Его В-Война

И. Красовский.

  ЕГО В-ВОЙНА


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

КОТЛОВ
СТАРИЧКОВ МЛ.
НИНА ИОСИФОВНА
ВЕРА СТЕПАНОВНА
РУЛЁВ.
СТАРИЧКОВ СТ.
СЛОНКИН
ДИАНКА
ПОТАПЧУК.
КАРАБЕКЯН.
 ФЕДОСОВ
ТРАГОВА
ЯРИК.

Действие происходит в трех временных пластах: мирное время (единое на протяжении всего текста), военное время (разорванное на куски, отделенные друг от друга несколькими месяцами) и повествование рассказчика вне времени.
Сцена представляет собой Окно и Двор. Центральное и главное окно Котлова закрыто. Шторы задернуты. Прочее  в темноте.  В окне показывается Котлов, бородатый  мужчина в инвалидной коляске. На  нем  поношенный спортивный костюм. Он раскрывает шторы. Присматривается через стекло на улицу.
КОТЛОВ. Оно так и должно было быть. Моя жизнь всегда была связана с  войной. Сначала, значит, поисковый отряд, потом армия, потом опять поисковый отряд, а  потом, вот+ ( хлопает по колесам своей коляски).  И меня везде уважали. Ну, за ноги. Когда какой поход там или если в армии -  всюду Котлов первый. Мне все эти их марш-броски - по барабану, раз плюнуть. Хоть бы дыхание сбилось.
Хоть и курил жестко и спортом никогда не занимался. Ну,  всерьез, в смысле. Просто люблю ходить. Вернее, любил. Бывало так,  в детстве, сядет Мишенька Котлов в автобус, отъедет такой за город, километров на семь,  вылезет, и пошел. А Дианка ругалась все время, придурком  называла. Ну, беспокоилась за меня, значит. А мне же главное, домой  чтобы идти. Ну, к ней конечно. К кому еще? Зачем это - не знаю.  Может, по дури, а может и заложено.  Генетически, если по научному выражаться.
Котлов отъезжает в глубину угадывающейся комнаты.
Общий свет. Мы  видим двор.
МИРНОЕ ВРЕМЯ.
Во дворе на скамейке греются две старушки: Вера Степановна  и Нина Иосифовна. Первая вечно хмурится, надвигает свой зеленый, не по погоде теплый платок на самые брови, ворчит и ругается. Нина Иосифовна ни на  кого не ругается, а просто сидит - сухопарая и прямая. Её седые волосы собраны в тугой пучок на затылке, в зубах мундштук с вонючей папироской. постоянно кашляет.
На некотором расстоянии от бабушек расположился с новеньким этюдником молодой художник Федор Слонкин. На Федоре салатовые шорты, шлепанцы и огромные "чебурашковые" наушники.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Я чего про электричку-то говорю. Собиралась, по-хорошему, вчера-то на Петькиной машине. Не напрашивалась. Что ты?! Ждала, пока сам предложит. Дождалась, думаешь? Как же. Тогда уж к нему сама на прием пошла - довези мать-то. А ему, видишь ли, документы какие-то Светкины везти понадобилось. Жёнины бумажки ему  важнее матери.
Нина Иосифовна кашляет сильнее.
Заметно хромая на левую ногу,  по пояс голый, в заношенных донельзя джинсах, появляется Рулёв. Идет, с наслаждением докуривая первую за сегодня сигарету. Подходит к Слонкину и внимательно начинает рассматривать художника и его работу.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. А на участок, как приехала, чуть там богу душу не отдала. Все ж потоптано, поломано, забор перекосили, как залазили, недоноски. А сами груши трескают.  Чтоб их поносом пробрало, да три дня не отпускало. Рожи мне корчат, твари такие, от соседей; скалятся, хари наглые, крапивное семя. Хуже фашистов, честное слово.
НИНА ИОСИФОВНА. Не сравнивайте, Вера. До фашистов им пока далеко.
Нина Иосифовна заходится в кашле.
Рулев решается потревожить Слонкина, увлеченно размахивающего кистью в такт музыке из плеера. Подходит ближе и несильно хлопает художника  по плечу, тот снимает наушники.
РУЛЁВ. Что за байда?
СЛОНКИН. Пейзаж. Видишь дерево кривое, где гаражи?
РУЛЁВ. Ну.
СЛОНКИН. Вот.
РУЛЁВ. Да, хреново ты рисуешь, Федор. Надо ж, чтобы все было разборчиво.
СЛОНКИН. Каждому своё. (пытается надеть наушники)
РУЛЁВ.  Но согласись, Федорчо, картина, она должна радовать глаз. Чтоб душа от неё отдыхала.
СЛОНКИН. Я так не считаю.
РУЛЁВ.  Но ты же не прав.
СЛОНКИН. Возможно, возможно.
Надевает наушники, отворачивается.
Рулёв с отвращением смотрит на художника, сплевывает. Собравшись было уходить, не уходит, потому что замечает студента 2-ого курса местного пединститута Максима Старичкова мл., низенького, кучерявого, в очках. Старичков мл. бережет правую руку, в ленточках пластыря. Немного заикается Заметив соседа, Рулёв, окликает его, но тот уже перехвачен Верой Степановной. Старичков мл. растерянно смотрит на Рулёва, тот жестом милостиво разрешает ему пообщаться со словоохотливой бабушкой. Снова возвращается к изучению Слонкина.
РУЛЁВ. А тапки у тебя клёвые, Федя. У меня такие же были. Порвались, правда, быстро. Дерьмо шьют китайцы. Да+ (понимает, что его не слушают) Федорчик! (пихает художника в плечо)
СЛОНКИН. Что?
РУЛЁВ.  Говорю, слушаешь ты панаготину всякую, дурную.
СЛОНКИН.  Меня устраивает.
Слонкин надевает наушники и отворачивается. 
СТАРИЧКОВ МЛ.  А к-когда это произошло?
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Да, на днях тут. На ваш участок побежали, у вас прятались.
СТАРИЧКОВ МЛ. Значит - мои коллеги.  Но виноват я - я р-разрешил. Понадеялся и п-пустил. Вы не волнуйтесь, больше такое не повторится. Я с-с ними поговорю.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Поговори, поговори, Максимушка. Пускай они бабку старую не трогают, а то ведь сама управлюсь. Ладно, что пожрали, да порушили, то всегда было - привыкла,  но так они же еще посмеялись надо мной, гадята малолетние.
У Нины Иосифовны снова приступ кашля, она пытается сдержать его при Старичкове мл. Не получается. Старичков мл. суетится вокруг старушки: перехватывает у неё сигарету, выдергивает из мундштука, бросает и быстро затаптывает.
СТАРИЧКОВ МЛ. В вашем возрасте, Н-нина Иосифовна, необходимо бережнее относиться к своему здоровью.
НИНА ИОСИФОВНА.  А разве это кого-нибудь еще беспокоит?
СТАРИЧКОВ МЛ. Беспокоит. И не меня одного. Весь военно-патриотический отдел н-нашей организации вами гордится, я - особенно. Ветеран, почетный г-гражданин нашего города, вы блокаду Ленинградскую пережили. Я бы не с-смог.
НИНА ИОСИФОВНА. Пережила+(усмехнулась) Все это слова. А слов, я за свою жизнь  наслушалась предостаточно.
СТАРИЧКОВ МЛ. Можете мне н-не верить, но я действительно искренне волнуюсь за вас.
НИНА ИОСИФОВНА. Тебе-то я верю, Максим. Мундштук мой верни, если не сложно.
Старичков мл.  возвращает мундштук.
ЗТМ.
Свет на Котлова  в окне.
КОТЛОВ. А сейчас-то чего? Скоро новый год. Где-то, совсем рядом идет война. С кем?  Кто знает? Нет, кто-то, наверное, знает. Ну, тот, кто воюет, а Котлов вот, чего-то как-то запамятовал.
