КОРЕННЫЕ НАРОДЫ - КАКИЕ ОНИ?
Вот уже почти двадцать лет, начиная с 1994 года, 9 августа отмечается Всемирный день коренных народов. По международным нормам, коренные народы – это исконное население, обитающее на своих землях задолго до формирования государственных границ. В мире их насчитывается более 370 миллионов. Но кто их считает и как? Известно, что переписи населения являются единственным источником сведений о национальном составе, а национальная принадлежность в ходе опроса указывается самими опрашиваемыми на основе самоопределения и записывается переписными работниками строго со слов опрашиваемых. Кроме того, в ходе переписи учитываются не только граждане России, но и все фактическое население.
Всероссийская перепись населения 2010 года еще раз подтвердила, что Россия является одним из самых многонациональных государств мира, объединяющим более 190 народов. В нашей стране существует Единый перечень коренных малочисленных народов Российской Федерации, утвержденный постановлением Правительства РФ. Он меняется после каждой переписи. Например, после проведения ВПН-2010 в перечень включили такие народы как водь и сету, а общая численность населения, относящегося к коренным малочисленным народам Российской Федерации, в 2010 году возросла по сравнению с 2002 годом на 9567 человек и составила 316011 человек.
За межпереписной период в России увеличилась численность 16 из 47 коренных малочисленных народов: это абазины, долганы, ительмены, манси, ненцы, сету, сойоты, теленгиты, тубалары, ханты, челканцы, чукчи, шапсуги, эвенки, эвены и юкагиры. По данным переписи населения 2010 года в нашей области отмечены примерно 30 человек - представителей 20 небольших групп малых народов России. Это: абазины (2 человека), ижорцы (2 человека), камчадалы (1 человек), коряки (2 человека), кумандинцы (1 человек), чуванцы (1 человек), нагайбаки (1 человек), ненцы (2 человека), чукчи (1 человек), шорцы (1 человек), эвенки (4 человека) и другие. Все эти данные – в недавно вышедшем сборнике «Национальный состав и владение языками, гражданство населения Ивановской области», подготовленном специалистами Ивановостата.
У всех малых коренных народов есть места традиционного проживания, но перепись показала наличие значительных их групп и в других субъектах Российской Федерации. Например, абазины проживают, кроме Карачаево-Черкесской Республики, в Ставропольском крае, г. Москве, вепсы - в Санкт-Петербурге, кеты – в Томской области, манси – в Ямало-Ненецком АО, эвенки в Приморском крае. У них также, как и у всех остальных россиян численность женщин преобладает над численностью мужчин. Причем, наиболее высокие показатели числа женщин, приходящегося на каждую 1000 мужчин, у эвенов – 1469 и саамов - 1300. Лишь у алеутов численность мужчин выше, чем женщин.
Значительно дифференцирован и их возрастной состав. Медианный возраст большинства коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока - в диапазоне от 21 до 29 лет. Значительно старше среднероссийских жителей – с медианным возрастом от 43 до 59 лет – бессермяне, вепсы, кереки, кумандинцы, нагайбаки и сету. Среднее число рожденных детей в расчете на 1000 женщин в возрасте 15 лет и более практически всех коренных малочисленных народов выше среднероссийского.
На каких языках говорят представители коренных малочисленных народов нашей страны? Почти все они (около 90%) владеют государственным языком Российской Федерации – русским и для большинства он является родным. Исключение составляют только три коренных народа: шапсуги родным языком считают адыгский, а почти половина эвенков и эвенов – якутский.
Большинство коренных народов России живет своим трудом. Пенсии преобладают среди источников средств к существованию у вепсов. У части коренных малочисленных народов наибольшая доля населения указала такой источник средств к существованию, как иждивение: долганы, кеты, коряки, манси, нанайцы, ненцы, нивхи, чукчи, эвенки, эвены, юкагиры. У долган велика доля населения, живущего на пособия. Если говорить об уровне экономической активности малых народов, то самый низкий уровень занятости (менее половины населения в возрасте 15-72 лет) наблюдается среди кетов, нганасанов, негидальцев, нивхов, орочей, сету, сойотов, ульчей, чулымцев и энцев.
