Гражданско-правовая специализация (стр. 4 )

Очевидно, что при всех вариантах этой договорной модели экспедитор может принять на себя и целый ряд иных обязанностей: временное хранение груза; его сортировка и упаковка; погрузочно-разгрузочные операции; оформление перевозочных документов; их доставка клиенту; осуществление контроля за движением груза и предоставление соответствующей информации клиенту; предъявление претензий и исков перевозчику и т. п.

В договорах об отдельных транспортно-экспедиционных операциях и услугах могут содержаться самые различные варианты набора обязанностей экспедиторов, диктуемые предусмотренными такими договорами операциями и услугами, выполняемыми экспедиторами, которые, в свою очередь, определяются в зависимости от специализации соответствующей экспедиторской организации.

Исполнение экспедитором своих обязанностей подчиняется общим правилам об исполнении гражданско-правовых обязательств (гл. 22 ГК РФ). В главе 41 ГК РФ имеется лишь одно специальное положение, касающееся исполнения обязанностей экспедитором: если из договора транспортной экспедиции не следует, что экспедитор должен исполнить свои обязанности лично, экспедитор вправе привлечь к исполнению своих обязанностей других лиц. Возложение исполнения обязательства на третье лицо не освобождает экспедитора от ответственности перед клиентом за исполнение договора (ст. 805 ГК РФ). Но и это правило по своему существу не носит специального характера, поскольку при его отсутствии в главе 41 ГК РФ подлежали бы применению все те же общие положения: о том, что исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (ст. 313 ГК РФ), а также о том, что должник отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо (ст. 403 ГК РФ).

Включение в ГК РФ правила, содержащегося в статье 805, преследовало цель отграничить договор транспортной экспедиции от так называемых представительских договоров (поручение, комиссия, агентирование), в которых в той или иной степени присутствует принцип личного исполнения, а также подчеркнуть принципиальную разницу в правовом регулировании отношений, связанных с исполнением договора транспортной экспедиции, обеспечиваемым ГК РФ, по сравнению с тем, как эти отношения ранее регулировались Основами гражданского законодательства 1991 года. Как известно, согласно статье 105 Основ к отношениям по договору экспедиции применялись правила о договоре поручения и договоре комиссии в зависимости от того, действует ли экспедитор соответственно от имени клиента или от своего имени.

В отношении обязанностей клиента в юридической литературе также встречаются попытки разделить их на "основные" и "дополнительные". Например, и пишут: "К основным обязанностям клиента относятся: а) передача грузов для осуществления экспедирования; б) получение грузов у экспедитора; в) уплата предусмотренного договором вознаграждения; г) возмещение понесенных экспедитором при исполнении договора расходов. Особо выделяется так называемая информационная обязанность клиента (ст. 804 ГК)... Содержание дополнительных обязанностей зависит от особенностей каждого договора (организовать посменную работу на своих складах, обеспечить специализированный внутрипроизводственный транспорт и пр.)"1.

Следует заметить, что из четырех названных авторами "основных" обязанностей клиента первые две скорее представляют собой права последнего, которым противостоят обязанности экспедитора соответственно по принятию груза у клиента-грузоотправителя и выдаче его клиенту-грузополучателю.

Обязанности клиента по договору транспортной экспедиции содержатся в самом определении этого договора (п. 1 ст. 801 ГК РФ), а также в статье 804 ГК РФ. Согласно этим нормам во всех случаях и применительно ко всякому договору транспортной экспедиции клиент несет три обязанности: во-первых, предоставить экспедитору документы и другую информацию о свойствах груза, об условиях его перевозки, а также иную информацию, необходимую для исполнения экспедитором обязанностей, предусмотренных договором; во-вторых, возместить экспедитору расходы, понесенные им в связи с выполнением предусмотренных договором услуг; в-третьих, уплатить экспедитору вознаграждение за оказанные услуги в размере и порядке,

предусмотренных договором.

Специальным образом в главе 41 ГК РФ регулируются лишь последствия неисполнения клиентом обязанности предоставления экспедитору необходимой информации о грузе и об условиях его перевозки. В частности, исполнение экспедитором своих обязательств приобретает по отношению к исполнению клиентом указанной обязанности характер встречного исполнения обязательств, каковым, как известно, признается такое исполнение обязательства одной из сторон, которое в соответствии с договором обусловлено исполнением своих обязательств другой стороной (ст. 328 ГК РФ). Об этом свидетельствует положение, содержащееся в пункте 3 статьи 804 ГК РФ, согласно которому в случае непредоставления клиентом необходимой информации экспедитор вправе не приступать к исполнению соответствующих обязанностей до предоставления такой информации. Правда, для того, чтобы воспользоваться своим правом, экспедитор должен выполнить по отношению к клиенту свою кредиторскую обязанность: сообщить клиенту об обнаруженных недостатках полученной информации, а в случае неполноты информации запросить у клиента необходимые дополнительные данные (п. 2 ст. 804 ГК РФ).