Глядел, значит, я как-то ящик типа, а там новости. Такой ведущий сидит мощный и задвигает россиянам о главном. Ну, там, где самолет разбился, американцы чего-то мутят-затевают, Европу затопило, лесные пожары бушуют - в общем, все в порядке,  живем, существуем. Нормально.
Сам ведущий, импозантный такой,. Ну, костюмчик дорогой на нем, галстук в полоску с золотой шнягой какой-то. Или это баба  была? Не вспомню сейчас. Помню точно, что в галстуке.
И эта курица, значит, прощается такая. Ну, отключается. Я тоже на пульт жму. А ведущему в ухо сообщение. У него глаза сразу на лоб - скок. Рожу перекосило. И говорит.+Запотел сам, лоб трёт рукой. Как мешком ударенный. Галстук теребит, душится. Война, говорит,  началась. Все перед телевизорами своими - чего?!! Ну, орут. А он, сдавленно так, повторяет; сегодня, говорит, война началась. И молчит, не выключается. Лыбится только, как дебил конченый и молчит.
ЗТМ
ВОЕННОЕ ВРЕМЯ.  ЭВАКУАЦИЯ.
Сцена представляет собой тот же самый двор. Лето. Полдень. Ветрено.  Все окна, за исключением окна Котлова,  плотно зашторены. Из подъезда выбегает беременная женщина маленького роста с припухшим лицом и длинной русой косой - Дианка, на ней оранжевые легинсы, домашние тапки и старая кофта на молнии в расстежку. Опасливо озираясь, она пробегает через всю сцену, прячется. Следом появляется Рулёв.
РУЛЁВ.  Дианка! Дианка, хорош в прятки играть. Найду ведь, сама знаешь. Потом не жалуйся. 
Уходит.
Немного погодя из подъезда выбираются Слонкин, Старичков мл. и Потапчук. Потапчук - коренастый парнишка, ровесник своим друзьям, обстоятельный, хамоватый - "клевый пацан" в кепке.  Вся троица нагружена чемоданами, сумками и т. п. ручной кладью.
СТАРИЧКОВ МЛ. Ребята, с-скорее несем. Люди ждут.
ПОТАПЧУК.  Да ладно тебе кипешить. Какой серьезный стал. Твои-то когда эвакуируются?
СТАРИЧКОВ МЛ. Мама пока не решила, где им с м-мужем будет безопасней переждать.
ПОТАПЧУК. А батя как?
СТАРИЧКОВ МЛ. Не знаю,  я давно его н-не видел.
СЛОНКИН. Если вам действительно нравится заниматься бессмысленным физическим трудом - ваше право. Но мне лично хочется, как можно быстрее отделаться от этого барахла.
ПОТАПЧУК. Не ной, мазила.
Уходят.
и Нина Иосифовна. Вера Степановна плачет.

НИНА ИОСИФОВНА. Успокойтесь Вера. Расплакались, будто и правда навсегда прощаемся.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. А то и навсегда, Ниночка. Вон оно, как получается. А я ведь пятьдесят лет тут, пятьдесят два даже прожила - все  бросаю. И ехать теперь к черту на рога. Может, и не доеду.
НИНА ИОСИФОВНА. Доедете. Еще обратно вернетесь. Чаю попьем. (кашляет) Телевизор посмотрим. Расскажете, как там у вас в деревне.


ВЕРА СТЕПАНОВНА. А может, с нами поедешь? У Петьки машина новая большая, иномарка. Купил зачем-то, а тут это вон. Растратчик. Вещей у тебя немного. Потеснимся, влезем. У нас-то потише будет, поспокойней в глуши-то.
НИНА ИОСИФОВНА.  Бросьте, Вера. Привыкла я здесь,  городская же.  (кашляет)  На новом месте не приживусь.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Ты уж тут лечись тогда. В аптечке у меня я тебе лекарств оставила. Посмотришь, что годное. Пей, главное чтобы не запускала. Еще сляжешь и кто тебя лечить - то будет?
НИНА ИОСИФОВНА.  Спасибо.
Пойдемте, Вера, вас там наверное заждались.
ВЕРА СТЕПАНОВНА.  Пойдем, пойдем, надо еще все проверить. А ты, Ниночка, пожалуйста, пригляди в мое отсутствие за квартирой-то. Когда пыль протри, когда полы помой+
Уходят. Снова Дианка, торопится куда-то, прижимая к груди толстую, неаккуратно сложенную стопку мятых денежных купюр. Постоянно оглядываясь, не смотрит под ноги - спотыкается, деньги рассыпаются, она нервно собирает их, мнет и рассовывает по карманам. Убегает. На земле остается несколько бумажек. Возвращаются  Старичков мл. и компания.
ПОТАПЧУК. Блин, пацаны, не поверите, нервничаю. Когда тебе каждый день втирают: война, война - начинаешь беспокоиться. Еще Рудина, зараза, никак с островов своих не вернется. Дура, блин, я тут на измене сижу, а она... Совсем от рук отбилась. Приедет, устрою разбор полетов.
СЛОНКИН. Сомневаюсь. Военное время все-таки.
ПОТАПЧУК. Я узнавал, оттуда еще прилетают.  К тому же, может быть, все и наладится еще.
СЛОНКИН. На твоем месте, я бы не обольщался.
ПОТАПЧУК.  Я не пойму, тебе чего  нравится?
СЛОНКИН. Можно и так сказать.
Что смотришь? Впервые у меня появилась реальная, крупная тема, на которую стоит писать. Одна работа, кстати, уже практически готова. Могу показать, если есть желание.
СТАРИЧКОВ МЛ. Федь, д-давай потом. Отгрузимся сначала.
СЛОНКИН. Ваше право.
Ну вот, опять, опять она кончилась. (с ненавистью глядит на СD плеер)  Из-за этой уродской войны, нормальную музыку не послушаешь. Все диски до дыр заездил. 
ПОТАПЧУК. Странный ты, Слон.
Поднимаются в дом.
Появляются Рулёв  и Дианка.
РУЛЁВ.  Куда бегаешь от меня, лошадь, -  к колясочнику что ли? Думаешь, пригреет по старой памяти?
ДИАНКА. Котенок, ты совсем? Я же говорила, мне бы брата от армии отмазать - и всё! У меня мать на колесах третьи сутки невменяемая. Генку же реально там грохнут. Зайка! А она одна сидит, парится. Сюда её хочу перевезти. 
РУЛЁВ. Брехня все про войну.
А матери твоей, чтоб ноги у меня не было. Слышишь? Пусть ищет приюта где-нибудь в другом месте. И насчет Рыжего не рыпайся. Все равно не соберешь. Так что, пускай родине служит.
ДИАНКА. Сам не боишься?
РУЛЁВ.  А у  меня бронька будет на производстве. Как в кино. Буду танки варить.  Нужный человек.
Иди пожрать приготовь лучше.
Дианка уходит. Рулёв, заметив оброненные Дианкой  бумажки, подбирает их, прячет в задний карман и  поднимается за ней.  Из подъезда выходят Старичков мл. и компания - пустые.
СЛОНКИН. А я говорил. Зря бегали.
СТАРИЧКОВ МЛ. Извини. Н-не рассчитал, не подумал.
У Потапчука звонит мобильный.
ПОТАПЧУК. Светик, здорово...Я тоже соскучился.... Обижаешь. Конечно, приеду....Обязательно.
СЛОНКИН.  Я тогда за картиной. Принесу - оцените.  (Потапчуку) Слышишь меня?
ПОТАПЧУК (прикрыв трубку): Давай уже, неси.
СЛОНКИН. А вы, Семен, кобель.
Слонкин убегает.
ПОТАПЧУК. (продолжая разговор) Не надо меня по телефону возбуждать.... (смеется) Ладно, готовься... Новое говоришь? Так, я тогда пулей.... Чмоки, чмоки. (завершает разговор)
СТАРИЧКОВ МЛ. А как же Р-рудина?
ПОТАПЧУК. Рудина, далеко. Приедет - вернусь. А сейчас что - руку мозолить? Слонкину привет передавай.
Убегает.