Среди занятого населения подавляющее большинство работают по найму, только у пяти народов доля наемных работников ниже 90%: среди тофаларов – 64%, води –71%, чулымцев – 82%, теленгитов и тубаларов – по 87 процентов. У этих пяти малых народов высокая доля занятых не по найму. При этом, если у води половина работающих не по найму трудится с привлечением наемных работников (работодатели), а вторая половина работает на индивидуальной основе, то у остальных четырех народов преобладают среди работающих не по найму индивидуальные предприниматели.
Источник: Отдел информации Ивановостата
05.08.2013***** (Москва)
СТАТИСТИКА ЗНАЕТ ВСЁ!
Мы идем от победы к победе, но пора и задуматься.
Очередная встреча с представителями средств массовой информации, которую провел Сахалинстат, традиционно изобиловала интереснейшими цифрами, отражающими реалии нашего движения. Куда и в какую сторону - это другой вопрос. Комментирование, как я понимаю, это не сфера деятельности статистики: ее дело - предоставлять объективные цифры, которые являются основой последующего анализа.
К статистическим данным у значительного числа людей отношение весьма скептическое. Многие считают, что статистика приукрашивает действительное состояние экономики и общества. В принципе, как говорится, это тоже имеет место. Но не на областном уровне, где трудно что-то исказить, чтобы это прошло мимо нашего внимания, а на федеральном. Хотя лично я был бы счастлив, если б приведенные на встрече областные показатели оказались неверными. Но, увы. И оттого становится грустно.
На 1 января 2013 года в хозяйствах всех категорий Сахалинской области имелось всего 7 тысяч 400 свиней. О чем говорит эта цифра? О том, что мы в большинстве своем вынуждены есть довольно некачественное мясо, закупленное в ближнем (Китай) и дальнем зарубежье (Аргентина, Бельгия и т. д.). Почему некачественное? Потому что мороженое, и порой замороженное уже не один год назад. Потому что российские предприниматели, как правило, стараются закупить самое дешевое, от чего другие страны нос воротят. Это российские предприниматели закупали в Австралии баснословно дешевую кенгурятину и впаривали ее нам в колбасах под видом говядины.
Антисоветски настроенные люди без устали раскручивают миф о том, что в СССР царил голод, что в магазине были пустые полки. А кто интересно, съедал свиней, которых на 1 января 1991 года в области, накануне буржуазной революции, было 185,9 тысячи голов? Все оставались на островах, на материк не везли. Это оттуда к нам привозили немного мороженого мяса, так как своего для удовлетворения потребностей народа не хватало.
А дальше мы начали вступать в светлое капиталистическое завтра. Сельскохозяйственное развитие области пошло такими темпами, что поголовье крупного рогатого скота снизилось с 96,8 тысяч голов в 1991 году до 17,7 тысячи. В результате мы пьем в массе своей не молоко, а так называемый молочный напиток, произведенный преимущественно из дешевого китайского порошка. Стоит ли тут удивлять росту аллергиков? Слава богу, что люди распознали, что к чему, и снизили его потребление на одну сахалинскую душу с 302 кг в 1991 году до 214 кг в 2012 году.
Или просто молочная жидкость многим стала не по карману. Как и яйца (их потребление за этот период упало с 308 штук до 197-и).
Почти вдвое упало потребление сахара (а это уже хорошо, для здоровья полезно). Хуже, что со 113 килограммов до 91 уменьшилось потребление овощей и бахчевых. Но, может, с другой стороны, это тоже к лучшему: в отличие от качественных овощей и настоящих астраханских и узбекских арбузов советского периода (помните, продавались по 45 копеек в начале сезона и по 20 копеек за килограмм потом?) потреблять в пищу наполненные нитратами приморско-китайские арбузы и дыни, а также овощи практически всегда опасно для жизни.
