Андреас Готвальд. Клуб русского языка в Мюнхене
Д. Б.: У нас в гостях Андреас Готвальд, замечательный любитель России из Германии и, насколько я знаю, вы у себя в Мюнхене создали группу "Русский язык". Расскажите, что вас подвигло и много ли вас таких?
А. Г.: Это на самом деле, группа в какой-то социальной сети. Там по деловым контактам группы по всяким интересам, я там стал модератором, организатором этой группы "Русский язык в Мюнхене". Мы там встречаемся обычно два раза в месяц3, один раз просто общаемся, обычно на русском языке. Туда ходят и русскоязычные и немцы, которые интересуются русской культурой. Смотрим русские фильмы, выставки, даже концерты.
Д. Б.: А как получилось, что вы, европеец, достаточно далекий от Росси по своим интересам, каким образом вас потянуло с таком силой именно к России?
А. Г.: Когда я ходил в школу, у меня были де идеи, первое - я хочу осмотреть все великие галереи искусства и, когда я ходил еще в школу, мне языки были не очень интересны. Потом я понял, что значение языков всегда помогает и можно узнать культуру через язык. Так я решил заниматься русским языком. Язык очень сложный.
Д. Б.: С вашей точки зрения, Россия это Европа, или нет?
А. Г.: Я думаю, что все-таки Европа, потому что культура европейская, вся европейская культура стоит на основании христианства. Русские не азиаты все-таки.
Д. Б.: Вклад России в культуру мира главный заключается в чем?
А. Г.: Я думаю, что немцы в первую очередь думают о писателях, особенно о Достоевском. Считается, это очень русский писатель и он действительно уникальный. Кроме Достоевского, у нас Чехова очень любят, Толстого. Сейчас был юбилей и очень много мероприятий у нас произошли по всей германии. Я из музыкальной семьи. поэтому для меня Чайковский, Мусоргский тоже имеют большое значение.
Д. Б.: А что вас лично связывает с Россией?
А. Г.: Я сюда приезжаю раз или два раза в год, на самом деле, у меня жена русская. Я уже занимался русским языком уже до того, как мы с ней познакомились. У меня тогда уже были русскоязычные друзья в Мюнхене. Последние годы я немного работаю с Россией, я работаю нашими российским партнерами, которые продают наш софт.
Д. Б.: Что бы вы могли сказать о предстоящем великом европейском кризисе? Многие говорят, что мультикультурализм погиб и нужно что-то другое. Не случайно Ангела Меркель сказала. что по всей видимости, с терпимостью и толерантностью, на ближайшее время покончено?
А. Г.: Мультикультурализм существует и так и так, сейчас удалить невозможно. Но я считаю, есть действительно кризис, потому что не обратили внимание на интеграцию. Я думаю, что мультикультурализм все-таки хорошая вещь, хорошо, что есть большой выбор но важно. чтобы люди из других стран, понимали, когда о приехали. чтобы они говорили на нормальном немецком языке. Это очень большая проблема, на самом деле.
Д. Б.: А кто больше всего едет в Германию?
А. Г.: У нас много турков, но это уже исторично.
Д. Б.: А почему именно турки?
А. Г.: Их приглашали работать в Германию уже в поздние 60-е, 70-е годы, когда рабочей силы не хватало. Тогда ошибка была в том, что власти ожидали, что они поработают лет, а потом вернутся. Они не возвращались, остались, это в принципе. не плохо, но они все-таки плохо говорили, говорят на немецком, сейчас там высокая безработица и, что самое грустное, сейчас даже второе и третье поколение еще хуже интегрировано, чем первое. Кстати, у нас и такая де проблема с русскими частично. Там очень по-разному. Приезжали много русских немцев в Германию. Повторилась та же ошибка. Там есть курсы, занимаются интеграцией, но недостаточно.
Д. Б.: Есть ли у с ощущение, что Россия встанет перед этими же проблемами?
А. Г.: Я думаю, что Россия огромная страна. Население не растет, и я думаю, что как и в Германии без них уже не справятся. Не думаю, что реально их выгнать.
Д. Б.: Современная Россия интересна Европе?
А. Г.: Это вопрос, для кого, есть много немцев, для которых Россия действительно очень далеко, но есть такая группа, тоже не маленькая, которая очень интересуется Россией, русской культурой. Потом нельзя забывать, что очень много немецких фирм работает в России, по-моему, сейчас 6 тыс.