Из-за угла с игрушечным автоматом высовывается Ярик, внук Веры Степановны, мальчишка семи лет, взъерошенный и конопатый. Стреляет вслед Потапчуку.
и Вера Степановна. Ярик наводит автомат на старушек.
ЯРИК. Ты-ды-ды! Сдавайся, бабушка.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Никак не наиграешься? Живо домой беги. Иди, покушай на дорожку.
ЯРИК. Но тогда я вас в плен не возьму.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Кому я сказала!
ЯРИК. Ты-ды-ды, бабушки, вы убиты.
Ярик убегает.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. От горшка - два вершка, а туда же.
Давай-ка, я тебя здесь-то провожу - распрощаемся. А то ведь, чего ж тебе дым глотать машинный, кадило такое. За меня не беспокойся - не чужие люди везут. Иди-ка лучше накинь чего-нибудь. Платок мой возьми, накинь - ветрено как-то.
НИНА ИОСИФОВНА. Не стоит так беспокоится, Вера.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. А кому еще-то? Родных у тебя нет. На кого остаешься?
СТАРИЧКОВ МЛ.  Мы позаботимся. Будем п-помогать, я обещаю.
 

хватается за сердце и начинает медленно оседать на землю.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Ох, Ниночка+ ты уж живи тут+а я+
НИНА ИОСИФОВНА. Максим, да не стой ты. Сажай её на лавку скорее.
Старичков мл.  усаживает Веру Степановну на лавку, прислоняет к спинке.
СТАРИЧКОВ МЛ. Н-надо  вызвать с-скорую помощь. Они отвезут.
НИНА ИОСИФОВНА. Не надо. Она свое уже отъездила. Теперь уже здесь останется.  Позови сына.
ЗТМ.
МИРНОЕ ВРЕМЯ.
Декорации те же. Продолжается первая сцена.
Рулёв ходит вокруг слонкинского этюдника, придирчиво сравнивает рисунок с предполагаемым оригиналом.
СЛОНКИН. Ну, так невозможно работать.
РУЛЁВ.  Мешаю?
СЛОНКИН: А ты как думаешь?
РУЛЁВ.  Я думаю, что вдохновлять должен. Общение с народом вообще художникам полезно. В школе так нам говорили.
СЛОНКИН: Врали. (собирает свои вещи) 
Старичков мл.  подходит к Рулёву.
СТАРИЧКОВ МЛ.: Я освободился. Что ты от меня х-хотел?
РУЛЁВ.  Не шустри. Присаживайся, давай поговорим сначала.
СТАРИЧКОВ МЛ.: К-куда присаживаться?
РУЛЁВ.  Ну, постоишь. Расскажи лучше чего-нибудь новенькое. Дома ящик полетел, а от тебя хоть какие новости.  Как там у нас в молодежной политике дела обстоят? Чего вы там в вашей конторе делаете?
СТАРИЧКОВ МЛ. Опять? Н-не надоело?
РУЛЁВ. Ты не спрашивай, а рассказывай, когда тебя люди просят. Правильно я говорю, Федор?
Слонкин делает вид, что увлечен исключительно своей работой и музыкой.
РУЛЁВ ( сплюнув в сторону Федора).Давай, давай, как я люблю. Четко, по делу. Про работу с молодежью, про ветеранов. Пока прошу. Ну?
СТАРИЧКОВ МЛ. С прошлого раза ничего н-не изменилось.
РУЛЁВ. Так значит+
Заметно, что Рулёв сильно раздражен, оглянувшись на старушек, он подходит ближе к Старичкову мл.
РУЛЁВ.  Зарплату давно получил?
СТАРИЧКОВ МЛ. Неделю н-назад.
РУЛЁВ.  Полтос займи мне+До конца месяца.
СТАРИЧКОВ МЛ. Д-деньги у меня остались, но они отложены на к-канцтовары. Я много пишу. П-приходится.
РУЛЁВ.  Зажал?
СТАРИЧКОВ МЛ. Нет, п-просто не м-могу.
РУЛЁВ.  В долг. Отдам ведь. Федор, повлияй на товарища.
Федор по-прежнему не реагирует.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Видела, у Максимушки опять рука облезает? Как чуть тепло, да сыро - начинает шелушиться - экзема, или аллергия какая что ли...
НИНА ИОСИФОВНА. Бедный мальчик.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Зато уж теперь точно никуда не возьмут. Хотя у меня, Петька, сын-то, на что больной всегда был, так и то отслужил, и все на пользу, еще и рожу отъел. А эти вымахают - косяки дверные расшибать, а все боятся. 
Появляются друзья Старичкова:  знакомый уже Потапчук и Давид Карабекян - приземистый вертлявый армянин с большими, на выкате, глазами, в спортивном костюме с подвернутыми рукавами и штанинами.
КАРАБЕКЯН. Семен, ты понимаешь, что я взрослый уже? Большой. Ты понимаешь, Макс понимает - все понимают. Она одна не понимает. Каждый день слушаю, одно и то же слушаю; "Давид, береги себя, аккуратней будь, туда не ходи, сюда не заходи, вечером поздно не приходи". Сколько можно? Уеду куда-нибудь. Скоро уеду. Не знаю куда уеду.
ПОТАПЧУК. Они все так. Париться еще будешь. Забей. Матери, чего с них взять? .
Заметив беседующих Рулёва и Старичкова мл.,  Потапчук,  помахивая брелоком на ключах, направляется к другу. Карабекян держится чуть позади.
ПОТАПЧУК. Привет, Старик. Проблемы?
СТАРИЧКОВ МЛ. Д-да нет.
Потапчук отходит к Слонкину, искоса глянув в сторону Рулёва. 
ПОТАПЧУК. Чего ваяешь, Слон?
РУЛЁВ. Ладно, вернемся к нашим делам.
КАРАБЕКЯН. А чего за дела?
РУЛЁВ.  Ты еще кто такой?
КАРАБЕКЯН. Я еще кто такой? Это я тебя спрошу - кто такой!
СТАРИЧКОВ МЛ. Н-не влезай, Давид.
РУЛЁВ. Ты чего, Максян, с черными водишься?
КАРАБЕКЯН: Ты кого обозвал так? Эй, слышишь?
Потихоньку завязывается драка. Противные стороны сдерживают Старичков мл. и подоспевший вовремя Потапчук. Слонкин смотрит со стороны.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Вон, смотри, Ниночка, до чего дошло - кавказцы эти уже с нашими в драку лезут. Откуда только понаехали?
НИНА ИОСИФОВНА. Этот мальчик, Вера, наш, местный, с  трех лет здесь живет. Его мать в школе преподавала. Одна сына растила, без мужа.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. В разводе, значит. Все у них не по-людски. Вот народ-то+
Нина Иосифовна снова кашляет.
КАРАБЕКЯН. А я не пальцем, я тебя ножом трону. Слышишь?
ПОТАПЧУК. Хорош,  успокоились!
РУЛЁВ. (испугавшись): Смотри, Максик, такие друзья и под статью подведут.
Отходит, заметив появившихся Дианку и её брата Гену Федосова. Федосов - огненно рыжий крепыш, под два метра ростом.
ПОТАПЧУК: Успокоился? Отморозок.
СТАРИЧКОВ МЛ. З-зачем ты полез, Давид? Я с-сам мог р-разобраться.

КАРАБЕКЯН.  Знаю я, как ты разбираешься - все бы отдал ему, только бы не дрался. Так мужчина не должен делать. Мужчина должен драться. Ему еще повезло, что я борьбу бросил. Не хожу на борьбу месяц уже. Денег нет. И мать все время говорит: "много денег на просто так тратишь, зачем тебе секция, итак денег нет, на мою заплату одну живем". А я, что сделаю?
СТАРИЧКОВ МЛ. Работать иди.
ДИАНКА.(Рулеву) Ты опять устроил?! Шоу.  Не смешно, зай. Хочешь к ментам опять? Поселился бы уже насовсем там.
РУЛЁВ.  Не ори на меня! (Федосову) Как сам?
