Юрий Петухов: Здравый смысл должен быть во всем
— Юрий Федорович, у вас, наверное, в работе сейчас затишье перед предстоящими крупными выборами 2014 и 2015 годов?
— Я бы не стал называть это затишьем, поскольку в мае-июне пройдут досрочные выборы глав Каргата, Здвинска, села Кочки, ряда сельсоветов. Начнется подготовка к дополнительным выборам депутата регионального парламента по округу № 25, главы Каргатского района, которые мы будем проводить впервые в единый день голосования — 8 сентября. Недавно мы завершили формирование участковых избирательных комиссий по 157 ФЗ. Эти комиссии будут проводить выборы всех уровней — муниципального, регионального, федерального — ближайшие пять лет. Началась работа по паспортизации избирательных участков, которые также образованы сроком на пять лет. Создан методический центр при облизбиркоме, в котором планируем обучать организаторов выборов разного уровня. Центр оборудован новейшим коммуникационным оборудованием и оргтехникой, которые позволяют проводить обучение в том числе и дистанционно (например, принимать сигнал из Российского центра обучения избирательным технологиям при ЦИК и передавать его на места в районы области). Справедливости ради надо сказать, что мы одни из пионеров среди субъектовых избиркомов по созданию таких центров. Так что объем работы, конечно, не уменьшается.
Но, возвращаясь к вашему вопросу, да, масштабные выборы — это 2014, 2015 годы. И у нас есть небольшой промежуток времени, чтобы провести подготовительную работу среди вновь сформированных участковых комиссий, подготовить территориальные комиссии.
— Вы говорите — создан методический центр. А раньше членов избирательных комиссий не обучали?
— Конечно, обучали, но, например, участковые комиссии раньше формировались в период каждой избирательной кампании и завершали свои полномочия через 10 дней после опубликования результатов выборов, и у нас не было методического центра. Сейчас активно меняется избирательное законодательство, увеличиваются требования к избирательным комиссиям.
— И чему принципиально новому смогут обучиться члены избиркомов?
— Новизна — это формы и методы обучения. Главное остается то же, и в этом заинтересованы все участники избирательного процесса — чтобы день голосования прошел идеально четко и строго в соответствии с законодательством. Чтобы не было ни жалоб, ни нарушений. Потому что любой шаг влево или вправо позволяет потом говорить, что не была соблюдена процедура. Когда начинается избирательная кампания, времени обучаться уже нет. Ведь она краткосрочна. Поэтому наша основная задача — чтобы участковые, полномочия которых теперь пять лет, и территориальные избирательные комиссии подошли к избирательному процессу готовыми с точки зрения профессионализма и знания законодательства. Кстати сказать, в начале апреля президент РФ подписал закон, который предусматривает изменения в избирательном процессе.
— В начале февраля депутаты Госдумы и непарламентских партий провели эксперимент — как же придется голосовать, учитывая введение единого дня голосования и появление в стране большого количества различных партий. В один бюллетень было внесено чуть более 50 партий, и длина этого бюллетеня составила почти два метра. Как вы думаете, могут ли появиться другие варианты голосования, отличные от стандартного: бюллетень — избирательная урна? Обсуждается ли уже этот вопрос депутатами и избиркомами?
— В области в настоящее время зарегистрированы 40 региональных отделений политических партий. В стране зарегистрировано 60 политических партий. Если, предположим, они все выдвигают списки, то у нас получается не бюллетень, а простыня. Сейчас специалисты ищут решение. Одни предлагают: давайте сделаем бюллетени в виде брошюры. Другие предлагают присваивать номера избирательным объединениям. Кстати сказать, в законопроекте о выборах депутатов Государственной Думы, который принят в первом чтении, в связи с возможным участием в предстоящих выборах большого количества партий и, соответственно, кандидатов в депутаты, бюллетень для голосования может быть изготовлен в форме брошюры. Возникает и вопрос применения КОИБов, поскольку их программное обеспечение не позволяет обрабатывать такое количество кандидатов и избирательных объединений. Конечно, не хотелось бы отказываться от КОИБов, поскольку они доказали свою эффективность и удобство.
— А что касается веб-камер на избирательных участках — они будут еще использованы на каких-нибудь выборах?