Что касается двух иных обязанностей клиента, характерных для всякого договора транспортной экспедиции, - возмещение расходов экспедитора и уплаты ему предусмотренного договором вознаграждения, - то в силу отсутствия какого-либо специального регулирования по этим вопросам в

________________________

1 Гражданское право: Учеб.: Ч. II / Под ред. , . С. 417

главе 41 ГК РФ соответствующие правоотношения подпадают под действие общих положений Кодекса о порядке исполнения денежных обязательств и о последствиях их нарушения.

Обязательства клиента, вытекающие из договоров транспортной экспедиции, предусматривающих обязанность экспедитора заключать договоры перевозки и совершать иные юридические действия от имени клиента, включают в себя также в императивном порядке обязанность клиента по выдаче экспедитору доверенности, необходимой для совершения экспедитором соответствующих юридических действий.

Кроме того, во всяком конкретном договоре транспортной экспедиции по усмотрению сторон могут быть предусмотрены и иные обязанности, возлагаемые на клиента.

10. Ответственность за нарушение договора транспортной экспедиции

Как уже отмечалось, вопросам ответственности экспедитора по договору транспортной экспедиции в главе 41 ГК РФ посвящена отдельная статья 803, содержащая две нормы. Во-первых, данной статьей предусмотрено, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договору транспортной экспедиции экспедитор несет ответственность по основаниям и в размере, которые определяются в соответствии с правилами главы 25 ГК РФ ("Ответственность за нарушение обязательств"). Во-вторых, указанная статья содержит специальное правило:

если экспедитор докажет, что нарушение обязательства вызвано ненадлежащим исполнением договоров перевозки, ответственность экспедитора перед клиентом определяется по тем же правилам, по которым перед экспедитором отвечает соответствующий перевозчик.

Таким образом, общие положения об основаниях и размере ответственности за нарушения гражданско-правовых обязательств распространяют свое действие и на правоотношения, вытекающие из договора транспортной экспедиции.

("17") Что же касается единственного исключения, когда ответственность экспедитора подвергается специальному регулированию, то оно затрагивает лишь те ситуации, когда по условиям договора транспортной экспедиции на экспедитора возложена обязанность заключить договор (договоры) перевозки от своего имени, поскольку только в этом случае на перевозчика может быть возложена ответственность перед экспедитором. Если же договор перевозки заключается экспедитором от имени клиента и по его доверенности, то лицом, располагающим правом привлечения перевозчика к ответственности, будет не экспедитор, а клиент, который является стороной в договоре перевозки.

Что означает применение к экспедитору правил, по которым перед ним отвечает соответствующий перевозчик? Прежде всего необходимо подчеркнуть, что характерной чертой ответственности за нарушение обязательств по перевозке груза является ее ограниченный характер. Применительно к отдельным нарушениям условий договора перевозки груза ответственность перевозчика установлена либо в форме возмещения прямого ущерба или его части (но не упущенной выгоды), например за несохранность груза, либо в форме исключительной неустойки, в частности за просрочку его доставки. Кроме того, транспортным законодательством нередко предусматриваются особые основания освобождения перевозчика от ответственности за определенные нарушения обязательств по перевозке груза. Например, перевозчик освобождается от ответственности в случае неподачи транспортных средств, если это произошло, в частности, вследствие прекращения или ограничения перевозки грузов в определенных направлениях, в порядке, предусмотренном соответствующим транспортным уставом или кодексом (п. 2 ст. 794 ГК РФ).

Следовательно, если экспедитору удастся доказать, что непосредственной причиной нарушения им своих обязательств, вытекающих из договора транспортной экспедиции, послужило неисполнение или ненадлежащее исполнение перевозчиком обязательств по договору перевозки груза, который экспедитор заключил с ним от своего имени, то применение в этом случае правил об ответственности перевозчика может означать, что экспедитор будет либо привлечен к ограниченной ответственности, либо вовсе освобожден от ответственности. Однако данный случай следует рассматривать в качестве исключения из общего правила, не забывая о том, что экспедитор, как и всякий должник, не исполнивший обязательства, должен возместить убытки, причиненные кредитору, в полном размере.

Итак, ответственность экспедитора за неисполнение или ненадлежащее исполнение (кроме рассмотренного исключения) строится на общих основаниях. Поскольку обязательство экспедитора по договору транспортной экспедиции связано с осуществлением им предпринимательской деятельности, указанная ответственность строится на началах риска и наступает независимо от наличия вины экспедитора. Единственным обстоятельством, которое может служить основанием освобождения экспедитора от ответственности за нарушение своих обяза-' тельств (если оно будет доказано экспедитором), является невозможность их исполнения, наступившая вследствие непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК РФ). К этому следует добавить, что возложение исполнения обязательства на третье лицо также не освобождает экспедитора от ответственности перед клиентом за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора транспортной экспедиции (ст. 805 ГК РФ).

