Апостол Павел (стр. 1 )

Тарас ДРОЗД

АПОСТОЛ ПАВЕЛ

Пятнадцать драматических картин

Действующие лица:

ПАВЕЛ. ЖЕНЩИНА ИЗ ЛИСТРЫ.

ПЕТР. ЛИДИЯ.

ИОАНН. ЖРИЦА.

ВАРНАВА.

В каждой картине появляются эпизодические действующие лица :

в первой картине — ПЕРВОСВЯЩЕННИК, ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН, ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН;

во второй картине — АНАНИЯ, ПЕРВЫЙ СЛУЖАЩИЙ, ВТОРОЙ СЛУЖАЩИЙ;

в третьей картине — РАВВИН, ПЕРВЫЙ ИУДЕЙ, ВТОРОЙ ИУДЕЙ;

в четвертой картине — ХОЗЯИН, ПЕРВЫЙ ПОМОЩНИК, ВТОРОЙ ПОМОЩНИК;

в шестой картине — КОРНИЛИЙ, ПЕРВЫЙ ЭЛЛИН, ВТОРОЙ ЭЛЛИН;

в седьмой картине — МАРК, ПЕРВЫЙ ПОСЛАННИК, ВТОРОЙ ПОСЛАННИК;

в восьмой картине — ТИХИК, ПЕРВЫЙ ИУДЕЙ, ВТОРОЙ ИУДЕЙ;

в девятой картине — ФОМА, ПЕРВЫЙ АПОСТОЛ, ВТОРОЙ АПОСТОЛ;

в десятой картине — ПЕРВЫЙ УБИЙЦА, ВТОРОЙ УБИЙЦА, ТИМОФЕЙ;

в одиннадцатой картине — АЛЕКСАНДР-МЕДНИК, ПЕРВЫЙ УЧЕНИК, ВТОРОЙ УЧЕНИК;

в двенадцатой картине — ДИОНИСИЙ, ПЕРВЫЙ АФИНЯНИН, ВТОРОЙ АФИНЯНИН;

в тринадцатой картине — ПЕРВЫЙ ЖРЕЦ, ВТОРОЙ ЖРЕЦ, ТРЕТИЙ ЖРЕЦ;

в четырнадцатой картине — СИЛА, ТИМОФЕЙ, ЖРЕЦ;

в пятнадцатой картине — ТИХИК, ТИМОФЕЙ, АГАВ.

Д Е Й С Т В И Е П Е Р В О Е

ГОЛОС ОТ ТЕАТРА. Апостол Павел. Пятнадцать драматических картин. Время действия — первый век от рождества Христова. Картина первая. Иерусалим, темная улица...

Темнота. Выкрики: «Бить его! Бить! Камнями! В голову!». Освещается разъяренный молодой человек, выкрикивающий проклятия. Замахивается двумя руками, чтобы швырнуть огромный камень. Камень выскальзывает и попадает по ноге. Молодой человек прыгает, взвывая от боли. Это Павел. К нему подбегает Первосвященник.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Что же ты не бьешь?!. Убежит ведь!.. Ах вот оно что... Тогда собери одежды и стереги! (Убегает на удаляющиеся выкрики. Когда крики стихают, возвращается.) Кончено. Как же так? Храбрился больше всех.

ПАВЕЛ. Я буду их бить! Буду! Клянусь. Я еще докажу.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК (рассматривая ушибленную ногу Павла). До крови...

ПАВЕЛ. Это ничего! Почти не больно. (Ступает и зажмуривается от боли.)

Двое полуобнаженных мужчин подтаскивают труп.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Оттащите за ворота. Утром люди найдут тело проповедника Стефана и узнают, что Бог всемогущий покарал его за богохульные слова.

Двое утаскивают труп.

Он славил Иисуса из Назарета. Якобы сына божьего. Что придет его царство и установятся его законы. А закон кто нам дал?

ПАВЕЛ. Моисей.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Можно такое сносить?

ПАВЕЛ. Никак! Их нужно бить, гнать!

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Мне нравится твое рвение. Как тебе имя?

ПАВЕЛ. Савл. Родом из Тарсы. Я хочу служить Богу единому и всемогущему. Знаю грамоту, умею писать. Знаю языки. Арамейский, римский, греческий.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Говорящий языками — язычник.

ПАВЕЛ. Никак! Я обрезан. Из колена Вениамина. Чту заповеди. Да не будет у тебя других богов перед лицом моим. Не делай себе кумира и никакого другого изображения божеского. Не произноси всуе имени Господа. Помни день субботний, день Господу Богу твоему, не делай в оный никакого дела. А Иисус делал!

Подходят Первый и Второй горожане.

Павел отдает им собранные одежды.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Отряхните прах с рук, ног и одежд ваших. (Дает каждому по монете.) Идите с миром.

Первый и Второй уходят.

Родом из Тарсы? Ушел от родителей? Каким ремеслом владеешь?

ПАВЕЛ. Мы шили палатки. Целый день шилом, иглой, нитки продергиваешь... А в голове!.. Сильней и сильней!.. Богу нужно служить, Богу! Учить людей, как почитать его, единственного.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. В священники метишь? Признайся.

ПАВЕЛ. Никак. Служить хочу. Истинно и праведно. Гнать лживых вероотступников. Бить и гнать. Дайте только мне право.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Они не первые. Был такой Февда. Выдавал себя за великого. И слабоверные пошли за ним. Бог всевышний покарал, побил камнями. Во времена переписи явился Иуда Галилеянин. Тоже назвался посланником. Тоже смутил много народу. Тоже за ним пошли. И его покарал Господь. Иисус же этот повел самое большее количество людей. Отчего наш темный народ так охотно поддается на всякую ересь? Распяли его, так нет же, ученики продолжают славить этого мессию. И народ вновь верит. Якобы он творил чудеса. И якобы воскрес!

