Отзыв
о выпускной магистерской квалификационной работе по направлению 072200 «Реставрация» (реставрация предметов декоративно-прикладного искусства)
«Проблемы реставрации археологических предметов из металла в контексте выявления их информативности»
студента второго курса магистратуры кафедры реставрации факультета искусств
Санкт-Петербургского государственного университета
Объемное исследование Константина Горлова посвящено достаточно малоизученной проблеме реставрации, которую я бы сформулировала со своей позиции археолога так: имеются ли на этапе реставрации древнего артефакта возможности получения дополнительной информации о нем, как об археологическом источнике? Или манипуляции реставратора призваны лишь остановить деструкцию предмета и помочь по возможности воссоздать его форму и конструктивные особенности? Ведь изделия из металлов, железные, или сделанные из сплавов на основе меди, серебра и редко – золота, олова и свинца, имеют многообразные функции, являются материалом, из которого строятся типологические ряды, по которому определяются импорты, на основе которого опознаются стили. Длительное пребывание в культурном слое, в агрессивной среде, вызывает окисление, приводящее зачастую не просто к изменению внешнего облика предмета, но и к утрате им функциональных и классификационных признаков, к фрагментации. Тогда артефакт в значительной степени утрачивает функции археологического источника. Так, может быть, задача реставратора должна ограничиваться тем, чтобы компенсировать эти процессы и закрепить полученный результат?
Автор дает ответ на этот вопрос, опираясь на обширную историю реставрационного дела, изложенную в главе 1 «Изучение поверхности археологических артефактов из металла». Представляется, что эту главу лучше было бы назвать «История изучения...», поскольку она построена по хронологическому принципу и содержит периодизацию истории изучения поверхности металлических предметов с целью реставрации. Глава большого объема, более 1 авторского листа, производит впечатление продуманного и фундированного очерка истории реставрации предметов из металла, от монет до бронзовых скульптур. Даже если и не проработал самостоятельно тот большой список литературы на разных языках, который сопровождает первую главу дипломного сочинения, он всегда может обратиться к необходимому изданию, поскольку приведенная им библиография весьма представительна и свидетельствует глубоком знакомстве с историей вопроса. Константин Вячеславович делает попытку выйти за рамки хронологического принципа изложения истории подходов и достижений в деле реставрации, и показать, как со временем менялись не только технологические приемы и методы, рос список доступных реставратору реактивов и химических составов, но изменялось и отношение к артефакту. Однако самый интересный и близкий автору современный период во всей сложности сочетания реставрационных задач с решением исследовательских проблем рассмотрен им значительно более поверхностно, чем предшествующие, с опорой почти исключительно только на труды московской исследовательницы и её группы. Этому есть своё объяснение – реставрация археологического металла в отечественном реставрационном деле объективно находится, несмотря на несомненные успехи, на стадии «знаточества», когда традиции передаются в рамках знаменитых реставрационных школ «из рук в руки», а блестящие достижения не публикуются своевременно, оставаясь известными лишь узкому кругу профессионалов. Я пришла к этому достаточно печальному выводу, когда хотела указать Константину Вячеславовичу на не учтенный и, соответственно, не проанализированный им в работе опыт повторного реставрационного исследования материалов знаменитого кургана «Черная Могила», раскопанного в гг., осуществленного ГИМ при подготовке выставки «Меч и златник» (руководитель авторского коллектива – ), триумфально завершившей юбилейный год 1150-летия зарождения древнерусской государственности. И тут выяснилось, что широко обсуждаемая в среде коллег история многоступенчатой реставрации металлических вещей из этого замечательного памятника, завершившаяся пересмотром атрибуции ряда предметов (например, знаменитого «идола», который был впервые расчищен реставратором (ГИМ) через 110 лет после извлечения из земли в 1982 г. и интерпретирован (МГУ), как миниатюрная статуэтка скандинавского божества, а ныне снова отреставрированного в ОНР ГИМ и распознанного, как игральная фигурка – «тавлейный король» (ГИМ) и (ИА НАНУ)), осталась неопубликованной ни в каталоге выставки, ни в специальной литературе. Однако автору следовало бы заострить внимание на том, что в настоящее время произошла децентрализация реставрации археологического металла, и стала очевидна тенденция к «личной унии» археолога-вещеведа и реставратора: так, например, в реставрационном центре ГМЗ «Куликово Поле» археологический художественный металл реставрирует известный археолог, автор ряда монографий по ранней истории Руси , лабораторией реставрации каф. археологии МГУ руководит к. и.н. , и таких примеров можно привести много.
Вторая глава исследования посвящена методам, с помощью которых осуществляется характеристика и диагностика состояния поверхности изделия из металла перед реставрацией, и показаны те возможности получения нового знания, которые они предоставляют. Самая сильная сторона этой главы состоит в том, что каждый раздел проиллюстрирован конкретными примерами, с которыми автор столкнулся в процессе работы в коллективе реставрационной лаборатории ИИМК РАН при участии сотрудников ОНТЭ ГЭ. Читая рецензируемую работу, я «узнавала» предметы из раскопок недавних лет, которые оказались совсем не так просты, как это могло бы показаться на первый взгляд. Прежде всего, это касается трапециевидной подвески из раскопок Рюрикова Городища, на поверхности которой макросъемка обнаружила рунические или руноподобные знаки, которые были бы непоправимо утрачены в процессе реставрации изделия, если бы подобная фиксация не производилась. Здесь нужно отметить, что если остальные методы, рассмотренные Горловым, как то рентгенография, рентгенофлуоресцентный анализ и др., доступны лишь в лабораторных условиях при наличии специальной техники, то макрофотография должна стать необходимым этапом, предшествующим реставрации предметов из металла, в том числе в полевых условиях.
