Островок ожившей надежды

ОСТРОВОК ОЖИВШЕЙ НАДЕЖДЫ

Ни у одного ребёнка не должно быть отнято счастливое детство. Никакие катаклизмы, сотворённые руками людей, не могут стать объяснением обрушившихся на хрупкие детские плечи невзгод. Именно поэтому…

Сашка

Сашка Хлебников (фамилия изменена) до того, как попасть в Новоминской социальный приют, жил на ферме. Мать о нём забыла, отца он и вовсе не знал. В школу не ходил, потому что у него и документов-то не было. Да и одежды мало-мальски приличной – тоже. А ферма кормила. Приходили скотники, давали хлеб, разговаривали о житье-бытье, доярки поили молоком. А ещё там были лошади – Сашкина радость и страсть. Лошадей он любил. Их глаза излучали такую доброту и понимание, которых он не находил у людей. И лошади его любили. Они позволяли Сашке трепать их гривы, кормить, кататься на себе. В общем, лошади – это люди. Только лучше, добрее. Так он думал тогда.

Наверное, так бы и вырос Сашка на ферме, если бы не случай. Кто-то из великого человеколюбия или по какой-то другой причине позвонил районному начальству и рассказал о нём, о его сиротских проблемах, о непутёвой матери.

В общем, приехали вскоре забирать Сашку в приют. Он вжался в свой угол и со страхом наблюдал за приезжими, пытаясь определить, чего же ожидать от этих тёток и дядек. В приют он уж точно не хотел. Ему казалось, что у него отнимут всё: свободу, лошадей, его угол на ферме… Страшно было до жути. Да и тётки эти, такие красивые, чистенькие были совсем из другой жизни. Точно не из его. А что он будет делать в той жизни? Ну что? И он горько вздохнул. А тётки как-то странно смотрели на него, будто он чудище какое.

…В приюте Сашу выхаживали долго. Пожалуй, дольше всех. Сначала вымыли, постригли, одели в красивую добротную одежду, обувь, накормили вкусной едой. Потом познакомили с приютскими детьми, показали его спальную комнату, игровую, релаксационную. В школу отправили после адаптационного периода, выправили документы. И Саша зажил совсем новой жизнью, сказочной. Он всё не мог привыкнуть к мысли, что этот, другой, мир может быть тоже для него. Ночью просыпался и ощупывал кровать, чистую простынь, а под головой не сено, а подушку. Снова засыпал, будто, боясь, что это ему снится. А та тётка, которая забрала его сюда, вовсе и не тётка, а директор приюта. И здесь, в приюте, он мог заниматься с лошадьми. И это, пожалуй, было самое лучшее, о чём он только мог мечтать.

«Эх, Сашка, Сашка, - задумчиво, глядя на парнишку, думала о нём директор приюта Людмила Алексеевна Чернобай, - вырастет ли из тебя что-то хорошее? Сколько же натерпелся. Поймёшь ли ты, что ради тебя и таких как ты мы стараемся из кожи лезть». И снова делала замечания, учила, как надо правильно держать вилку, как есть ножом, как убирать за собой. Оказывается, таких элементарных вещей он просто не знал. Не мог знать.

Сашка с какой-то удивительной быстротой осваивал науку жить среди людей уже в другой ипостаси. И эта жизнь ему нравилась гораздо больше. Она была насыщеннее такими потрясающими событиями, о которых он раньше и не подозревал. А чего стоили одни только скачки на лошадях, когда ветер в ушах и разлетающаяся грива. Это было настоящее Сашкино счастье. Тренер с восхищением рассказывал приютской маме об успехах воспитанника, о его умении ухаживать за лошадьми, понимать животных. И Людмиле Алексеевне было очень приятно слышать это. Получилось. В очередной раз получилось показать подростку возможность жить по-другому. Каждый, кто сюда приходит на три-шесть месяцев, испытывает практически те же чувства, что и Саша.

«Орион»

Социальный приют «Орион» - остров радости и ожившей надежды – за время существования адаптировал к нормальной жизни многих ребят и подростков. Сюда привозят детей от трёх до 18 лет. Все, кто попал в трудную жизненную ситуацию, может рассчитывать не только на бесплатное, полноценное содержание, на обучение в школе, но и на медицинское обслуживание, помощь педагогов-психологов. Дети, достигшие 10-летнего возраста, могут прийти в приют сами и написать заявление-просьбу о содержании их в приюте. Если ситуация у такого ребёнка на самом деле патовая, его принимают сюда, помогают пережить трудное время. Здесь трудится 58 сотрудников. Среди них 25 воспитателей, имеющих опыт работы с такими детьми, умеющими создать ту атмосферу, которая необходима для подобных детей. Так, в прошлом году в приюте побывало 118 несовершеннолетних детей из 70 семей, что составило 95,6 процента наполняемости приюта. То есть, практически персонал приюта сработал на полную загрузку. Эти несколько процентов рассчитаны для экстренных случаев. Слава Богу, если они не происходят, и в приют никто не обращается за помощью.

