О том, как я композиторствовал
Практически все 28 музыкальных композиций рождались в ходе выполнения напряженных работ по изготовлению доводчиков в домашних условиях (устройств для автоматического плавного закрывания дверей, - это на протяжении многих лет являлось для семьи основным источником скромных, но жизненно важных доходов). От работы руки у меня часто были грязными и когда я выключал токарно-фрезерный станок, чтобы подобрать очередное «колено» мелодии какой-нибудь музыкальной композиции и начинал играть на синтезаторе, то клавиши последнего становились грязными и мне приходилось их периодически протирать смоченной в одеколоне тряпочкой.
Поскольку я совсем не умею играть на пианино или на аккордеоне, то мне пришлось совмещать процесс композиторствования с процессом самообучения игре на новой для себя клавиатуре (синтезатора, причем с маленькими клавишами). По мере усложнения создаваемых музыкальных композиций мне даже пришлось наклеить на клавиши «до», «ми» и «соль» кусочки изоленты соответственно красного, желтого и голубого цвета (чтобы при игре «лажи» меньше было).
При этом мне приходилось закрываться в своей комнате от тещи, которая, иногда в довольно резких тонах, призывала меня прекратить «заниматься ерундой» (сейчас она мою музыку любит и знает на слух все композиции, - она сама иногда играет за стенкой на своем старом-столетнем пианине и в молодости несколько лет училась на нем играть с преподавателем). Дело в том, что первым слушателем и критиком моих композиций была моя супруга Марина, человек почти всегда занятой и я ее постоянно дергал своими вопросами: «Ну, как? Лучше? Пойдет? и т. д.» и приглашал к себе в комнату для прослушивания или приходил к ней со своим магнитофоном. Без ее советов (она не музыкант, но у нее очень хорошее ассоциативное восприятие музыки и какое-то особенное чутье в музыке) моя музыка вряд ли была такой какой, какой она получилась.
Примерно то же самое можно сказать и о моих 28 конструкторских разработках, – почти все зарегистрированные и предполагаемые изобретения и наиболее важные конструктивные и технологические решения по моим разработкам были созданы с непосредственным участием моей супруги (она тоже конструктор, в 1975 году закончила Московский станкоинструментальный институт – СТАНКИН, инженер по приборам точной механики, работает ведущим конструктором в Российской академии наук).
При этом практически все вышеупомянутые технические новшества рождены в городе-герое Москве. Даже когда я жил и работал в Новосибирске, все пять основных проблем гидроснегоходостроения были мною решены на базе тех принципиальных конструктивных решений, которые появились у меня в голове в одном из номеров гостиницы «Заря» в Москве, где я жил в период довольно длительной командировки в ОКБ Туполева в 1978 году. Так что Москва – город моего технического и музыкального творчества. И философского.
Видать не случайно число моих разработок и музыкальных композиций совпадает с числом, которое упоминается в Гимне Москвы*. Слова у этого гимна хорошие (хотя и несколько суровые), а вот минорную музыку гимна (из шестнадцати куплетных тактов гимна только один мажорный) я бы слегка замажорил - попробовал бы добавить мажора между куплетами (он там есть, но только в первых двух тактах междукуплетного четырехтактного проигрыша, - я бы попытался добавить к этим четырем тактам еще четыре такта и все эти четыре такта сделал бы мажорными).
А, возможно, еще лучше, – попробовал бы создать гимн столицы по так называемым условно классическим канонам: с преобладанием мажора над минором; с запевом и припевом (сейчас гимн припева не имеет), концовка каждого запева-припева и гимна в целом – мажор; без доминантсептаккордов и т. д. (свои советы по созданию гимнов я достаточно подробно изложил в книге «Анализ российской и мировой музыкальной культуры и советы по созданию хитов»). У меня все 28 музыкальных композиций заканчиваются строго в мажоре (многие из них начинаются в миноре, некоторые композиции идут с преобладанием минора, но концовка у всех мажорная).