ПАВЕЛ. Я не верю этому! Слышал эти басни, но не верю. Его тело выкрали. Ночью, когда страж спал. Или выкупили. Римские воины продажны. Нужно истреблять носителей ложных учений! Чтобы не сбивали правоверный народ с пути истинной веры.

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Молод... Красив... Горяч... Грамотен... Верной службой ты можешь добиться сана.

ПАВЕЛ. Я давно готов. Докажу. Испытайте меня

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Грамотен, знаешь языки... Это хорошо. Таких людей у нас мало. Это очень хорошо. Пошлем тебя в Дамаск. Дадим письмо к синагогам. Что ты есть посланный от Иерусалимского дома Господня. Чтобы помогали тебе повсеместно искать, задерживать и отправлять к нам под охраной всех, кто проповедует богочеловека. Людей дадим, служить тебе будут. А тайно еще и проверишь. Как они сами там? Крепки ли в вере? Верно ли обряды отправляют? Понимаешь мое доверие к тебе?

ПАВЕЛ (падая на колено). О!.. Ваше... (Тянется к руке Первосвященника.)

ПЕРВОСВЯЩЕННИК. Ну, ну... Мне нельзя прикасаться к тебе и осквернять себя. Ибо я несу хлеб Богу твоему.

ПАВЕЛ. Да, да... Да!

Затемнение.

ГОЛОС ОТ ТЕАТРА. Картина вторая. Дамаск... Жилище на Прямой улице...

Слабо освещенное помещение. На лежанке стонущий Павел. Возле него Первый служащий. Второй служащий вводит Варнаву и Ананию.

ВТОРОЙ (продолжая объяснения). Мы шли сюда. Он торопил. Очень горячий характером. Никого из нас не жалел. И себя тоже. Перед самым городом случился удар.

ПЕРВЫЙ. У него еще в дороге глаза начали слезиться.

ВТОРОЙ. Шел с непокрытой головой. Такое солнце.

АНАНИЯ (взглянув на лежащего, кивком отзывает Варнаву в сторону). Я не буду его лечить.

ВАРНАВА (кивая). Это Господь Бог его наказал.

ПЕРВЫЙ (услышав). Не мог Господь Бог его наказать! Он самый строгий слуга Господа. Первосвященники Иерусалима его отметили. Дали ему дозволение ловить и карать лжецов, хвалящих Иисуса.

ВАРНАВА (интимно, Анании). Господь его покарал, Господь и совершит чудо исцеления.

АНАНИЯ (тихо). Не будет Господь делать этого.

ПЕРВЫЙ. А вы сами в кого верите? Если в Сына Божьего, то мы вас прогоним.

ВТОРОЙ. На улице наши люди. Свяжем вас.

ВАРНАВА. Единому и вездесущему Богу честь и слава во веки веков!..

ПЕРВЫЙ. Господь Бог наш, Господь един есть.

ВАРНАВА. А теперь оставьте нас. Исцеление — дело тайное.

Первый и Второй служащие выходят.

АНАНИЯ. Это же Савл!.. О нем злая слава ходит. Скольких наших он в Иерусалиме измучил и до смерти довел. Теперь его сюда прислали. Он волк хуже язычников.

ВАРНАВА (поглядывая на выход). Именно такой человек нам и нужен. Сейчас, когда все рассеялись. Даже апостолы не показываются, боятся проповедовать. Что с ним?

АНАНИЯ. Глаза гноем залеплены. От песка. Шел с непокрытой головой. Безумец какой-то.

ВАРНАВА. Я узнал важное. Он учился в Иерусалиме. Был дееписателем у рабби Гамалиила. Этот человек — клад! Ты должен совершить чудо. От имени Иисуса Христа. Прощайте врагам вашим... Помнишь?

ПАВЕЛ. Кто здесь? Кто упоминает имя Иисуса? Люди!.. Люди!..

ВАРНАВА. Господь уже покарал тебя за твое зло. Чего ты еще хочешь?

ПАВЕЛ. Господь един и всемогущ! Иисус лжец и самозванец!

ВАРНАВА. Тише ты!.. Не кричи так. Иисус сын Божий. Посылающий нам Духа Святого. Ты гнал его — вот и наказан.

ПАВЕЛ. Наказан?..

АНАНИЯ (устрашающим голосом). Каково тебе нынче? Трудно идти против рожна?

ВАРНАВА. Но Сын Божий милостив к тем, кто, совершив грех, уверует в него. Уверуешь и прощен будешь.

ПАВЕЛ. Что это значит? Как он меня простит?

ВАРНАВА. Ты хочешь видеть?

ПАВЕЛ (сдерживая рыдания). Хочу... Хочу!.. Глаза... Мои глаза!.. Я уверую. Уверую. Только бы видеть. Если вернется зрение, я уверую!

АНАНИЯ. И примешь крещение?

ПАВЕЛ. Приму. Кто ты? Ты правду говоришь? Я буду видеть?

АНАНИЯ. Ложись. Убери руки от глаз. Не смей больше тереть пальцами! (Достает принесенные для лечения принадлежности.) Меня зовут Анания. Я ученик. Господь призвал меня... Анания!.. Я сказал: я, Господи. Господь сказал... Пойди на Прямую улицу, найди дом, где остановился тарсянин по имени Савл... Это ты?

ПАВЕЛ. Я! Это я... А что еще сказал Господь?

