом и открыт новый приход по указу Святого Синода от 01.01.01 года. В его состав вошли все близлежащие деревни и починки, всего 29 селений на отдалении от церкви на 1-12 верст, которые ранее входили в приход Глазовского Благовещенского собора. На должность священника в с. Верх-Парзи направлен учитель духовного училища отец Петр. В 1852 году была построена временная деревянная церковь с одним престолом, освященная во имя Святой живоначальной Троицы, построенная на средства прихожан. Все обряды (рождение, заключение брака и т. д.) проходили в ней, это все регистрировалось в церковных ведомостях.

В историко-географическом статистическом описании Издания редакции Вятских Епархиальных Ведомостей, изданного в г. Вятке в 1912 году на стр.215 записано: «Село Верхпорзинское – Троицкая церковь, каменной постройки в 1899 г., разстояние от г. Вятки в 236 верст, 29 верст; причта по штату положено: 2 св., 1 диак, 2 пс.; у псаломщиков квартиры казенныя, а у двух священников и диакона дома собств.; земли: усад. 10 д., пах. и сен. 142 д., неуд. 8 д., братский денежный доход свящ. 531 р., 36 к., диак 354 р.24 к., ие 177 р.12 коп., руги собирают на весь причт до 130 ц. ржи, 70 ц. ячмен. и 240 ц. овса; прихожан православных 6 русских – 575 м. п., 636 ж. п., крещенных вотяков 3380 м. п., 3315 ж. п., бесермян 2 м. п., 2 ж. п.; приход состоит из 29 селений, разстоянием 1-12 верст».

По данным «Списка волостей и ГМИН Европейской России 1875 года по сведениям на 1 января 1875 года», изданного Центральным статистическим Комитетом министерства внутренних дел, составленного по указу царя чиновниками г. Санкт-Петербурга, датированного 1876 годом, в разделе населенных мест: Елабужского, Малмыжского, Глазовского и Сарапульского уездов Вятской губернии читаем за № 000:«Верх-Парзинская (Чебершур), с каз., при рч Парзе, в 25 верстах от уездного города. В 20 дворах проживают 71 житель мужского пола и 68 – женского пола. Церковь православная 1».

Стало ясно, что поиски надо начинать с любых документов Свято-Троицкой церкви села Верх-Парзи.

В каждую очередную поездку в архивы г. Ижевска и г. Кирова мне доставали из хранилища не более пяти дел, так положено посетителям читального зала в архиве. И ведь что интересно: многие дела я исследовала первой. Такой вывод я сделала исходя из того, что в начале каждого дела приклеен лист использования дела, где заносится фамилия пользователя, дата, цель просмотра. Не думаю, что такой лист периодически заменялся в делах, так как в некоторых листах я встречала отметки об использовании даже за давностью более десяти лет.

Очень интересно было листать эти старинные церковные книги, написанные каллиграфическим почерком дьячков. Листая метрические книги Преображенского собора, датированные началом XIX в., становишься невольным свидетелем истории не только жителей села Верх-Парзи, но и города Глазова, а также и жителей всех прилегающих деревень и починков Вятской губернии.

Сначала я исследовала церковные ведомости (метрические книги), начиная с 1922 года в обратном порядке. Полное название таких книг, например: «Метрическая книга из Глазовского Духовного Правления для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших за 1900 год».

Поскольку главным населением Вятского края являлись крестьяне, то генеалогическими источниками являются в основном традиционные для данной группы населения: для XVI–XVII вв. - это писцовые, переписные и дозорные книги; для XVIII–XIX вв. – ревизские сказки, метрические книги и исповедные росписи.

Наиболее массовым и важным для генеалогов письменным источником XVIII – начала XX вв. являются церковные метрические книги. Часть их по Вятской губернии хранится в ГАКО в фонде Вятской духовной консистории, а другая часть в Центральном государственном архиве Удмуртской республики. Первые сохранившиеся вятские метрические книги датируются 1724 годом, но они содержат только отдельные приходы Вятской провинции. По большинству приходов метрические книги в ГАКО имеются начиная с 1749 года.

