Дело № 22-820 Приговор суда, которым осужденный оправдан в совершении двух краж, в связи с непричастностью к совершению преступлений, оставлен без изменения. Вступил в законную силу.
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Биробиджан 12 октября 2010 года.
Судебная коллегия по уголовным делам суда Еврейской автономной области в составе:
председательствующего ,
судей и ,
при секретаре ,
рассмотрела в открытом судебном заседании от 01.01.01 года кассационное представление государственного обвинителя на приговор Смидовичского районного суда ЕАО от 27 августа 2010 года, которым
ПАВЛЕНКО А. А., ранее судимый:
◦ 29.10.2007г. осужден по трем эпизодам преступлений, предусмотренных ст.158 ч.2 п. п. «б, в», по двум эпизодам преступлений, предусмотренных ст.158 ч.2 п. п. «б», а также по ст.158 ч.3 п. «а» УК РФ по совокупности преступлений к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 4 года,
оправдан по двум эпизодам преступлений, предусмотренных ст.158 ч.2 п. п. «б, в» и по ст.158 ч.2 п. «б» УК РФ в связи с его непричастностью к совершению преступлений.
В удовлетворении исковых требований гражданского истца к о взыскании 7600 рублей материального ущерба, причиненного преступлением, отказано.
Заслушав доклад судьи , пояснения адвоката об оставлении приговора без изменения, мнение прокурора , полагавшего судебное решение отменить по доводам кассационного представления, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Органами предварительного следствия Павленко обвинялся в трех эпизодах краж чужого имущества, принадлежащих гражданину Е. с причинением тому значительного материального ущерба в сумме 30 000 рублей, а также чужого имущества принадлежащих гражданам В., К. и К. Н., совершенных с незаконным проникновением в иное хранилище и с причинением этим потерпевшим значительного материального ущерба в суммах соответственно 25 040 рублей, 4 600 рублей и 5 300 рублей.
Согласно обвинению преступления имело место в ночь на 14 февраля 2010 года в поселке <…> ЕАО.
В судебном заседании Павленко, виновным себя не признал и показал, что преступлений не совершал, т. к. в ночь на 14 февраля 2010 года находился дома у своей троюродной сестры Б.
Не установив причастность Павленко к инкриминируемым деяниям в виду недостаточности доказательств, суд постановил оправдательный приговор.
В кассационном представлении государственный обвинитель просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в связи с несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. При этом свое требование мотивирует следующим.
По версии предварительного следствия, Павленко осуществлял сбыт краденного имущества через И., что подтверждается показаниями последнего в судебном заседании. Однако суд данные показания оценил критически, указал, что они являются противоречивыми и непоследовательными в части описания обстоятельств, при которых Павленко приносил украденные инструменты, кто и где находился в тот вечер, куда поставили вещи, откуда появился телевизор.
По мнению государственного обвинителя, эти выводы суда являются не состоятельными, и суд не правильно оценил показания свидетелей Т. и И., так как они полностью подтверждают показания свидетеля И. о том, что именно Павленко приносил к ним коробки с украденным имуществом и в присутствии Т. забирал из дома И. украденный у потерпевшей К. Н. телевизор. Но вместе с тем государственный обвинитель в представлении не отрицает наличие противоречий в указанной судом части в показаниях этих свидетелей.
Не соглашаясь с выводом суда о наличии неприязненных отношений между оправданным и свидетелем И., государственный обвинитель указывает на то, что данные лица примирились, «да и сам факт займа денежных средств И. у Павленко свидетельствует о примирении между ними». Выводы суда о не опровержении стороной обвинения версии Павленко о наличии у И. перед ним денежного долга считает не правильными, т. к. факт, установленный из показаний свидетелей - родителей И. и его сожительницы Т., неоднократных визитов Павленко к И. не подтверждает, что они были вызваны именно истребованием долга, который И. отказывался возвращать.
