О взаимоотношениях науки, философии и религии
В поисках подходов к этой проблеме нашел смелость обратиться к такой деликатной и сложной теме, как взаимоотношения духовности, религии и науки. Он не только признает благодатную роль религии как духовного системообразующего фактора на определенном этапе развития Общества, но и подчеркивает непротиворечивость ряда нравственных установок религии и научных обоснований нравственности. Высказав в какой-то мере спорное мнение о единстве сознания и нравственности, он хорошо понимал, что природные истоки духовности, генезис ее феномена, да и сама сущность духовности, остаются для нас далеко не до конца раскрытыми. Более того, он отметил, что тысячелетний спор о первичности (материя или дух) не может считаться решенным окончательно, поскольку мы признаем принципиальную непознаваемость бесконечности в глубинах мега - и микромиров, а здесь таится возможность открытия в будущем неведомых нам форм энергии, материи и информации, так или иначе включенных в осуществление материальной, интеллектуальной и духовной жизнедеятельности Человека. Кто знает, может быть это предчувствие выдающегося ученого-естественника того направления, на котором людям суждено "найти способы такого воздействия на эволюцию внутреннего мира Человека, которые внутренний мир человека превратили бы в основную ценность".
При всей корневой приверженности естественнонаучному мышлению, с которого, как известно, началась его инженерная и научная биография, обладая врожденной добросовестностью в принятом им системном подходе к изучению Природы и Общества с позиций универсального эволюционизма, мыслил раскрепощенно, твердо отрицая возможность достижения абсолютного знания и оставляя свободу для выбора гипотез, расшифровки мифов и философствования как средства познания, "помогающего осмыслить эмпирию и направить усилия познания в направлении пока непознанного" Он хорошо понимал, что "без философии не могла бы родиться и развиваться наука, которая начинается с гипотез, а завершается эмпирическим обобщением доступных нам сведений", тем самым поднимаясь до базисных представлений о методологии научного познания мира на основе, как он называл, "современного рационализма". В своем главном труде "Современный рационализм", обобщившем его мировоззренческие позиции, он написал: "Мировоззренческий феномен современной науки я вижу как раз в том, что при множественности интерпретаций (в том числе и ненаучных) возникает, тем не менее, некая единая голографическая картина, которая и оказывает определяющее влияние на формирование современной цивилизации". Особенно ясно его уважительное отношение к субъективному духовному опыту выразилось в одной из последних публикаций , которую он из скромности в подзаголовке назвал "Философические заметки", где описывает собственный опыт соприкосновения с физически непознанным, но реально пережитым им ощущением сопричастности его внутреннего мира чему-то выходящему за рамки обыденного сознания через восприятие музыки, картин живой природы, переживаний экстремальных обстоятельств на фронте во время Великой Отечественной войны [24].
Поскольку на почве рассуждений о непознанном в целом и особенно во внутреннем мире Человека в наше время многие авторы достаточно вольно стали обращаться с понятием информация, счел целесообразным дать ему свою трактовку. Он не отрицал, что всё и вся в этом мире так или иначе связано взаимодействиями, часть из которых нам известны по физической основе, а часть мы наблюдаем лишь феноменологически и не можем пока строго проверить и определить их физическую суть. Однако взаимодействия между неживыми системами, для которых нет проблемы выбора поведения в функции взаимодействия, он предлагал не относить к информации, а рассматривать эти реально существующие связи как математически определяемые физические явления (в частности, по К. Шеннону). Что же касается взаимодействий и связей между живыми системами, которые способны субъективно оценивать значение этих взаимодействий для выбора их поведения в функции прежде всего самосохранения, то такие связи, имеющие жизненно важное содержание для живых организмов, он предложил относить к информации.
По большому счету сам непреложный факт реальности связей между всеми явлениями и системами приводит нас к признанию существования общего информационного содержания всей системы Универсума. Тем не менее счел необходимым привнести понятие особой информации для живого, поскольку она выражает некую информацию значимости для субъекта, которая так или иначе на основе интуиции или сознания формируется у живого организма на основе неких врожденных или приобретенных им в опыте свойств, имеющих свой код и свои связи либо организма со средой обитания, либо внутри самого организма. Если для Человека можно предположить, что под этим скрывается смысл информации, то для живых существ, не обладающих сознанием, это есть нечто другое, инстинктивное, но тоже реально существующее и жизненно важное. Отсюда возникает задача выяснения, каким образом формируется цель выбора поведения живого организма на основе известной нам информации, что вплотную подводит нас к проблеме физики ощущения каждым живым организмом неких ценностных ориентиров, к которым в этических учениях о Человеке относятся Истина, Добро и Красота. И, настаивая на особой роли информации для живых систем, , по существу, ставил вопрос о необходимости раскрытия неизвестной нам пока физической основы ценностных ориентиров, рождающихся в живом организме после физического получения им известной нам информации. На помощь сегодня в продвижении к раскрытию этой проблемы могут в какой-то мере прийти возникшие не так давно гипотезы физического содержания информационных связей Человека с Природой, обеспечивающих ощущение им во внутреннем мире категорий Истины, Добра и Красоты. Человек, как это сегодня достаточно определенно установлено, посредством ощутительно-эмоционально-ценностного отношения способен ориентироваться и избирательно принимать решения о степени приемлемости для него тех или иных форм физической информации, которые требуют от него сопоставления с категориями Истины, Добра и Красоты.