АНАНИЯ. Господь сказал... Этому Савлу было видение... Что придет к нему муж по имени Анания и возложит на него руку... Чтобы он прозрел... Было тебе такое видение? (Делает примочку.)

ПАВЕЛ. А-а!.. А-а... Было... Было, было... Каких только видений мне не было!..

АНАНИЯ. Я сказал: Господи, этот человек много зла сделал твоим людям в Иерусалиме. Но Господь сказал мне. Он избранный сын мой...

ПАВЕЛ. Избранный сын?

АНАНИЯ. Он прозреет, сказал Господь, и будет возвещать имя Мое пред народами, царями и сынами Израилевыми. Он будет служить и страдать за мое имя. Ты понял, что сказал Господь? Вот я пришел к тебе и говорю... (Делает примочку.) Брат Савл... Повернись на живот. На живот повернись и терпи. Брат Савл... Господь Иисус, который явился тебе на пути, чтобы остановить грехи твои перед ним, послал меня к тебе, чтобы ты прозрел.

ВАРНАВА. Понимаешь, о чем сказал Господь?

ПАВЕЛ. А ты кто?

ВАРНАВА. Я есть несущий слово Божье. Господь хочет, чтобы ты прозрел, исполнился Духа Святого и стал проповедовать в синагогах, что Иисус есть Сын Божий.

АНАНИЯ. Руки убери! (Протирает глаза Павлу.) Сядь!.. Сиди так. (Делает несколько процедур. Кладет руку на лоб Павлу.) А теперь — смотри! Свет видишь?

ПАВЕЛ. Свет вижу...

АНАНИЯ. Так угодно Богу. Ты уверовал и будешь видеть.

ПАВЕЛ. Уверовал... Я вижу, вижу!.. Не очень хорошо, но вижу!

ВАРНАВА. А теперь прими крещение. Вода есть? (Находит сосуд с водой.) Освящаю тебя водою... Повторяй. Верую в Иисуса, ибо он есть Христос, Сын Божий на небе и на земле.

ПАВЕЛ. Верю в Сына Божьего Иисуса, сущего на небе и на земле.

ВАРНАВА. Смотри-ка. Такие слова даже лучше. Во имя Отца и Сына, Святого Духа... (Окропляет водой.)

ПАВЕЛ (встает, идет, расставив руки). Верю... В Иисуса, Сына Божьего... Он есть Христос на небе и на земле... Верю...

АНАНИЯ. Аминь. Божье дело сотворили.

ВАРНАВА. А ты сомневался.

ПАВЕЛ. Я очень плохо вижу... Как же мне теперь быть? Я же поклялся первосвященникам. Меня взяли на службу. За усердие мне обещан сан.

ВАРНАВА. Тебе обещан сан? Ты же из колена Вениамина. Тебе никогда не стать священником. Разве ты не знаешь законы Моисея?

АНАНИЯ. Моисей от имени Господа объявил право на первосвященство одним левитам. Аарона сделал главным среди первосвященников.

ВАРНАВА. Моисей сам был из колена Левия. Аарон его брат. Они священство для себя и своих сделали. А наша вера... в слово Господне ради спасения дома Израиля... говорит о том, что все равны, все рабы Божьи. Понимаешь разницу? У нас ты сможешь из учеников стать проповедником, старшим среди равных. Смотря по тому, как будешь славить Иисуса. И его спасительное слово. Ты грамотен, усерден.

АНАНИЯ. Господь избрал тебя, исцелил тебя, надоумил тебя. Ты поклялся. Если нарушишь клятву, то Господь может во второй раз лишить зрения. И не только глаз, но и языка! Болезни наслать. Так бывает, и очень часто. Видел немощных, прокаженных? Это великие грешники.

ПАВЕЛ. Нет, нет. Я верю! Я принял крещение. Буду славить Иисуса и его Слово. (Громко.) Я верю! Верю! Верю!

Входят Первый и Второй служащие.

ПЕРВЫЙ. Что с тобой, Савл?

ВТОРОЙ. Помощь не нужна?

ПАВЕЛ. Это вы?.. Пришли зачем? Уверуйте в Христа, что он есть Сын Божий, и тогда спасены будете.

ПЕРВЫЙ. Что с ним? Что он говорит?

ВТОРОЙ. Предательство! Они одурманили его! Это не лекарь!

ПАВЕЛ. Меня вразумил Господь! Он открыл мне глаза. Я призываю вас принять крещение.

ПЕРВЫЙ. Позовем людей! Свяжем его.

ПАВЕЛ. Я старший над вами! Вам надлежит слушать меня.

ВТОРОЙ. Савл, отдай нам письма. Что даны тебе от первосвященников синагогам.

ПАВЕЛ. Эти письма учат, как нужно обходиться с учениками Христа. Это злые письма. Они зовут хватать, вязать, тащить в суд, побивать камнями. А слово, идущее от Иисуса, учит добру!

ВТОРОЙ. Изменник!.. (Первому.) Уходим. Расскажем всем нашим, каков стал Савл, посланный служить.

Первый и Второй выбегают.

АНАНИЯ (восхищенно). Действительно, сам Господь его вразумил. Какие слова говорит!..

ВАРНАВА. Ты далеко пойдешь, брат Савл.

Затемнение.

ГОЛОС ОТ ТЕАТРА. Картина третья. Дамаск... Синагога...

Слабо освещается помещение. Ропот голосов.

ПАВЕЛ (волнуясь). Иудеи Дамаска... Мы собираемся здесь каждую субботу, чтобы совершать молитвы Богу нашему... Богу единому, который избрал народ Израиля... Так учил Моисей. Но вот пришел тот, о котором говорили пророки. Сын колена Давидова. Пророки предсказывали приход мессии. Спасителя. Соломон предсказал приход Христа через точное число лет.

