Группы как инструмент психологической помощи (стр. 12 )

Другой тип переменной результата касается того, что надеются обрести для себя сами члены группы. Это может совпадать, а может и не совпадать с тем, на что надеется психотерапевт. Бывает и так, что члены группы и ее ведущие надеются на одни и те же результаты, но придают им различное значение. Так, для члена группы основной целью может быть избавление от ночных кошмаров. С точки зрения ведущего, ночные кошмары, хотя они и имеют самостоятельное значение, могут рассматриваться как один из аспектов чего-то еще, например, развития способности справляться со своим гневом.

Как правило, вы будете разрабатывать оценочное исследование таким образом, чтобы оно могло “ухватить” непредвиденные результаты: те, что вы не определили в самом начале как пользу, но которые, тем не менее, будут иметь место. Наблюдая работу в группах, мы часто встречаемся с таким понятием, как приращенная польза. Например, группа для юных правонарушителей организуется вовсе не для того, чтобы они могли действовать в качестве симпатичных помощников для других. Приобретение подобного опыта может стать и приращенной пользой, приносимой им группой.

Иногда в выигрыше оказываются совсем не те люди, на кого в первую очередь рассчитана приносимая польза и которые могут даже не являться членами группы. Обычно, хотя и не всегда, к ним относятся другие члены семьи, непосредственно не принимающиеся во внимание, но кому, тем не менее, идут на пользу изменения, происходящие в самих членах группы. Для некоторых типов групп вполне уместно включить переменные результата, связанные с такого рода пользой “за пределами границ группы”.

В отношении некоторых типов групп (престарелых, психически неустойчивых пациентов госпиталя) можно вовсе не рассчитывать на какие-то положительные изменения, а лишь рассматривать их как некоторую сдерживающую структуру, препятствующую дальнейшему ухудшению. В подобных случаях стабильность (т. е. отсутствие каких-либо изменений) может с полным основанием восприниматься как переменная результата, а группа рассматриваться как эффективная (если вы можете показать, что без группы вполне могло произойти ухудшение). Переменная результата отнюдь не всегда должна подчеркивать изменение, но она всегда должна относиться и служить выражением той пользы, которую вы надеетесь принести.

2. Произошло изменение или нет. Оценка. Поскольку вы постоянно сравниваете, какими люди были до получения опыта группы, с тем, какими они стали после него, вам всегда будет необходимо одно предварительное и одно последующее измерение: характера и частоты правонарушений, уровня самоуважения, уровня психической устойчивости и т. д. Одни переменные результата легче поддаются измерению и количественной оценке, нежели другие. Например, гораздо легче оценить, были ли у клиента рецидивы правонарушений в течение последующих шести месяцев, чем определить, удается ли ему подавлять гнев более эффективно, чем раньше. Однако “легко” вовсе не означает “важно”. Сплошь и рядом в публикуемых оценочных исследованиях обнаруживается, что исследователь ограничился такими переменными результата, которые легко измеряются и поддаются количественной оценке, а следовательно, легко выражаются в статистических терминах. Если определенные таким образом переменные оказываются ненаучными, то очень многое безвозвратно утрачивается. Более удовлетворительные разработки стараются задать набор переменных результата, часть из которых легко поддаются количественной оценке, а некоторые — нет. Они также могут проводить измерения одной и той же переменной различными способами. В идеальном случае “твердые”, поддающиеся количественной оценке данные служат опорой для качественных данных. Первые привносят порядок в ваши изыскания, а вторые обеспечивают им многообразие и детальность. В рассмотренном раннее примере вам, возможно, потребуется дать оценку догрупповой позиции подростка в отношении правонарушений в терминах их количества и типа на протяжении определенного промежутка времени (твердые данные). Что же касается способности справляться со своим гневом, вам следует вызвать и проанализировать анекдотичные пересказы тех эпизодов, что послужили причиной гнева, или же применить какой-либо проекционный метод, например, карточки ТАТ или “не­оконченные предложения” (мягкие данные). Что касается самоуважения, вы можете прибегнуть к письменному тесту самоуважения (твердые данные) и наблюдению отношений подростка со своими сверстниками (мягкие данные). Те же самые методы следует применять и после окончания работы группы. Оценка некоторых переменных результата, в силу их природы, должна производиться через какой-то промежуток времени (повторные правонарушения). Отдельные переменные результата следует измерять несколько раз — непосредственно после завершения работы группы, через шесть месяцев — для того, чтобы быть наверняка уверенным, что изменение устойчиво, а не является лишь временным эффектом.

