Большая перемена

Школьная газета средней общеобразовательной школы № 000 Невского района Санкт – Петербурга, № 7, февраль 2009

От редакции: заканчивается февраль. И сегодня мы хотим подвести итоги тому, чему были посвящены все зимние месяцы не только в нашей школе, но и во всей стране – празднованию 65-летия полного снятия блокады Ленинграда. Нет, мы не будем перечислять все проведенные мероприятия. Мы просто хотим ещё раз вспомнить о тех, кто тогда жил и выжил, рассказать о гостях нашей школы и о тех, у кого мы сами побывали в гостях. Это живые люди, абсолютно обычные, те, кто окружает нас в наших дворах, стоит рядом в очереди, живет по соседству или ведет уроки…

Память в семьях коренных петербуржцев особенная. Нет, наверное, ни одного дома, который бы обошла огромная трагедия - 900-дневная вражеская блокада Ленинграда. Скорбь от неё жива в сердцах по сей день. Полностью осознать и оценить величайший подвиг тех, кто оборонял, защищал и просто жил в блокадном городе нам, поколениям, не видавшим никогда войны, очень сложно. Сегодня идет переосмысление тех страшных лет. Многие люди, не имеющие исторического образования, не состоящие в исторических обществах, взялись писать псевдонаучные статьи и книги, высказывая свои мысли и предположения, сильно искажая представление молодых о блокаде. Поэтому так важно общение с очевидцами тех событий. Тем более что блокадникам необходимо внимание, важно осознание того, что они могут дать еще очень много нашему поколению.

Совсем недавно в нашей школе прошло мероприятие, приуроченное к 65-летию полного освобождения Ленинграда от вражеской осады.

Проживающим в Санкт-Петербурге гражданам, награжденным медалью «За оборону Ленинграда» и знаком «Житель блокадного Ленинграда» были вручены памятные медали «В честь 65-летия полного освобождения Ленинграда от фашистской Блокады». После официальной части ветеранов поздравили ученики нашей школы. Мы подготовили литературно-музыкальную композицию. По признаниям

учителей, находившихся в зале, многие не смогли сдержать слез...

Конечно, после концерта нам захотелось пообщаться с блокадниками. Так интересно было услышать живые впечатления, ничуть не потерявших свою яркость по прошествии стольких лет. Своими воспоминаниями поделились гости нашего праздника.

Иванова Дарья, 11 «А» класс

Судьба каждого человека неповторима. Но тогда, 65 лет назад, жизни их были соединены блокадным кольцом. И эта связь оказалась самой крепкой, выдержала все нелегкие испытания и осталась до сих пор. Во многом воспоминания схожи. В первую очередь блокадники вспоминали, что самым тяжелым за все это время было ощущение голода. Например, Галина Александровна - ей в блокаду было 9 лет - рассказала о том, как приходилось ходить копать картошку на правый берег, тогда совершенно дикий, а чечевица заменяла все остальные крупы.

Николай Николаевич был подростком. Он вспоминал, что в городе очень трудно было добывать воду, и их, мальчишек 11-12 лет, чаще всего просили разбирать завалы. А самым страшным занятием было гасить ракеты на крышах! Но ленинградцы не теряли присутствия духа, несмотря на страх, голод, тяжелую работу. А страх преследовал всюду: « Страшно было оставаться дома одному. Только мама уйдет за хлебом, начнет спускаться - слышен каждый ее шаг…настолько звук пустой и страшный».

Еще случай, запомнившийся ему: «26 апреля 1942 года нас повезли через Ладогу ночью по льду. Одна из машин задела нашу машину, и колеса провалились под воду. Людям не разрешили выходить, не разрешили даже пошевельнуться, а когда машину удалось вытащить и мы, наконец, добрались до берега, никто так и не пошевелился - все по стойке «смирно!»

А вот какую историю рассказала Элеонора Александровна. «Мы с мамой сидели в подвале, я все время упрашивала: «Мама, давай уйдем отсюда! Я боюсь»,- и так утомила свою мать, что мы выбежали из подвала, не успели перебежать улицу, как в этот дом, где только что сидели, попал снаряд, и все взорвалось! Как чувствовала…» Но не только страх жил в сердцах маленьких ленинградцев. Элеонора Александровна очень хорошо запомнила, как она радовала бойцов, танцуя в госпитале, а потом они ее угощали.