Возвращаясь к серии интереснейших примеров, приведенных автором, хотелось бы видеть их описания, содержащие данные о месте находки с географической привязкой, предполагаемой культурной принадлежности и датировке сведенными в таблицу, дополненную картой. Это позволило бы оценить универсальность методов, в равной степени приложимых к металлическим предметам разных культур, народов и эпох.
В третьей главе исследования Константин Вячеславович показывает и систематизирует следы на поверхности археологических предметов, которые обнаруживаются на подготовительном и начальном этапах реставрации. Здесь его исследование тесно смыкается с археологической трасологией, в которой теория следов разработана достаточно полно, но в приложении к камню и кости в большей степени, чем к металлу, причем именно из-за того, что поверхность металлических предметов подвержена коррозии и патинизации, и многие следы исчезают в процессе реставрации. Автор построил многоступенчатую классификацию следов на поверхности металлического артефакта. Следует особо отметить, что археологи-трасологи практически никогда не уделяют внимания следам археологизации и реставрационных вмешательств, которые, наравне с другими, выделены, подробно рассмотрены и проиллюстрированы .
Задача систематизации следов изготовления металлических предметов, определяемых визуально или при значительном увеличении, неоднократно ставилась в археологической литературе, особенно в приложении к ювелирным изделиям. К сожалению, автору осталась неизвестной кандидатская диссертация (ОАВЕС ГЭ), в которой были не только подробно рассмотрены следы изготовления ювелирных украшений, отлитых по восковой модели, но и составлен их каталог, сопровождаемый результатами эксперимента ( «Техника изготовления художественных металлических изделий раннесредневекового Боспора. // Автореф. дис. ... канд. ист. наук. СПб: 2007). Этот большой труд так и остался пока не опубликованным, однако некоторые его результаты, существенно дополненные материалами по сарматскому ювелирному делу, увидели свет в полемической статье и «О роли технической терминологии в археологической литературе»//Гунны, готы и сарматы между Волгой Дунаем. СПб. : Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2009., которая тоже прошла мимо внимания . Несмотря на то, что многие наблюдения автора магистерской работы и объективно совпадают, сам перечень следов, рассмотренных в работе Константина вячеславовича значительно шире, поскольку он работал с несравнимо более разнообразным кругом источников, относящимся к разным временам и культурам. За каждым описанием стоит авторская, индивидуальная работа с уникальным предметом, причем уникальным не за счет его выдающихся художественных особенностей, а за счет принадлежности к определенному археологическому контексту. Исследование, проведенное , является одним из немногих научно-практичексих трудов, в которых возможно, недостаточно ярко сформулирована, но поставлена и разрешена на определенном уровне проблема расширения познавательных возможностей изучения вещи, как археологического источника. Ему удалось показать, что вдумчивое и бережное отношение реставратора к поверхности предмета способно раскрыть неизвестные особенности его изготовления, бытования (иногда – радикально изменить представление о самой функции предмета, как это сделал автор в отношении погребального инвентаря скифских курганов Сибири, который никогда не использовался в живой культуре) и археологизации, оценить качество и цели реставрации, проследить путь в музейных коллекциях. Следует отметить, что в основополагающих трудах патриарха мировой археологии «Археологические источники» и «Археологическое исследование. Методика кабинетной работы археолога» проблема реставрации предмета, как этапа исследования, названа, но не рассмотрена. Таким образом, магистерская работа начинает цикл конкретных исследований в этом направлении.
Высоко оценивая квалификационное сочинение в целом, необходимо сделать несколько замечаний по оформлению и структуре работы:
1. Названия глав и разделов в тексте не везде соответствуют оглавлению, в котором присутствуют более корректные и соответствующие содержанию формулировки (например, глава 2 и её разделы – но, возможно, в окончательном варианте работы этот недочет снят)
2. В иллюстрациях к главам 2 и 3 заявленный цифровой масштаб не соответствует распечатке, в таких случаях уместнее пользоваться линейным.
Все высказанные замечания и оставшиеся без ответа вопросы отнюдь не умаляют достоинств сочинения, а, напротив, подчеркивают его актуальность для прикладной работы реставратора с археологическим материалом, и, шире, для понимания значения познавательных возможностей, которые открывает реставрационный этап для археологического вещеведения. Магистерская работа полностью удовлетворяет требованиям, предъявляемым к выпускным квалификационным сочинениям, и заслуживает отличной оценки.
Ст. н.с. отдела славяно-финской археологии
Института истории материальной культуры РАН,
доцент кафедры археологии исторического факультета СПбГУ
К. и.н.
04.06.2013
Санкт-Петербург
