@ЗАГОЛОВОК = Рецензия на книгу кубинского прозаика Леонардо Падуры о Льве Троцком "Человек, любивший собак"
@АВТОР = /Сергей Середа, ИТАР-ТАСС, Москва/
В октябре этого года исполнилось 130 лет со дня рождения Льва Троцкого, имя которого в мировых средствах массовой информации упоминается в последнее время все реже и реже, а для нынешней молодежи и вовсе перешло в разряд экзотических. Вполне возможно, что это не более чем совпадение, тем не менее именно накануне круглой годовщины со дня рождения "демона революции" испанское издательство "Тускетс эдиторес" выпустило в свет книгу знаменитого кубинского прозаика Леонардо Падуры "Человек, любивший собак".
На черно-белой фотографии, выбранной для ее обложки, изображен Лев Троцкий. В его поднятой руке - палка, на которую заворожено смотрят две немецкие овчарки. Снимок сделан во Франции в 1933 году, спустя четыре года после изгнания Троцкого из Советского Союза и за семь лет до того августовского дня 1940 года, когда испанец Рамон Меркадер обрушил свой альпеншток на седую голову главного политического противника Иосифа Сталина.
Фотографии Рамона Меркадера на обложке нет, хотя его фигура занимала автора книги едва ли не больше, чем образ Троцкого. Как нет, да и не может быть, фотографии еще одного главного героя романа - кубинского литератора - неудачника Ивана, который в осенний день 1977 года на расположенном в пригороде Гаваны пляже Санта-Мария увидел высокого пожилого мужчину плотного телосложения в сопровождении двух совершенно невероятных для Кубы собак - русских борзых. Выразив свое восхищение столь экзотическими для тропиков четвероногими друзьями незнакомца, Иван, сам того не зная, стал частью дьявольски закрученной истории, которая затянула его будто в воронку водоворота. Когда молодой кубинец через некоторое время снова встретил незнакомца, говорившего по-испански с частым использованием каталонских слов, они неожиданно разговорились и мужчина представился:
"Хайме Лопес. Советник одного из местных министерств". Для подготовленного читателя уже в этот момент становится ясно, что с наивным кубинским парнем беседует никто иной как Хайме Рамон Меркадер дель Рио, он же Жак Морнар, он же Фрэнк Джексон, ликвидировавший Троцкого в рамках операции НКВД под кодовым названием "Утка".
При каждом появлении на пустынном осеннем пляже Хайме Лопеса, которого неизменно сопровождают Икс и Дакс, - те самые русские борзые, - видно, что его грызет изнутри какая-то тяжкая болезнь. Ощущая приближение смерти, пожилой каталонец в порыве откровения начинает рассказывать случайному кубинскому собеседнику историю якобы о своем земляке, - а на самом деле о себе самом, - которая повергает Ивана в ужас. Историю о том, как выходец из богатой каталонской семьи превратился сначала в пылкого революционера, затем в бойца испанской республиканской армии, тайного агента НКВД, узника мексиканской тюрьмы на долгие два десятилетия и, наконец, в Героя Советского Союза.
В итоге книга напоминает бутерброд с тремя ингредиентами: сначала идет глава о Троцком, за ней следует глава о Меркадере, а завершает "тройку"
глава о литераторе-неудачнике Иване, после чего все повторяется заново.
Кстати, и разбита почти 600-страничная книга на три части, причем только последняя из них носит выразительное название "Апокалипсис", остальные просто пронумерованы. Интересно, что собак трепетно любят все три главных героя, поэтому остается только догадываться, к кому из них обращено название книги.
Не удивительно, что читатель чуть ли не на каждой странице ощущает, как за двумя главными героями непрестанно следует тень еще одного важнейшего персонажа книги - Сталина, который зримо и незримо присутствует в описанной истории. По большей части сталинская тень ощущается на тех страницах, где подробнейшим образом описана жизнь Льва Троцкого и его семьи в изгнании - в Турции, во Франции, в Норвегии и, наконец, в Мексике.