Даже в такое тяжелое время во многих не умирала тяга к знаниям. В осажденном городе работали школы, научно-исследовательские институты. Многие поступали учиться, как Леонид Кириллович, который в 1944 году поступил в арктический университет и дальше работал в Арктике: «Тут одна Блокада - там своя…»

Блокадники не только поделились с нами рассказами о страшных днях, но и дали напутствия:

- Будьте разумными и ко всему относитесь снисходительно!
- Учиться, учиться и еще раз учиться. Учеба-это знания, возможность быть профи в своем деле, и пусть вы все занимаетесь только тем делом, которое вам нравится!

- Любите искреннее и пусть вас любят!
- Верьте в себя, больше читайте, слушайте больше музыки, развивайтесь творчески, и пусть в вашем будущем будет только гармония!
Постараемся соответствовать!

Материал подготовили

Кручинина Ольга, Урусова Ксения

Немногие знают, что в нашей школе работает учителем человек, переживший Блокаду Ленинграда. Этот человек – . Всю свою жизнь она отдала 327 школе. Столько лет! Кого она только не учила! Наверное, найдутся те, чьи родители знают и помнят ее уроки физики, математики и, конечно, астрономии. А пришла Галина Александровна в школу совсем молодой выпускницей педагогического института. Но до этого была война, была Блокада. Мы хотели взять интервью, но это оказалось невозможным – Галина Александровна без слез не может вспоминать о тех годах, слишком все живо в памяти даже через столько лет. Мы попросили записать воспоминания, и теперь представляем их вам.

«Каждый год 27 января собираются одноклассники школы № 000 в Рыбацком. Они вспоминают свое блокадное детство. Их истории одинаковы.

1 сентября 1941 года мы должны были пойти в 1 класс, но оказались в прифронтовой полосе, испытали ужасы непрерывных обстрелов, своими глазами увидели смерть. Дома вокруг были частные, одноэтажные. Вместе с семьями там жили солдаты, которые уходили на передовую, а их место занимали другие. Именно они спасли жизнь многим из нас. В страшную голодную зиму года они давали нам маленькие кусочки хлеба и сахара, отрывая от своего скудного пайка.

Особенно запомнилась встреча Нового 1942 года. За несколько недель я впервые встала с постели. Света не было, но горел огонь в печке. Военные устанавливали елку, привезенную с передовой. Им так хотелось украсить искалеченное детство обездоленных детей. Под этой елкой лежали подарки: три кусочка хлеба, три кусочка сахара и котлета. За всю зиму это был единственный кусочек мяса, который удалось съесть. Позже я узнала, что солдаты ездили на передовую, чтобы нарубить куски мяса убитых ещё осенью и замерзших лошадей. Так мы жили…»

Да, страшно, и забывать об этом нам, живущим в тепле и сытости, нельзя. Как нельзя забывать о таких людях! Они особенные – к ним грязь не прилипает. У них надо учиться жить и радоваться каждому дню! Они знают, что значит ЖИТЬ!

От редакции.

Одна человеческая судьба, другая… Что они значат в вихре истории? Но из этих судеб, как мозаика, и складывается история. 21 января 2009 года ученики 11 класса встретились с выпускником нашей школы, жителем

блокадного Ленинграда Юрием Калининым. Человек незаурядный, имеющий выдающиеся способности. Одна из этих способностей – умение жить и не унывать ни при каких обстоятельствах, верить и точно знать, что завтрашний день будет лучше и радостнее предыдущего.

Мы были готовы к тяжелому непростому разговору о Блокаде, но жизненная энергия и позитивный взгляд Юрия Сергеевича превратили нашу беседу в увлекательный диалог. Было все: и воспоминания, и философские рассуждения, и, конечно, напутствия, но без стариковских наказов и ворчания в адрес современной молодежи. Но… обо всем по порядку.

- Когда у Вас день рождения?

- 22 февраля…

Значит, родился я в феврале. Когда блокада началась, мне еще 8 лет не было. Потом, в 41 году, начала работать как раз наша школа на Ткачей и бомбежки начались.

- А не помните, когда наша школа госпиталем стала?