— Напомню, что на выборах президента в области работало 2011 паков веб-камер, и они доказали свою эффективность. С точки зрения политической и юридической это было совершенно верное решение. С политической понятно — не было криков, что там что-то где-то вбросили. С юридической точки зрения: мы тоже следили за ходом голосования и подсчетом голосов на избирательных участках и могли видеть недочеты в работе избирательных комиссий. Теперь мы понимаем, на что в первую очередь следует обратить внимание при подготовке членов избиркомов.
Если говорить о перспективе использования веб-камер, то существует постановление правительства РФ, которое вышло в прошлом году, о том, что веб-камеры подлежат обязательному использованию на выборах высших должностных лиц субъектов. И это оплачивается из федерального бюджета — установка, трафик, потом сбор. Что касается следующих видов и уровней выборов (заксобрания и нижестоящих), то сегодня вопрос должен найти свое законодательное закрепление.
— Кто за это будет платить?
— Совершенно верно. Надо понимать, что если бюджет области возьмет на себя такую нагрузку, то выборы будут обходиться, условно говоря, не в сто миллионов рублей, а в сто пятьдесят.
— По вполне понятным причинам сложилось мнение, что все ТИКи и УИКи состоят в основном из учителей. Это на самом деле так?
— Поскольку избирательные участки находятся, как правило, в муниципальных образовательных учреждениях, понятно, что в избиркомах немало представителей этой профессии. Но, что очень приятно, идет и молодежь. Если мы будем применять КОИБы, по крайней мере, мы надеемся на их применение, то очень важно, чтобы приходили ребята из студенческой технической сферы, которые понимают в этих технических средствах подсчета голосов. Я надеюсь, что молодежь будет проявлять активность и дальше. Да и не важно, из какой сферы члены избиркома. Важно, чтобы они четко соблюдали процедуру и не нарушали закон. По итогам формирования участковых комиссий некоторые члены УИК не в полной мере понимают функционал и ответственность членов участковой избирательной комиссии. Они думают — вот я член УИКа, приду в день голосования, сяду и буду наблюдать. Это есть, к сожалению. А забот у участковой комиссии хватает: заполнить приглашения, разнести их, сходить с переносным ящиком для голосования вне помещения к больному или инвалиду, организовать подсчет голосов... Тут работа нужна, прежде всего.
— Если членов избирательных комиссий будут чему-то обучать, то вот как обстоит дело с наблюдателями?
— Мы заинтересованы в широком общественном контроле, это дополнительная гарантия легитимности избирательного процесса. Надо отметить, что в Новосибирской области мониторинг выборов осуществлялся достаточно активно. Судите сами: на последних парламентских выборах на избирательных участках присутствовали 3373 члена избиркомов с правом совещательного голоса и 4958 наблюдателей. На президентских выборах — 1933 и 5146 соответственно. На выборах, прошедших 10 марта 2013 года, — 239 членов избирательных комиссий с правом совещательного голоса и 501 наблюдатель. По большому счету, наблюдатели — это наши помощники. С их помощью мы можем увидеть, где и какая процедура нарушается, и вовремя это нарушение устранить. Есть, конечно, наблюдатели, которые приходят с целью сорвать избирательный процесс. Это не секрет. Но в целом абсолютное большинство идет для того, чтобы наблюдать за юридической процедурой. И никаких удалений наблюдателей у нас никогда не было. Задача избирательных комиссий — установить нормальные коммуникации и взаимодействовать в рамках закона.
— То есть и отношения с новосибирским отделением ассоциации «ГОЛОС» тоже должны нормально выстраиваться?
— Насколько я понимаю, проблем нет. Я встречался с руководителями ассоциации, слышал оценку нашей работы — претензий к организации проведения выборов у них нет.
— А то сейчас «ГОЛОС» прессуют по всей стране, в том числе и в Новосибирске.
— Знаете, я всегда говорил так — мы все заинтересованы в широком общественном контроле, но при этом надо находиться в рамках правового поля. Когда те или иные объединения, я не говорю в данном случае о «ГОЛОСе», говорят: вот мы сейчас придем и будем наблюдать, я отвечаю: давайте откроем закон и посмотрим, кто может назначать наблюдателя, какими полномочиями наделен наблюдатель. Все участники избирательного процесса должны находиться в рамках правового поля, иначе может наступить вакханалия.
А то, что происходит сейчас с ассоциацией «ГОЛОС», я не могу комментировать, потому что это не функционал председателя избирательной комиссии области.
— А если говорить о голосующих: у нас же с 2012 года гражданское общество стало просыпаться. Приходит ли голосовать больше молодежи?