3. Показ отношения результата к опыту группы. Всегда существует вероятность, что любые изменения, произошедшие с момента прихода человека в группу и до его ухода из нее, могли быть вызваны чем-то иным, нежели опытом группы. Вследствие этого необходимо иметь определенные основания, чтобы со всей уверенностью утверждать, что причиной изменения послужила именно группа, а не какой-то иной опыт или событие.

Разумеется, в равной степени невозможно и нежелательно полностью изолировать входящих в группу людей от прочего жизненного опыта. Принимая во внимание все одновременно действующие источники жизненного опыта, лишь одним из которых является группа, каким образом можно убедительно показать, что именно ее работа сказалась наиболее существенным образом? В исследованиях результата, как правило, находят применение два метода. Первый — использование контрольной группы; второй — установление для каждого человека исходного уровня (base-line), в сопоставлении с которым определяется степень изменения (каждый субъект становится мерой самого себя). Данные методы могут применяться также в исследованиях процесса-результата, но помимо прочего и в первую очередь вы будете стараться показать, что результаты существенным образом связаны с происходящими в группе критическими событиями.

Контрольной группой является группа людей, как можно более напоминающих тех, кто в данный момент переживает опыт группы. Разница между ними заключается в том, что члены контрольной группы не переживают группового опыта. У всех членов обеих групп одновременно замеряются одни и те же параметры. Если изменения, наблюдающиеся в контрольной группе, совершенно ничтожны, а у людей, переживших опыт группы, проявляются весьма значительные изменения, то имеются все основания предположить, что данное воздействие оказано именно группой.

Задачей исследователя становится подбор такой контрольной группы, которая была бы сопоставима с экспериментальной. Поскольку не существует двух совершенно похожих людей, точный подбор невозможен. Вы можете довольно легко привести в соответствие контрольную и экспериментальную группу по таким переменным, как возраст, пол, образование, число правонарушений, тип правонарушений и тому подобное. Может быть, столь же важно, но более сложно добиться соответствия между ними по другим переменным — таким, как отношение правонарушителя к своему правонарушению или уровень ожиданий в отношении будущего. В качестве другого примера, занимаясь с пациентами госпиталя, вы можете подобрать контрольную группу на основе таких обычных параметров, как возраст, пол и образование, присоединив к ним время, проведенное в госпитале, частоту отлучек из госпиталя, среднее число контактов с семьей за месяц или за год. Гораздо сложнее было бы подобрать людей по характеру их контакта с родственниками или по их позиции и ощущениям, связанным с пребыванием вне госпиталя, хотя эти переменные могут оказаться в той же мере или даже более важными. Иногда, с целью достижения большего соответствия между контрольной и экспериментальной группами, каждому члену группы подбирается какой-то конкретный человек. Всегда вызывает много споров вопрос о том, могут ли контрольная и экспериментальная группы быть приведены в требуемое соответствие по всем важным параметрам.

Следующее допущение состоит в том, что члены экспериментальной и контрольной групп, в целом и среднестатистически, имеют сходный опыт во всем, кроме групповой работы. Далее предполагается, что эти дополнительные параметры взаимно уравновешивают друг друга до тех пор, пока ими можно будет пренебречь. Чем больше людей в обеих группах, тем более правомочен данный аргумент. Когда же вы имеете дело с небольшим количеством людей, оправданность такого допущения весьма сомнительна.