Есть случаи, когда сюда попадают дети из, казалось бы, благополучных семей. Родители работают, материально обеспечены, а подросток в семье не может найти себя. Одного из таких подростков недавно привезла в приют мама и отдала на перевоспитание. С мальчиком работают психологи. Но как правило, в таких семьях необходима работа психологов как с родителями, так и с детьми. Только поняв причину конфликта взрослых и детей, можно назначить мероприятия по исправлению ситуации. Она может уходить в далёкое детство самих родителей, может прийти со вторым браком, когда отчим или мачеха не приемлют «чужих» детей. Все случаи рассматриваются индивидуально.

С ребятами и родителями проводится школа одного дня, когда кто-то из родителей приглашается на целый день в приют и проживает его вместе с ребёнком. Порой родители впервые видят своё чадо изнутри. И это поразительным образом сближает те расстояния, которые были до этого между ними.

В начале этого года в приюте сложились две группы: малыши-дошколята и подростки 12-13-ти лет. Сложно работать со вновь поступившими детьми маленького, несмышлёного возраста. Они, теряя связь с матерью, испытывают такой стресс, что педагогам-психологам приходится работать практически вдвойне. Дети из неблагополучных семей порой и не ели досыта. А уж есть вилкой и вовсе не могли. В приюте их учат не только правилам поведения за столом. Им практически дают основы жизни. Поел – убери за собой, делай уборку там, где живёшь… Ну и так далее. Это только на первый взгляд всё кажется пустяками. На самом деле проводится адаптационная работа, основы которой пригодятся во взрослой жизни.

В приюте, я уже говорила, качественное питание. Его стоимость в день составляет около пятисот рублей без учёта выплаты заработной платы воспитателям и обслуживающему персоналу. Сначала дети просто отъедаются. Потом привыкают к хорошему распорядку дня и живут по другим правилам. Если ребёнок справился со своими проблемами, его отправляют в семью.

Большую работу по воспитанию нравственных основ проводит и священник местной церкви отец Андрей Морозов. Он моментально с первых минут встречи находит с такими ребятами общий язык. А надо заметить, что инстинкты и чувства у детей с неблагополучным детством развиты особо. Они чувствую фальшь, плохое отношение к себе. Так вот, воспитательные беседы отца Андрея дорогого стоят. А он частый гость в приюте. И одно только его появление вызывает оживление у всех, кто находится здесь. У воспитателей – по одной причине, у воспитанников – по другой. Не всех могут направить здесь на путь истинный. Поэтому и приходят дети порой по нескольку раз. Ещё и ещё переждать трудное время. А иным показан детский дом. Но в любом случае положительное воздействие на ребят пребывания в приюте запоминается на долгие годы. И там уже, во взрослой жизни, ребёнок сам принимает решение, как ему жить дальше. Именно эти дети не такие уж и беспомощные.

Самостоятельная жизнь

…Сашка Хлебников вылетел из родного приютского гнезда, усвоив за короткое время многие жизненные правила, поступил в училище, после его окончания приобрёл профессию строителя, женился. Работает и живёт в Краснодаре на съёмной квартире, мечтает о своей. В семье подрастают двое ребятишек. Он по-прежнему занимается с лошадьми, будто это они дали ему второе дыхание.

Когда он приезжает в Каневскую, обязательно посещает свою маму – Людмилу Алексеевну Чернобай, как в подростковом возрасте, рассказывает ей о себе. рассказала мне об удивительной судьбе Сашки. Выжил он благодаря приютским правилам, психологам, отдающим свои души таким, как он.

Никакие катаклизмы, сотворённые руками людей, не могут стать объяснением обрушившихся невзгод на хрупкие плечики детей. Именно поэтому в районе с таким усердием и рвением занимаются детьми, попавшими в трудную жизненную ситуацию, чтобы будущее не обрушилось на них такими же невзгодами, когда уже ничего нельзя предпринять.

Валентна Байдак