Государственный обвинитель считает, что суд не правильно оценил показания свидетеля Р., которому оправданный звонил на сотовый телефон и предлагал купить бензопилу марки <…>, свидетеля Ш., который для своей тещи К. купил у Павленко данную бензопилу и показания самой К. о ее приобретении. При этом, завершая свои суждения в данной части представления, его автор делает одновременно и вывод и ставит вопрос: «Ведь если Павленко совершенно не причастен к совершенным кражам, то каким образом у него оказалась украденная у В. бензопила?».
Кроме этого суд не дал оценки показаниям свидетеля К. – сожительницы свидетеля Ш. подтвердившей факт приезда оправданным к последнему незадолго до продажи ему бензопилы, что Павленко категорично отрицал в судебном заседании. Не удовлетворил повторное ходатайство стороны обвинения о вызове и допросе свидетелей, которые также могли подтвердить факт сбыта Павленко похищенной у потерпевшего В. бензопилы, и в этом суд нарушил право стороны обвинения на возможность представления всех доказательств.
В конечном итоге, государственный обвинитель считает, что версия оправданного о его нахождении в ночь совершения краж у своей троюродной сестры Б., опровергается показаниями свидетеля И., его родителей – свидетелей И. и его сожительницы – свидетеля Т. о том, что в ночь совершения краж Павленко приходил к ним с коробками, в которых находилось похищенное имущество.
«Р. Павленко предлагал приобрести похищенную у В. бензопилу, а Ш. бензопилу продал». Все эти доказательства в совокупности указывают на причастность оправданного к инкриминируемым ему преступлениям, а приведенные же выше доводы - о не выполнении судом требований п.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре».
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.
Как видно из обвинительного заключения органом предварительного следствия Павленко обвинялся в совершении трех эпизодах краж чужого имущества, принадлежащих гражданину Е. с причинением тому значительного материального ущерба в сумме 30 000 рублей, а также чужого имущества принадлежащих гражданам В., К. и К. Н., совершенных с незаконным проникновением в иное хранилище и с причинением этим потерпевшим значительного материального ущерба в суммах соответственно 25 040 рублей, 4 600 рублей и 5 300 рублей.
Предметом хищения явилось значительное количество строительного инструмента – бензопилы, углошлифовальные машинки, шлифовальная электромашинка, электрорубанок, бытовой электросварочный аппарат и т. д., а также деньги в сумме 2000 рублей и телевизор, которые похищены в период одной ночи - 14 февраля 2009 года соответственно из автомобиля, гаража и сарая, расположенных на улицах <Р.>, <П.> и <Б.> в п. <…> ЕАО.
В судебном заседании сторона обвинения вину Павленко в совершении этих трех кражах, пыталась обосновать в первую очередь показаниями свидетелей И., И. В., И. В.Е., Т., Р., оглашенными показаниями свидетеля Ш., а также показаниями потерпевших, данными протоколов осмотров мест происшествий, справками о стоимости похищенного имущества, данными протоколов выемки об изъятии части похищенного имущества.
Проанализировав в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ доказательства, представленные сторонами, суд 1-й инстанции пришел к обоснованному выводу, что они, как в отдельности, так и в совокупности не дают оснований для вывода о виновности Павленко в инкриминируемых ему тайных хищениях чужого имущества, а доводы последнего о непричастности к ним, стороной обвинения не опровергнуты.
Так, показания потерпевших Е., В., К., К. Н. наряду с данными протоколов осмотров мест происшествий, справками о стоимости похищенного имущества, данными протоколов выемок об изъятии его части, расписки потерпевших в их получении, показания Иваненко, Ш., Б., М., К. и Р., достаточно тщательный анализ, которых приведен в приговоре, подтверждают лишь факт совершения у потерпевших краж в период 14 февраля 2009 года и то, что практически все похищенное имущество находилось у свидетеля И.