Второй способ убедиться в том, что именно групповой опыт явился решающим фактором изменения, заключается в установлении для каждого входящего в группу некоторого исходного уровня. Для этого вам требуется осуществить оценку каждого человека не только на точках входа и выхода, но и в какой-то предшествующей точке. Предположим, что вы планируете вести группу, в которую входят пациенты психиатрического госпиталя, долгое время находящиеся на излечении. Имеется возможность оценить их в предшествующей входу точке (Р), за три, четыре, или шесть месяцев до их принятия в группу. Затем вы вновь производите их измерение в точке входа (Е) и в точке выхода (Х). Подобная схема позволяет вам сравнить период невмешательства (от Р до Е) с периодом, в течение которого им была предложена помощь в форме группы (от Е до Х). Если вы показываете, что человек сохранял устойчивость в промежутке от Р до Е, но в нем наблюдаются изменения от Е до Х, можно говорить, что именно группа послужила причиной изменения. Делается предположение: хотя события реальной жизни происходят на протяжении всего периода (от Р до Х), основное различие между периодами от Р до Е и от Е до Х заключается именно в наличии группы. Разумеется, никогда не следует исключать возможность, что в промежутке от Е до Х в жизни нескольких людей или даже всего контингента в целом произошло какое-то весьма значительное событие: быть может, их всех перевели в новое прекрасное помещение. Здравый смысл подсказывает нам необходимость постоянного выявления подобных факторов как для контингента в целом, так и для отдельных людей. Если вы имеете дело с большим количеством людей, то пользуетесь допущением, что происходящие вне группы события вполне могут быть распределены по всему данному промежутку времени и что их воздействие будет в равной степени ощущаться в течение данных двух периодов от Р до Е и от Е до Х, и, следовательно, их можно не принимать в расчет.

При определенных обстоятельствах использовать данную схему невозможно, поскольку нет никаких оснований предполагать наличие периода устойчивости, предшествующего началу работы группы. В примере с мальчиками-подростками (если эти мальчики переживают период быстрого физического и эмоционального развития, а так, вероятнее всего, и будет) у вас нет никаких оснований надеяться, что вам удастся показать устойчивость в течение предгруппового периода. Вы можете продумать также ситуации, когда предгрупповой период устой­чивости логически исключается. Например, если группа образована для родителей умственно отсталых детей с недавно поставленным диагнозом, или для женщин, чьи мужья были недавно осуждены.

При исследовании процесса-результата вы постараетесь связать результат с конкретными процессами, произошедшими в группе, или с отдельными свойствами группы. Если можно показать, что изменение произошло, когда в группе имели место какие-то процессы или свойства, и не происходило, когда они отсутствовали, вы будете ощущать уверенность, утверждая, что именно эти процессы или свойства повлияли на результат.

Предположим, что социальный работник в группе для мальчиков-подростков отмечает, что те разделяются на две основные группы: агрессивных и шумных, замкнутых и пугливых. Он начинает задаваться вопросом, приносит ли групповой опыт равноценную пользу этим группам и не возрастет ли приносимая группой польза, если состав будет однородным — из мальчиков одного либо другого типа. Это можно установить в ходе специального исследования, определяя переменные результата и отыскивая способы их измерения. После этого создаются несколько групп, состав которых различен (однородно-агрессивный; однородно-замкнутый, смешанный). Следует следить за тем, чтобы в каждую из групп этих трех видов мальчики выбирались наугад или же подбирались в соответствии с оценкой членов группы, в терминах переменных результата на момент поступления в группу и момент выхода из нее. Если, например, результаты показали, что замкнутые мальчики, участвовавшие в смешанной группе, обнаружили больше положительных изменений, чем такие же мальчики из однородных групп, у вас есть все основания утверждать, что состав группы влияет на результат. Приведенный пример иллюстрирует исследование процесса-результата, в ходе которого изучается одна из характерных особенностей группы (т. е. ее состав).

