Рецензия

Рецензия

Лорд

Обещания и угрозы глобальной транспарентности[1]: Почему информационная революция не в силах обеспечить нам безопасность, мир и демократию (рецензия Сорин Матей)

(Материал опубликован: The perils and promise of global transparency: Why the information revolution may not lead to security, democracy, or peace - by Kristin M. Lord // Journal of Communication. – December 2007. – Vol. 57, Issue 4. – pp. 811-813)

В книге М. Лорд «Обещания и угрозы глобальной транспарентности» оспаривается наивное либеральное предположение о том, что когда-нибудь в мире будут господствовать всеобщая информированность, «открытый рынок идей», общие истины и великодушие. В книге говорится, что глобальная транспарентность является необходимым, но не единственным условием для установления демократии, мирных решений конфликтов и взаимопонимания между государствами. Автор убеждает нас пересмотреть роль транспарентности в жизни общества, хотя она и не отрицает, что существуют слабые стороны в вопросах, когда необходимо дать определение «транспарентности» и решить где и когда можно использовать данный термин.

Данный аргумент основывается на теоретическом двустороннем подходе изучения транспарентности: на международном и внутригосударственном уровнях. На международном уровне, транспарентность означает доступ к достоверной информации о стратегиях и намерениях государства и его ресурсах безопасности. В книге оспаривается традиционное мнение о том, что в большинстве случаев, гонки вооружений и последующие им конфликты являются следствием недостатка транспарентности. Лорд отвергает эту точку зрения, так как данные доводы предполагают, что все государства являются миролюбивыми и что политика вооружения мотивирована лишь желанием предотвратить будущие конфликты. Автор справедливо замечает, что многие войны являются результатом захватнической политики склонных к войне государств. Таким образом, когда одно из государств, вовлеченных в гонку, настроено агрессивно, утверждение о том, что транспарентность замедлит гонку вооружений (партнеры будут лучше осведомлены о намерениях друг друга) абсолютно неверно. Транспарентный международный режим может спровоцировать экспансионистские и агрессивно настроенные страны, так как при данном режиме легче увидеть слабые стороны врага и как следствие, первые станут самоувереннее, а не миролюбивее. Таким образом, нам необходимо понять внутренне-социальную и культурную стороны конфликта перед тем, как предотвращать его с помощью транспарентности.

Лорд рассматривает транспарентность и на внутригосударственном уровне. Она уделяет внимание двум основным вопросам. Может ли либерализация СМИ способствовать улучшению отношений внутри государства, и могут ли технические средства связи благоприятствовать развитию демократии в развивающихся и авторитарных государствах. При изучении первого вопроса автор рассматривает, как либерализация электронных СМИ способствует развитию внутренних конфликтов в развивающихся странах. Лорд анализирует роль СМИ во время геноцида в Руанде. Чтобы доказать, что распространение коммуникационных технологий может использоваться для усиления авторитарных режимов, Лорд приводит пример, как общий доступ к Интернету укрепляет авторитаризм в Сингапуре. В заключении она говорит, что в обеих ситуациях транспарентность приводит к нежелательным результатам.

Несмотря на то, что данные ситуации описаны довольно коротко и ясно, это не помогает дать точное определение транспарентности. Значение данного термина варьирует от «наличие информации» до «распространение информационных технологий» и «способов либерализации СМИ». Автор понижает убедительность предыдущих доводов за счет того, что рассматривает «наличие достоверной информации», «распространение информационных технологий» и «стратегии управления» как похожие понятия, а затем утверждает, что транспарентность по-разному понимается в сферах употребления данных понятий. Дифференциальные эффекты, которые отметил автор в каждой ситуации, происходят не оттого, что «транспарентность» ведет себя по-разному, при разных обстоятельствах, а оттого, что мы имеем дело с очень сложным явлением.

Например, «распространение информационных технологий» не следует путать с «транспарентностью». «Распространение информационных технологий» может быть применено к таким процессам как внушение и пропаганда, а не к распространению достоверной информации. Здесь, автору следовало бы привести некоторые яркие примеры из истории. Коммунистическая Россия или Нацистская Германия довольно эффективно использовали радио для внушения и разжигания классовой борьбы и войны. С другой стороны, если контроль над СМИ передать из государственных в частные руки, то это может восприниматься как использование транспарентности в личных целях. Но этого не произойдет, если все «главные участники» будут иметь одинаковый доступ к информационным каналам. В ситуациях, когда происходит лишь подражание транспарентности, данный термин вообще не следует использовать. Пример, приведенный в книге, описывает, как правительство Руанды позволило своим радикальным сторонникам основать собственную радио станцию. Данная станция открыто провоцировала отряды народности хуту на массовые убийства тутси и несотрудничающих с ними хуту. Данный случай не является примером ужасающих последствий транспарентности, потому что политика руандских СМИ являлась, как раз, результатом ее отсутствия. Во время геноцида в Руанде разрешалось работать только правительственно-контролируемым СМИ, и все что они доносили до общественности, было ложью и ругательствами.

Автор рассматривает несколько коммуникативных проблем в одном аспекте, что запутывает читателя, а вывод о том, что результаты транспарентности зависят от обстоятельств и намерений, делает заключение книги менее убедительным. Другое заключение, с приведенными примерами из книги, могло бы быть следующим - когда поток информации или информационный канал пропагандируются или что-то преднамеренно скрывается, о транспарентности не может идти и речи. И возможно, термин «непрозрачность» был бы здесь более подходящим.

И в заключении, несмотря на то, что первая часть книги является ценным вкладом в объяснение роли транспарентности в международных отношениях, вторая часть книги менее убедительна. Лорд отталкивается от точного определения термина «транспарентность» в контексте международных отношений. Но в данном контексте значение этого термина варьируется от «доступа к информации о потенциальных врагах и их намерениях» до «дерегулирование СМИ» или «распространение информационных технологий». Это расширяет значение термина «транспарентность» и тем самым создает новые концептуальные задачи.

Сорин Матей,

Университет Пердью

Перевод подготовила:

Реброва Анастасия,

Воронежский государственный университет.

[1] Транспарентность (открытость, прозрачность: transparency)