Интуитивное приближение к реальности физической связи с Природой этих принципиальных категорий, составляющих фундамент построения внутреннего мира Человека и определяющих его жизненную позицию, было присуще всем великим мыслителям, обращавшимся к проблеме взаимоотношений Человека, Природы и Общества, содержащих рациональную и иррациональную составляющие (Сократ, Б. Паскаль, со, И. Кант, А. Шопенгауэр). выразил свое отношение к реальной значимости для познания Человеком Природы этих во многом рождающихся иррационально категорий с полной определенностью: "Я именно и утверждаю, что в так называемом иррациональном переживании, или, по моей терминологии, в первичном нерационализированном сознании, совершается самое подлинное познание бытия, совершается то касание сущего, которое не может не быть и познанием... Нужно решительно порвать с тем гносеологическим предрассудком, что всякое познание есть рационализирование, объективирование, суждение, дискурсивное мышление".
По сути дела, речь идет о возможности естественнонаучного объяснения представлений об Истине, Добре и Красоте, сформировавшихся в многотысячелетнем духовном опыте человечества, в том числе и религиозном. Но даже осознавая всю дерзость этого устремления человеческой научной пытливости, мы не можем и не должны препятствовать ей, поскольку, несомненно, это путь самопознания Человеком своего места в Природе без претензий на право людей каждому свободно определять свои личные границы знания и веры.
В настоящее время уже определились возможные варианты объяснения номогенетического характера эволюции и привязки ощутительно-эмоционально-ценностного формирования во внутреннем мире Человека категорий Истины, Добра и Красоты: единый набор образов на, квазикристаллическая геометрия физического вакуума представляются формой обитания по-разному трактуемых физических системных связей в нем, так или иначе перекликающихся со всем энергоматериальным содержанием воспринимаемого нами мира. Принимаемое авторами этих гипотез положение о сверхсветовой скорости изменения комбинаторики этих связей с особыми оптимальными по степени плотности вариантами упаковки позволяет им предположить, что именно эти варианты оптимальной упаковки связей так или иначе определяют своеобразную номогенетическую направленность процессов самоорганизации в эволюции нашего мироздания на всех его уровнях, что и дает, естественно, основания философам и богословам подозревать проявление некоего Сверхзамысла, или Бога, в изначальной первопричине бытия. При таком рассмотрении системообразования Вселенной появляется возможность предполагать не только единство законов этого процесса самоорганизации, но возможность существования какой-то характеристики степени гармоничности систем тому оптимальному варианту упаковки в каждый момент их развития, который приходит как направляющий посыл в наш мир из физического вакуума. И тогда в виде степени совпадения реальной и оптимально возможной характеристик этой гармоничности сможет найти естественнонаучное обоснование ощутительно-эмоционально-ценностное отношение Человека ко всему, что происходит вокруг него и в его внутреннем мире в форме категорий Истины, Добра и Красоты. Если принять во внимание резонансно-интерференционную избирательность установления этой информационной переклички, о чем говорилось выше, тогда станет возможным объяснение непостоянства, разноуровневости и сугубой субъективности ощущения отдельным человеком этих категорий. При этом в значительной степени могут быть прояснены явно работающие, но пока не раскрытые механизмы системообразующего дистанционного информационного обмена в парных связках субъект-объект и субъект-субъект в системе Человек-Природа-Общество, что позволяет нам надеяться на серьезные продвижения в направлении познания связи внутреннего мира Человека с Природой и Обществом, а также, как следствие, в прояснении механизмов сознания, психологии и материальной деятельности Общества.
В определенной, хотя пока и весьма скромной, степени подтверждением этих гипотез служат экспериментально получающиеся неизвестно откуда ячейки Бенара, на которые ссылается И. Пригожий [29], классификация форм неживой и живой природы, приводимая в разработке общей теории систем , повсеместность проявления фрактальных структур в Природе, повсеместность асимптотической устремленности каждого из этапов эволюции систем к золотому сечению [41].
Характерно, что углубленные разработки такого варианта объяснения дистанционного информационного механизма рождения во внутреннем мире Человека категорий Истины, Добра и Красоты в настоящее время ведут серьезные ученые в области философии эстетики и гносеологии, психофизиологии, генетики, социальной психологии, биомедицины. Вот уж поистине это многофакторная основа для синтеза голографической картины мира, о которой писал , применительно к внутреннему миру Человека, хотя и относился к этому как к ненаучному пока феномену.