В Центральном государственном архиве Удмуртской республики по некоторым приходам имеются метрические книги, начиная с 1754 года. Состав и содержание фондов архива для удобства поиска представлены согласно справочнику «Православные храмы Удмуртии».

К сожалению, имеется «зияющий провал» в вятских метриках (и г. Кирове и г. Ижевске) за 1866–1882 годы, которые были уничтожены, вероятнее всего, в 1929 году. Частично положение исправлено сбором приходских метрических книг этого периода в районных ЗАГСах.

Метрические книги – книги записей рождения, браков, смерти. Практика их ведения, оказывается, складывалась с 1722 года. Книги делились на три части: о родившихся, бракосочетавшихся, умерших. Разводы были редкостью и оформлялись через духовную консисторию.

Запись о рождении включает дату рождения, дату крещения, имя новорожденного, социальное положение, фамилию, имена и отчества родителей (до 1831 года только отца), фамилии, имена и отчества восприемников (крестных), фамилию и имя священнослужителя, совершившего обряд крещения.

Запись о браке указывает имена, отчества и фамилии, возраст жениха и невесты, какой по счету брак, сведения о месте рождения, родителях и поручителях, фамилию и имя священнослужителя, совершавшего обряд венчания.

В запись об умершем входят даты смерти и погребения, фамилия, имя, отчество, социальное положение, возраст умершего и причина смерти. В старину на Руси любая немощь или болезнь звалась лихорадкой. По характеру симптомов она подразделялась на ноету, сухоту, потяготу, блевоту, слепоту, ломоту, трясовицу, жар. Весенние лихорадки назывались одним общим словом – весенницы.

До 1802 года каждый священник самостоятельно вел свою метрическую книгу, вследствие чего в одном приходе за один год их может быть две или три. Метрические книги составлялись в двух экземплярах. Первый («черновой») оставался в церкви, второй («беловой») направлялся в духовную консисторию. Оттуда беловой экземпляр передавался на постоянное хранение в госархив. Сохранившиеся черновые метрические книги можно обнаружить также в районных бюро ЗАГС, музеях.

Самые последние метрические книги Свято-Троицкой церкви относились к 1922 году. Поскольку мне было неизвестно, в каком году родились наши прародители и где конкретно, пришлось перелистывать большое количество ведомостей: и родившихся, и сочетавшихся браком и умерших, выбирая однофамильцев. Год за годом, шаг за шагом я приближалась к истокам летоисчисления.

Дополнительным источником по генеалогии вятского крестьянства первой половины XVII в. являются оброчные книги.

Самый достоверный документ, подтверждающий действительное проживание жителей в том или ином населенном пункте – переписная ведомость. Ранее такие переписные ведомости назывались ревизскими сказками.

В России в XIV-XVI вв. имели место земельно-хозяйственные описания. Результаты их фиксировались в так называемых писцовых книгах. Значение писцовых книг, как документов, на основе которых производится обложение, усиливается, но они начинают носить характер поземельных описей.

Первые переписи населения учитывали только взрослое мужское население и не включали представителей сословий, которые были освобождены от обложения податями (к привилегированной категории относились, например, дворяне и служители церкви).

В ХVII в. единицей налогообложения стало хозяйство, которое называлось «двор», а учет населения получил название «подворных» переписей.

Перепись 1710 года, произведённая при Петре, носила черты подворной переписи, но результаты её, вскрыв катастрофическое сокращение податных дворов, поставили Петра перед фактом возможного резкого сокращения государственных податей.

В 1718 году Петр I издал указ, положивший начало новой системе учета населения – «подушной» переписи. Новая система учета стала называться «ревизией», а составлявшиеся в ходе ревизии списки податных сословий – «ревизскими сказками». Прямая цель ревизий состояла в учете мужского населения, знание численности которого было необходимо для соображений фискально-финансового характера. Активная внешняя политика Петра I, преображение армии, создание флота, строительство заводов, городов требовали проведения рекрутских наборов и огромных денежных затрат. Ревизии проводились на протяжении почти полутора веков. Всего в России прошло десять ревизий, последняя – в 1856 году.