Правовое положение экспедитора и его ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора транспортной экспедиции по действующему законодательству разительно отличаются от ранее действовавшего порядка привлечения экспедитора к ответственности за нарушение договора транспортно-экспедиционного обслуживания, когда экспедитор отвечал лишь за собственную вину. Например, в свое время сформулировал три основных положения об ответственности экспедитора за необеспечение сохранности экспедируемого груза. Выглядят эти положения следующим образом: "Экспедитор несет ответственность перед клиентом за утрату, недостачу и повреждение груза в пределах стоимости груза с момента приема груза от клиента до сдачи его перевозчику и с момента приема груза от перевозчика до сдачи клиенту, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение произошли не по его вине... С момента сдачи груза перевозчику и до окончания перевозки экспедитор несет ответственность перед клиентом за утрату, недостачу и повреждение груза в пределах стоимости груза, если доказано, что утрата, недостача или повреждение произошли по его вине... Экспедитор не несет ответственности перед получателем за утрату, недостачу и повреждение груза, если иное не предусмотрено договором экспедиции или специальными правилами"1.

В то время безответственность экспедитора (перед клиентами), которая нередко имела место, объяснялась особым положением экспедиторских организаций. Так, отмечалось, что особенности ответственности экспедитора заключаются в том, что он, "выполняя транспортно-экспедиционные операции и не являясь участником договора перевозки, отвечает перед соответствующими транспортными организациями, а не перед клиентом за неисполнение обязанностей, вытекающих из договоров перевозки другим видом транспорта, как бы становясь по отношению к этому перевозчику в положение грузовладельца. При этом транспортно-экспедиционное предприятие несет самостоятельную гражданско-правовую ответственность перед другим видом транспорта за несвоевременный вывоз грузов со склада станции или порта, уплачивая им сбор за хранение или штраф за простой вагонов"2. В отличие от ранее существовавшего порядка в настоящее время экспедитор, заключая договор

_____________________

1 Ходунов . соч. С. 163

2 Указ. соч. С. 51.

перевозки с перевозчиком и совершая иные сделки с третьими лицами от своего имени и тем самым возлагая на них исполнение своего обязательства по договору транспортной экспедиции, берет на себя всю ответственность за исполнение этого обязательства (в том числе, перевозчиком и иными лицами) перед клиентом. Возможна и иная структура ответственности, исключающая возложение неблагоприятных последствий неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств со стороны перевозчика и иных третьих лиц на экспедитора, но для этого договор транспортной экспедиции должен предусматривать, что с соответствующими перевозчиком и иными третьими лицами договор перевозки и другие сделки заключаются экспедитором не от своего имени, а от имени клиента и по доверенности последнего.

Однако вернемся к случаям, когда нарушение обязательства транспортной экспедиции вызвано ненадлежащим исполнением договоров перевозки, и к специальному правилу, регулирующему подобные ситуации, о том, что ответственность экспедитора перед клиентом определяется по тем же правилам, по которым перед экспедитором отвечает соответствующий перевозчик (ст. 803 ГК РФ).

Очевидно, как отмечалось ранее, что в данном случае речь идет о возможности применения к экспедитору норм об ограниченной ответственности перевозчика и об особых основаниях освобождения перевозчика от ответственности. Но только ли об этом?

В частности, в юридической литературе поднят вопрос о необходимости применения в подобных случаях к требованиям клиента, предъявляемым к экспедитору, сокращенного срока исковой давности (один год), который установлен (п. 3 ст. 797 ГК РФ) по требованиям, вытекающим из перевозки груза'.

________________________

¹См.. напр.: Гражданское право: Учеб.: рея. А-П. Сергеева, . С. 418 (Авторы и )

Как известно, общий срок исковой давности, то есть срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, установлен в три года (ст. 196 ГК РФ). Специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком, могут устанавливаться законом для отдельных видов требований (ст. 197 ГК РФ).

В нашем случае речь идет об иске клиента к экспедитору в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением последним своих

обязательств, вытекающих из договора транспортной экспедиции. Для этого вида требований законом не установлен сокращенный срок исковой давности (конечно же имеется в виду прямая норма закона о том, что срок исковой давности по указанному требованию устанавливается в один год, или о том, что срок исковой давности по такому требованию определяется применительно к требованиям, вытекающим из перевозки груза). А выводить сокращенный срок исковой давности для требования клиента к экспедитору путем толкования (причем расширительного) положения о том, что ответственность экспедитора перед клиентом определяется по тем же правилам, по которым перед экспедитором отвечает соответствующий перевозчик, с формально-юридической точки зрения недопустимо.

Неверен такой подход, допускающий применение сокращенного срока исковой давности, установленного для требований, вытекающих из договора перевозки груза и предъявляемых к перевозчику, и с точки зрения существа правоотношений, складывающихся между клиентом и экспедитором по договору транспортной экспедиции.