Из показаний свидетеля И. в судебном заседании следует, что он с сожительницей Т., отцом И. и матерью И. В.И. распивали спиртное на летней кухне. Отец ушел за бутылкой. В это время в летнюю кухню зашел Павленко, занес две бензопилы, которые были без коробок, и вызвал его на улицу. На улице Павленко попросил продать эти бензопилы, а вырученные деньги поделить пополам. И. согласился и поставил обе бензопилы в летней кухне возле холодильника, который расположен справа от входа в кухню. После ухода Павленко они с Т. и матерью продолжали распивать спиртные напитки. Через некоторое время Павленко принес три-четыре коробки, которые И. также поставил у холодильника. Еще через полчаса Павленко принес сварочный аппарат и болгарку. видел в этот вечер у Павленко портмоне с документами и деньгами. Павленко дал ему 200 руб., и И. в этот же вечер побежал за спиртным. На следующий день И. пришел к Ш., у которого находился И. И., и попросил их продать весь принесенный Павленко инструмент. Через два дня кто-то увидел, что в неисправном автомобиле А., стоящем во дворе И., лежит телевизор. Этот телевизор в кухню занес Ш. Позже от узнал, что это Павленко поставил телевизор в автомобиль А. Через два-три дня Павленко пришел к ним, они в это время все находились в доме, и сказал, что он телевизор украл, и теперь его нужно вернуть. И. сказал ему, чтобы тот забрал телевизор, сам в кухню не ходил, поэтому, как Павленко забирал телевизор, не видел.
показала, что в этот вечер они распивали спиртное с И. и его родителями. Сидели все вчетвером на летней кухне, причем она сидела у окна, посередине И., и сбоку его мать и отец. Поздно вечером, в присутствии и ее, и родителей И., на кухню зашел Павленко, занес за два раза штук шесть коробок, и в их присутствии сказал И., что все это нужно продать, а деньги поделить. Все коробки Павленко положил возле печки, которая расположена прямо напротив двери, одна на одну. В этот вечер Павленко больше не приходил и ничего не приносил. На следующий день вечером, когда в летней кухне они распивали вдвоем с И. спиртное, пришел Павленко и принес телевизор, сказал, пусть телевизор побудет у них. Они его сразу включили и смотрели. Дня через два Павленко пришел, и в их с И. присутствии телевизор забрал.
Из показаний И. В., матери И., следует, что когда пришел Павленко, они уже не пили, ее муж находился в доме. И. сидел около окна, посередине Т., а сама она сидела с краю. Павленко зашел с двумя коробками размером примерно 50 см. длиной и 20 см. высотой, поставил их слева у порога, после чего поговорил с И. и ушел. Больше Павленко она не видела, также не видела на кухне и чужого телевизора, хотя постоянно в последующие дни туда заходила.
Е., отец И., показал суду, что он с женой, сыном и его женой всегда распивают спиртное только в доме, а не на летней кухне потому, что там очень тесно. На летней кухне он с ними никогда не выпивал. Павленко иногда приходил к его сыну, осенью 2009г он видел у Павленко в руках два пакета, было это часов в 9-10 вечера. Он не видел, чтобы Павленко приносил его сыну какие-либо коробки, также не видел у И. чужого телевизора, и не слышал, чтобы кто-либо находил телевизор у них во дворе.
Проанализировав данные показания свидетелей и в первую очередь показания свидетеля суд 1-й инстанции пришел к правильному выводу о признании их недостоверными, поскольку показания свидетеля И. о том, при каких обстоятельствах оправданный принес ему инструменты, в каком порядке, кто и где находился в тот вечер, куда поставили принесенные вещи, откуда появился телевизор и при каких обстоятельствах Павленко его забрал, не нашли своего подтверждения другими доказательствами, представленными стороной обвинения, исследованными в судебном заседании. Показания данного свидетеля противоречат показания свидетелей И. В.Е., И. В. и Т., также показания этих свидетелей противоречат друг другу.