26 ноября 1718 года Пётр Великий издал указ, которым предписывалось «взять сказки у всех (дать на год сроку), чтобы правдивые принесли сколько у кого в которой деревне душ мужеского пола…». Составленные подобным образом списки («сказки») были собраны лишь через три года, а затем в течение следующих трёх лет были подвергнуты проверке — «ревизии».

С тех пор учёты населения в России стали называться «ревизиями». До отмены крепостного права прошло десять ревизий: в 1719, 1743, 1762, 1782, 1795, 1811, 1815, 1833, 1850 и 1858 годах. Они давали очень неточные сведения о населении, поскольку учитывали не фактическое число жителей, а только «приписных» из податных сословий — людей, числившихся в списках для уплаты подати налога. По этой же причине они тянулись очень долго: помещики не торопились делиться с государством трудом податного населения и задерживали подачу ревизских «сказок».

Материалы первых трех ревизий по Вятской провинции хранятся в Российском государственном архиве древних актов в г. Москве. Первая ревизия была наиболее длительной, началась в 1719 году и продолжалась фактически до 1727 года. Вторая ревизия проводилась в течение нескольких лет - с 1744 по 1748 годы. Третья – в 1762 года по 1764 год. Результаты проведения всех остальных ревизий, начиная с пятой, в период с 1795 по 1859 годы находятся в Государственном архиве Кировской области в г. Кирове и Государственном архиве Удмуртской республики в г. Ижевске.

В России первая всеобщая перепись населения была проведена в 1897. Первая всеобщая перепись населения Российской Империи проводилась по состоянию на 9 февраля (28 января по старому стилю) 1897. Она была организована под руководством известного русского географа и статистика -Тян-Шанского. Перепись учитывала три категории населения: наличное, постоянное, приписное (юридическое). Однако результаты разрабатывались в основном по наличному населению. Перепись строго приурочивалась к определенному моменту. Переписная программа была весьма подробной. Предполагалось разрабатывать материалы переписи на счетных машинах, в связи с чем были приняты переписные листы списочной формы: листы формы А - для крестьянских хозяйств сельских обществ, их должны были заполнять счетчики; листы формы Б - для владельческих хозяйств, частных домов и внутренних селений, и формы В - для городских жителей (квартирохозяйства), здесь был использован метод самоисчисления. Но из-за низкой грамотности населения большую часть форм заполняли счетчики. Переписные листы раздавались и заполнялись в селе за 30-20 дней, в городах - за 10-5 дней до дня переписи. 9-10 февраля в сельской местности счетчики собирали заполненные листы и вносили в них исправления по состоянию на критический момент. Программа переписи включала 14 пунктов. В бланке этой переписи каждому отводилась отдельная строчка, в которую записывались ответы на вопросы переписи: 1. Имя.2. Семейное положение.3. Отношение к главе хозяйства.4. Пол.5. Возраст.6. Сословие.7.

В Глазовском уезде перепись населения проводилась переписчиком Глазовской уездной земской управы.

В бланке также указывался населенный пункт, где проживала эта семья, далее фамилия имя отчество хозяина дома, который являлся главой семьи, количество полных его лет. Далее перечислялись все остальные жители дома с указанием родственного отношения к хозяину с указанием полного количества лет, пола, брачного состояния, сословия, состояния или звания, места рождения, места приписки, места постоянного жительства, отметки об отсутствии или временном проживании, вероисповедание, родной язык, грамотность и обучение, занятие, ремесло, промысел, должность или служба.

По каждому населенному пункту составлялась сводная таблица с указанием численности проживающих в нем жителей, раздельно мужчин и женщин.

Столь подробные анкетные сведения о каждом жителе, помимо ценных статистических материалов, дают прекрасную возможность для исследования образа жизни, состояния, образования, бытовых особенностей разных слоев населения.

Ещё одним массовым источником, хранящимся в ГАКО в фонде Вятской духовной консистории, позволяющим определить близкие родственные связи, являются исповедные росписи. Они сохранились с 1749 по 1829 год, но по отдельным церквам доходят даже до начала XX в.