- До 42 года она работала, ребята постарше говорили, что они туда ходили, а потом уже, когда парового отопления не стало, 327 сделали госпиталем, и так до 48 года.

- Мы слышали, что зимой 41-42 света нигде не было.

- Мы все равно занимались, даже уроки пения были. 8-го же сентября 1941 первые налеты начались на город и занятия прекратились, а я ни то - ни се, 8-ми лет нет еще, поэтому в школу я не пошел - я в детском саду был, такой весь энергичный …вы даже себе не представляете!.. В то время в школу с 8 лет ходили...
- Значит, в школу вы пошли в 42 году?
- Да, 1 сентября 1942. И как-то так получилось, что эта школа возле Ленинского завода находилась: четырехэтажное здание на Большом Смоленском, там сейчас ПТУ находится. И была она тогда 334 школой. Мы ходили туда какое-то время. Настроение было приподнятое – казалось, мы всех немцев разобьем через два месяца - не война, а праздник! И в то же время 8-го сентября первый налет. Мы с сестрой в это время во дворе дрова пилили (на Ткачей жили, 48 дом), из парадной кричат нам что-то, а потом показывают вверх – по небу самолеты летят, низко-низко... Мы видим, как бомбы отрываются, примерно над заводом Ленина. И вот эти бомбы летят, а мы спокойно пилим... Упали они за улицей Дудко - детский садик там был…, а ведь могло в нас попасть... Вот такой эпизод в памяти остался.
- Значит, в школу Вы возле завода Ленина ходили?
- Да, так оно и есть, здание до сих пор сохранилось. Когда холодное время началось, отопления не было. К 42 году очень много детей эвакуировали, но так получилось, что нас с сестрой оставили в городе, т. к. наша бабушка ногу сломала и не могла с нами ехать. Мы готовились к эвакуации: собрали мешок большой, помню, там подушечки были и все, что купить удалось - крупа вроде. В сентябре еще можно было что-то купить, деньги еще были, а потом бац! и карточки и хлеб 125гр. с 25 ноября 41 года! Потому что в первые же месяцы сгорели Бадаевские склады.

Вся беда была в том, что когда немцы наступали, все кто отступал из области, пришли в город, а продовольствия на них не рассчитано было. Поэтому начали вывозить людей: народу много, склады сгорели, 8-го сентября немцы кольцо замкнули, что остается, тем более дети, старики. Заводы-то продолжали работать. Видели фильм "Блокада?"- там трамвай идет в Лигово, немцы как раз в Лигово входят - этот эпизод не придуманный, а так оно на самом деле и было. Вот такая ситуация...

Так вот, о школе. Значит, ходим мы, ходим, а отопления нет, народу меньше стало, и перевели нас в Школьный переулок, возле фабрики Ногина... Двухэтажное здание, наверное, до революции там гимназия была, судя по окнам. Нашу школу туда перевели, потому что у них печное отопление, школа-то небольшая, младшие классы во вторую смену занимались. Мне уже 8,5 лет, и я пришел в школу... умею и читать, и писать, а они там "мама моет раму" (ой, как надоела эта "рама!), мне было неинтересно и, естественно, шкодил я на уроках. Кончалось всегда тем, что учительница говорила: "Калинин, я тут письмо написала, в то время как бойцы на фронте сражаются, ты здесь хулиганишь на руку врагу (говорила она с очень хитрой улыбочкой), после уроков снесешь маме, чтобы она знала, что

ты тут делаешь".

- Не знаем, не знаем, как вы хулиганили - мы видели - у Вас одни пятерки!

- Это же пятерки... я же читать и писать умел. Кстати, занимались мы во вторую смену, ходили в школу сами, везде деревянные дома были, только где сейчас почта рядом с 329 школой в то время был фундамент кирпичного дома заложен, там я курить бросил.

- Курить?

- Да, в 42-м в 8 лет. Это, знаете, как у Райкина - "пить, курить и говорить я начал одновременно". Так вот, идем мы после занятий, потягиваем подобие папиросы, а друг и говорит: «Я «Беломор» достал». Раскурили, идем возле недостроенной почты… Я помню, мне хватило двух "беломорин" на всю жизнь - голова закружилась...
- Вот бы нашим так!