На этом событийном фоне автор книги Леонардо Падура мучительно пытается понять, как величайшая в истории социальная революции, совершенная, как он убежден, с безупречно благородными и в высшей степени гуманными целями, всего через пару десятилетий привела к трагической гибели большей части ее лидеров, да еще и сделала мощное международное движение за освобождение мирового пролетариата от оков капитализма полностью подвластным железной воле кремлевского горца.
Противостояние Сталина и Троцкого - лейтмотив всей книги, включая те страницы, где речь идет о Кубе. При этом симпатии автора полностью на стороне "демона революции", он видит в Троцком практически невинную жертву коварного и злопамятного азиата Сталина, нисколько не задумываясь о том, какой кровавый след оставил в истории России автор теории перманентной революции. Читатель просто не может не задаться вопросом, откуда у кубинского прозаика столь откровенные симпатии к Троцкому. Поневоле всплывает в памяти фигура по сей день популярного на Кубе Эрнесто Че Гевары и его теория о "множестве Вьетнамов в Латинской Америке", которая весьма и весьма напоминает идею перманентной революции, позаимствованную Троцким у Парвуса. Невольно вспоминается и тот факт, что руководство кубинской компартии до сих пор рассматривает историю своей страны, начиная с 1959 года, как некий непрерывный революционный процесс. В стране вот уже полвека действует собственный революционный календарь, каждый год в котором носит отдельное название-лозунг: например, год ликвидации неграмотности или год аграрной реформы. Так что, если задуматься, то выходит, что товарищ Троцкий некоторым образом сумел "наследить" и на Кубе, хотя под руководством Фиделя Кастро в начале 60-х годов на острове и велась планомерная борьба с троцкистами в рядах компартии. Кстати, существуют свидетельства кубинских троцкистов о том, что Че Гевара, занимавший в ту пору высокий государственный пост, относился к гонениям на них неодобрительно и сочувствовал жертвам партийных чисток, пострадавшим за свою приверженность идее перманентной революции.
Давая фактологическую оценку книге "Человек, любивший собак", приходится признать, что меньше всего автору удались те страницы, где рассказывается о пребывании Рамона Меркадера в Советском Союзе. Сначала он помещает своего героя в диверсионную школу в подмосковной Малаховке, где всего за несколько месяцев молодого испанского коммуниста превращают в супергероя, способного убить противника не только любым оружием, но и просто голыми руками. В школе, расположенной в дремучем подмосковном лесу, испанского агента старательно прячут от чужих глаз, поэтому трудно понять, каким образом по окончании курса обучения Меркадер в сопровождении своего наставника Наума Эйтингона вдруг оказывается в центре Москвы на очередном политическом процессе, где в числе других приглашенных, включая иностранных журналистов, с замиранием сердца наблюдает за тем, как некогда всемогущий нарком Генрих Ягода старательно перечисляет Вышинскому свои грехи перед партией и народом.
Попутно коллеги и сообщники гуляют по Москве конца 30-х годов, заходят в провонявшую запахами мочи и мокрой овчины пивную для простых работяг, но тут же передумывают и отправляются в фешенебельный ресторан гостиницы "Москва", где ведут откровенные беседы вопреки микрофонам, которые чуть ли не торчат из каждого подаваемого им блюда. Москва в описании кубинского прозаика появляется и во второй раз - в 60-е годы, когда Меркадер под именем Лопеса поселяется на Фрунзенской набережной после выхода из мексиканской тюрьмы. И оба раза ее описание кажется российскому читателю откровенно карикатурным, оставляя ощущение того, что Леонардо Падура основывался при описании московских реалий скорей на старых голливудских фильмах, в которых взгляд на Советский Союз всегда был чрезмерно упрощенным, а чаще всего откровенно примитивным. В целом страницы с описанием Москвы вызывают у российского читателя местами недоумение, а зачастую и просто досаду.