Далее. Предположим, что вы работаете с людьми, недавно ставшими инвалидами в результате физического увечья, и у вас сложилось впечатление, что польза сопряжена с их активным, а не пассивным участием в групповых сеансах. Основываясь на оценках результата, участников можно подразделить на группы с большой и малой отдачей. После этого вам потребуется единица измерения активного участия, отличающая его от участия пассивного. Это может быть число раз, когда участник делал какой-либо вклад в работу группы, если группа была структурирована так, чтобы дать каждому равную с другими возможность внести свою лепту. Или число высказываний, сделанных по поводу своего собственного положения. Если используется иная структура (например, группа прибегает к ролевым играм), вы можете вести подсчет случаев, когда конкретные участники вызывались разыграть в лицах свои собственные ситуации или участвовать в практической отработке ситуаций, с которыми они ожидают столкнуться за пределами госпиталя. Ваше первоначальное предположение подтвердится, если окажется, что члены группы, чья отдача высока, принимали значительно более активное участие в работе группы. Данный пример иллюстрирует исследование процесса-результата, в ходе которого изучается какая-то отдельная сторона процесса (степень и характер участия).

Изучение процесса-результата может носить сугубо исследовательский характер. Предположим, что, опираясь на особые критерии, вы решили, что одним участникам группа пошла на пользу, а другим — нет. При условии, что сеансы полностью протоколировались, можно провести обзор всех сеансов, отыскивая любые события или опыты, которые привели к различию между теми, кто получил значительную пользу от группы, и теми, для кого польза оказалась незначительной. Это можно проделать, даже если заранее у вас не было определенных соображений относительно факторов, послуживших такому различию.

Некоторые исследования процесса-результата, подобные тем, о которых только что упоминалось, требуют неограниченного привлечения материала сеансов и пристального изучения событий, ежесекундно происходивших на протяжении определенного периода времени. Они неизменно являются мелкомасштабными исследованиями. Хотя делать какие-либо обобщения на их основе следует весьма осторожно, они обладают тем преимуществом, что позволяют исследовать сложные и едва уловимые процессы с точки зрения их возможной связи с результатом.

3. Анализ издержек и результатов

Каково равновесие между издержками, понесенными при ведении групп, и проистекающими из них результатами? Ведение группы требует вложения в нее определенных средств, и как врачам-практикам, так и администраторам иногда бывают нужны свидетельства того, что достигнутые результаты оправдывают необходимые вложения сил и средств.

В идеальном случае анализ издержек и результатов должен давать возможность выражения как издержек, так и результатов. Более пристальное рассмотрение природы возможных издержек и результатов позволяет увидеть, что добиться этого весьма сложно. Такой анализ, принимающий в расчет истинную природу данной ситуации, должен включать исчисляемые и неисчисляемые, осязаемые и неосязаемые, краткосрочные и долгосрочные издержки и результаты.

Как правило, “расходную” сторону всякого дела гораздо легче и определить, и измерить в количественных терминах. Для ведения группы требуется время персонала, а оно стоит денег. Необходимое количество денег легко подсчитать, исходя из процента времени, затрачиваемого одним сотрудником. Его, в свою очередь, можно выразить в денежном исчислении. Если работа группы требует участия более одного сотрудника или привлечения кого-то со стороны, это также может быть оценено в денежном исчислении. Для ведения группы требуется помещение, отопление, оборудование, продукты (чай или кофе). Планирование группы может потребовать переписки и составления служебных документов и, следовательно, работы секретаря, канцелярских принадлежностей и т. д. Все эти расходы выражаются в денежном исчислении.

Другая форма затрат носит название вмененных издержек (opportunity costs). Когда сотрудник занимается планированием, ведением или оценкой группы, он не может делать что-то еще. Для того чтобы иметь возможность работать с группой, приходится отказываться или воздерживаться от иных видов деятельности. Все они являются утраченными возможностями и для сотрудников, и для учреждения или агентства. Утраченные возможности могут представлять собой весьма существенные издержки на ведение группы, но дать им количественное выражение значительно сложней. Некоторые агентства имеют специальные таблицы для расчета рабочей нагрузки (одна группа равняется такому-то числу индивидуальных клиентов), и в подобных случаях вмененные издержки выражаются в цифрах, но вопрос о том, является ли это вполне удовлетворительным методом оценки данных издержек, остается весьма спорным.