Кроме этого суд 1-й инстанции обоснованно указал на крайне непоследовательные и противоречивые показания И., касающихся и других обстоятельств дела – получения и реализации похищенного имущества.
Так, в судебном заседании И. утверждал, что видел у Павленко в ту ночь портмоне, в котором лежали документы и деньги, сумму он назвать не смог, пояснив, что деньги при нем Павленко не пересчитывал.
Из оглашенных в судебном заседании показаний И., данных им на предварительном следствии, следует, что Павленко принес поясную сумку коричневого цвета, в которой были документы и деньги около 1500 рублей.
Объяснить, как он мог понять, сколько денег в портмоне, если Павленко их не доставал и не пересчитывал, и почему на следствии речь шла о поясной сумке, а не о портмоне, И. не смог.
Данные показания И. опровергаются показаниями потерпевшего В., который суду пояснил, что к нему в гараж проникали только один раз, после обнаружения кражи он гараж сразу же закрыл. Документы нашел в ящике для инструментов, куда, по его убеждению, вор бросил их сразу после кражи, забрав поясную сумочку, в которой все документы лежали в портмоне. Денег в портмоне не было, они лежали отдельно, в кошельке темного цвета.
Объясняя появление у него телевизора, Иваненко утверждал, что телевизор был кем-то обнаружен в стоящем в их дворе автомобиле А. примерно через два дня после того, как Павленко принес ему инструменты, Ш. занес телевизор в кухню, где они его еще два-три дня смотрели.
в этой части противоречат его же показаниям, данными в ходе предварительного следствия при проверке показаний на месте и при допросе в качестве свидетеля, а также показаниям потерпевшей К. Н. и свидетеля Т.
При проверке показаний на месте И. в присутствии понятых пояснил, что у него во дворе дома в кузове автомобиля находится телевизор <…>, ему сообщил Павленко. Данный телевизор он (т. е. И.) сам перенес к себе домой и пользовался им несколько дней (л. д. 185-187 т. 1). Такие же показания он давал при допросе в качестве свидетеля (л. д.158 т.1).
Следовательно, исходя из показаний И., телевизор у него находился не менее четырех-пяти дней, что явно не соответствует действительности, поскольку из показаний потерпевшей К. следует, что украден телевизор был в ночь на 14 февраля 2010г, а рано утром 17 февраля телевизор уже стоял у них во дворе, т. е. телевизора не было всего три дня.
опровергла показания И., и поясняла суду, что телевизор им принес лично Павленко на следующий день после того, как приносил коробки. На предварительном следствии Т. утверждала, что телевизор Павленко принес в ту же ночь, ближе к утру (л. д. 84-85 т.1, 53-54 т.2). Причину противоречий Т. назвать не смогла.
В ходе следствия И. пояснял, что его брат отдал ему вырученные за продажу инструмента деньги, и все эти деньги «он потратил на собственные нужды», Павленко ничего не передавал (л. д. 56-57 т. 1, л. д. 158-159 т. 1). В судебном заседании И. первоначально стал настаивать, что отдал часть денег Павленко, но, сколько именно и при каких обстоятельствах, внятно объяснить суду не смог. пояснил суду, что И. И. деньги, вырученные от продажи инструментов, ему не отдавал, а они их вместе пропивали.
В судебном заседании и на предварительном следствии И. утверждал, что оправданный в первую очередь принес ему две бензопилы <…> оранжевого цвета (л. д.56-58 т.1), однако на очной ставке с о бензопилах речь не ведет, и утверждает, что Павленко приходил к нему всего два раза - первый раз принес коробки с инструментами, а второй раз - сварочный аппарат и болгарку (л. д.50-52 т.2). Но в судебном заседании, ни свидетель И., ни свидетель Т. не указали на столь существенный факт, хотя не заметить ярко-оранжевые бензопилы на маленькой кухне, как правильно суд 1-й инстанции указал в приговоре, невозможно. Более того, свидетель Т. в своих показаниях настаивала, что Павленко приносил только какие-то коробки и никаких бензопил оранжевого цвета тот не приносил.