ФЕДОСОВ. Да так, Руль.  Башка раскалывается
РУЛЁВ.  А богат вообще?
ФЕДОСОВ. Ну, стоха есть.
РУЛЁВ.  Ну, слава тебе+ Диан, метнись до "Колоска" - чекушку  возьми и зажрать чего-нибудь.
ДИАНКА.  Я у тебя что, на побегушках? Федосов, не давай ему!
ФЕДОСОВ. Отвали, мелкая. Я болею.
РУЛЁВ.  И правильно, мозг надо поправлять. И лучше регулярно, чем периодически.
ДИАНКА. Ген!
ФЕДОСОВ: Бежи. Худо уже.
Дианка убегает. Федосов и Рулёв поднимаются в квартиру к последнему.
ПОТАПЧУК. А чего этот типан хотел?
СТАРИЧКОВ МЛ. Пятьдесят р-рублей занять.
КАРАБЕКЯН. А у тебя нету что ли?
СТАРИЧКОВ МЛ. Есть. Но н-нужны.
КАРАБЕКЯН. Это жалко. Ему тоже нужны.
ПОТАПЧУК. Автоматы, мать их+ Отыграться. Завтра отдам.
СТАРИЧКОВ МЛ. Не могу.
ЗТМ.
Свет на Котлова.
КОТЛОВ. А кто бы поверил в такое? Конечно никто. Ну, только дед мой сразу поверил и помер на другой день. Ну, а чего ему еще-то? Он еле ходил уже. Из него вояка никакущий. Всю жизнь ждал, готовился. Типа дождался. Как будто отпустил его кто.
А я-то сам в неудобное время получился. Ну, в Афган, значит, опоздал,  для Чеченской компании уже все, не успел. А хотел. Только калек там и без Котлова хватило...
Мы за год до того, с пацанами двенадцать бойцов подняли. Железа нашли кучу всякого: ну и нашего, и немецкого. Не наигрались еще тогда. Хорошо хоть живые остались.
 Берегли Котлова ангелы - хранители. В количестве, значит. Я ж такой оторванный был, для меня одного ангела маловато. Роты целой мало. Теперь-то я один совсем. Ну, разлетелись крылатые за обритыми присматривать. Обо мне-то что? Я разве куда денусь? С голодухи не помру. Ну, дед запасливый был - все готовился. Ну, чтоб если что, с голодухи не спухнуть. Ну, я и не пухну. Руки пока есть. Сижу ровно, в окно вот пялюсь.
ВОЕННОЕ ВРЕМЯ 2.  МОБИЛИЗАЦИЯ
Поздняя осень. На сцене никого. Появляется Старичков мл. Грустный, с перемотанными бинтом руками. Садится на лавку. Молчит. Через некоторое время, постоянно оглядываясь, выходит Федосов, в обносках явно с чужого плеча. Подходит к Старичкову мл.
ФЕДОСОВ. Тихо.
СТАРИЧКОВ МЛ. Чего?
ФЕДОСОВ. Рот закрой! Где Руль?
СТАРИЧКОВ МЛ. Д-дома.
ФЕДОСОВ. Меня не видел.
СТАРИЧКОВ МЛ. Хорошо.
ФЕДОСОВ. Понял?
Старичков мл. молча кивает.
 ФЕДОСОВ: Не понял?
Резко бьет Старичкова мл. в лицо.
ФЕДОСОВ: Так и молчи. Понял?
Поднимается к Рулёву. Старичков мл. вытирает с лица кровь и снова усаживается на лавке. Появляется Карабекян, в военной форме.
КАРАБЕКЯН. Здорово. Кто тебя так?
СТАРИЧКОВ МЛ. С-сам.
КАРАБЕКЯН. Давай, говори.
СТАРИЧКОВ МЛ. Не сейчас.
КАРАБЕКЯН. Потом поздно будет. Вот забирают. Призвали меня.
СТАРИЧКОВ МЛ. Повезло. М-меня нет. Видишь (показывает руки) Обострение. П-пальцы не сгибаются,  удержать ничего н-не могу. А мне необходимо с-служить.
КАРАБЕКЯН. Зачем?
СТАРИЧКОВ МЛ. Не хочу отсиживаться.  Х-хочу принести хоть какую-нибудь п-пользу.  (молчат) Сейчас ведь практически всех берут, чтоб в с-случае чего количеством задавить. Отца вот т-тоже забрали.
КАРАБЕКЯН. А мой письмо прислал. К себе зовет. Говорит тихо там. Есть где спрятаться. Мне-то не надо. Матери надо. Я же ухожу. А если передам - все же раскроется. Она же меня ругать будет. Не простит.
СТАРИЧКОВ МЛ. Что думаешь делать?
КАРАБЕКЯН: Не знаю. Может, ты передашь? А я уйду.
Из подъезда выходит Рулёв. Звонит.
РУЛЁВ. Алё. Комендатура?...  Здравствуйте. У меня на квартире дезертир+Федосов Геннадий+ Петрович, 83-го года., да+ Призван в сентябре+Он-то пока сидит+Пишите адрес+ Кто - я? Виктор Рулёв+
Появляется жизнерадостный Слонкин, в камуфляже, со всеми аксессуарами: сумкой, флягой и т. д..
СЛОНКИН. Привет, защитникам Отечества! Чего грустим?
СТАРИЧКОВ МЛ. Грустно.
КАРАБЕКЯН. А тебе, чего - весело? Да?
СЛОНКИН. Радость у меня. Наконец-то талант оценен по достоинству. В столице нашей осажденной Родины, мне устраивается персональная выставка. Рабочее название "Наша война".
СТАРИЧКОВ МЛ. Ты циник, Слонкин.
СЛОНКИН. Я людям пользу приношу. Пишу о том, что сейчас занимает умы. Ты бы лучше Потапчуку предъявил. У него же Рудина его жива - здорова, где-то в Австралии обретается. И его к себе выписала. В частном порядке с родителями полетели - эмигранты. Я то хоть в России.
Рулев, дождавшись солдат, с ними вместе уходит к себе.
КАРАБЕКЯН: Так тебя призвали или нет?
СЛОНКИН: Это слишком тонкие материи. В общих словах - я  пока здесь нужней.
СТАРИЧКОВ МЛ. Молодец.
СЛОНКИН: Может по этому поводу, пропустим, пока есть что?
СТАРИЧКОВ МЛ. Хочу напиться.
СЛОНКИН:  Обстоятельный подход имеете к делу, Максим. Давид, составишь нам интернациональную компанию?
КАРАБЕКЯН: Нет, к маме зайти надо.
Карабекян уходит.
Из  подъезда выбегает Федосов, за ним солдаты и Дианка. Дианка, на последнем месяце беременности. Рулёв  стоит в подъезде, курит. Преследователи открывают огонь, бегут за Федосовым. Скрываются в  кулисах.  Вскоре выстрелы прекращаются. Слышны голоса: "Готов. Вызывайте машину" Дианка подбегает ближе. Кричит.
СТАРИЧКОВ МЛ (показывая на фляжку): Ну, р-разливай.
СЛОНКИН: Что? А это просто так висит, бутафория.
ЗТМ.
МИРНОЕ ВРЕМЯ
Декорации и действующие лица те же.
ВЕРА СТЕПАНОВНА (вставая). Хорошо с тобой сидеть, Ниночка, но и дела надо тоже делать. Ярослав, внук-то, приболел, температурит чего-то.
НИНА ИОСИФОВНА. Странно. Мальчик, такой резвый.
ВЕРА СТЕПАНОВНА: Сама удивляюсь - как подменили ребенка. Целыми днями дома возле  компьютера, коробки этой,  просиживает. Играется все. И игры-то все кровавые -  я уж глянула тут. Стрельба сплошная. Немцев говорит, бью, бабушка.
С бутылкой водки и сосисками пробегает к себе Дианка.
НИНА ИОСИФОВНА. Время сейчас такое. Радуйся, что не по настоящему воюет.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Это-то верно.