Клиент вправе предъявлять свои требования к экспедитору в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения последним своих обязательств, вытекающих из договора транспортной экспедиции. При этом он должен располагать определенным сроком для судебной защиты таких требований, установленным непосредственно законом и не зависящим от оценки доказательств, которые, возможно, будут представлены в суд экспедитором. А, как известно, применение правил, по которым перед экспедитором отвечает перевозчик, к правоотношениям, вытекающим из договора транспортной экспедиции, поставлено в прямую зависимость от того, удастся ли экспедитору доказать, что нарушение им своих обязательств перед клиентом вызвано ненадлежащим исполнением договора перевозки. Рассуждая подобно и , мы должны будем сделать вывод о том, что в момент предъявления иска клиентом в суд никто (ни сам клиент, ни экспедитор, ни суд) не знает и не может знать, каким же сроком исковой давности - общим или сокращенным - следует руководствоваться при оценке данного иска.

("18") А ведь истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является безусловным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Причем данное основание к отказу в иске носит самостоятельный характер, для его применения вообще не требуется рассмотрения спора по существу (в том числе и оценки представленных сторонами доказательств). По этому пути идет и судебно-арбитражная практика. Так, в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12, 15 ноября 2001 г. № 15/18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (п. 26) имеется разъяснение, согласно которому если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске1.

Учитывая изложенное, мы приходим к выводу, что предусмотренная статьей 803 ГК РФ возможность применения при определенных условиях к правоотношениям, связанным с ответственностью экспедитора перед клиентом по договору транспортной экспедиции, правил, по которым перед экспедитором отвечает соответствующий перевозчик, никак не затрагивает

вопросы об исковой давности, а также об обязательном претензионном порядке урегулирования спора по требованиям, вытекающим из перевозки груза.

___________________

1 См.: ВАС РФ. 2002. № 1. С. 10.

Глава II

1. Ответственность экспедитора (перевозчика)

за несохранность груза

Проведем исследование ответственности экспедитора за несохранность груза по договору на транспортно-экспедиционное обслуживание.

В основе исследования лежит реальное дело по иску -Пи» (истец – клиент) к МТ» (ответчик – экспедитор) о взыскании ущерба в результате утраты товара.

Из материалов дела:

По договору на транспортно-экспедиторское обслуживание Клиент поручает и доверяет экспедитору организовать выполнение услуг, определенных настоящим Договором, связанных с перевозкой груза, согласно накладной, оформляемой экспедитором и являющейся неотъемлемой частью договора, а экспедитор обязуется организовать доставку груза.

Загрузившись сборным грузом и оформив провозные документы, автомобиль выехал из пункта отправления – г. Москва в пункт назначения – г. Уфа под управлением водителя-экспедитора (в единственном лице).

В пути следования автомобиль с грузом похищают, по данному факту возбуждает уголовное дело следственное управление Ногинского УВД по ст. 16 ч. 2, п. п. «А», «Г», «Д» приложение № 1 (грабеж – открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, с причинением значительного ущерба).

Клиент обращается в Арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с экспедитора суммы ущерба в результате утраты товара. Исходя из установленного факта хищения груза третьими лицами, в отношении которых возбуждено уголовное дело, суд отклоняет исковые требования истца, поскольку (считает суд) Экспедитор доказал, что утрата груза произошла вследствие непреодолимых обстоятельств. Которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

В соответствии со ст. 796 ГК РФ перевозчик несет ответственность за несохранность груза или багажа, происшедшую после принятия его к перевозке и до выдачи грузополучателю, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза произошли вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

Данное положение ГК об ответственности перевозчика за необеспечение сохранности перевозимого груза является общим правилом в отношении перевозки грузов. Немаловажный факт – в отличие от многих иных норм, содержащихся в гл. 40 ГК РФ «Договор перевозки», в гл. 41 ГК РФ «Договор транспортной экспедиции» законоположения об ответственности перевозчика за несохранность груза не содержит каких-либо ссылок к транспортному уставу и не допускают с их стороны регулирования указанных правоотношений, которые отличались бы от норм, предусмотренных ГК. Данное обстоятельство необходимо подчеркнуть, поскольку вновь принятые транспортные уставы и кодексы, формулируя правила об ответственности перевозчика за несохранность перевозимых грузов, допускают различного рода отступления от положений, содержащихся в ст. 796 ГК. В частности, предусматриваются перечни конкретных обстоятельств, при доказывании которых (со стороны перевозчика) полагается считать, что перевозчик не мог их предотвратить и их устранение от перевозчика не зависит; определены основания освобождения перевозчика от ответственности за несохранность перевозимых грузов с возложением бремени их опровержения на грузополучателя (грузоотправителя), обращающегося с соответствующим требованием к перевозчику; используется иная конструкция ответственности, нежели та, что содержится в ст. 796 ГК.

На каком же принципе основывается ответственность перевозчика? Например, и пишут: «Общим условием ответственности перевозчика за утрату, недостачу или порчу груза является вина, которая презюмируется. В этом проявляется отклонение от общих правил ответственности коммерческих организаций, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст. 401 ГК) и отвечающих на началах риска».