Можно также представить себе менее осязаемые, но не менее важные издержки. Например, если программа работы с группами представляет собой новое направление в деятельности какого-либо учреждения, возникает определенная напряженность среди его сотрудников, чувствующих, что они вовлекаются в рискованное предприятие. Или же может возникнуть нездоровая конкуренция среди сотрудников по поводу того, чья работа действительно приносит пользу клиентам. Например, если группа, работающая в психиатрическом отделении госпиталя, вызывает повышенное беспокойство среди пациентов, возникают беспорядки, которых иначе бы не произошло. Все это может быть. Если опыт группы причинит вред пациенту, это с полной определенностью можно расценивать как издержки. Эти виды издержек весьма сложно измерить, и они часто представляют собой тему споров среди персонала.

В общем случае издержки, как правило, тесно связаны с периодом фактического существования группы. По большей части они являются непосредственными и зримыми и не уходят в неопределенное будущее.

Издержки, оцениваются ли они в терминах того, что сделано (ведение группы) или не сделано (отказ от возможности работать с числом х отдельных индивидуумов или семей), являются ли они осязаемыми или неосязаемыми, сами по себе значат весьма мало. Они приобретают значение только в отношении достигнутого благодаря понесенным издержкам.

Гораздо труднее добиться точности и определенности в отношении полезных результатов, нежели в отношении издержек. Наибольшая польза, на которую вы рассчитываете, является пользой, приносимой участникам группы, что и было определено ранее на стадии планирования. Проводившееся ранее в данной главе обсуждение переменных результата уже показало, что задача подсчета, а затем и количественного выражения приносимой пользы, не всегда решается напрямую. Некоторые полезные результаты могут быть выражены количественно (х месяцев без повторных правонарушений; меньше дней непосещения школы), но многие другие являются преимущественно качественными по своей природе и определяются умозрительно (уровень самоуважения, улучшение навыков межличностного общения). Могут быть предложены весьма остроумные методы выражения качественной пользы в количественных терминах. Существуют различные мнения в отношении того, являются ли они удовлетворительными.

Возникает также вопрос о том, кто может судить о полезных результатах: энтузиаст-практик, коллега-скептик или пациент? Любая точка зрения может оказаться по-своему предвзятой.

Польза, приносимая клиентам, не всегда заметна с первого взгляда, но она может проявиться по истечении довольно продолжительного промежутка времени. Некоторые полезные результаты, очевидные сразу же после опыта группы, окажутся недолговечными. Рассмотрим, например, группу, запланированную для оказания помощи в период какого-либо жизненного перехода. Некоторые из участников группы покажутся более подавленными и менее приспособленными на момент завершения работы группы, чем в самом ее начале. Но если пронаблюдать за ними на протяжении определенного времени, можно увидеть выход из кризиса и стабилизацию, а вслед за этим и возросшую способность противостоять последующим переходам. Другие могут сразу же продемонстрировать положительные результаты, но позднее, будучи лишены постоянной поддержки группы, их утрачивают. Могут сразу же проявиться и положительные результаты, сохраняющиеся с течением времени. Оценка принесенной пользы значительно варьируется лишь в зависимости от того, когда она проводилась. Предположение о том, что положительный результат привязан во времени к точке завершения работы группы, не имеет под собой сколько-нибудь прочных оснований. Весьма долговременные положительные эффекты по понятным причинам упускаются из виду в большинстве оценочных исследований, как и при изучении издержек и результатов.

Положительные результаты могут проявиться не только у непосредственных участников группы, но и у тех, кто имеет к ней лишь косвенное отношение. Например, в группе, разработанной для родителей детей-инвалидов, одна из матерей в какой-то мере утратила безоглядную преданность своему ребенку-инвалиду и начала посвящать больше времени другим своим детям, что обещало принести им долговременную пользу. Этот случай служит примером долговременной приращенной пользы.

Приращенная польза должна непременно включаться в любой анализ издержек и результатов. Она может стать достоянием самих клиентов, членов их семей или других близко связанных с ними людей, прямо или косвенно вовлеченного персонала данного учреждения или агентства. Например, в палате для тяжелобольных психиатрического госпиталя наступило очевидное улучшение морального состояния персонала. Санитарки этой палаты почувствовали, что усилия, затрачиваемые ими при работе с пациентами, которые зачастую считаются безнадежным, не бесплодны и они сами являются стоґящими людьми, занятыми полезной работой. Совершенно ясно, что это пошло на пользу не только данному персоналу, но и их подопечным.