Все неустранимые противоречии в показаниях выше перечисленных лиц суд правильно оценил в соответствии с положениями ст.49 Конституции Российской Федерации.
Из показаний свидетеля обвинения Р. в судебном заседании следует, что ему в середине февраля 2010 года на сотовый телефон звонил оправданный и предлагал купить бензопилу марки <…> за 4000 руб. Позже ему стало известно, что такая же бензопила была похищена у потерпевшего В. Кроме этого данный свидетель утверждал, что они с Павленко поддерживают хорошие отношения, давно обменялись телефонами, и Павленко ему звонил неоднократно.
Однако из показаний указанного свидетеля, данных им на предварительном следствии в ходе очной ставки, между ним и Павленко следует, что никаких отношений между ними нет. Павленко ранее ему никогда не звонил, и откуда Павленко мог узнать номер его сотового, Р. не известно. Звонок поступил с неизвестного ему номера (т.2 л. д.58-60). При этом объяснить причину таких противоречивых показаний свидетель Р. судебном заседании не смог.
Поэтому суд 1–й инстанции и в этом случае выявленные существенные и неустранимые противоречии в показаниях данного свидетеля обоснованно истолковал в пользу оправданного Павленко и правильно сослался на то обстоятельство, что показания свидетеля Р. не свидетельствуют бесспорно о совершении кражи у В. именно Павленко.
Помимо этого суд 1-й инстанции тщательно проверил доводы оправданного Павленко о наличии между ним и свидетелем И. неприязненных отношений, о наличии у последнего денежного долга перед Павленко и обоснованно пришел к выводу о реальном существовании у свидетеля И. причин для оговора Павленко и привел в приговоре убедительные тому мотивы.
В пику доводам государственного обвинителя, изложенные им в кассационном представлении, судебная коллегия отмечает, что все доказательства по делу, как подтверждающие выводы суда, так и противоречащие им, суд оценил в приговоре в полном соответствии с требованиями закона, указав, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.
Поэтому доводы кассационного представления о том, что показания свидетеля И., его близких родственников, а также показания свидетеля Р. не были надлежащим образом оценены судом в приговоре или оценены односторонне, являются не состоятельными.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводами суда 1-й инстанции, что стороной обвинения в судебном заседании не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о доказанности вины Павленко в совершении, инкриминируемых ему органом предварительного следствия, преступлений, находит их законными, обоснованными и мотивированными, а доводы кассационного представления, не подлежащими удовлетворению.
Как следует из протокола судебного заседания 29 июля 2010 года в ходе очередного судебного заседания государственным обвинителем заявлено ходатайство о предоставлении стороне обвинения времени для обеспечения явки в следующее судебное заседание свидетелей К. и Т..
Суд удовлетворил данное ходатайство, предоставив стороне обвинения время в количестве двух декад, также как и 19 августа 2010 года удовлетворил повторное ходатайство стороны обвинения, представив ей в течение более чем недельного срока, обеспечить явку свидетеля Т..
27 августа 2010 года с учетом стадии дополнений к судебному следствию, с учетом допроса в судебном заседании по интересующим сторону обвинения вопросам свидетеля К. и, исходя из принципа разумности сроков судебного разбирательства дела, суд обоснованно отказал государственному обвинителю в третьем аналогичном ходатайстве.
Поэтому судебная коллегия нарушений судом 1-й инстанции права стороны обвинения на возможность представления всех доказательств, как это отмечено в кассационном представлении или принципа состязательности сторон, не усматривает и данные доводы также находит не состоятельными.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Смидовичского районного суда ЕАО от 01.01.01 года в отношении оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