Ну а уж про цены и говорить не приходится. Так что на среднюю начисленную в этом году пенсию в 12269 рублей особо не разгуляешься (между прочим, уже много лет в Москве пенсионерам, у которых она ниже 12 тысяч, недостающую сумму добавляет московская мэрия. Пенсионерам там выдается социальная карта москвича, по которым во всех магазинах идет скидка - при том, что цены на продукты в первопрестольной в среднем ниже, чем у нас). Сахалинские ветераны вспоминают, что на среднюю пенсию в 91 рубль в 1980 году и 164 рубля в 1990 году жилось намного легче, оплата 2-комнатной квартиры (без электричества по 2 копейки за киловатт) площадью 44 кв. метра составляла, например, 12 рублей 48 копеек. Можете сравнить, сколько остается у нынешнего пенсионера после оплаты жилья, и представить, стоит ли ему радоваться тому, что Сахалинская область заняла в Дальневосточном федеральном округе первое место по валовому региональному продукту на душу населения в 2011 году, а в 2012 году - по обороту розничной торговли, объему платных услуг, по инвестициям в основной капитал, по вводу в действие жилых домов. Что им от этих первых мест? Может, только будет немного приятно, что в других краях и областях Дальнего Востока еще хуже? Но это, согласитесь, не повод для радости.
Кстати, о строительстве жилых домов. Как и по многим другим показателям, двадцать постсоветских лет в значительной степени были временем упущенных возможностей и отката назад. 238,4 тысячи квадратных метров жилья, введенного в эксплуатацию в 2011 году (рекорд минувшего рыночного двадцатилетия), - это меньше, чем в любой советский год, начиная с 1950 года. Поэтому так много у нас фактически бездомных молодых семей, живущих в скученных условиях со своими родителями, дедушками и бабушками в полученных бесплатно еще при Советской власти квартирах. О перспективах обретения молодыми собственной квартиры промолчим: грустно говорить о грозящей им кабале. Советская власть тратила на обеспечение людей бесплатными квартирами миллиарды тех еще, дорогих рублей. Куда делись эти миллиарды после того, как перестали строить бесплатное жилье, никто не рассказывает.
В ситуации со строительством жилья есть одно светлое, так сказать, пятно: со временем его потребуется меньше. Потому что народ отчего-то не млеет от первых мест, занимаемых нашей областью в некоторых сферах, а предпочитает переехать туда, где нет подобных грандиозных успехов, но зато имеется более комфортная (не только по климату) и более дешевая жизнь. Численность населения области постоянно снижается - и из-за миграции за ее пределы, и из-за смертности, которая превышает рождаемость. Не могут компенсировать потерю и новые россияне из среднеазиатских республик, которые когда-то, в конце восьмидесятых и в девяностые годы, активно, с погромами и кровью, избавлялись от русского населения.
Практически всегда, кроме периода, связанного с деятельностью любимого либералами Хрущева, нанесшего за 10 лет властвования огромнейший вред стране, население области росло. Но, побывав как-то в Южно-Сахалинске в хороший осенний день, первый секретарь ЦК КПСС, еще не начавший насаждать кукурузу в Заполярье, заявил, что у нас совсем как в Сочи, после чего срезал с зарплат сахалинцев надбавки и коэффициенты. Народ не стал роптать и подставлять себя под пули, как в Тбилиси и Новочеркасске, а проголосовал за привычную хрущевскую глупость ногами - начал покидать острова. Но все равно отток не был столь велик, как при так называемых демократах. Динамика численности Сахалинской области (по данным переписи населения) весьма интересна.
1939 год: 99, 9 тысячи человек.
1959 год: 649,4 тысячи человек.
1970 год: 613,7 тысячи человек.
1979 год: 661,8 тысячи человек.
1989 год: 710,2 тысячи человек.
2002 год: 546,7 тысячи человек.
2010 год: 497, 9 тысячи человек.