Такой же позиции придерживается , полагая, что ответственность перевозчика за несохранность перевозимых грузов вообще «укладывается в общую конструкцию гражданско-правовой ответственности, основанной на принципе вины, без каких-либо изъятий и особенностей». Он утверждает: «Ответственность перевозчиков за необеспечение сохранности грузов наступает при наличии тех же условий, которые являются обязательными при гражданской ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств…

К условиям ответственности перевозчиков за несохранность перевозимых грузов относятся:

("19") а) неправомерное поведение (неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства);

б) наличие причинной связи между фактом неисполнения обязательства по перевозке и ущербом, когда ответственность выражается в возмещении убытков;

в) наличие самих убытков;

г) вина перевозчика».

пытается обосновать необходимость каждого из названных условий ответственности применительно к ответственности перевозчика за несохранность перевозимых грузов. Он, в частности, отмечает: «Несовершение перевозчиками действий, направленных на сохранность грузов, как и совершение действий, которые причинили ущерб грузу, являются неправомерными и при наличии других условий влекут за собой ответственность. Ответственность наступает лишь тогда, когда противоправное действие окончательно завершилось и причинило определенный реальный ущерб». Таким же необходимым условием ответственности перевозчика, по мнению , является причинная связь между его неправомерными действиями и «вредоносным» результатом. «Ответственность может быть возложена на перевозчика, - пишет он, - лишь в том случае, если существует связь между обнаруженной несохранностью груза и неправомерными действиями (бездействием) последнего) ». При таком подходе логика рассуждений неминуемо приведет нас к выводу, что грузополучатель (грузоотправитель), обращаясь к перевозчику с требованием об ответственности за необеспечение сохранности груза, доставленного в пункт назначения или утраченного при его перевозке, должен будет доказать, что в ходе транспортировки груза перевозчик совершил некие неправомерные действия, а также то, чсто эти неправомерные действия находятся в причинной связи с «вредоносными» результатами, выразившимися в утрате, недостаче, повреждении груза. Принимая во внимание, что ни грузополучатель, ни грузоотправитель, как правило, не имеют возможности фиксировать такого рода неправомерные действия или бездействие перевозчика в ходе транспортировки груза и вообще контролировать процесс перевозки, отнесение ущерба от несохранности груза на перевозчика при данных условиях станет практически невозможным.

На самом деле судебно-арбитражная практика не предъявляет такого рода требования к грузополучателям или грузоотправителям, обращающимся с исками к перевозчику о возмещении ущерба, причиненного несохранностью груза. Представляется, что и воля законодателя была направлена на то, чтобы установить особые правила, регулирующие ответственность перевозчика за необеспечение сохранности перевозимого груза. В противном случае невозможно объяснить, зачем законодателю понадобилось устанавливать как в гл. 40 ГК, так и в транспортных уставах и кодексах большое число специальных норм, регламентирующих ответственность перевозчика за несохранность грузов, в то время, как их можно подвести под общую конструкцию гражданско-правовой ответственности за нарушение всякого обязательства, которая основана на принципе вины.

Кроме того, порядок применения виновной ответственности определяется императивным правилом о том, что «отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство» (п. 2 ст. 401 ГК). Однако все транспортные уставы и кодексы включают в себя перечни обстоятельств, автоматически освобождающих перевозчика не только от ответственности за несохранность груза, но от необходимости представления каких-либо доказательств отсутствия своей вины в необеспечении его сохранности. Более того, при наличии указанных обстоятельств бремя доказывания вины перевозчика возлагается на грузоотправителя или грузополучателя (т. е. кредиторов в обязательстве по перевозке груза), обратившихся с соответствующим требованием к перевозчику. Несмотря на существующую проблему, связанную с определением правильного соотношения указанных законоположений, содержащихся в транспортных уставах и кодексах, и ст. 796 ГК, одно является бесспорным: включение соответствующих положений в транспортные уставы и кодексы было бы невозможным, если бы законодатель исходил из принципа вины перевозчика применительно к его ответственности за несохранность перевозимого груза.

Все дело в том, что базовым принципом ответственности перевозчика за необеспечение сохранности перевозимого груза является принцип ответственности без учета вины перевозчика, допустившего нарушение обязательства, вытекающего из договора перевозки груза, при осуществлении предпринимательской деятельности. Этим и объясняется тот факт, что при формировании правил об ответственности перевозчика в КГ вообще не использовалось понятие «вина». Другое дело, что норма, содержащаяся в п. 3 ст. 401 ГК (о безвиновной ответственности должника), по своему характеру является диспозитивной и допускает, что законом или договором могут быть предусмотрены и иные основания (помимо невозможности исполнения обязательства вследствие непреодолимой силы) освобождения перевозчика от ответственности за необеспечение сохранности перевозимого груза. Именно поэтому в специальных правилах об ответственности перевозчика за несохранность груза (п. 1 ст. 796) появилось такое дополнительное основание освобождения от ответственности, как невозможность обеспечения сохранности груза вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело. И не более того!