Из подъезда с двумя спортивными сумками выходит Старичков ст. - приземистый лысоватый мужчина, лет сорока. Ставит сумки на землю. Смотрит вверх, в свое окно на втором этаже. Старичков мл., заметив отца, уходит. Прячется.
 СТАРИЧКОВ СТ. (громко) Люд, ты шторами не шебарши. Следить еще. Надумала. Не боись, ушел. (старушкам) Чего пялитесь? Не на кого. Вышел весь. ( снова наверх) А тебя я все равно люблю стерву. Пожалеешь еще. Шторы закрой!! (заметив ребят, подходит) Здорово, орлики. Как жизнь студенческая?
ПОТАПЧУК. Нормально, дядя Максим.
СТАРИЧКОВ СТ. (Карабекяну)  А ты чего такой, взъерошенный? (Карабекян молчит) Не обижайся, не в настроении  сегодня. Семья у меня кончилась. Не обижаешься? (Карабекян молчит) Ну, как хочешь.
А что, пацан мой? Тут? Видели?
СЛОНКИН. Только что ушел. Когда вас увидел.
СТАРИЧКОВ СТ, Понятно. Право его. Уважаю. Привет передайте хоть  Когда еще заявлюсь - не знаю. Ну, орлики, бывайте. А ты, Федька, друга больше не сдавай. Хоть кому. 
СЛОНКИН.  Хотел как лучше.
Старичков ст. поднимает на плечи свои сумки и уходит. Появляется Старичков мл. Смотрит вслед отцу. Тот в самый последний момент оборачивается. Некоторое время смотрят друг на друга. Затем отец, несколько нервно поднимает в прощании руку. После чего, резко разворачивается и уходит. Старичков мл. подходит к друзьям. Молчит.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Я вот тоже тот раз, небережлива была. Сама так вот своего супруга отправила.  Еще молодая была. Ну сколько? 45 было мне, нет 43+ Да. Баба сочная. Хотелось еще всякого, разного. А он-то, не позволял. Муж. Разошлись, в общем.  Хоть он-то  меня сильно любил. Тихий был спокойный такой. А у меня  потом-то и пошло-поехало. Разное-разное+Во вкус-то вошла.. И подай того-третьего. А потом гляжу, и с кем осталась? Все ухажеры мои,  на помоложе каких перебросились - кобелины. Тут про него, про мужа-то и вспомнила, а его схоронили давно. А я только узнала. На кладбище пошла, а он там на памятнике, как тогда - молодой еще, симпатичный, тихий+
 Вера Степановна уходит.
Слонкин, собирает свои художественные причиндалы.
СЛОНКИН: (Потапчуку) Ты обрати внимание на стиль.
Ты не представляешь, сколько манер письма существует в изобразительном искусстве. И где-то на  полном отрицании всех традиций, я смог создать что-то свое, необычное. Единственная проблема, пожалуй, отсутствие темы. Но это общие тенденции. Искусство, теряет осмысленность.
ПОТАПЧУК: Я у тебя с города на мобилу звякну. Пустой совсем.
Уходят.
КАРАБЕКЯН: Я тоже отца не люблю. Не помню даже. Он там, в Армении живет.
СТАРИЧКОВ МЛ. И ты его н-никогда не видел?
КАРАБЕКЯН: Нет. Он нас совсем не хотел знать. И я теперь не хочу. А он теперь письма присылает. У меня их за два года двадцать шесть штук собралось. Я их не читаю даже.
СТАРИЧКОВ МЛ. И м-матери не показывал?
КАРАБЕКЯН: Конечно, не показывал. Она сильно расстроится, а я не хочу больше, чтобы она из-за него расстраивалась.
СТАРИЧКОВ МЛ. Она имеет право з-знать.
КАРАБЕКЯН: Не имеет. У неё здоровье слабое.
СТАРИЧКОВ МЛ. Ты ошибаешься.
КАРАБЕКЯН: Я берегу свою мать. И все.


СТАРИЧКОВ МЛ. Тебе в-виднее. Хорошо, я больше не лезу. С-своих забот х-хватает, еще за вас п-переживать. Н-надо свое зд-доровье беречь. (нервно) И д-деньги, кстати, т-тоже. А то од-далживаешь постоянно, переживаешь за всех. Я вам не б-банк.  И не с-служба д-доверия!
КАРАБЕКЯН: Ты просто хороший друг и человек.
СТАРИЧКОВ МЛ. Я мягкий и б-безвольный, поэтому б-безотказный.
КАРАБЕКЯН: Не надо так говорить.
СТАРИЧКОВ МЛ. А это - п-правда,  т-так и есть!
Нина Иосифовна дрожащими руками достает коробок спичек, пытается прикурить. Одна за другой ломаются несколько спичек. Коробок оказывается пуст.
НИНА ИОСИФОВНА: Максим. Максим, у тебя есть спички? А то старухе прикурить нечем.
СТАРИЧКОВ МЛ. Что?  С с-собой нет.
НИНА ИОСИФОВНА: Жаль.
СТАРИЧКОВ МЛ. Я  с-сейчас принесу, Нина Иосифовна.
НИНА ИОСИФОВНА. Спасибо, Максим. Белого купи по дороге.
Старичков мл. убегает.
ЗТМ.
Свет на Котлова.
КОТЛОВ: А про деда еще вспомнил. Мировецкий был дед. Такой, параноик, правда, но мужик. И у меня сильно с ним всегда контакт шел, прямой такой, без соплей там и прочих нежностей. Бабка про нас, всякие поговорки складывала. Типа там, два друга - метель и вьюга. Знала их до фигища. Ну, пословиц народных. А батя у меня как попал - и с дедом терялся и со мной трения. Он декоративный какой-то был, а  мы с дедом из мясной породы. Отец, он читал постоянно. Ну, духовность, значит, материи там высокие. Книжки покупал килограммами. Дед - холодильник забивает,  а батя - полки. В одном сходились -  Дианку на дух не переносили. Тут они в едином, таком, порыве. До драки чуть не доходило. Но не доходило.  Отца бить нельзя, а деда - попробуй. Как огребет Мишеньку по горбине. Ну, в свое время конечно. Потом-то тряслись оба надо мной. Противно вспомнить. Над здоровым+ну, взрослым то есть+
И до сих пор, хоть и померли оба. Я ж книг отцовских со скуки перечел - почти шкаф. Понимаю, чего он там рылся. Бывает, и есть забудешь - потому и тоже пища. Хоть и не еда.
ВОЕНОЕ ВРЕМЯ 3. ГОЛОД.
Двор. Зима. Звучит траурная музыка. На сцене уходящая похоронная процессия. Людей немного, преимущественно - женщины. Провожающие постепенно скрываются, музыка стихает. Остаются Старичков мл. и Рулёв  - оба в черном. Рулёву холодно, он подпрыгивает, пытаясь согреться.
РУЛЁВ. Как её еще не уронили? Удивишься на них. А все потому, что надо было брать народ покрепче. Эти дохляки, типа тебя, с голодухи еле ноги волочат. И то, что покойница легкая попалась - это им еще повезло. Чего притих, Максимус? Тоже кишки сводит? Та же хрень. Знаешь, тут чего вспомнил? Нам классе в третьем про птиц рассказывали, что они, падлы, когда сытые, не мерзнут. Слышишь? Стопудово так.  Без жрачки на таком морозе дубу дать запросто. У тебя-то есть чего захавать?
  Старичков мл. отрицательно мотает головой.
РУЛЁВ.  Понятное дело.
А у меня еще Дианка в роддоме валяется. Нашла время рожать, дура старая. Бегай тут, запасайся. Я бегай. Еще вопрос, кто там причем. Мало ли, может, и от кого другого залетела. Хоть от Котлова, они же старые приятели.  Не факт, но я б на то акробатическое шоу  посмотрел, поржал  бы.  Правда, Макс?
Слышь, молчун, чего молчишь-то? Покойница тебе ключики от квартиры оставила или еще кому?
СТАРИЧКОВ МЛ. Мне.
РУЛЁВ. Дай, ключики. Я там сумку свою оставил, когда заходил. Спортивную.