ПЕРВЫЙ ИУДЕЙ. Постой, постой, человек!.. О ком это ты хочешь говорить?

ВТОРОЙ ИУДЕЙ. Мы собираемся здесь, чтобы славить единого Бога.

ПАВЕЛ. А Иисус есть сын Божий. Распятый за грехи наши.

РАВВИН (появляясь). Что значит — сын? Так может каждый назваться сыном. Рожать сыновей — дела людские. А Бог всемогущ, он создатель всего. Он либо позволяет жить и множиться, либо карает. Разве ты не знаешь, как отправлять служение по законам Моисея?

ПАВЕЛ. Моисей был человек Божий. Был. А Иисус есть сын Божий. Он воскрес и живет. И дарует жизнь вечную всем, кто поверит в него.

РАВВИН (Первому иудею). Кто это такой?

ПЕРВЫЙ. Говорят, он пришел из Иерусалима. Он Савл, тарсянин.

РАВВИН. Савл? Мы давно ждем тебя, Савл. Ты должен передать нам письма от первосвященства. Которые учат, что делать с теми, кто привносит в синагогу вредные слова о каком-то сыне и его всевозможных чудесах. А ты что же? Ты сам заговорил на этот лад?

ПАВЕЛ. Со мной произошло чудо! Я прозрел! Иисус действительно сын Божий. Он говорил со мной.

ПЕРВЫЙ. В Иерусалиме он был яростным гонителем тех, кто славит воскресшего богочеловека.

ВТОРОЙ. Что же с ним случилось?

ПАВЕЛ. Я же говорю — чудо! Господь наказал меня за грехи. Три дня я ничего не видел. Но уверовал и был исцелен. Сын Божий призывает нас любить его, а через эту любовь любить друг друга!

РАВВИН. Ты изменник. Бог наш Господь строго завещал через Моисея. Кто будет взывать мертвых, или волхвовать, да будет предан смерти. Камнями должно побивать их. Кровь их на них самих!

ПАВЕЛ (распаляясь). Вы даже слушать не хотите! Я же говорю о чуде! Это случилось со мной! Сын Божий зовет всех сынов дома Израиля к любви друг друга! Что в этом плохого? Новая жизнь открывается! Не понимаете? Моисей, да, заповедал быть верными Богу. Любить его, чтить законы им данные. Но сердца-то наши злобою полны! Жестокостью! На других, рядом живущих. Вот Иисус и пришел возвестить новое слово. Новое! И в него нужно только поверить. Он Богом был послан как Сын возлюбленный! И распят ради нашего спасения! Понимаете?

ПЕРВЫЙ. Не слушайте! Молчи! Заткните уши!

РАВВИН (второму). Подойди ближе!.. (Шепчет подошедшему на ухо.)

ВАРНАВА (появляясь). Уходим!.. Ты не то говоришь. Неправильно говоришь.

ПАВЕЛ. Да я не знаю, что еще им говорить!

ВАРНАВА. Я же тебя учил.

ПАВЕЛ. Им бесполезно что-либо говорить!

ВАРНАВА. О любви надо было. Это главное. (Пытается увести.)

ПАВЕЛ (вырываясь). Я и толкую! В любви спасение! Возлюбите!

ВАРНАВА. Ты кричишь! Орешь! Кто тебе поверит?

ПАВЕЛ. Эти бараны даже слушать не хотят!

ВАРНАВА. Уходим! Все! Хватит на сегодня!

Варнава уводит Павла. Первый и Второй шепотом договариваются, но бросаются в погоню запоздало. Поэтому возвращаются.

ПЕРВЫЙ. Убежал. Не успели.

РАВВИН. Его нужно поймать. За предательство он должен ответить.

ВТОРОЙ. Мы побьем его камнями!

РАВВИН. Публичная смерть слишком почетна для предателя. Каждое побитие камнями они превращают в подвиг. Тимофея в Иерусалиме побили камнями за лживые проповеди, теперь о нем ходят легенды.

ПЕРВЫЙ. Я понял, рабби. Мы сделаем тайно.

РАВВИН. Поставьте людей у всех ворот. Он не должен выйти из Дамаска. Живым. А тело потом вышвырнете.

Затемнение.

ГОЛОС ОТ ТЕАТРА. Дамаск... В доме одного верующего...

Полутемное помещение. Варнава и Павел.

Входят Петр и Иоанн.

ВАРНАВА. Симон-Петр!.. Иоанн!.. Приветствуем вас, братья, в этом городе!.. Вы пришли, нашли нас... Это чудо. Вот человек, который перешел на службу к нам. По имени Савл. Способный. Выказал умение убеждать. Хотел идти в Иерусалим, чтобы познакомиться с вами, с двенадцатью избранными. А вы сами явились. Ну не чудо ли?

ПЕТР. В Иерусалиме сейчас опасно.

ПАВЕЛ. Хочу познать истинное слово Божье.

ПЕТР. Ага. Ну что ж. Сильна вера твоя.

ПАВЕЛ. Хочу узнать слова, которые Он говорил. От тех, кто слышал.

ИОАНН. Читай евангелие.

ПЕТР. Мне он говорил больше, чем другим. (Варнаве, весело.) Чувствую, он будет... сильным слугою! А, как, Иоанн?

ВАРНАВА. С ним было чудо.

ИОАНН (строго). Какое еще чудо?