Несовместимым (формально-юридическим) доказательством обоснованности предлагаемого подхода к объяснению конструкции и принципов ответственности перевозчика за несохранность груза служит факт, что в тех немногочисленных случаях, когда законодатель стремился, в изъятие из общего правила о безвиновной ответственности по предпринимательскому обязательству, установить применительно к отдельным обязательствам принцип ответственности за вину, он делал это четко и недвусмысленно, не оставляя место для каких-либо рассуждений, включая научное толкование. Например, согласно ст. 538 ГК производитель сельскохозяйственной продукции, не исполнивший либо ненадлежаще исполнивший обязательство по договору контракции, «несет ответственность при наличии его вины»; в соответствии со ст. 777 ГК исполнитель по договору на выполнение научно-исследовательских работ несет ответственность перед заказчиком за нарушение своих обязательств, «если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя» (ст. 401 п. 1).

Учитывая изложенное, рассуждения и выводы относительно того, что ст. 796 ГК, не употребляющая понятия «вина» и не содержащая отсылок к п. 1 ст. 401 ГК, тем не менее предусматривает виновную ответственность перевозчика за несохранность перевозимого груза, не только не соответствует воле законодателя, но и прямо противоречит нормам, содержащимся в названной статье.

Аналогичные выводы высказывались также , и , который, в частности, писал: «На обязательства, возникающие из транспортно-экспедиционного обслуживания, распространяются общие положения об основаниях гражданско-правовой ответственности. Однако, учитывая специфику транспортно-экспедиционных отношений, где в качестве экспедитора выступает предприниматель, говорить о вине как основании его ответственности не следует, поскольку в данном случае идет речь о предпринимательском риске экспедитора, ответственность которого предусматривается п. 3 ст. 401 ГК. Экспедитор в данном случае освобождается от ответственности за неисполнение или ненадлежащее выполнение договора лишь в том случае, когда это произошло вследствие непреодолимой силы, т. е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельствах». (Далее: раскроем это понятие).

Прокомментированный пункт 3 ст. 401 ГК принято рассматривать в качестве императивного положения. При этом не обращается внимание на начало п. 3 ст. 401 ГК: «Если иное не предусмотрено законом или договором…». Но почему это «иное» не может быть предусмотрено в договоре транспортной экспедиции? Вправе ли стороны предусмотреть в договоре иные основания ответственности, т. е. ответственность за вину ? Естественно, что такая инициатива должна исходить от экспедитора. Представляется. что для отрицательного ответа на данный вопрос достаточных оснований нет, особенно если учесть положения ст. 421 ГК о свободе договора.

Несовершением действий, связанных с организацией перевозок, на самом деле является неисполнение или ненадлежащее исполнение перевозчиком самостоятельных обязательств, связанных с обеспечением сохранности груза, которые не охватываются предметом договора транспортной экспедиции – имеющего реальный характер. Содержание договора перевозки конкретного груза составляют обязанности сторон: по доставке груза в пункт назначения в установленный срок, обеспечение его сохранности в пути следования и выдача груза грузополучателю (обязанности перевозчика), а также по уплате установленной платы за перевозку груза (обязанность грузоотправителя). Неисполнение или ненадлежащее исполнение указанных обязанностей представляет собой нарушение условий договора перевозки груза, которое влечет применение ответственности.

Хотелось бы отметить, что круг нарушений обязательств по перевозке и применяемых за эти нарушения мер ответственности ограничен договором перевозки (транспортной экспедиции), транспортными уставами и кодексами, а также главами 40, 41 ГК РФ, содержащими правила, регулирующие правоотношения, связанные с перевозкой грузов.

В юридической литературе излагается и иная позиция, суть которой состоит в том, что в тех случаях, когда ГК, транспортным законодательством и договором не предусмотрена ответственность за какие-либо нарушения своих обязательств перевозчиком, он должен нести ответственность в виде полного возмещения убытков по общим правилам гражданского законодательства. Так, указывает: «Помимо ответственности за несохранность груза и просрочку в его доставке перевозчик отвечает за ненадлежащее исполнение и других его обязанностей в договоре: не выполнение указаний грузовладельца, выдачу груза не в пункте его назначения, утрату перевозимых документов. Возможно принятие на себя перевозчиком и других дополнительных обязательств по договору перевозки груза, при нарушении которых должна наступать ответственность перевозчика. Транспортные уставы и кодексы не содержат прямых указаний об условиях такой ответственности перевозчика, а в нашей транспортной литературе этот вопрос обычно не рассматривается, хотя он имеет практическое значение. Следует заключить, что в названных случаях должны применяться общие положения ГК об имущественной ответственности в форме возмещения убытков (ст. ст. 15, 393 ГК), причем перевозчик должен нести ответственность как предприниматель, т. е. отвечать независимо от его вины (ст. 401 ГК)». Правда, сам же приходит к выводу, что такое решение вопроса является нелогичным, поскольку нет достаточных причин для того, чтобы строить отдельные случаи ответственности перевозчика в рамках одного договора на разных основаниях и предлагает найти единообразное решение этой проблемы при принятии новых транспортных уставов и кодексов.