Одним из положительных результатов групповой программы может служить экономия времени в долговременной перспективе. Например, групповая программа в психиатрическом госпитале вполне понятным образом снижает уровень повторных поступлений или удлиняет промежутки времени между повторными поступлениями. Если это так, то экономию времени персонала в долгосрочной перспективе следует рассматривать как положительный результат.

Произведя некоторые оценки издержек и результатов, можно, разумеется, соотнести их друг с другом и вынести некоторое общее суждение о том, превышает ли приносимая польза необходимые издержки. Наиболее ясная картина получается, если постараться определить все издержки и все положительные результаты: исчисляемые и неисчисляемые, краткосрочные и долгосрочные, прямые и приращенные, очевидные и спорные; после чего можно уже судить о том, превышает ли полученная польза понесенные издержки или наоборот. Следует быть готовым к тому, что многие, хотя и не все издержки и только некоторые полезные результаты получают численное выражение и мнение персонала о том, что именно относить к издержкам, а что считать положительными результатами, бывает весьма различным. Тем не менее, определив наиболее полно все издержки и положительные результаты и, где возможно, выразив их численно, можно подойти к ответу на вопрос, оправданы ли затраченные усилия.

4. Преобразование неформальных мониторинга и оценки

в небольшое научное исследование

Научное исследование не всегда следует проводить со всей тщательностью и посвящать ему слишком много времени. Оно также не всегда требует хорошо развитых и высоко специализированных навыков в приборостроении или статистике. Иногда, при сравнительно небольших дополнительных затратах труда и времени, его можно построить на том, что вам и так придется делать — либо в процессе ведения группы, либо при неформальном ее мониторинге — и таким образом обратить свои усилия в небольшое, но вполне солидное исследование.

Предположим, что вы ведете группу, рассчитанную на то, чтобы помочь молодым заключенным развить определенные социальные навыки, так, чтобы они, представ перед возможным работодателем, имели больше шансов быть принятыми благосклонно. Предположим далее, что вы намерены применить ролевые игры в качестве способа практической отработки собеседований при получении работы и собираетесь использовать обратную связь в форме видеозаписи. Совсем не сложно предусмотреть две различные, хотя и параллельные формы ролевых игр и ввести их в программу первого и последнего сеансов. Видеозапись этих сеансов послужит первичными данными для оценки предшествующего и последующего уровней социальных навыков. Вам потребуется разработать особые показатели социальных навыков (например, контакт глазами, воздержание от отвлекающих манер, ясная и краткая речь) и попросить независимых судей использовать их в качестве критериев оценки уровня навыков. Вам следует позаботиться о том, чтобы надежно скрыть от судей все, что может указывать на то, какая ролевая игра в данной серии сеансов имела место ранее, а какая позднее.

В качестве другого примера, предположим, что вы ведете группу для матерей умственно отсталых детей и рассчитываете, что ваши пациентки найдут способ справиться с воспитанием своего ребенка с меньшими для себя издержками. Вы можете разработать достаточно прямолинейный тест на завершение предложений и провести его до начала работы группы и во время последнего сеанса (например: “Мой сын/моя дочь...”; “Что меня больше всего беспокоит, так это...”; “Когда я говорю с другими о своем ребенке...”; и т. д.) Данная разработка может быть даже внедрена в групповой опыт. Например, после того как матери на заключительном сеансе вторично выполнят тест на завершение предложений, вы можете раздать им первый тест, попросить членов групп сравнить свои предыдущие и последующие ответы и побудить их к дискуссии и обмену мнениями. Если вы к тому же запишете за­ключительный сеанс на видеопленку, то можете получить полезную информацию о тех характерных особенностях группы, которые представляются этим женщинам значительными.