СТАРИЧКОВ МЛ. У Нины Иосифовны не з-заперто.
РУЛЁВ. И чего ты молчал? Тугоплавкий. Я тут околел, а он. 
Рулёв  убегает. Старичков мл. провожает его задумчивым взглядом. 
СТАРИЧКОВ МЛ. Как оказывается п-просто. Ясно, почему все так д-делают. Да, если бы отец узнал, что я п-помог вору, он бы меня высек, д-даже взрослого. Если бы рядом был.
Слышен радостный женский голос: "Максим, привет!"
Старичков мл. оборачивается на крик и замечает Леру Трагову, бывшую свою одноклассницу, поджарую,  рыжую, с коротким каре, в длинном и грязном кожаном плаще. Она набрасывается на него, сминая в своих не по-женски крепких объятьях.
ТРАГОВА. Как же я по вам по всем соскучилась! Максимка! Только-только приехала.
СТАРИЧКОВ МЛ. А я уже н-начал т-тебя з-забывать. Но все равно, р-рад встрече, Л-лера. 
ТРАГОВА.  Студень и бесчувственный. Я вижу,  руки совсем забросил. Осунулся, мешки под глазами отпустил и щетину. Непорядок с неполадками - так наш военврач выражается, когда в добром расположении духа. 
СТАРИЧКОВ МЛ. М-медосмотр окончен?
ТРАГОВА.  Занудливый и хам. Никогда не думала, что придется оперировать этим термином  вас.
СТАРИЧКОВ МЛ. Люди м-меняются.
ТРАГОВА. Только не ты, Макс. Рассказывай, как вы здесь живете, в тылу? Быстрее только, у меня очень мало времени
СТАРИЧКОВ МЛ. Мы живем с-сносно.
ТРАГОВА. Счастливчики тыловые. А у нас на границе бардак и столпотворение.  Фуры груженые, оттуда, все шли. Их, разумеется,  не пропускали,  тормозили на КПП.  И у нас теперь там чего только не складировано. Я в этой куче пуфики себе классные присмотрела. На мир. Ты, кстати, посылку мою получил? Я вам консервы высылала. Фрукты, мясо - побоялась, мало ли в дороге испортятся.
СТАРИЧКОВ МЛ. Нет, я никакой посылки не п-получал.
ТРАГОВА. Вот тебе и люди. Явно на почте закрысили, тем более, если там до сих пор эта овца мелированая работает. Жаль времени мало. Я бы разобралась. Я же в пресс-центре сейчас, там, на границе. Скоро звание дадут, в обход некоторых правил. Но это уже я лишнее сболтнула. Представляешь, я же там такая популярная среди офицерского состава. Предложений пока никто не делал, но... Кстати присмотрела уже себе майора. Бравый, чем-то на тебя похож - тоже стеснительный.
Как бабульки наши, подшефные? Вера Иосифовна - все кашляет, блокадница?
СТАРИЧКОВ МЛ. Н-нина Иосифовна умерла п-позавчера вечером. Поторопись - успеешь с ней п-проститься.
ТРАГОВА. Как? Серьезно и не шутишь, я надеюсь?
СТАРИЧКОВ МЛ. Я не так с-сильно изменился.
Трагова резко замолчала и села на землю. Через некоторое время.
ТРАГОВА. Мы же обещали присматривать, помнишь? Планы чертили и графики посещений.
Я ведь этим жила и ни разу не вспомнила. Хороша я активистка. От голода?
СТАРИЧКОВ МЛ. Едой мы её обеспечили. Она от т-туберкулеза умерла.
ТРАГОВА. Ничего. У меня связи, у меня контакты. Я сделаю так, что этого человека будут помнить. Я из неё  такой героический образ слеплю+
СТАРИЧКОВ МЛ. Но она и так герой.
ТРАГОВА: Это в прошлом, а она нам сегодня нужна...  Где хоронят?
СТАРИЧКОМ МЛ. На старом к-кладбище.
ТРАГОВА. Ага. Зашиваюсь, извини, время. Надо все успеть.
Трагова убегает, поцеловав на прощание Старичкова мл. Тот, трет рукой щеку, смотрит на ладонь, отводит руку, не зная обо что вытереть. С туго набитой сумкой из подъезда появляется Рулев. Старичков мл.  поворачивается, к нему смотрит не отрываясь на сумку, потом на Рулева.
РУЛЁВ. Чего?
СТАРИЧКОВ МЛ. Ты не боишься, что я тебя в-выдам?
РУЛЁВ. Нет.
СТАРИЧКОВ МЛ. Я ведь б-больше тебя не боюсь.
РУЛЁВ. Ой, началось. Слушай, давай лучше гони мне ключи от её хаты, и дуй домой. Хочешь, колбасы кусок дам - поешь. Не зря стоял же? А она, оказывается бабка запасливая, была. Сейчас вообще, соседская смерть, штука полезная. Бери, говорю, не тупи. Ей-то уже ни к чему, а нам впрок. У меня доча родилась вообще-то. Мать Дианкина на днях заявится. А я с этой Горгоной в контрах.  Жить нам надо где-то? И кормить этих спиногрызов мне. Больше некому. А стукачом, Максюта,  стать не проблема. Отмыться - вот заморочка. Я то знаю.
Не тормози, силой отниму.
Старичков мл. отдает ключи.
РУЛЁВ. Средний? Ты, если совсем туго будет, в гости заходи. Я добра не забываю. 
ЗТМ.
МИРНОЕ ВРЕМЯ. 
Из подъезда выходят, обнявшись, нетрезвые  Федосов и Рулёв.
РУЛЁВ. Гена, выручил. Уважаю.  Я тебе все что хочешь. Вот, что ты хочешь?
ФЕДОСОВ: Ничего. Отвали.
РУЛЁВ. Золотой ты пацан, Федосов. Таких беречь нужно.
ФЕДОСОВ. Кончай нудить.
РУЛЁВ. Ну, не надо Я ж тебе, считай, брат+
Прибегает Старичков мл. со спичками и батоном. Отдает все Нине Иосифовне. Та достает папиросу.
Сломав пару спичек, прикуривает. 
СТАРИЧКОВ МЛ. (опомнившись). Я вам не п-подкурил. Простите.
НИНА ИОСИФОВНА: Ты присядь. А со спичками я и сама справиться в состоянии.
Старичков мл. садится рядом с Ниной Иосифовной. Последняя,  отломив горбушку белого,  стала бросать хлебные крошки за спину.
СТАРИЧКОВ МЛ. Вы с-странно кормите голубей, Нина Иосифовна.
НИНА ИОСИФОВНА. Просто не хочу им в глаза смотреть.
СТАРИЧКОВ МЛ. Почему?
НИНА ИОСИФОВНА. Ела я их. Мы в Ленинграде с моими учениками, на этих птиц целые облавы устраивали. Какое-никакое, а мясо. Тем более тогда, в блокаду. И дети мои, подольше других продержались. Теперь вот, возвращаю долг.
ФЕДОСОВ. Мечта есть+Моя.
РУЛЁВ. Ну-ка давай, колись, Федосик.
Федосов молчит. Из подъезда выбегает Ярик. Выбегает и убегает.
ФЕДОСОВ (на Ярика). Такого пацана хочу.
РУЛЁВ (удивленно). Пацана?
ФЕДОСОВ. Сына.
РУЛЁВ. Тебе сколько лет, Федосов?
ФЕДОСОВ: Отстаю. Меня отец в восемнадцать заделал.
РУЛЁВ. Вот ты заморочился. Ну, роди себе кого-нибудь.
ФЕДОСОВ. А бабы-то нет.
Следом за внуком из того же подъезда, тяжело дыша, появляется Вера Степановна.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Ярослав! Ярослав!! Куда делся-то?
СТАРИЧКОВ МЛ. Скорее всего в м-магазин побежал. Там з-завоз в компьютерном отделе.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. У отца выпросил. Сами творят, что в головы ихние вздумается, а на бабку потом пеняют, что не уследила. Ну-ка, подвинься, Максим. Здесь его дождусь. Не молодая бегать.