К сожалению, проблема, обозначенная , не получила своего разрешения во вновь принятых транспортных уставах и кодексах. Однако это вовсе не означает, что в случае нарушения перевозчиком своих обязательств, за которое не предусмотрена ответственнсть ни соглашением сторон, ни транспортным законодательством, ни главами 40, 41 ГК, будут подлежать применению общие положения гражданского законодательства о полном возмещении убытков (ст. ст. 15, 393 ГК).

Дело в том, что содержащееся в ГК правило о возможности ограничения ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств «привязано» в целом к отдельным видам обязательств и к обязательствам, связанным с отдельным родом деятельности, а не к нарушениям отдельных условий указанных обязательств (п. 1 ст. 400 ГК). Поэтому необходимо признать, что действие принципа ограниченной ответственности применительно к обязательствам по перевозке грузов отнюдь не сводится только к тем нарушениям, за которые такая ответственность непосредственно предусмотрена транспортным законодательством или соглашением сторон, а распространяется на все нарушения любых условий договора перевозки.

2. Непреодолимая сила – как обстоятельство,

исключающее ответственность

Остановимся подробнее на понятии непреодолимая сила. В гражданском праве - основание для освобождения от ответственности лица, не исполнившего или ненадлежащим образом исполнившего обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности.

("20") Понятие «непреодолимая сила» определяется как чрезвычайные и непреодолимые в данных условиях обстоятельства. К таким обстоятельствам могут быть отнесены различные исключительные и объективно непреодолимые (в соответствующей ситуации) события и явления: наводнение, землетрясение, снежные завалы и иные природные катаклизмы, военные действия, эпидемии и т. п. Причем действие фактов, ставших препятствием исполнению обязательств, должно быть объективным и абсолютным, т. е. касаться не только причинителя вреда, а распространяться на всех.

Не могут рассматриваться в качестве непреодолимой силы обстоятельства, не обладающие признаками исключительности и объективной непреодолимости при данных условиях.

«Для освобождения от ответственности ввиду непреодолимой силы недостаточно сослаться на стихийное явление, как на причину вреда, необходимо еще доказать, что вред не возник или не увеличился вследствие виновного содействия ответственного лица. Например, бесполезно ссылаться на ураган с ливнем, испортивший товар, если товар хранился под открытым небом. Нельзя сложить с себя ответственность за убытки от пожара дома ввиду удара молнии, если ответственное лицо (Арендатор) обязано было устроить громоотвод, но не сделало это, если не приняло мер к тушению пожара, к спасению имущества».¹

Суд первой инстанции при вынесении решения по делу исходит из условий договора на транспортно-экспедиторское обслуживание, по условиям которого (п. 4.4.) стороны освобождаются от ответственности за частичное или полное неисполнение обязательств по договору, если такое неисполнение вызвано обстоятельство непреодолимой силы. Суд причисляет факт хищения груза третьими лицами, в отношении которых возбуждено уголовное дело, к обстоятельствам непреодолимой силы и отклоняет исковые требования истца о взыскании суммы утраченного товара. Но так ли это – явились ли действия третьих лиц непреодолимым обстоятельством, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело (ст. 796 ГК РФ)?

Из материалов дела известно, что водитель транспортного средства одновременно являлся и экспедитором предприятия. Перевозчик отвечает за груз с момента принятия его к перевозке и до выдачи грузополучателю. Несмотря на то, что в договоре транспортной экспедиции не предусмотрены дополнительные услуги по охране и сопровождению груза, перевозчик (экспедитор) не принял всех дополнительных мер для обеспечения сохранности грузов.

Является ли действие третьих лиц – квалифицированное как грабеж (по факту которого было возбуждено уголовное дело) – обстоятельством непреодолимой силы? Автор работы отвечает на этот вопрос отрицательно – нет, не является. Потому что это обстоятельство (грабеж) – не что иное как следствие не принятия экспедитором (перевозчиком) элементарных мер безопасности. Зная об ответственности за сохранность перевозимого груза, водитель – экспедитор не обеспечен оружием, средствами связи и во время движения находится в кабине один (без сменщика, охраны). Инициатором этих мер должен выступать сам экспедитор, а не заказчик (клиент), поскольку ответственность за несохранную перевозку несет в первую очередь транспортно-экспедиционное предприятие.

В качестве примера приведем Постановление Федерального Арбитражного суда Уральского округа от 01.01.01 года /2000 ГК по аналогичному (сходному) делу: «Заявитель полагает, что его вина в недостаче перевозимого груза отсутствует, так как часть груза была похищена из автомобиля на охраняемой стоянке, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела и свидетельствует о наличии обстоятельств, которые ответчик не в состоянии был предотвратить!