Предварительная оценка численности населения Сахалинской области составила 492,3 тысячи человек и уменьшилась по сравнению с январем-маем прошлого года на 3097 человек.
За январь-май 2013 года число прибывших составило 7444 человек (и, как понимаете, далеко не все прибыли из грамотной и цивилизованной Европы и готовы воспринимать наши традиции и обычаи), а выбыло 8157 человек.
Вот почему я хотел бы, чтобы приведенные на встрече с журналистами и опубликованные в буклетах цифры не соответствовали действительности. Но, увы, статистика, по крайней мере, на уровне нашей области (поэтому честь ей и хвала!) - наука точная.
Ну от того, что рейтинге сразу по пяти позициям область занимает первые места в Дальневосточном регионе, так от этого народу ни холодно и ни жарко.
Б. Володин
01.08.2013 Рыбак Сахалина № 30
НУЖНА ЛИ РУССКИМ ВЫСОКАЯ РОЖДАЕМОСТЬ?
Нужна утверждают одни. Даешь "миллиард русских к концу XXI века".
Не нужна - пишут другие. Пора безжалостно зарезать, выпотрошить и переработать в костную муку для удобрений такую "священную корову" некоторой части наших патриотов, как "спасение России - в росте рождаемости".
Как правило, утверждения апологетов высокой рождаемости обусловлены необходимостью нейтрализовать вредные последствия иммиграции путём ускоренного размножения русского народа, как какого-то племенного стада.
Сторонники противоположной точки зрения парируют эти высказывания тем, что может быть, более развитая цивилизация найдёт и более умные способы, чем тупая кроличья плодовитость, бороться с этнической агрессией извне.
Мы не будем становиться ни на одну сторону спора, а просто попытаемся логически (step-by-step) разобраться в этом не простом вопросе.
Начнем с малоизвестного факта: с конца ХХ века мусульманский мир переживает стремительное падение рождаемости. Например, в такой фундаменталистской стране, как Иран, суммарный коэффициент рождаемости опустился ниже уровня, необходимого для простого воспроизводства.
Эта же тенденция захватывает и южные регионы постсоветского пространства. Например, на современную узбечку в среднем приходится всего 1,89 ребёнка - там восторжествовала модель семьи, которую мы называли европейской. У таджиков коэффициент суммарной рождаемости пока составляет 2,89, но всего двадцать лет назад он был больше шести.
В России многодетность наиболее популярна в Чечне и Туве - современный семейный стандарт в этих республиках чуть больше трёх детей на женщину, в Ингушетии - немного менее трёх. Но и здесь, и в Дагестане налицо устойчивое снижение рождаемости: новое поколение выбирает новые ценности?
Кстати, целый ряд европейских стран, которые в ХХ веке считались эпицентрами демографической депрессии, - например, Франция и Швеция, - преодолели этот демографический кризис и достигли коэффициента суммарной рождаемости порядка 2,0 - выше, чем в современном Иране или Узбекистане.
По мнению очень многих, низкая рождаемость русских — это какая-то напасть, проявление деградации современного русского обществ, свидетельство общего падения нравов, эгоизма родителей, которые не хотят воспитывать много детей, и так далее. Все это и образует мифологему, которую подогревают россиянские политики, журналисты, представители церкви, так называемое широкое общественное мнение, но которая, тем не менее, значительно оторвана от реальности жизни русского народа.
Между тем, неотъемлемая часть сегодняшней мифологии низкой рождаемости – убежденность в том, что в прошлом преобладали многодетные семьи. В головах людей смешиваются многодетность и высокая рождаемость. Рожали женщины во все эпохи действительно много, но из-за высокой смертности, особенно детской, выживали, доживали до возраста, когда они сами могли стать родителями, лишь немногие, потому население почти не росло, а иногда и сокращалось.