ПАВЕЛ. У меня случилась глазная болезнь. И был голос. Я Господь, зачем идешь против рожна? Уверуешь в меня — исцелишься.

ПЕТР. Кто это говорил?

ПАВЕЛ. Как это кто? Он.

ИОАНН. Он не мог тебе говорить. Ты не знал его. Он является и говорит только нам. Посланным от него. Знавшим его.

ПЕТР. Варнава, мы же строго запрещали...

ИОАНН. Он, Христос, запрещал!.. Говорил так. Явятся лжесвидетели и лжепророки. Суровы будьте со всякой ересью. Неправильное отвергайте.

ПЕТР. Я тебе это вдалбливал, Варнава.

ПАВЕЛ. Но я же прозрел после этого. Стал видеть.

ВАРНАВА. Его прозрение — это наше чудо.

ПЕТР. Варнава!

ПАВЕЛ. Так было чудо? Или не было?

ПЕТР (подумав). Будем считать так. Чудо было. Ты ослеп и прозрел. И голос был. Но чтоб никаких видений.

ПАВЕЛ. Так я и говорю. Мое прозрение — это как прозрение к новой вере.

ПЕТР. А вот это ты хорошо. Это очень правильно. Эх, жаль, меня в тот час не было. (Отводит Варнаву в сторону.) Я должен был сотворить это чудо от имени Господа, я. А кто исцелил?

ВАРНАВА. Анания, лекарь. Ему было видение...

ПЕТР. Опять?

ВАРНАВА. Нет, ему был голос. Только голос.

ПЕТР. У меня к тебе тоже будет голос. Позже. Не могли нас дождаться?

ВАРНАВА. Мы не знали, что вы идете к нам.

ПАВЕЛ. Симон-Петр, Иоанн, возьмите меня в помощники.

ПЕТР (Варнаве). Пусть хозяин принесет вина.

ВАРНАВА. Нам платить нечем. Никто не подает на церковь Христовой славы.

ПЕТР. Скажи, что мы, мы в его доме. За честь должен почитать. Только не говори, кто мы.

Варнава выходит

ПАВЕЛ. Расскажите про учителя. Что он говорил? Как говорил?

ПЕТР (усаживаясь поудобней). Я с ним вот как связался. Мы с братом ловили рыбу. Ничего не поймали. Всю ночь ловили. Утром отмываем сеть от тины. Полощем и ругаемся. Проклинаем бесполезную работу. Вдруг он откуда-то. Как из-под земли. Не ругайтесь, идите со мной, я научу вас, как ловить надо. А мы злые. Отойди, говорим, человек, а то...

ПАВЕЛ. Что?

ПЕТР. Как — что? Я если с правой руки ударю... Андрей, брат мой, тоже крепок. Нас боялись. А этот стоит, худой, и улыбается. Со мной идите, бросьте все. Не верите, спрашивает? Закиньте еще раз. Прямо здесь, недалеко. Увидите, что мне верить надо. Мы решили попробовать. Андрей говорит: ничего не поймаем — его туда же забросим.

ИОАНН. Петр, пустое несешь!

ПЕТР. Мы это про меж собой, тихо. Да, не говорил этого Андрей. Мы не знаем, что за человек, с виду иудей, забросили сеть... И вдруг столько рыбы!.. Еле вытащили. Никогда за один раз столько не брали.

ИОАНН. Андрей рассказывал, что Иисус просто позвал вас, и вы пошли. Не было много-много рыбы, что аж сети порвались.

ПЕТР. Да он просто забыл. Ага. Он так строго на нас. Теперь верите? Если верите, бросьте все, идите за мной. Как бросить? Рыба, лодка, сеть. Я разозлился. Отойди, говорю, совсем от нас. Я человек грешный, рука у меня тяжелая. А он не отходит. Много вы ловите каждый день? На жизнь хватает и остается еще? А если со мной пойдете, станете первыми ловцами. И уговорил нас. Чего рассуждать, решили мы. Живем плохо, а хочется судьбы лучшей. Оставили сеть, рыбу и повезли его в лодке к дальнему берегу. Там его ждали. По дороге встретили соседей наших. Иакова и вот его, Иоанна. Рассказали про все. А он им: идите и вы со мной. Так и пошли. Мы ему помогали. Он учил, наставлял, а мы вокруг него людей сдерживали. Чтоб не лезли вплотную. Раздавят ведь.

Возвращается Варнава.

ВАРНАВА. Сказал, что нет у него вина. Сейчас посмотрим.

ПАВЕЛ. Как он исцелял больных и прокаженных?

ПЕТР. У него как-то легко получалось. Подойдет к желающему исцелиться и скажет тихо: вера твоя спасет тебя. Если веришь, что я Христос, бес выйдет из тебя. Они в крик. Ты Христос! Сын Божий!

ПАВЕЛ. А как знать, истинно человек верит или ложно?

ПЕТР. Просто. Кто истинно верил — тот исцелился. А кто лишь кричал — тот таким и остался. Он строго запрещал всем рассказывать, что они знают, что он спаситель.

ПАВЕЛ. Почему?

ИОАНН. Думаю, для того, чтобы другие побыстрее узнали.

ПЕТР. Тещу мою исцелил.

ПАВЕЛ. У тебя большая семья?

ПЕТР. Я оставил семью. Учитель говорил: кто оставит ради меня отца, мать, жену, дом свой, тот истинно любит меня. Тому воздастся. Да и семья у меня такая, что лучше странствовать, богаче будешь.

Входит Хозяин с кувшином.

ХОЗЯИН. Немного вина нашлось.

ВАРНАВА. Вот так.