Исповедные книги (исповедные росписи, посемейные списки) – это книги, которые велись при каждой приходской церкви для записи прихожан бывших на исповеди и причастии. Исповедные росписи были введены именным указом Петра I в 1718 году. Их введение было обусловлено стремлением к выявлению раскольников, сведения исповедных книг позволяли взимать с них двойную подушную подать.

Составлялись исповедные росписи ежегодно. В них приходские священники отмечали: место жительства семьи (деревня, починок, село, город), фамилию, имя, отчество и возраст членов семьи, с указанием степени родства членов семьи по отношению к главе семьи (жена, сноха, дети и т. д.).

Особенностью исповедных росписей является то, что, как правило, в начале записи о том или ином приходе идут священники и члены их семей, а затем остальные прихожане. Священник, принимающий исповедь, сам исповедуется в соседней церкви и там соответственно вносится в роспись.

Особая ценность этих документов в том, что в большинстве случаев они составлялись заранее и, следовательно, представляют собой своего рода неофициальную перепись населения – единовременный срез 2-3 поколений семьи. Исповедные росписи менее достоверны, чем ревизские сказки, так как возраст указывался священником со слов или «на глазок» и потому часто приблизительный.

Клировые ведомости – «именные списки всех лиц духовного звания православного исповедания», - являются уникальным источником для изучения родов священноцерковнослужителей. Ведомости введены в 1729 году.

Село Верх-Парзи принадлежало Ключевской волости, а все близлежащие починки относились к Кестымской волости. Вот все переписные листы населенных пунктов Кестымской волости сохранились, а Ключевской волости полностью отсутствуют: их нет ни в архиве г. Ижевска, ни в архиве г. Кирова. В Кестымской волости был в то время починок Верх речки Парзи, согласно переписи 1897 года в нем проживало 65 мужчин и 70 женщин (фонд 5, опись 1, д. 2086 стр. 259). Позднее этот починок был переименован поч. Главатских (он и до сих пор существует).

Просматривала во всех встречающихся документах фамилии жителей всех близлежащих починков Кестымской волости, но фамилия Казаков встречается только в починке Мушкашурском.

Конечно очень жалко, что нет данных по с. Верх-Парзи, в то время мой прадед уже жил с семьей в этом селе, ведь согласно метрической книге в 1892 году родился первый ребенок в семье моего прадеда в селе Верх-Парзи. Значит, семья Казаковых уже переехала в это время в село Верх-Парзи.

Церковь была построена в починке Верх речки Парзи, а затем этот починок был преобразован в село. Может быть, более удобное расположение

на местности? Поэтому и разросся починок в село: там и службы были в церкви, и школа при церкви была, и торговля была налажена.

Но позднее выяснилось, что церковь села Парзи была построена на месте бывшего «кереметища» - месте бывших удмуртских священных рощ (луд/ кереметь) и призвана была облегчить переход к христианству с помощью замещения и переноса на новый объект привычного старого отношения как к святыне. Такое «замещение», как и строительство церквей из деревьев вырубленного луда, а также использование в качестве дров бревен разрушенной куалы символизировало победу новой христианской веры и подавление, уничтожение старой.

В статье «Миссионерская деятельность православного духовенства в Глазовском уезде в конце ХIХ - начале ХХ вв.» , к. и.н., доцента кафедры отечественной истории ГГПИ им. читаем: «Возведение православных рощ (луд/кереметь) призвано было облегчить переход к христианству с помощью замещения и переноса на новый объект привычного старого отношения как к святыне. Такое «замещение», как и строительство церквей из деревьев вырубленного луда, а также использование в качестве дров бревен разрушенной куалы, символизировало победу новой христианской веры и подавление, уничтожение старой. На месте бывшего «кереметища» была построена церковь села Парзи».

Очень меня заинтересовала история села Верх-Парзи. Может быть это связано с корнями моей фамилии, а может быть мне просто интересна история этого края, не знаю…

Никогда не была в деревне. Осенью 2010 года решила съездить на родину моих прародителей в село Верх-Парзи.

