Энергетика как зеркало экономики
Не успев начаться, 2011 год установил несколько энергетических рекордов, которые чаще всего сводятся к уровню чрезвычайных происшествий, но обеспечивающих прямой энергосберегающий эффект чуть ли не в масштабах страны за счет энергетических ограничений и отключений. Наверное, следует попытаться разобраться, чем же вызваны все эти явления — климатическими аномалиями, человеческим фактором или это результат экономической деятельности?
Любой вид экономической деятельности можно свести к набору каких-то действий. Обычно, как правило, человек, освоив этот набор первоначально, старается его использовать по прямому назначению, но при этом пытаясь себя реализовать уже совсем в другом качестве, не говоря уже об уровне статуса.
Прокомментируем, например, особенности труда конструктора. Чтобы выполнить любую работу, конструктор делает общий вид, разрезы, деталировки, использует примененные чертежи, составляет спецификации, дает четкую картину по используемым материалам, выполняемым действиям, вплоть до длины катета сварного шва. Конечно, и здесь все можно свести к эскизам, но именно конструкторская (проектная) деятельность подробно прописана в стандартах, НТД и т. д. И если даже ты не конструктор, уметь читать чертежи обязан.
А как оцениваются итоги экономической деятельности государства в целом? Прирост ВВП составил столько-то процентов, т. е. рублевый итог рассматриваемого периода поделили на аналогичный показатель предыдущего. А это и есть общий прирост благосостояния населения. И осталось в нашей стране разобраться только с инфляцией, переводя ее в разряд однозначного процента от тех же рублевых эквивалентов. А не сводим ли мы все жизненно важные итоги экономической деятельности на уровень одной проекции — валютной, так как нередко все это воспроизводится еще и в долларах?
Что такое рубль и любая другая валюта? Ее можно напечатать, сложить в какой-то фонд, конвертировать и набить какие-то емкости, перераспределить по 5, 10 и т. д.
А что такое экономика именно России? Это огромная территория с бесчисленными материальными потоками, которые почему-то оцениваются только финансовыми эквивалентами. Наша же экономика имеет ряд принципиальных отличий. Перечислим только некоторые:
• самая северная страна с полупрозрачными для потоков холода ограждающими конструкциями зданий;
• бесконечными транспортными магистралями при ценах на моторное топливо на уровне мировых;
• с сырьевой структурой экономики, проще говоря, самой энергоемкой;
• со стопроцентным уровнем жилищно-коммунальных услуг населению при отсутствии у потребителя измерителей объемов этих 100% услуг.
Не учитывать динамику материальных потоков в такой экономике нельзя, хотя бы в самом упрощенном виде. А этот вид (иначе говоря, вторую проекцию нашего объекта) можно свести на входе к затратам энергии на тот же ВВП и его прирост, а на выходе к экологическим последствиям как в виде объемов загрязняющих веществ, возможно, и в виде результатов влияния этих показателей на здоровье населения.
Что касается энергетики, то она давно перестала быть сферой интересов узкой группы специалистов. Энергетическая тема становится не только обязательной для многих слоев населения, но еще и — от накладной до разорительной для них.
Поэтому сводить энергетику, тем более в России, к объемам налоговых отчислений и валютных поступлений — это и есть переход к энергосбережению посредством массовых отключений.
Между тем в мировой практике уже сложились энергетические законы в экономике, которые учитываются во всех странах, кроме России. Сформулируем здесь некоторые из этих законов, точнее говоря, энергетических условий устойчивого развития экономики.
1. Темпы прироста расхода энергоресурсов (в %) должны быть не менее чем в 2-3 раза ниже, чем темпы прироста объемов ВВП:
где ∆Эд — относительная величина прироста расхода энергоресурсов на единицу прироста ВВП, %.
Пример расчета: в США за период гг. приросты составили ВВП — 41%, энергоемкость ВВП - 11%, ∆Эд= 11:41 =0,27%/%. В России за тот же период этот показатель больше единицы.
2. Обеспечение неуклонного ежегодного снижения темпов прироста расхода энергоресурсов на единицу прироста ВВП в неизменных долларах (рублях):
где n, n+1 — соответственно, предыдущий и отчетный год.
Пример. Опять США. За период гг. показатель ∆Эд ежегодно снижался на 1,5-2,0%/%. После 2000 года этот показатель не более 0,5-0,7%/% ежегодно. Более того, в США этот показатель вычислен за весь XX век и составил 1,1% ежегодно.
Аналогичная динамика по СССР и России нам не известна, но можно уверенно говорить, что вплоть до 2000 года этот показатель не снижался, а возрастал.
То есть сформулированные выше энергетические условия устойчивости экономики и есть вторая проекция рассматриваемого здесь экономического проекта, которая позволяет от статистических (валютных) показателей перейти к материальным показателям, представив их не только в реальной, но и динамической форме. Без этих исходных данных любой прогноз, тем более благосостояния населения — недостаточно представителен.
Более того, считаю возможным утверждать, что взятый в нашей стране курс добиться снижения уровня инфляции только за счет макро (микроэкономических и т. п. действий — стабилизационный фонд, регулирование рублевой массы и т. д. — не может быть эффективным в условиях России по указанным выше причинам.
То есть, пока еще не поздно, следует экономистам и политикам, представляющим Россию, научиться видеть страну в энергетическом зеркале, а не только в очень уж удобном на данный момент рублевом эквиваленте. Причем энергетика в нашей стране начинается не там, где добывают нефть и газ, и не там, где их преобразовывают в электрическую энергию или солярку для новых русских и частично для крестьян, а там, где это топливо, электрическую, тепловую энергию используют. Вызвано это тем, что до самого последнего времени энергия на территории России почти ничего не стоила. Отсюда у нас созданы все условия, чтобы на стадии потребления столь драгоценную энергию преобразовывать в тепловой «мусор» для окружающей среды с максимальным КПД.