ПЕТР (Хозяину). Благословен будешь. (Павлу.) Историй много об учителе нашем Иисусе Христе. Я долго могу рассказывать. День, ночь, еще день, и еще ночь. Ага. Вот только устал я. Голоден и жажду.

ВАРНАВА (Хозяину). Понимаешь?

ПЕТР (Хозяину). Я не назову своего имени. Ты сам узнаешь. После. Я лишь расскажу, как видел Его и что слышал от Него.

ПАВЕЛ. Я хочу все услышанное записать.

ПЕТР. Ты... умеешь писать? Обучен грамоте? Ты... Ты-то мне и нужен! Ну, Варнава, большая благодарность ждет тебя за такого человека.

ВАРНАВА. Наконец-то! (Вдруг.) Тихо!.. Кажется, мои люди.

Входят Первый помощник и Второй помощник.

ПЕРВЫЙ. Варнава, вокруг дома ходят. В городе сегодня подстрекали людей. Кто первым увидит Савла и сообщит — тому награда.

ВТОРОЙ. Велено стеречь все ворота. Всех проверять. Они решили убить Савла.

ПЕТР. Здесь нет Савла. Отныне имя тебе Павел. По-римски.

ВАРНАВА. Его знают в лицо.

ПАВЕЛ. Павел... Значит, я больше не Савл?

ПЕТР. Я же говорю — Павел. Ты не рад новому имени? Не бойся. За нами тоже ходят. Переждем. Здесь пересидим. (Хозяину.) Ты все понял? Неси еще вина.

ХОЗЯИН. Я-то понял... Но я не хотел бы... Если вас найдут... Не надо бы здесь...

ПЕТР. В твоем доме гости!

ХОЗЯИН. Да я понимаю. Но и вы поймите меня.

ПАВЕЛ. Ночью мы уйдем. Спустимся по веревке со стены. Я знаю где. Уходим, Варнава?

ПЕТР. Мы пойдем с вами.

ВАРНАВА. Благословенный, ты с дороги. Тебе нужно дня три отдохнуть. (Хозяину.) Мы уйдем. Потому что ищут его. А этим людям святым три дня служить будешь. Не то покарает Господь.

ХОЗЯИН. Да я понимаю, что покарает... Но лучше бы не надо.

ПЕТР. Мы с вами уйдем. Со мной не тронут. Неправильно. Не я с вами, а вы со мной пойдете.

ВАРНАВА. Вам не обязательно со стены по веревке. Вы можете идти через ворота. Ищут-то не вас.

ПЕТР (Павлу). Ты теперь со мной будешь. Все записывать. Всю правду.

ИОАНН. Петр, правду записывать дозволяется лишь избранным.

ПЕТР. Вот я его и избираю. Как я скажу, так и писать будет.

ПАВЕЛ. Готов служить. Буду. (Варнаве.) Веревок нужно достать.

ПЕТР (грозно). У тебя есть веревки, исчадье?

ХОЗЯИН. Много! Вот уж веревок у меня есть!..

Затемнение.

ГОЛОС ОТ ТЕАТРА. Картина пятая...

Павел и Петр сидят при слабом свете.

ПЕТР (отхлебнув вина). Он ругал нас. Говорит, говорит, потом посмотрит так и спросит. Поняли? А мы давай переспрашивать. Ну не понимаем всего. Он как руки вскинет!.. Как взревет!.. И уйдет. Я однажды спросил... Неважно о чем спросил... Так он как набросился. Хорошо, остальных рядом не было, не видели. Почему вы такие тупые, почему? И у меня тут вырвалось. Так Богу угодно.

Он улыбнулся и говорит: быть тебе, Кифа, первым из всех. Я же ему больше других вопросов задавал. Потому что всегда был рядом с ним. Он иногда не знает, куда от меня деться, а я тут. Я много раз эту историю пересказывал. Иоанну, Луке, Матфею. Запишите, так было. Я это сказал. Наша глупость Богу угодна. Как же, запишут они. Они себя умными считают. (Пьет.)

ПАВЕЛ. Значит, твое имя Кифа? Ты носишь не свое имя?

ПЕТР. Я ношу имя, верой данное. Как и ты отныне. Это как благословение.

ПАВЕЛ. А почему он назвал тебя Симон-Петр, камень?

ПЕТР (засмеявшись). Я про что-то... не помню уже про что... спросил его. Раз пять. Учитель был в хорошем настроении. Сидел на большом камне. Постучал так... (Стучит себя по лбу.) Крепкий ты, Симон. Быть тебе фундаментом. Основой церкви моей. И еще вот такие слова. Сейчас вспомнил. Мне он так повелел. Что бы ты ни сделал, говорит, я все тебе разрешаю. И тебе можно другим разрешать.

ПАВЕЛ. Лучше будет так. Что свяжешь на земле, будет связано там... (Жест в небо.) Что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах.

ПЕТР. Ага. Вот, правильно. Так и запиши. От моего имени. А то Матфей пишет, Иоанн пишет... А другим не разрешают. (Оглянувшись.) Иаков первый написал евангелие. Не приняли. Оно, может быть, и правильно. Иаков он как дитя. А Иоанн, сам видишь, молодой, настырный. Такого напридумал!

ПАВЕЛ. Что значит «напридумал»?

ПЕТР. Там у него... Одни чудеса. И возгласы только: вот, вот!

ПАВЕЛ. Чудеса... (Берет камень из-под ног.) Так были чудеса? Пять хлебов. Вино. Поднимание мертвых. Это все было?

ПЕТР. Было, конечно, было. Все было.

ПАВЕЛ. Или это так они написали?