Познакомилась с интереснейшим человеком, жителем села, Алевтиной Исааковной Наговицыной, бывшей учительницей, сейчас уже находящейся на заслуженном отдыхе, села Верх-Парзи. Алевтина Исааковна поведала мне об истории села, его жителях, о существовании книги-летописи «Откуда пошла земля Парзинская», а также узнала о последнем жителе починка Мушкашурский и даже познакомилась с ним, это - , ныне проживающий в селе Верх-Парзи. Уже значительно позже я выяснила, что он является моим далеким-далеким родственником.

Шла я по улицам села и думала, что когда-то здесь жили мои родственники, работали, любили, рожали детей. Когда-то, на рубеже двух столетий, здесь была церковь, созывая народ звоном колокола на службу. На площади у церкви стояли торговые лавки, а по праздникам там был шумный базар. И жили в этом селе мои прадедушка с прабабушкой Казаковой Юлией Николаевной и было у них восемь сыновей и одна дочь. Сыновья женились и разъехались по всей стране. В селе этом никого не осталось. Ну, неужели никто не помнит Казаковых? Ведь должна же остаться какая-нибудь ниточка истории!

На сегодняшний день в Парзинском сельском поселении, включающем 9 населенных пунктов: село Парзи, д. Абагурт, д. Главатских, д. Новые Парзи, д. Озегвай, д. Парзинское СПТУ №7, д. Тек, д. Чебершур, д. Ягошур, проживают немногим более тысячи человек. В селе Парзи есть школа, детский сад, больница, несколько магазинов, клуб и библиотека.

В 2005 году была издана Управлением культуры Администрации Глазовского района и Глазовской районной централизованной библиотечной системой книга-летопись «Откуда пошла земля Парзинская». Статью «Чебершур начинался с Поздеевых» воспроизведу здесь:

«Первыми жителями и основателями Парзей, по-удмуртски называющегося Чебершуром, были два брата Поздеевы с некрещеными еще именами Кожан и Шаран. До сих пор их фамилия остается самой распространенной в этих местах. Оба брата пришли сюда из Глазова. Кожан облюбовал место вдоль склона, где протекала речка. Дал ей красивое имя – Чебершур (чебер-красивая, шур-река), и хутор назвал этим же именем. Брат же его Шаран обосновался на месте нынешнего селения Ягошур. Это живописное место с сосновым бором и речкой и названо было подобающе – «яг» - сосновый бор. С этих времен его название так и не менялось.

Приезд братьев Кожана и Шарана на место нынешнего селения Парзи относится, примерно к 1600 году. Постепенно Чебершур расширялся за счет

приезда родственников Поздеевых. Вслед за ними в починок приехали Волковы, Култышевы, Бурковы и другие семьи из Вятской губернии.

В архивных документах село упоминается еще в 1678 году, когда проходила всероссийская подворная перепись. В книгу регистрации было записано: «Починок вновь расчистной Парзинский – 8 дворов».

С историей этого села неразрывно связана судьба отца Петра Мышкина. Родился он в 1824 году. По окончании курса в Вятской духовной семинарии он в числе первых учителей стал работать в Глазовской духовном училище. В новооткрытое село отец Петр приехал на службу в конце 1850 года и поселился в деревне Главатских, в вотской избе. Квартира была тесная, грязная, угарная. В такой избе с семьей ему жить было невозможно, поэтому его молодая жена осталась в Глазове. Через год отец Петр в этой же деревне построил маленький дом и привез ее к себе. В 1850 году Глазовский приход был преобразован в село Парзи. Приход новооткрытого села состоял исключительно из инородцев – вотяков. Русских здесь тогда не было. Вскоре учитель духовного училища Петр Мышкин принял сан священника. В деревне построили молитвенный дом, в котором он отпевал покойников. Располагался этот дом в четырех верстах от кладбища. В 1852 году недалеко от кладбища на средства прихожан была построена деревянная церковь с одним престолом во имя Святой живоначальной Троицы.