Так что нынешняя низкая рождаемость – это просто результат массового приспособления людей к новым условиям демографического равновесия, часть перехода от равновесия высокой смертности и высокой рождаемости к равновесию низкой смертности и низкой рождаемости. И единственное, что, на первый взгляд, не вписывается в такое объяснение, — это то, что рождаемость во многих странах опускается ниже уровня равновесия, ниже, чем позволяет снижение смертности, не обеспечивает даже простого возобновления поколений, несмотря на низкую смертность. Отсюда и тревоги по поводу низкой рождаемости.
Кстати тревоги по поводу низкой рождаемости, как правило у русских людей чаще всего связаны с никем не контролируемой кавказской эмиграцией в русские регионы.
Парадокс заключается в том, что по данным последней переписи населения, все народы Северного Кавказа вместе взятые не составляют и 5% населения России (например, приблизительно такая же доля у басков в Испании). Их число не достигает даже одной трети от совокупной численности национальных меньшинств, проживающих в РФ.
Исходя из этого совершенно непонятно, что изменится при таком положении вещей, когда, предположим, русских будет миллиард, а кавказцев, например, 50 миллионов?
Как мне представляется корень решения проблемы межнациональных отношений лежит вовсе не в низкой рождаемости у русских и высокой - у кавказцев, а скорее об этнопсихологической несовместимости русских со стремлением кавказцев использовать нас, как инструмент для удовлетворения потребностей «набеговой» экономики, хотя в длительной перспективе это практически нереально. Правда, это тема для другой статьи.
Как неоднократно подчеркивала редколлегия АРИРУ конечная цель «Общего дела» заключается в возвращении России на пути западной цивилизации.
Исходя из этого посмотрим, как обстоят дела с рождаемостью на этом направлении.
На самом деле низкая рождаемость – это большое завоевание, одна из очень существенных черт нашей цивилизации, которую можно назвать «цивилизацией низкой рождаемости».
И не случайно многие страны, в которых еще сохраняется высокая рождаемость, прилагают усилия, чтобы ее снизить. Сегодня очень высокая рождаемость сохраняется только в Африке, но ни Африке, ни всему миру она не нужна, более того, — весьма опасна, потому что ведет к небывало быстрому, неконтролируемому росту населения, а он, в свою очередь, сильно затрудняет решение многих африканских, да и глобальных проблем.
Массовое снижение рождаемости за последние 100-150 лет – это, прежде всего, ответ на снижение смертности, которое стало ощущаться в европейском обществе примерно с конца XVIII века.
Незадолго до этого, в середине XVIII столетия, немецкий протестантский священник Зюссмильх написал книгу «Божественный порядок в изменениях рода человеческого, подтверждаемый его рождениями, смертями и размножением», в которой он утверждал, что Божественный промысел заботится о поддержании равновесия высокой смертности и высокой рождаемости. И это равновесие действительно существовало, население росло очень медленно, лучшие европейские умы спорили о том, растет ли оно вообще. А это означает, что на смену каждой супружеской паре приходило на смену, в среднем, примерно двое детей.
Уже за XIX век смертность в Европе намного снизилась, и это нарушило тысячелетнее равновесие.
Люди не сразу осознали это снижение, но они не могли не почувствовать, что в семьях стало увеличиваться число выживающих детей.
Возможно, поначалу это радовало родителей, но не могло не порождать необычных экономических и социальных проблем, ведь важнейшие общественные институты, связанные с устройством детей в жизни, с наследованием земли, имущества, статуса, были приспособлены к фактической малодетности.
Ответом на новую ситуацию как раз и стало стихийное снижение рождаемости – именно для того, чтобы восстановить нарушенное равновесие. Люди нащупывали новый путь неосознанно, интуитивно, то, что они делали, противоречило вековому опыту и заповедям культуры, но объективно отвечало новым требованиям времени.
Падение рождаемости ниже уровня простого воспроизводства, происходит пока только в развитых странах, лишь недавно она стала заметно снижаться в развивающихся странах — во многих, но пока далеко не во всех.