В случае создания нового гимна Москвы потребуется специалист или специалисты по тексту, - сам я не умею и не люблю рифмовать слова (поэтическими способностями не обладаю). Но, честно говоря, у меня сейчас нет особого желания и каких-то особых устремлений что-то менять по части музыкальной символики главного города страны. Просто хочется стабильности, больше мажора (когда слушаешь красивую, с «изюминкой», но тревожную музыку Гимна Москвы, становится немного грустно и опять вспоминается тяжелое прошлое) и т. д. Хорошо, что хоть марш «Прощание «Славянки»» не стал государственным гимном страны (были, как известно, в свое время и такие предложения), – вот бы наслушались минора.
В. Сидоров, 19 февраля 2004 года.
*) Гимном Москвы является песня Исаака Дунаевского и Марка Лисянского и Сергея Аграняна «Моя Москва». В ней есть такие слова:
«Мы запомним суровую осень,
Скрежет танков и отблеск штыков,
И в веках будут жить двадцать восемь
Самых храбрых твоих сынов.
И врагу никогда не добиться,
Чтоб склонилась твоя голова,
Дорогая моя столица!
Золотая моя Москва!».
В молодости я слышал, что героев-панфиловцев было не двадцать восемь, а двадцать девять и что один из них выжил и был удостоен звания Героя Советского Союза.
Дополнение от 01.01.01 года:
Когда текст этого файла набирался и редактировался, текст файла «Девзанистическая гармония мира» был набран примерно наполовину (насколько я помню). Недавно я завершил оформление этого файла и с изумлением обнаружил, что число страниц главного труда моей жизни – эссе «Девзанистическая гармония мира» в файле – 28 (вместе с титульным листом).
Честное слово, я не подгонял! Черновик эссе был написан мною от руки в Москве, а через год (летом) я его подкорректировал и напечатал на пишущей машинке на даче. Тогда у меня получилось 37 страниц (с титульным листом: 1+36). С этого подлинника на ризографе, в подвале дома на улице Орджоникидзе, было изготовлено на средства автора и его жены 100 брошюр в зеленой обложке.
При оформлении эссе на компьютере я не убавил, не добавил и не поменял в нем ни одного слова (относительно подлинника). Графические построения, которые раньше были вычерчены мною на кульмане, я также оформил на компьютере. При «перетаскивании» графических построений из программы AutoCAD в общедоступную программу Word произошло резкое сокращение площади, занимаемой графическими построениями. Изображения оказались примерно в два раза мельче, но по-другому у меня не получилось, - так, видимо, работает программа Word (в составе Windows XP).
Текст также получился убористее, чем в машинописном подлиннике, но как-то сам собой, то есть я не стремился его таким делать. Я даже «зазоры» между абзацами изначально стал делать в два раза больше, чем в подлиннике, - для того, чтобы текст эссе было легче читать на мониторе и на бумаге (в случае распечатки эссе на принтере).
Таким образом, по всем трем основным направлениям моей творческой деятельности – философия, техника и музыка (расположены, как мне это самому представляется, в порядке актуальности для нынешней ситуации в России и в мире) фигурирует цифра 28. Занятное совпадение, не правда ли?
Хотя потенциально эта цифра могла бы быть несколько большей или меньшей. Но, видимо, цифра 28 мне сознательно и подсознательно нравится больше других цифр, вот она и «прорисовалась».
С доводчиком (см. файл «Дверной закрыватель») тоже интересное совпадение получилось. В перечне моих конструкторских разработок доводчик стоит под номером 13 (см. соответствующий файл). В конструкторской документации к этой цифре добавляется тип исполнения: 1, 2, 3 и так далее, а вся группа доводчиков имеет номер 130.
Принес я заявку на финансирование доводчиков в Фонд содействия (см. файл «Бортнику»), а мне секретарь фонда пишет на сопроводительном письме свой номер заявки – 130 (совпало почти как в лотерее «Спортлото»). Но денег, как не было, так и нет. Спрашивается, что толку от этих совпадений? «Заумь» какая-то.