Доводы кассационной жалобы противоречат обстоятельствам дела и нормам материального права. Согласно ст. ст. 796, 803 ГК РФ экспедитор несет ответственность перед грузоотправителем (грузополучателем) по правилам, предусмотренным для перевозчика, и должен возместить стоимость недостающего груза, если не докажет, что недостача (утрата) груза произошла вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предвидеть и устранение которых от него не зависело. Возбуждение уголовного дела по факту хищения груза из автомобиля перевозчика не является исчерпывающим обстоятельством, в частности, принятия ответчиком всех надлежащих мер для обеспечения сохранности грузов . Поскольку ответчик не доказал наличие обстоятельств, исключающих его ответственность, судом первой апелляционной инстанции в соответствии со ст. 53 АПК РФ правомерно отклонены названные доводы».

Говоря о непреодолимой силе – как об обстоятельстве, которое экспедитор не мог предотвратить или предвидеть, факт грабежа и последующее возбуждение уголовного дела не коим образом нельзя считать обстоятельством, исключающим его ответственность.

Вывод

Договор транспортной экспедиции относится к числу таких договоров, в содержание которых обычно входит обязательство по хранению грузов, в отношении которых осуществляется экспедирование. Набор операций и услуг, осуществляемых экспедитором, включает в себя:

прием груза; доставка в пункт назначения; выгрузка и выдача его получателю.

В этом случае, даже если услуга по хранению, сохранности груза специально не предусмотрена договором, обязательство экспедитора по сохранности экспедируемого груза имманентно природе договора на транспортно-экспедиционное обслуживание, ибо при доставке груза в пункт назначения и выдаче его получателю, безусловно, должны быть обеспечены целостность и сохранность экспедируемого груза. Более того имущественная ответственность экспедитора за нарушение этого обязательства (недостача, несохранность экспедируемого груза) составляет едва ли не основной вид ответственности экспедитора по договору транспортной экспедиции. Особенность такого заключения когда обязательство хранить (сохранять) груз непосредственно входит в содержание договора транспортной экспедиции, можно обнаружить в правовом регулировании правоотношений по хранению груза, складывающихся между клиентом и экспедитором. Регламентация указанных правоотношений ограничиваются применением норм о договоре транспортной экспедиции.

Глава 41 Гражданского кодекса включает в себя лишь общие положения, регулирующие договоры транспортной экспедиции, составляющие необходимую основу для последующего детального правового регулирования иными законами и правовыми актами. В этом смысле следует обратить внимание на то, что кодекс называет среди источников правового регулирования рассматриваемых правоотношений - закон о транспортной экспедиционной деятельности, который должен быть разработан в возможно короткий срок. Хотелось бы надеяться, что законодатель при подготовке нового правового акта примет во внимание проблемы, связанные с применением ответственности по договору транспортной экспедиции и однозначно сформулирует их в законе транспортной экспедиции.

Литература:

1. Конституция РФ

2. Гражданский Кодекс РФ. Глава 41 «Транспортная экспедиция»

3. Устав автомобильного транспорта РСФСР 08.01.1969 г.

("21") 4. Уголовный кодекс РФ

5. Общие правила перевозок грузов автомобильным транспортом (утв. Минавтотрансом РСФСР 25 октября 1974 г. по согласованию с Госпланом РСФСР и Госарбитражем РСФСР).

6. Постановление Минтруда РФ от 01.01.2001 г. № 3 «Об утверждении квалификационной характеристики должности «транспортный экспедитор»

7. Постановление Федерального Арбитражного суда Уральского округа от 01.01.2001 г. /2000 ГК

8. Решение по делу А/ Арбитражного суда г. Москвы

9. Решение по делу А07-6719/02-Г-НАА Арбитражного суда Республики Башкортостан

10. Постановление апелляционной инстанции по делу № 000/А07-6719/02-Г-НАА

11. Постановление кассационной инстанции по делу /02 ГК

12. Брагинский к части второй ГК РФ для предпринимателей. СПС «Гарант».

13. . Договорное право. Договор перевозки. М.: Статус. 2001.

14. Витрянский транспортной экспедиции.: Вестник ВАС РФ. Спец. Приложение, № 12, 2002

15. Витрянский по договору перевозки груза.: «Хозяйство и право», № 5 (292), 2002

16. Витрянский . Транспортная экспедиция. Комментарий ГК РФ.: «Хозяйство и право», № 6, 1996

17. «Транспортное право». М., 1999.

18. Карпеев разрешение споров, вытекающих из договора перевозки грузов.: Журнал «Юрист», № 11, 1999

19. Козлова автомобильного транспорта РСФСР – проблемы применения.: Журнал «Юридический мир», № 2, 2003

20. Садиков к гражданскому кодексу РФ (постатейный). СПС «Гарант».

21. Суханова право. Том II (полутом 2). М.: БЕК. 2002.

22. Фархутдинов регулирование транспортного обслуживания граждан. Казань: 1977.

23. Хуснутдинов транспортной экспедиции. Вспомогательные договоры на транспорте. Иркутск: 1994.

("22") 24. , , Калашников обслуживание предприятий и организаций автомобильным транспортом. М.: Транспорт. 1982.

25. Экспедитор и перевозчик в российском праве: прошлое, настоящее и будущее. М.: Хозяйство и право. 1996, № 1, с. 82

preview_end()