В среднем по миру рождаемость еще очень высока, и глобальный демографический взрыв, хотя и ослабевает, но все еще продолжается. В развитых странах население не растет или растет очень слабо, как и было на протяжении всей истории, но население мира растет крайне быстро.
За всю историю человечества, за несколько десятков тысячелетий до начала XIX века, то есть до того момента, когда началось снижение смертности, численность населения мира увеличилась всего до одного миллиарда человек.
Сейчас нас уже больше семи миллиардов. Это небывалый, невиданный рост. За последние 50-60 лет на планете прибавилось почти пять миллиардов человек и население мира продолжает расти. Это создает очень серьезные нагрузки на ресурсы планеты, серьезные угрозы для всей земной цивилизации. Нарушенное равновесие рождаемости и смертности пока не восстановлено, поэтому на глобальном уровне сейчас главной проблемой остается снижение рождаемости.
Антропогенные нагрузки на ресурсы планеты уже сейчас очень велики, проблемы развивающихся стран со стремительным и плохо контролируемым ростом населения неподъемны.
В этих условиях сокращение мирового населения возможно лишь в том случае, если рождаемость опустится до нынешнего европейского уровня во всех странах мира.
Однако за это время полностью изменится соотношение демографических масс, а соответственно и веса сегодняшних государств, и в проигрыше, в первую очередь, окажутся нынешние развитые страны с низкой рождаемостью.
Стоит ли удивляться, что и граждане, и лидеры развитых стран обеспокоены ее снижением? Стоит ли удивляться, что во многих из этих стран предпринимаются усилия, направленные на повышение рождаемости?
Удивляться не стоит, но можно ли рассчитывать на то, что пронаталистские усилия окажутся эффективными? Все страны – сообщающиеся сосуды. Мы живем в глобализованном мире, где существуют общие мировые тенденции и очень может быть, что повсеместное снижение рождаемости ниже уровня замещения поколений — совершено закономерный системный ответ на происходящие в мире демографические перемены.
При этом еще один парадокс заключается в том, что подавляющее большинство людей, чье демографическое поведение как раз и определяет общий низкий уровень рождаемости, разделяют эту мифологию и охотно указывают на множество препятствий, которые якобы мешают им иметь больше детей, в необходимости чего они не сомневаются.
К сожалению, взгляды и позиции многих профессиональных демографов столь же мифологичны, как и взгляды и позиции «человека с улицы» или тех политиков, которые борются за повышение рождаемости.
Они озабочены депопуляционными процессами в своих странах и ведут поиски мер, способных повлиять на рождаемость в сторону ее повышения. Эта традиция сложилась еще в конце XIX века во Франции, когда она, первой из европейских стран, столкнулась с проблемами депопуляции. Возможно даже, что озабоченность французских демографов и усилия французских политиков и принесли свои плоды, — сейчас рождаемость во Франции – самая высокая в Европе. Но это отнюдь не высокая рождаемость былых времен. В лучшем случае, это уровень рождаемости, позволяющий поддерживать, в среднем, двухдетность французской семьи – не потому, что существуют непреодолимые препятствия к ее увеличению, а потому что этот уровень близок к равновесному, и намного большего числа детей на семью (в среднем, конечно), в принципе, не нужно. Впрочем, большинству европейских стран не удается подняться и до этого уровня.
Два рождения за всю жизнь женщины, по сравнению с тем, сколько она рожала всегда, — это очень мало. Всего сто лет назад в России на одну женщину за всю ее жизнь приходилось, в среднем, больше 7 рождений. Но сегодня столько не нужно, потому что дети почти перестали умирать. Сейчас россиянка рождает за свою жизнь, в среднем, 1,6 ребенка, это не обеспечивает даже простого замещения поколений, и было бы неплохо, если бы удалось повысить российскую рождаемость, примерно, до французского уровня. Это не кажется недостижимым, хотя задача увеличения числа рождений всего на 0,3-0,4 рождения на одну женщину только кажется простой.
05.08.2013 ***** (Москва)