В 1868 году открыто Церковно-приходское попечительство, а в 1876 году открывается церковно-приходская школа. Отец Петр под школу отдал свой старый дом, сам же жил в школе. С течением времени деревянная церковь стала мала для прихожан, и отец Петр задумал построить каменный храм. В 1884 году в Парзях также на средства народа на высокой горе среди леса начали строить собор. Строительный материал возили из Глазова, кроме того, было организовано частное кустарное производство кирпича.

Собор строили около 15 лет, трудились лишь летом. Храм получился великолепным. Его высота достигала 45 метров, а на самом верху – 12 куполов с крестами. Самый большой из них был весом в 105 пудов, и еще несколько маленьких и средних колоколов. Вся стоимость храма оценивалась тогда в 45 тысяч рублей. 11 февраля 1899 года каменный храм был освящен во имя Святой Троицы. А деревянная церковь была продана в Кестым. Когда построили собор, стали приезжать служители церкви. Свои дома они строили за счет крестьянского труда. Возле церкви построили новые дома для попа и дьякона. Штат при церкви: 2 священника, 1 дьякон, 2 псаломщика.

В 1894-95 годах в селе Парзи кроме жилых крестьянских домов были еще построены трехклассная церковно-приходская деревянная школа, магазин торговца и дома служителей церкви. В праздники около церкви устраивали большой базар. Из города приезжали торговцы, продавали продовольственные и промышленные товары.

В 1895 году 5 июня проходила первая всеобщая перепись населения. В ней значился:

Верх речки Парзи – 15 дворов – 161 человек,

Верх Парзинское – 33 двора – 240 человек,

Крестово (симан) – 8 дворов – 61 человек,

Парзинская мельница – 1 двор - 9 человек.

На начало ХХ в. по Парзям насчитывается 57 дворов, 471 житель, и эти данные без церковнослужителей.

При открытии села в этой местности были дремучие леса, полные разной дичи – зайцев, белок, горностаев, куниц, волков, медведей, оленей, лосей. У некоторых жителей даже имена были Пужей, то есть ловец оленей. Удмурты жили в небольших деревнях, но очень большими семьями по 25-40 человек в каждой. Например, у Владыкина Савелия Алексеевича семья состояла из 25 человек. Жили дружно, младшие уважали и слушались старших. Каждая семья сама прокармливала себя. Промышляли бортничеством и звероловством. Продавали хлеб, мед и воск в Казань. На проезжую дорогу свои товары вывозили на лыжах под предводительством «азьмурта», то есть вожака. Основные виды работ жителей – растениеводство и животноводство. На своих землях выращивали рожь, ячмень, овес, лен (из льна ткали холст). Из живности держали лошадь, корову, овец, свиней, гусей и кур. Из шерсти овец катали валенки и ткали полотно. Очень часто хозяйство имело свою небольшую пасеку – уже тогда здесь занимались пчеловодством. Но рыболовство и охота были развиты слабо. В сельском хозяйстве преобладающей формой землепользования стала земельная община. Распределение земель находилось в руках зажиточных крестьян. Парзинским крестьянам жилось очень тяжело. Здесь безраздельно хозяйничали купцы Казаковы и Емельяновы. Редкий парзинский мужик не попадал к ним в кабалу. Все работали на них. О культуре и говорить было нечего. Винная лавка и церковь – все, куда могли пойти парзинские крестьяне. «Сельская интеллигенция» состояла из двух попов, двух псаломщиков и дьякона. Работала школа, но ее посещали дети зажиточных крестьян (из воспоминаний старожилов).

Дома строились с обширными прогалами, кто, сколько мог захватить одворицы, столько и брали (одворица - земля под дом с надворными постройками и под огород). Из надворных построек были хлев для домашней живности, обязательно двухэтажный амбар, и не один, а несколько, баня по-черному, дровяник и навесы, куала. Посередине построек большой обширный хозяйский двор. Часто по неосторожности случались пожары, например, в 1884 году сгорело до пяти домов. В 1898 году у одного хозяина сгорело три амбара от опрокинувшейся керосиновой лампы на лен. При церкви один раз в шесть лет собирался сельский сход прихожан. Решался вопрос о выборе председателя и членов церковно-приходского попечительства, выбор старост по деревням. Выбирались только зажиточные крестьяне-мужчины…

9 января 1912 года была открыта народная библиотека-читальня. располагалась она в квартире заведующего библиотекой Михаила Маслова. В первое время она имела несколько экземпляров церковной литературы, книги Л. Толстого, А. Пушкина, Н. Гоголя.

