Алексей Буздалин: Кредитные ставки: время перемен (стр. 3 )

Как и следовало ожидать Сбербанк терпит убытки поддерживая длинную валютную позицию. Даже не смотря на то, что размер его чистых потерь в результате переоценки валютной части баланса составляет всего около 2% от совокупной чистой прибыли, данная величина в номинальном выражении (1,2 млрд руб) не кажется настолько малой, чтобы ей можно было пренебречь даже такому гиганту, каким является Сбербанк. Чистые убытки от валютной переоценки Сбербанка сопоставимы с совокупной чистой прибылью некоторых крупнейших коммерческих банков, а значит, решение изменить кредитные ставки более чем оправдано.

Таблица 4. Зависимость прибыли банка от открытой
валютной позиции на 01.07.2006 г. (тыс. руб)

Название	Кредиты физлицам	Чистый доход от переоценки валют	Чистая прибыль
Сбербанк России		-1	49
Росбанк	62
Банк Уралсиб	28	-	5
ХКФ Банк	23
Райффайзенбанк	22	53 444	2
Банк Москвы	20	-	3
МДМ-банк	19		2
Газпромбанк	15	-	13
ВТБ-24	14
Импэксбанк	14
ММБ	13	-	2
Ситибанк	12
Сибакадембанк	10		1
Инвестсбербанк	10	-7 620
НБ ТРАСТ	9
Транскредитбанк	8	89 369	1
Альфа-банк	8	-	2
Россельхозбанк	7	78 523	1
Промсвязьбанк	6		3
ПСБ	6		2
Юниаструм банк	6	-9 002	69 571
Русфинанс Банк	6	5 019	82 279
Газбанк	6	20 182
Ак Барс	6
Собинбанк	6
Возрождение	5		1
КМБ-банк	5
Союз	5	-
Уралвнешторгбанк	5	451
Северная казна	4

Многие крупнейшие российские банки (Уралсиб, Банк Москвы, Газпромбанк и др.) несут потери от переоценки валют, а значит их путь – это путь Сбербанка. С другой стороны, иностранные банки (ХКФ, Райффайзенбанк, Ситибанк) в силу весомого объема валютных пассивов зарабатывают на укреплении рубля, а значит, их ставки по валютным кредитам останутся неизменными. При этом существуют и российские банки (Росбанк, МДМ-банк, ВТБ-24), которые уже сейчас имеют благоприятную валютную позицию, и им нет необходимости следовать примеру Сбербанка, напротив, они сохранят валютные ставни на прежнем уровне и постараются отнять у Сбербанка часть клиентов, прежде всего в регионах, где еще не очень сильно присутствие иностранных кредитных организаций.

Тенденции и прогнозы

Так или иначе, но изменения на валютном рынке должны учитываться в процентной политике банков. Вместе с тем, помимо валютных тенденций в процессе ценообразования банковских продуктов учитываются и ряд других не менее важных факторов, которые в отличие от курсовых изменений могут быть боле стабильны, и их влияние более прогнозируемо.

Стоимость кредитов во многом определяется стоимостью ресурсной базы. Если на протяжении последних лет мы наблюдаем последовательное снижение стоимости рублевых депозитов (причем только в первом полугодии 2006 г. средневзвешенная стоимость рублевых депозитов сократилась почти на 2 п. п.), то это дает возможность банкам снижать ставки рублевого кредитования без ущерба для рентабельности бизнеса, а те банки, которые упустят данную тенденцию будут расплачиваться потерей конкурентных преимуществ. Представляется, что этот фактор также внес свою лепту в решение Сбербанка.

Еще одна тенденция, которая неминуема должна учитываться банками при определение ставок потребительского кредитования - это рост просроченной задолженности физических лиц. Так, если по состоянию на 01.01.2006 г. совокупный объем просроченной задолженности населения составлял 22,02 млрд руб, то по состоянию на 01.07.2006 г. данный показатель увеличился почти в 2 раза до уровня в 40,06 млрд руб, тогда как совокупный объем кредитов физическим лицам по банковской системе за тот же вырос всего на 30%. Риски потребительского кредитования растут, причем растут угрожающими темпами. Как это отразится на стоимости кредитов?