ПЕТР. Не знаю, про что ты говоришь. Если так написали, значит, так и было. Не было бы чудес, никто бы не поверил, что он Сын Божий. Но ты должен написать мое евангелие. Евангелие от Петра. Про все, что я рассказал. Давай уже писать.

ПАВЕЛ. Я не могу понять, каким словом ты хочешь. Высоким? Простым? Ведь это должно быть твое слово.

ПЕТР. Ага, мое. Вот. Это ты правильно.

ПАВЕЛ. Не похожее на других.

ПЕТР. Не похожее. Высокое!.. Высокое слово Петра.

ПАВЕЛ. Так каким оно должно быть? С чего начать?

ПЕТР. С чего начать? Ну... Пиши так. Мы пришли! И я сказал!

ПАВЕЛ. Кто сказал? Ты или учитель?

ПЕТР. Я.

ПАВЕЛ. Если это евангелие, то должны быть его слова. Ты передаешь его слова. Которые слышал от него.

ПЕТР. Ага. Правильно. Он сказал. Вот. Он сказал!.. Быть тебе, Симон-Петр, возлюбленным сыном моим! Так он говорил. И дальше про то, о чем я тебе рассказывал.

ПАВЕЛ. Про те вопросы, которые ты ему задавал?

ПЕТР. Ага.

ПАВЕЛ. От которых он, воздев руки, уходил подальше молиться? И про то, как он по камню стучал?

ПЕТР. Нет, про это не надо.

ПАВЕЛ. А про что тогда?

ПЕТР. Сначала название напиши. Евангелие от Петра. И дальше. Мы пришли!.. И он сказал!.. Быть тебе, Петр, возлюбленным первым сыном. Что ты ни сделаешь, все тебе разрешаю... Ну, вот как ты говорил. Написал? (Берет лист.) Вот это что написано?

ПАВЕЛ. Евангелие от Петра. Это слово «евангелие», а это — «симоново».

ПЕТР. Ага. Красиво...

ПАВЕЛ. А дальше я не знаю что писать. Ты его слова слышал. Ты знаешь, о чем он говорил. Ты и должен сам передать. Я не всё понимаю с твоего пересказа.

ПЕТР. Так я же тебе только что... Ты чего это? Мы же договорились. Я ведь за такое отступничество!..

ПАВЕЛ. В чем здесь отступничество? В чем?

ПЕТР. Мне высшая власть дана. Я ведь проклясть могу.

ПАВЕЛ. Когда ты сам все свяжешь и передашь, тогда это и будет твое евангелие!

ПЕТР. Ты принял крещение. Тебе голос был? Ты благословение принял. Поклялся служить слову. А теперь предаешь?

ПАВЕЛ. Никак!

ПЕТР. Да. Ты же предатель.

ПАВЕЛ. Хорошо! Я напишу. И я знаю теперь, что напишу. Про тебя и про всех братьев. Про то, что вы делаете во имя Господа нашего Иисуса. Какие муки терпите и лишения. Какой подвиг совершаете во славу Господню.

ПЕТР. Ага. Вот! И что это будет?

ПАВЕЛ. Это будет... Это будет история... Это будут истории! Разные. Которые происходили с вами после смерти и воскресения Иисуса Христа. Начать нужно с того, как он вам явился и благословил.

ПЕТР. Вот. Явился и благословил. Это хорошо.

ПАВЕЛ. И вы пошли святые дела делать. Это будут истории о ваших делах. Делах... Знаю! Мы назовем это высоким словом. Деяния!

ПЕТР. Деяния... Ага. Правильно. Вот.

ПАВЕЛ. И ты, ты, апостол Петр, подвиг меня на это.

ПЕТР. Ага. Запиши.

ПАВЕЛ. Прямо сейчас и начнем. Это не годится... (Хочет выбросить прежний лист.)

ПЕТР. Ты что! (Выхватывает лист, бережно разглаживает.) Это же евангелие.

ПАВЕЛ. Там же ничего нет.

ПЕТР. Тут написано. Мое евангелие. Остальное я еще напишу. (Прячет листок.)

ПАВЕЛ. Новая книга... Каким слогом она должна быть написана? Каким, каким... Божественным, конечно. Мы должны собирать все истории про дела, из которых она будет состоять.

ПЕТР. Про кого будет эта книга?

ПАВЕЛ. Про тебя. Первого из апостолов. И о братьях.

ПЕТР. Вот. Но только о нас. Ни о ком больше.

ПАВЕЛ. Свидетельствуй. Я буду запоминать и записывать. Что было после воскресения учителя вашего Иисуса Христа и восшествия его на небо.

ПЕТР. Нашего. Нашего учителя. А было... Он повелел нам свыше быть всем в Иерусалиме. Чтобы принять силу. Когда сойдет на нас дух святой. И было нас одиннадцать. Иуда повесился. Предатель, что с него взять. А должно быть двенадцать. По количеству колен Израилевых. Для исполнения воли Господней. Для единения народа нашего, чтобы восстановить царство Израилю. С нами были некоторые жены. Мать Иисуса была, Мария. Братья его. Собрание наших было человек сто двадцать. А ходило за ним и молилось еще больше народу. Со всех концов. И я сказал. Мужи братья! Надо, чтоб было двенадцать. Давайте выберем одного из тех, кто ходил с нами, когда учил нас Господь наш Иисус.

ПАВЕЛ. Вот первое деяние! (Пишет.)

ПЕТР. Ага. И решили бросить жребий. И выбрали Иосифа, прозванного Варсавою, и другого, прозванного Иустом…

ПАВЕЛ. Для чего вы так делаете? Даете прозвания. Не зовете по имени.