В этом же году было объявлено о том, что с 1912 года начинает работу земская почта. Почта в Ключевское и Юкаменское волостное правление из Глазова приходила два раза в неделю: по средам – с простой корреспонденцией, а по субботам – с денежной. Крестьян многих окрестных деревень обслуживал один фельдшер.

В пяти километрах от села Парзи находилась сельскохозяйственная школа. Открылась она в 1895 году и называлась «Сельскохозяйственной школой культурных хозяев», а в 1910 году реорганизована в агрономическую школу. В годы советской власти эта школа стала кузницей кадров для сельского хозяйства. А с 1945 года она начала готовить бригадиров полеводческих бригад и заведующих животноводческих ферм.

Кедра Митрей (Дмитрий Иванович Корепанов), изучив историю народа, в 1932 году написал роман «Секыт зйбет» («Тяжкое иго»). Это было первое удмуртское произведение об историческом прошлом народа. Действие в романе происходит в селе Чебершур. Автор не уточняет, в какие именно годы происходит действие, но можно предположить, что описывается 19 столетие – строительство деревянной церкви, поборы с крестьян для возведения каменного собора. По рассказам старожилов села, многое в романе соответствует действительности. Даже имена некоторых героев остались неизменными. ».

В статье я обратила внимание на некоторые несоответствия: в 1600 году Глазова еще не было, также мне не удалось подтвердить тот факт, что первыми жителями были Шаран и Кожан. Также я не согласно с датой проведения Первой Всеобщей Переписи населения Российской империи, она была проведена 28 января 1897 года.

Отыскала книгу Кедра Митрея () и с интересом прочитала его роман «Тяжкое иго». Действительно роман открывает одну из далеких страниц истории удмуртского народа деревни Чебершур конца XIX в., в нем описана постройка каменного храма вместо ветхой деревянной церкви в 1899 году. Но меня насторожило следующее: родился в 1892 году в селе Игра. В годы скитаний по разным городам и селам в поисках работы Кедра Митрей занялся сбором легенд, преданий и сказок родного народа, изучением его быта и этнографических особенностей. То есть он не был свидетелем тех событий, которые описаны в его романе. Но больше всего меня заинтересовали его утверждения, что русских в то время в Чебершуре не было: «Целых десять лет живет Игошка в Чебершуре», значит приехал Игошка в Чебершур примерно годах. Но в то время, согласно церковных ведомостей, начиная с 1850 года, Чебершур уже был Верх-Парзями, в этом селе жили и удмурты, и русские. И, самое главное, таких имен ( в основном – прозвищ) героев романа в этих местах даже и в более ранние годы я не встречала, даже до принятия христианства удмуртами (вплоть до 1849 года). Поэтому очень хочется верить, что этот роман – сказка. Хотя, я соглашусь, есть и некоторые сходства с историей: «Поп Иларий живет в Чебершуре давно. Приехал он к удмуртам молодым. Здесь похоронил уже восьмерых своих детей, в живых осталось двое». И это все об отце Петре Мышкине.

, священник, в 1928 году описал «Историю с. В-Парзей Глазовского у.» в книге «Труды», изданной Научным обществом по изучению Вотского края. Думаю, что читателям будет интересно это исследование. Извлечение из руковописи Ф. Стрельцова.

«В селе Верх-Парзях, Глазовского уезда, 4 сентября 1904 года совершилось редкое в инородческом приходе торжество поднесения прихожанами-инородцами протоирею Петру Евстигнеевичу Мышкину адреса и наперстного креста из самоцветных камней, ажурной работы, в сребро-позлащеной оправе, стоимостью в 200 руб. серебром.