Из классики банковского дела известно, что стоимость кредита включает в себя сопутствующие продукту риски. В этой связи можно предположить, что рост рисков по портфелю потреб. кредитов банки будут стараться компенсировать ростом процентной ставки. Однако представляется, что этот путь тупиковый, а вернее неизбежно ведущий к масштбному кризису. Новые кредиты, выданные под более высокие ставки, не будут более надежными, а, скорее всего, их риски будут еще выше, т. к. чем выше стоимость кредита, тем выше риск. И даже если на локальном временном интервале такая политика позволит банкам как-то компенсировать потери по ссудам, но не спасет их от неминуемого масштабного дефолта заемщиков, что и станет кризисом рынке потребительского кредитования.

Напротив, если банки начнут последовательно снижать кредитные ставки, то согласно теории рационирования, предложенной нобелевским лауреатом в области экономики Стиглицем, это приведет к снижению совокупных кредитных рисков ссудных операций.

Действительно, снижая процентные ставки, банки будут стимулировать рост спроса на кредитные продукты, а значит, получат возможность осуществлять более качественный отбор кредитных заявок – благо, что процедуры кредитного скоринга позволяют это делать в автоматическом режиме. В итоге с ростом просроченной задолженности банки вынуждены будут снижать кредитные ставки, что должно позитивно отразиться на качестве новых кредитов.

Исходя из данных соображений, есть основания полагать, что решение Сбербанка повысить ставки валютного кредитования может привести к ухудшению качества его валютного кредитного портфеля, что, впрочем, может быть компенсировано улучшением качества большего по величине рублевого кредитного портфеля, для которого процентные ставки снижаются.

Важно подчеркнуть, что, корректируя кредитные ставки, банки будут это относить, прежде всего, к вновь выдаваемым ссудам, когда как по уже выданным кредитам пересмотр ставок маловероятен, хотя и теоретически возможен, будучи предусмотренным стандартными кредитными договорами. Банки, заботящиеся о своей репутации на рынке услуг населению, на это не пойдут, т. к. такая мера будет однозначно негативно воспринята клиентами, которые при взятии следующего кредита наверняка предпочтут воспользоваться услугами более "предсказуемого" банка. Боле того, если какой-то банк захочет пересмотреть ставки по действующим договорам, то, наверняка, его конкуренты тут же предложат его клиентам программы по рефинансированию кредитного долга по старым или даже более низким процентным ставкам, что повлечет одномоментную потерю для банка существенной части клиентской базы.

Решение Сбербанка увеличить ставки валютного кредитования, безусловно, означает усиление позиций иностранных банков, но это не противоречит ни гос. интересам, ни интересам банковской системы, ни интересам клиентов банков. Государство могло бы изначально запретить присутствие иностранных банков в России, или же последовать опыту Польши и полностью открыть банковскую систему для иностранцев, что привело к тому, что большинство банков были куплены иностранцами. И то, и другое плохо. Представляется, что Банк России проводит вполне здравую политику, когда, с одной стороны, у нас на рынке присутствуют иностранные банки, и их присутствие стимулирует развитие рынка в сторону лучшей международной практики, а население имеет возможность получить доступ к лучшим банковским продуктам, но с другой стороны, ЦБ сохраняет контроль над банковской системой. На сегодня доля иностранного капитала в совокупном капитале российской банковской системы составляет приблизительно 10% - это еще далеко не тот уровень, когда следовало бы говорить об опасности потери контроля государства над денежно-кредитной политикой.

В целом следует признать, что в августе 2006 г. рынок потребительского кредитования перешел в качественно новое состояние, и это нашло отражение в изменении процентной политике крупнейшего лидера рынка – Сбербанка. Впервые ценовые факторы подтолкнули рынок к границе, за которой может начаться серьезное перераспределение в расстановке сил крупнейших розничных банков. Последствия от таких изменений пока в точности спрогнозировать трудно, но однозначно можно утверждать лишь то, что клиенты банков не окажутся проигравшими.