Можно привести множество других примеров. Вероятно, мне следует еще раз подчеркнуть, что какие бы то ни было научные исследования вовсе не являются неотъемлемым атрибутом эффективного ведения группы. Однако некоторые средства мониторинга и оценки совершенно необходимы, если вы собираетесь получить полезную обратную связь относительно своих усилий.

Рекомендуемые упражнения

В каком-то смысле вся эта глава представляет собой подборку рекомендуемых упражнений. Наилучшая возможность приобретения опыта налаживания мониторинга — запланировать его для группы, с которой вы собираетесь работать. Если вы предполагаете, что в ближайшем будущем не будете это делать, но тем не менее желаете приобрести определенный опыт, то можете взять за основу одну из групп, разработанных в плане упражнений глав 3 и 5, а затем выработать приемлемую схему мониторинга.

7. Формирование состава

участников: отбор

и подготовка членов

и составление группы

Прежде чем непосредственно приступить к работе с группой, психотерапевту предстоит принять целый ряд решений и выполнить ряд задач. Ему необходимо поименно назвать людей, которым предстоит стать членами группы, проверить их желание и готовность присоединиться к группе и провести с ними подготовительную работу, если это представляется необходимым или полезным. По мере выполнения этих задач выстраивается состав группы. При определенных обстоятельствах вполне уместно допустить, чтобы состав группы сложился как бы сам по себе. При других обстоятельствах составление группы рассматривается как самостоятельная задача.

В главе 1 особо подчеркивалось, что после принятия всех решений по планированию, за исключением решений, связанных с формированием состава участников, совсем неплохо было бы сделать паузу и принять окончательное решение о том, действительно ли вы готовы посвятить себя работе с той группой, которую планировали. До этого момента вы еще не обращались ни к каким конкретным лицам и не причините им никакого вреда тем, что в конечном итоге решите ничего далее не предпринимать. Но как только вы сообщите о группе потенциальным клиентам и после того, как они согласятся присоединиться к ней, будет уже слишком поздно идти на попятный, поскольку вы пробудите определенные надежды и дадите косвенные обещания. Если вы приступаете к заключительным задачам планирования, изложенным в данной главе, то делать это следует исходя из своей внутренней решимости оставаться с группой до конца, чтобы из этого ни вышло.

При формировании состава участников вы должны ставить перед собой две цели. Первое — включить в группу людей, которым она, по всей вероятности, пойдет на пользу, и не допустить в нее тех, кому, по вашему мнению, она может причинить вред или кто может оказаться деструктивно неуправляемым. Второе — состав должен быть в состоянии одновременно обеспечить членам группы поддержу и побудить их к движению вперед, когда группа станет реальностью. Другими словами, вам нужно постараться составить такую группу, у которой есть все шансы выжить и преуспеть.

В данной главе обсуждаются четыре темы: подбор, составление, подготовка и назначение предварительного интервью.

1. Подбор

Некоторым людям не следует становиться членами каких-либо групп. К ним относятся те, кому данная перспектива представляется настолько угрожающей, что они едва ли смогут функционировать в группе; кому группа может причинить вред; кто слишком дезорганизован и потенциально губителен для группы; кто настолько охвачен личным кризисом, что едва ли сможет что-то получить от группы или эффективно в ней функционировать.

Лица, которым группа представляется крайне угрожающей. Важно отличать людей, которым группа представляется крайне угрожающей, от тех, кто испытывает в группе тревогу и беспокойство (их можно выразить, с ними вполне можно справиться). Последние являются подходящими кандидатами; первые — нет.