Старичков уступает Вере Степановне свое место на лавке. И замечает Леру Трагову, бодрым шагом идущую к сидящим.
ТРАГОВА. Нина Степановна, Вера Иосифовна, давно вас не видела и рада, что вижу сейчас. Принесла последние новости. Кстати, Максим, почему ты не был на планерке?
СТАРИЧКОВ (потерянно): А она б-была?
ТРАГОВА. Да,  сегодня сразу после обеда. Но не это важно. Все ЦУ я тебе передам попозже.
НИНА ИОСИФОВНА. Так что же, про нас?
ТРАГОВА. Да! Значит так+Вера Иосифовна вами мы больше не занимаемся, работать с "детьми военного времени" будет другая организация, какая пока не известно.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Да не больно-то и хотелось..
ТРАГОВА. А касательно, Нины Степановны, тут все остается по-прежнему - понедельник, среда, пятница, приходят Воронцов, Дягилев и Петрова. Ребята они хорошие, активные, рвутся в бой.
НИНА ИОСИФОВНА. Вот только боев мне и не хватало.
ТРАГОВА.  Вроде бы все на этом с вами. (Старичкову мл.) Отойдем, поговорим?
СТАРИЧКОВ МЛ. Как с-скажешь.
ТРАГОВА (старушкам). Я конечно извиняюсь перед вами, но он мне очень сильно нужен. Перехвачу его у вас.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. А если не отдадим, что делать будешь?
ТРАГОВА. Как?
ВЕРА СТЕПАНОВНА. А вот так, обыкновенно.
Нина Иосифовна смеется сквозь кашель. Трагова явно злится, но не знает что сказать.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Да ладно, ладно. Забирай. Серьезная.
НИНА ИОСИФОВНА. Деловая.
Трагова хватает Старичкова мл. под руку, уводит.
ТРАГОВА. Странные они какие-то сегодня.
СТАРИЧКОВ МЛ.  Н-нормальные. Просто не любят, когда их п-путают.
ТРАГОВА. Ну, попутала двух старух - и ничего страшного.
СТАРИЧКОВ МЛ. Конечно.
ТРАГОВА. И ты тоже странный.
СТАРИЧКОВ МЛ. Я не сказал ни с-слова.
ТРАГОВА. Вот именно. Ты, между прочим, так и не ответил - почему планерку прогулял.
СТАРИЧКОВ МЛ. Забегался и з-забыл.
ТРАГОВА. Это для тебя не свойственно.
СТАРИЧКОВ МЛ. А что для меня с-свойственно? Может, ты п-подскажешь, а то я з-запутался.
ТРАГОВА: Когда ты своим умом заживешь?
СТАРИЧКОВ МЛ. С-скоро. От нас отец ушел.
ТРАГОВА: Серьезно? Прими мои соболезнования.
ЗТМ.
Свет на Котлова в окне.
КОТЛОВ: Ну, чего? В принципе, ничего нового.
Дианка шею мою все шарфом обматывает. Ну, серым таким. Шапку еще поправляет долго, настойчиво. Скрупулезно типа.  И все её не устраивает, то борода моя мочальная, что во все стороны торчит, то уши невпопад вылазят. Сама пыжится, кряхтит. Ну, упорствует. Потом смиряется, и себе одеваться начинает. Вертится перед зеркалом такая, на комплименты нарывается. Ну, а я же не зверь злой какой-то - говорю, чего ей хочется, а сам потею при этом, но виду не подаю. Надеюсь, так  в тайне, что меня вконец распаренного продует.
Почему надеюсь? Так это,  она ж тогда будет чай носить  с лимоном и с медом, и по  голове Мишеньку гладить. и  выяснять,  где же это я умудрился - простыть типа.  А я молчком как на допросе, тихой сапой такой реагирую. Горло-то болит. Ну, это я про себя думаю.
А она уже, к выходу торопит,  одетая. Правда, почему-то растрепанная. Спешит, через две ступеньки несется,  а Котлов к ней по перилам катится и падает с грохотом таким+
Тут же получает подзатыльник. Ну, заслуженный конечно, тут вопросов ноль, а потом+
Дальше я не придумывал+
ЗТМ.

ВОЕННОЕ ВРЕМЯ 4. ГОСПИТАЛЬ.
Зимнее утро, только рассветает. На сцене Слонкин с этюдником - пишет утреннее небо. У художника из-под шапки виден бинт - перевязана голова. Слонкин отходит на некоторое расстояние, чтобы оценить "полотно".
СЛОНКИН. Опять она проявилась! Что же это такое. Я ведь ее не использовал... Такой насыщенный цвет... Аж тошнит.
Слонкин бросает кисти на этюдник, закрывает глаза. Некоторое время вдыхает и выдыхает. Более-менее успокаивается. Берется за кисти. Затем, открывает глаза и смотрит на этюд. Некоторое время стоит, как бы собираясь с силами.  После чего ломает кисти и в припадке ярости выкидывает фанерку с этюдом, этюдник пинает ногой. 
Появляется усталый Старичков мл.
СТАРИЧКОВ МЛ. Р-рисуешь?
СЛОНКИН. Издеваешься?
СТАРИЧКОВ МЛ. Я с д-дежурства - сил нет. Подойди ко мне. Шапку с-сними.
Слонкин снимает шапку. Старичков мл. осматривает повязку.
Как-то неуверенно, с оглядкой во двор входит  Старичков ст.  - в форме. Заметив сына, стоит и улыбается.
СТАРИЧКОВ МЛ. Не болит?
СЛОНКИН. Голова нет.
СТАРИЧКОВ МЛ. А что беспокоит?
СЛОНКИН. Я быстро.
Слонкин убегает искать выброшенный этюд.
Старичков мл. замечает отца, несколько секунд стоит, соображая, после чего быстрым шагом идет к нему.  Обнимаются без слов. Потом садятся на лавку.
СТАРИЧКОВ СТ.  В порядке, вижу. Молодцом. И руки отпустило.
СТАРИЧКОВ МЛ. Работаю в п-перчатках. Все раздражители сведены к н-нулю. Меньше н-нервничаю.
СТАРИЧКОВ СТ.  Навидался, понимаю. Я тоже. Освоился - главное. А трудишься?
СТАРИЧКОВ МЛ. Устроился м-медбратом.
СТАРИЧКОВ СТ.  И к вам возят? 
СТАРИЧКОВ МЛ. Только комиссованных. Мы их здесь д-долечиваем.
СТАРИЧКОВ СТ.  Пьешь?
Закуривает. По ходу разговора разбирает рюкзак: раскладывает на лавке закуску, достает фляжку и пару жестяных рюмок. 
СТАРИЧКОВ МЛ. Сегодня выходной, значит - д-да.
Подбегает возбужденный Слонкин с найденным рисунком.
СЛОНКИН: Вот, смотри! 
СТАРИЧКОВ МЛ. Ничего страшного я н-не вижу.
СЛОНКИН. А кровь? Здесь же все в крови! 
СТАРИЧКОВ МЛ. Ну что ты? Спокойно, Федя. Присядь.
СТАРИЧКОВ СТ. Здравствуй, Федор (протягивает руку)
Слонкин, не замечая Старичкова старшего, продолжает разговор с его сыном.
СЛОНКИН: Когда это пройдет, Макс? Когда?
СТАРИЧКОВ МЛ. Я н-не врач, врач знает. Если х-хочешь, я устрою тебя к нам. Профессиональный уход. П-профилактика.
СЛОНКИН.  Нет! Ты меня вообще не слушал. Я туда больше ни ногой. Только время зря терять.
СТАРИЧКОВ МЛ. Тогда, извини.
СТАРИЧКОВ СТ. С нами посиди, Может, надумаешь. Держи. (протягивает Слонкину стопку)
СТАРИЧКОВ МЛ. Ему нельзя. 
Сын выпивает с отцом. Художник поник головой и о чем-то задумался. Из подъезда появляется, пошатываясь, растрепанная Дианка, прислоняется к стене и с тихим  воем сползает на землю.