Д. Б.: Объединении Германии, о котором в России столько было разговоров, можно считать это процесс завершенным. или две Германии до сих пор остаются внутренне не схожи?
А. Г.: Еще не до конца этот процесс завершен, тоже подход был наверное, наивный немного. Но есть регионы, где все хорошо в Восточной Германии.
Д. Б.: А в чем главная проблема?
А. Г.: Первая проблема экономическая,- у них промышленность была неконкурентоспособная. Тогда после соединения западная Германия раскупала все и закрыли там много заводов. В результате, мало работы. Сейчас это стало значительно лучше. Ментальность тоже отличается, потому что 40 лет социализм - не пройдет просто так.
Д. Б.: А ностальгия по социализму сильна?
А. Г.: Есть, например, выпускали типичное продукты. шампанское, такие вещи.
Д. Б.: И тех регионов России, которые вы знаете, где вам лучше всего?
А. Г.: У меня жена из Питера, я очень часто бываю там, я уже влюбился в город. Последнее время, я стал любить Москву. Москва очень интересный город, может, не такой интересный город, как Петербург с первого взгляда, но жизнь здесь просто кипит.
Д. Б.: Вы верите, что в ближайшее время интернет охватит весь мир, может, в человека будет встроен какой-то чип? Биологическая революция?
А. Г.: Я не специалист именно этой техники, я думаю, это еще далеко. Сейчас как раз идут девайся, а что касается интернета, может быть и обратное развитие. Из национализма, тоталитарных систем как в Китае, они ограничат интернет. Коммерческая реклама уже частично разрушила и это дальше идет.
Д. Б.: Неужели вы думаете, что Китай вечно сможет контролировать интернет?
А. Г.: Они и сейчас уже не могут, но они просто могут выключить всякую связь с остальным миром.
Д. Б.: И все перестанет работать, это же конец.
А. Г.: У них, конечно, внутри существует своя сеть, но я вижу и такое развитие печальное.
Д. Б.: Есть у вас ощущение, что в ближайшиелет. Интернет станет биологической частью человека?
А. Г.: Это возможно, я в это не верю, что это точно так будет, но может быть. Но я не думаю, что люди хотят такой контроль постоянный.
Д. Б.: Много ли в Германии людей, которые хотя знать именно русский язык?
А. Г.: Есть, моя жена преподает русский язык иностранцам, туда ходят люди, которые хотят работать с Россией и много людей, которым просто интересно.
Д. Б.: Есть ли у России туристический потенциал?
А. Г.: Есть, безусловно, опять моя жена, вела немецких туристов по России. раз в году по Петербургу, по Золотому кольцу, Карелия, Соловки. есть, безусловно, потенциал!
Д. Б.: А что мешает сделать туризм привлекательным?
А. Г.: Организация очень сложная, туристы говорят, что если они спрашивают даже в Москве на улице кого-то по-английски, никто не отвечает. Гостиницы не на таком уровне, транспорт. И все-таки дорого, нельзя сказать, что здесь дешевле, чем западные страны.
Д. Б.: Говорят, что Германия - символ порядка, Россия - символ беспорядка. Вы замечаете в России некоторую неупорядоченность?
А. Г.: Какой-то прядок здесь тоже есть иначе жить здесь было бы невозможно. С другой стороны, у нас тоже не идеальный порядок. Была бы очень скучная жизнь.
Д. Б.: Немецкие черты действительно существуют?
А. Г.: Есть отдельные люди, у которых есть эта воля.
Д. Б.: Вы живете с русской женой, очень ли высок барьер между двумя нациями?
А. Г.: Конечно, это сложно, это очень зависит то двух людей, от готовности понимать другую культуру. Надо сказать, что мой личный опыт можно преодолеть эти барьеры или очень быстро, или вообще не преодолеть.
Д. Б.: Интерес к русскому кинематографу и литературе есть сегодня?
А. Г.: Фильмы показывают на кинофестивалях. Не очень много, каждый год по 1 - 2 фильму. Что касается литературы, ситуация лучше, потому что есть в Германии люди, которые организуют чтения, переводы.
Д. Б.: Спасибо вам огромное.