В то время как одни всеми силами стремятся попасть в группу, другие испытывают сомнения, беспокойство и неуверенность. Те, кого пугает перспектива поступления в группу, дают себе отчет в том, что в группе они окажутся в незащищенной позиции. Они боятся, что другие члены группы окажутся критически настроены к ним, не захотят их принять, или же опасаются, что по сравнению с другими будут выглядеть весьма убого. Такие люди обычно имеют определенное представление о том, что именно их беспокоит, и могут заявить, например: “Есть вещи, о которых я никогда не смогу сказать”; “Все они будут осведомлены лучше, чем я”; “Как могут мне помочь люди, если у них самих не все в порядке?” Предварительное интервью с глазу на глаз может быть частично использовано для того, чтобы получить представление о таких страхах и сомнениях и обсудить их. Изучение причин беспокойств, стремление как можно глубже понять, что именно они собой представляют, их признание и уважение подчас внушает человеку достаточную уверенность, чтобы перевесить его сомнения и подвести его к моменту, когда он почувствует готовность испытать действие группы. Однако время от времени вам будут попадаться люди, чьи страхи имеют совершенно иной масштаб. Таким людям перспектива участия в группе внушает всеохватывающую, глубокую и подчас просто инстинктивную тревогу. Они в состоянии только сказать: “Нет, я не смогу”, и вновь и вновь будут твердить: “Нет, я никогда не смогу”. Когда им будет предложено исследовать причины своих страхов и дать им разумное толкование, они не смогут этого сделать, и беспокойство никогда не ослабнет.

Такие люди вполне могут ощущать в себе нечто такое, от чего опыт группы окажется для них поистине невыносимым. По-видимому, они вполне дают себе отчет в том, что их защиты не смогут противостоять силам, способным проявиться в группе, что они будут сметены групповым аффектом или будут вынуждены раскрыть больше, чем позволительно. Разумеется, они не выражают это столь многословно. То, что вы наблюдаете в действительности, так это затянувшуюся молчаливую панику. Вы приходите к выводу, что в ее основе лежит глубочайший страх утраты собственного “Я” под натиском действующих в группе сил. Когда вы сталкиваетесь с этим довольно редким, но упорным, непроницаемым, монолитным страхом, то лучше всего будет принять его таким, как есть, и подыскать этому человеку какую-то замену. Такие люди, будучи включены в группу против своей воли, могут быть травмированы данным опытом и в конечном итоге окажутся в еще худшем положении, чем ранее. Следует составить себе суждение о том, может ли проявляемый данным конкретным человеком страх быть подавлен благодаря его тщательному изучению и анализу или же дальнейший нажим может лишь усугубить его. Наиболее очевидным показателем в этом вопросе является способность или неспособность человека выразить такой страх в словесной форме. Если пациент способен выразить его словесно, то имеются разумные основания ожидать, что он сумеет выработать у себя ощущение своего потенциального превосходства над ним. Если нет — этот страх сохраняет над ним свою власть.

Дезорганизованные и потенциально подрывные личности. Некоторые люди характеризуются крайней степенью внутренней дезорганизации. Они не имеют точного представления о самих себе, бывают настолько погружены в собственные мысли, что едва обращают внимание на окружающих или происходящие вокруг события, либо воспринимают мир во фрагментарном или искаженном виде. Некоторые из них молчаливы и замкнуты. Поведение других отличается тем, что они не могут спокойно сидеть сколько-нибудь долгое время, постоянно входят и выходят из помещения, вмешиваются в разговоры со “странными” и часто никому не понятными заявлениями. Они могут быть склонны к словесным оскорблениям, к физическому насилию либо просто бывают многословны и недосягаемы.

Если человек говорит непонятным для других языком или не умеет слушать других, ему тем не менее могут пойти на пользу некоторые типы групп — в частности, такие, которые требуют лишь незначительного или вообще никакого межличностного взаимодействия и обеспечивают присутствие людей благодаря какому-либо параллельному или высокоструктурированному занятию. Другие типы групп, в частности, такие, которые требуют вербального взаимодействия, подходят им в гораздо меньшей степени.

Внутренне дезорганизованный человек, к тому же замкнутый и молчаливый, едва ли будет “вреден” для других каким-то неуправляемым образом. Если такой человек оказывается в группе, он вполне может стать реципиентом фантазий других просто лишь в силу того, что остается непостижимым и другим очень легко проецировать на него свои надежды и страхи. Он может стать объектом заботы других. Подобные реакции вполне управляемы и используются на благо всем участникам. В группу можно включить одного или двух таких людей, если вы достаточно уверены в том, что они способны сохранять необходимые защиты перед лицом действующих в группе сил.