СТАРИЧКОВ СТ.  Контузило?
СТАРИЧКОВ МЛ. Первый сбитый в-вертолет на границе.
СТАРИЧКОВ СТ.  Вертушка СМИ. Как же. У меня там второго пилота. Часто пересекались.
СТАРИЧКОВ МЛ. А он ч-чудом спасся.  Теперь вот присматриваю з-за ним.
СТАРИЧКОВ СТ.  Рад за тебя. Нашелся хоть. Всегда же был для людей. Так держать, сын.
СТАРИЧКОВ МЛ. Очень трудно, пап, к-когда постоянно что-нибудь с-случается.  Сильно в-выматываюсь.
СТАРИЧКОВ СТ. Терпи. Повторим?
СТАРИЧКОВ МЛ. Конечно, пап. Д-доведу Федора до подъезда.
СТАРИЧКОВ СТ. Жду. Еще о многом надо.
Старичков мл. поднимает сидящего Слонкина и ведет к дому.
СЛОНКИН. Ты уже знаешь, что я пишу кровью?
СТАРИЧКОВ МЛ. Я говорил, тебе это т-только кажется.
СЛОНКИН. Да, кажется. Везде кажется.  Я за кисти браться боюсь, краски путаю. Все краски, как одна. Догадайся какая? Не догадался?  А я подскажу. Она вот, вот она, где течет. ( бьет себя) В руках, в животе, в висках колотится, по лицу течет, и не впитывается.  Она не впитывается.
СТАРИЧКОВ МЛ. Пойдем, пойдем.
Доведя до места, смотрит, как Слонкин поднимается по лестнице. Потом разворачивается, обратив внимание на сидящую у двери Дианку. После малой паузы.
СТАРИЧКОВ МЛ. Не сидите на с-снегу. Заболеете. За дочкой, к-кто смотреть будет?
ДИАНКА. Ты. Больше некому. Один тут и остался, в каждой дырке нос. И не ори на меня. Итак голова,  как чугунная.
СТАРИЧКОВ СТ. Сын, налито.
СТАРИЧКОВ МЛ.  Подожди.
Где Рулёв? Д-дочку вы с кем оставили?
ДИАНКА.  А Рулёва твоего ночью со смены принесли. Без пальцев. Оторвало культяпки его. Кто бы на место пришил? Некому кормить нас больше. Некому.
СТАРИЧКОВ МЛ. Вставайте. Идите в д-дом. Я с вами пойду. П-посмотрю, чем помочь можно..
ДИАНКА. Помогли уже. Спасибо, зай. Не трогал бы ты меня. Уходи. Ты какой-то ты въедливый слишком. Я тут лучше посижу, может, подохну.
СТАРИЧКОВ МЛ. Нет, т-так не пойдет. Пап, помоги.
СТАРИЧКОВ СТ. Как?
ДИАНКА. Водочки налил бы.
СТАРИЧКОВ МЛ. В-возьми её на руки и неси з-за мной. Только скорей, т-там внутри еще один.
СТАРИЧКОВ СТ. Как скажешь, сын. Мужик вырос..

МИРНОЕ ВРЕМЯ.
 Федосов замечает Трагову. заинтересовывается.
ФЕДОСОВ. Кто это?
РУЛЁВ. Да девка максова.
ФЕДОСОВ. Красивая.
РУЛЁВ. Ничего.
СТАРИЧКОВ МЛ. Ты о чем? С-совсем всё?
ТРАГОВА. Конечно, нет. Дружбу никто не отменял.
Не расстраивайся. Просто устала опекать тебя и присматривать.. Только не замыкайся, прошу. Кстати, у меня для тебя хорошая новость, я покидаю нашу организацию. На телевиденье зовут. И тебя, в связи с этим,  ждет карьерный взлет. Ты рад?
СТАРИЧКОВ МЛ. Р-рад.
ТРАГОВА. Улыбнись. Какой ты все-таки скучный и бесчувственный. Даже удержать не попытался.
Старичков мл.  непонимающе смотрит на неё, она уходит. Когда Трагова проходит мимо Рулёва и Федосова, последний хватает девушку за руку.
ФЕДОСОВ. Стоять. Как зовут?
ТРАГОВА. Отпустил быстро.
ФЕДОСОВ. Как зовут, я спрашиваю?
ТРАГОВА. Лера.
ФЕДОСОВ. Пошли.
ТРАГОВА: Куда?
ФЕДОСОВ: Со мной.
РУЛЁВ. Ладно, Генка, хорош буянить.
ФЕДОСОВ: Не лезь.
К Федосову подбегает Старичков мл, и, не зная, что делать в подобных ситуациях, со всей силы наступает ему на ногу. Обидчику Траговой этот удар не приносит особого вреда, но заставляет на минуту забыть о добыче и отпустить девушку. Трагова, воспользовавшись случаем,  быстро отбегает на безопасное расстояние. СТАРИЧКОВ МЛ. (Траговой): Убегай. Я н-не задержу его нн-адолго. Не с-стой, Лера. М-меня же сейчас б-бить будут. Не с-смотри! Не с-смотри!!
ТРАГОВА: Да не смотрю я.  Как дети малые, лишь бы подраться.
РУЛЁВ. Федос, не трогай его. Мараться еще.
Федосов  отталкивает Рулёва. С лавки поднимаются старушки, спеша на помощь к отступающему Старичкову мл.
РУЛЁВ.  Дебил, баба твоя уходит.
ФЕДОСОВ. Не уйдет.
Преследует Трагову, но сталкивается с выбежавшим навстречу Яриком. Ярик падает, роняет купленный диск, на который наступает Федосов. Ярик в рев. Федосов застывает на месте.
К ним с криком бежит Вера Степановна.
ВЕРА СТЕПАНОВНА: А ну, уйди. Если с внуком чего случилось, я тебя, сукина сына в колонию сдам. Там тебе самое место.
ЯРИК. (сквозь слезы)  Диск..
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Что болит? Ножку расшиб?
ЯРИК. Диск сломался.
ВЕРА СТЕПАНОВНА. Тьфу, ты Господи. Нашел из-за чего реветь-то. Напугал только бабку. Перестань, кому сказала?!
ФЕДОСОВ. Не ной. Я тебе другой куплю.
ЯРИК: Я не хочу другой.
ФЕДОСОВ. Значит такой же.
ВЕРА СТЕПАНОВНА А у тебя деньги то есть, деятель?
ФЕДОСОВ. Обещаю, значит есть.
ЯРИК. Точно?
ФЕДОСОВ. Я сказал.
Федосов лезет в карманы, высовывает мятые деньги.
ФЕДОСОВ: Сколько стоит?
ЯРИК: Сто двадцать рублей.
Федосов пересчитывает деньги. Задумывается. Снова и снова пересчитывает.
ВЕРА СТЕПАНОВНА: Что, благодетель, передумал?
ФЕДОСОВ. Не хватает. (Рулёву)  Полтос добавишь?
РУЛЁВ. Откуда?
СТАРИЧКОВ МЛ. У м-меня возьми.
Приносит купюру.
ФЕДОСОВ. Спасибо.
СТАРИЧКОВ МЛ. Н-не за что. Мир?
ФЕДОСОВ. Мир
Жмут друг другу руки.
ЗТМ.

КОТЛОВ. В общем, так как-то получается рвано. Ну,  по типу, война идет, а я сижу. Не участвую.
Это, конечно, тоже дело, когда мозг работает. Общение, рассказы эти, придумки, выдумки - они  деятельность стимулируют. Ну, умственную, конечно. А так+ Сидишь  сиднем - в роли наблюдателя, пялишься на то, что во дворе делается. Ну, со стороны, как бы. А чего еще остается? Они там шевелятся чего-то, решают - живут. Приходится подстраиваться.
Сам даже запутался. В одного не расхлебать. Это да.
А хотя, какая разница, в  войну-то мы все равно победим. В любую. Тем более в выдуманную.
Котлов открывает окно.
Конец.
 
февраль 2006г. -  июнь 2008г.