ПЕТР. Для таинства. Вдруг схватят тебя левиты, или фарисеи, или саддукеи, или посланные от первосвященников. Или римляне схватят отвечать перед законом. Ты такой-то? А ты говоришь — нет. Жребий выпал третьему. Матфию.

ПАВЕЛ (записывая). Матфию... Это имя или прозвание?

ПЕТР. Я уж не помню. И еще я сказал. Мужи братья! Нам дано наделять Духом Святым. Те, кто принимают слово, должны креститься. Чтобы росла церковь наша. Твердо знайте. Бог сделан Господом и Христом Иисуса, которого вы распяли. Так что кайтесь и креститесь для прощения грехов. И тогда получите дар Святого Духа. И только так спасетесь. И в тот день соединилось народу!.. Ну... Тысячи три. Не меньше.

ПАВЕЛ. Это важно.

ПЕТР. И еще сказал. Мужи братья! Вы должны пребывать в нашем учении. Только мы правильно учим, апостолы. Остальные учения неправильные. Преломляйте хлеб в домах ваших. Это будет знак нашей веры. Делитесь с ближним. Продавайте имения свои, всякую собственность и несите к нам. А мы разделим всем. По нужде кому что надо. Так мы учили вере. А нам самим надлежало творить чудеса и знамения.

ПАВЕЛ. Почему надлежало?

ПЕТР. Потому что.

ПАВЕЛ. Надлежало творить, или они сами получались?

ПЕТР. Чудеса нужны. Чтобы маловерный народ уверовал в силу Господню. Понимаешь? Вот такой был первый случай. Шли мы с Иоанном в храм на молитву. Был там человек хромой от рождения. Его приносили и сажали у Красных ворот просить милостыню. И вот мы подошли в избранный день. Что дать нам тебе? Дадим что имеем. Во имя Иисуса Христа Назарея встань и ходи! И он встал и пошел. И пошел, и пошел!.. И ходил с нами потом везде. И хвалил Бога. И я сказал всем изумившимся: покайтесь и обратитесь в истинную веру. И тогда он благословит вас и отведет от злых дел ваших.

ПАВЕЛ. А почему было всего одно чудо? Покалеченных и прокаженных много. Вы одного хромого выбрали.

ПЕТР. Он мог исцелять всякого. Нет, не всякого, а того, кто поверит. Он умел. Господь, пославший Его, дал Ему. А нам нужно было хоть как-то. Хоть иногда. Потом нас схватили саддукеи, заточили в темницу. Утром старейшины и стража вывели нас на суд. И я как сказал, исполнившись Духа Святого!

ПАВЕЛ. А что ты сказал?

ПЕТР. Да вот не помню. Надо будет вспомнить хорошо. А ты помоги. Когда нас били, нам было радостно. Потому как бесчестье мы принимали ради имени Господа. (Оборачивается.)

Медленно подходит Иоанн.

ИОАНН. Что вы делаете тут?

ПАВЕЛ. Пишем. Я записываю.

ИОАНН. Петр, ведь мы договаривались. Ты опять хочешь написать евангелие?

ПЕТР. Ну а что такого? Почему только тебе дозволительно? Мне тоже не нравится многое, о чем вы пишете. Я, я первый сказал. Он Христос, истинно Сын Божий! Я первый это сказал. Только Лука написал про это. А вы не согласились. Он назвал меня возлюбленным. А вы — трижды отрекся! Я-то ведь не отрекался. Я так сказал потому... ну, чтобы меня не схватили. Просто сказал, а не отрекся.

ИОАНН. У нас ничего не бывает просто.

ПЕТР. Потом поговорим. Ну-ка... (Берет у Павла лист.)

ПАВЕЛ. Так был хромой на самом деле хромым, или не был?

ПЕТР. Зачем тебе? Ты пиши про чудо.

ПАВЕЛ. Нужно писать правду. Только в нее поверят. Как в истину.

ИОАНН. Нужно писать правду... угодную Богу!

Затемнение.

ГОЛОС ОТ ТЕАТРА. Картина шестая. Город Кесария... Дом римского сотника Корнилия...

Первый и Второй эллины готовятся к встрече.

Корнилий вводит Петра, Иоанна и Павла.

КОРНИЛИЙ. Идут, идут!.. Вот он. Я привел его. (Опускается перед Петром на колено.) Великий, мы человеки...

ПЕТР. Встань. Я тоже человек. (Павлу.) Запомни эти слова. (Всем присутствующим.) Эллины!.. Вы люди, состоящие на службе... И знаете... что мне, иудею, не можно говорить и сближаться с людьми других племен. Таков закон. Но мне Бог открыл, чтоб я никого не считал нечистым. Вы позвали меня — и я пришел. Вот. Это братья мои во Христе. Я спрашиваю вас. Для какого дела вы призвали меня?

КОРНИЛИЙ. Я узнал, что ты Симон-Петр, гостишь в Иоппии и говоришь о новом учении. Я послал слуг к тебе. И ты хорошо сделал, что пришел. Мы хотим выслушать тебя. Что повелено тебе сказать от Бога?

ПЕТР. Это Бог надоумил тебя позвать меня. А мне было видение. От Него. Как бы что-то такое большое опускается... Что-то иноплеменное... Опускается, опускается... Я говорю… Господи, мне не можно прикасаться к нечистому. И вдруг голос! Что тебе дается, того не считай нечистым. Бог очистил уже. Только сейчас я понял, что это был знак. Знак говорить к вам. И я скажу! Что я должен сказать? Бог... Он страшен!.. Истинно говорю, он ужасен! Он такой... (Изображает ужасное существо.)