Хотя книга, похоже, была задумана автором в первую очередь как рассказ о Троцком и его убийце, пожалуй, самые впечатляющие главы в ней все-таки те, в которых речь идет не о Москве, и не о Мехико, а о Кубе. Тут Леонардо Падуре равных практически нет. На сегодняшний день его можно назвать чуть ли не самым известным кубинским прозаиком и то, с каким мастерством он описывает глубину кризиса, в которую погрузилась его родина после распада Советского Союза, не может не вызвать у читателя потрясения. Если книга "Человек, любивший собак" когда-нибудь будет переведена на русский язык, то у российского читателя впервые появится возможность увидеть, в какой мрак погрузилась Куба после того, как на родине Троцкого и Сталина перестали петь бравурные марши о бесстрашных "барбудос", живущих на "острове зари багряной".
Именно об этом повествует последняя часть книги, носящая выразительное название "Апокалипсис". Автору этих строк довелось с небольшими перерывами жить и работать на Кубе в те самые годы, которые Леонардо Падура описывает в своей книге: с конца 70-х до середины 90-х годов, поэтому многое из описанного он видел своими глазами. Тем не менее взгляд кубинца, которому, как и миллионам его сограждан, пришлось на собственном опыте пережить глубочайший экономический кризис, последовавший на Кубе вслед за развалом СССР и, соответственно, прекращением всех советских субсидий, оставляет у читателя глубокое впечатление.
Вполне понятно, что у читателя книги "Человек, любивший собак"
возникает вопрос, почему кубинский прозаик взялся за такую необычную тему как жизнеописание Троцкого и Меркадера. Думается, что в поисках ответа нужно учесть, что все свои книги Леонардо Падура вот уже много лет публикует поначалу в Испании, а уже потом - по мере возможности - у себя на родине. Вряд ли испанского читателя удалось бы заинтересовать фигурой третьего героя книги - литератора-неудачника с далекой от Европы Кубы, интерес к которой в последние годы значительно поугас. А вот тандем Троцкий-Меркадер, безусловно, открывал перед автором широкие перспективы.
Особенно если учесть, что издательство "Тускетс эдиторес", многие годы выпускающее книги Леонардо Падуры, расположено в Барселоне - городе, где Рамон Меркадер появился на свет и где его хорошо помнят. Наверняка подтолкнул кубинского автора к написанию книги и тот исторический факт, что Меркадер действительно провел последние годы своей жизни на Кубе, куда был отправлен по его личной просьбе и где работал советником министерства иностранных дел.
Возвращаясь к фигуре Рамона Меркадера, нельзя не отметить, что Леонардо Падуре особенно удались те страницы, где он описывает, какие извилистые жизненные пути привели мать Рамона Меркадера к активной революционной деятельности. Именно она в конечном итоге сыграла определяющую роль в жизни всех своих детей. Сильным получился и образ Наума Эйтингона, сумевшего превратить дочь кубинских аристократов и жену барселонского промышленника в супер-агентессу НКВД, которая внесла решающий вклад в операцию "Утка".
И, наконец, небольшое отступление от книги "Человек, любивший собак", свидетельствующее о том, как поразительно иногда все переплетается в жизни. Итак, писатель с небольшого острова в Карибском море пишет книгу о событиях, которые по большей части происходят вдали от его родины. Автор этих строк в далекой от Гаваны Москве доходит до того места в книге, где ссыльного Троцкого посещает в Турции знаменитый левый эсэр, чекист и убийца германского посла Яков Блюмкин, которому эта тайная встреча вскорости стоила жизни. И вспоминает, как во времена своей журналистской молодости знавал в Гаване пожилую русскую эмигрантку, за которой в начале 20-х годов ухаживал в голодной Москве тот самый Блюмкин. И еще вспоминает о том, что познакомилась Марианна Гонич-Юстицкая с Яковым Блюмкиным на фотовыставке, посвященной как раз героическому пути товарища Троцкого в годы Гражданской войны.
Не менее поразительно, что Марианна Александровна, бывшая вплоть до Второй мировой войны одной из лучших сопрано Европы и певшая с самим Федором Шаляпиным, по данным видного российского специалиста по Латинской , многие годы сотрудничала с НКВД и даже имела агентурную кличку "Ася". Если это действительно так, то приходится признать, что ведомство Ягоды-Ежова-Берии показывало поистине чудеса вербовки соотечественников, живших за рубежом, включая даже тех, кто не испытывал ни малейших симпатий по отношению к сталинскому режиму. --0--