- А пусть попробуют! Но это не главное. В 42 году мы еще обучались вместе с девочками - оно почему запомнилось: в 42 году проводился Районный конкурс художественной самодеятельности в 344 школе - там зал большой. Я читал стихи "Железная дорога", а Галя Минюшкина - первая моя школьная любовь - она читала в белом халате стихотворение, из которого я мало что запомнил. В общем, попали на городской конкурс художественной самодеятельности во Дворец Пионеров. Там мы выступали, правда, не выиграли, наверное... Жаль.

- А в вашем актовом зале я первый раз поцеловался с девушкой, той самой Галей Минюшкиной, правда, по пьесе. Я подрывника играл, а она летчицу. Они встретились, он и говорит: «А что если я тебя сейчас поцелую?»

«В парке культуры? Да ты что!» Тут по пьесе выходит милиционер: «Я вам не помешал?» и уходит. Тогда я ей говорю: «Ну-с, теперь с разрешения власти...» и совершенно по-наглому целую ее два раза... А на репетиции так ни разу и не отрепетировал поцелуй. Вот я ЛОПУХ!

Вот еще история. В 44 году объявили конкурс

пианистов.

- А вы играли?

- Вопрос хороший! У меня сестра в это время поступила в хореографическое училище, ходила она отсюда пешком. В 43-ем мы взяли пианино на прокат (у сестры музыка в училище обязательной была), причем, заметьте, события-то какие, а мы пианино от здания на Полтавской улице (угол Невского проспекта) волокли на саночках... На

2 этаж затащить это пианино надо было... Затащили! Однажды, когда сестры не было, а на пианино ноты стояли, я нажимать на клавиши стал и все ноты нажал. Когда в школе спросили, кто умеет на пианино играть, я ответил, что я умею. Конкурс проходил на Московской улице (улице Крупской) напротив Пролетарского завода в сгоревшей 655 школе, тогда там был Дом Пионеров. Вхожу я, а меня спрашивают:

- Мальчик, что ты нам исполнишь?

- «Утро» Глиэра, - отвечаю.

Комиссия переглянулась. Все ноты я нажал, ни одной не пропустил - комиссия опять переглянулась и говорит:

- Мальчик, сейчас ты выйдешь и зайдешь в другую дверь. Я пошел по коридору, ошибся дверью, открываю, а там народные инструменты.

- Мальчик, ты кто?- спрашивают.

- Меня к вам направила комиссия,- говорю.

- Вот ты-то нам и нужен! Будешь на домре играть. И я 2 месяца на этой домре ой-ой-ой! Вот такое художественное прошлое!

Знаете, я атеист, но сейчас, оглядываясь назад, понимаю: есть там что-то...около нашего дома пять бомб упало, две взорвались, а три, что перед окнами нашими упали - нет! Момент в Блокаду

был... Мы только хотели по тревоге в бомбоубежище бежать, уже подбегали и… бааах! бомба прямо в бомбоубежище попала. Дом пятиэтажный - на 5 этаже бабушка живет, которая перестала спускаться в убежище, все время на кровати лежала, а тут решила на диван прилечь - бомба прошла через кровать, через 4 этаж, и между 2 и 3 этажом взорвалась, а 4 и 5 этажи остались как арка. Ни один человек не погиб!

Есть замечательная фраза - "Ничего слишком" Жизнь должна быть такой: ничего слишком! Ведь если какая-то грань переходится, это превращается в свою противоположность. Самое главное в жизни - любовь. Причем, любовь во всех ее проявлениях, не только между мужчиной и женщиной, но и любовь в проявлении жизни, в стремлении к жизни, к радости жизни. Жизнь по - всякому складывается, она не может быть всегда комфортной и приятной, жизнь построена на противоположностях и контрастах, иначе бы мы не смогли понять, что происходит. Ведь если бы не было беды, мы бы не понимали, что такое радость, не было бы внутренних переживаний. Чего бы тогда стоило наше серое существование? Все переживания - это настолько прекрасно, что дальше ехать некуда!

Мы думаем, к этим словам Юрия Сергеевича стоит прислушаться. И пусть эта истина станет жизненным девизом для всех.

Материал подготовили учащиеся 11 классов.