— Мы анализировали эту ситуацию. Молодежь была достаточно активна на выборах Госдумы, на выборах президента. Хотя на федеральных выборах активность всегда более высокая, нежели на выборах, например, муниципального уровня. Может, менталитет у нас такой — считать федеральную власть наиболее важной, от которой больше зависит. А то, что на местах приходится многие вопросы решать, и это зависит во многом от депутатов, от представительных органов, от мэра или губернатора, от того же главы сельского поселения, — никто не задумывается. Я надеюсь, что в предстоящий региональный и муниципальный электоральный цикл 20годов на выборах активность избирателей будет высокой.
Хотя активность избирателей не только и не столько зависит от избирательной комиссии. Задача обеспечения явки — это, прежде всего, задача кандидатов, политических партий, их выдвинувших. Одна из эффективных форм привлечения на выборы — личное общение кандидата с избирателями. Опыт прошедших избирательных кампаний говорит о том, что она не активно используется. Макулатуру выпустить — это да. А пойти к избирателю — надо иметь политическую волю. Потому что это общение не всегда легкое, и не всегда вопросы приятные задают кандидатам. К этому надо быть готовым. Ведь кандидат должен доказать, что именно он достоин представлять интересы избирателей. Хотя во время мартовской избирательной кампании были кандидаты, которые в качестве основной формы агитации выбирали общение с избирателями.
— Как вообще прошла эта кампания?
— Можно сказать, что она была довольно жаркой — за все время прошло 15 судебных процессов, вплоть до высшей судебной инстанции. Последний закончился в 21.00 в субботу, накануне дня голосования. Вот здесь мы специалисты по выталкиванию друг друга. Вместо того чтобы походить с избирателями пообщаться. Но это уже потом. Сначала мы друг друга в судах пошпыняем.
— Все-таки с выборами губернатора уже пришли к единому мнению, что же это будет — прямые выборы или назначение?
— Давайте начнем с того, что у нас действует устав Новосибирской области, в котором написано, что губернатор выбирается на основе равного всеобщего избирательного права при тайном голосовании в соответствии с законом Новосибирской области о выборах губернатора. Этот закон не отменен. Да, федеральный законодатель внес изменения в 184 ФЗ, согласно которому субъекту предоставлено право выбора: либо сохранить прямые выборы, либо перейти к иному порядку, предусматривающему наделение полномочиями высшего должностного лица субъекта депутатами законодательного органа. Это не компетенция, конечно, избиркома субъекта, но, насколько я слышал мнение руководителей всех фракций, представленных в региональном парламенте, — оставить прямые выборы. Поэтому я не вижу нюансов, которые бы указывали на тенденцию к изменению вида выборов губернатора.
— Выборами омбудсмена, конечно, избирком заниматься не будет. Но все-таки тема выдвижения и предстоящих выборов уполномоченного по правам человека в Новосибирской области сейчас одна из самых популярных. Как вы относитесь к введению в нашем регионе такого института? Нужен ли нам омбудсмен, или это будет лишь «свадебный генерал»?
— Одна из основ конституционного строя РФ гласит: человек, его права и свободы являются высшей ценностью для государства. При этом, конечно, не надо забывать еще один важный принцип: мои права и свободы заканчиваются там, где заканчиваются права и свободы другого человека. Все государственные органы, должностные лица и иные учреждения должны свою работу выстраивать так, чтобы реализовывать закрепленные права и свободы граждан. А граждане должны осознавать, что они обладают неким набором прав и свобод, реализация которых зависит от работы государственных органов. И если на уровне региона появляется дополнительный институт омбудсмена, защитника прав, это надо оценивать положительно. Если хотите, это дополнительная лакмусовая бумажка для власти — через механизм уполномоченного по правам человека видеть и понимать, где у нас проблемы и как нужно скорректировать работу государственных органов. С точки зрения нашей — избиркома, мы готовы сотрудничать с этим институтом в защите избирательных прав граждан. А станет ли он свадебным генералом или эффективным защитником, будет зависеть от этого человека.
— Время от времени возникают предложения выбирать не только депутатов, мэров, губернаторов, президента, но и, к примеру, участковых.
— Я не считаю, что стоит выбирать всех и вся. Это, прежде всего, зависит от политической системы государства, традиций, исторических особенностей. В Америке, например, помимо избрания органов власти на местном уровне, выбирают шерифов — это тоже традиция, закрепленная в законодательстве. У нас закреплен принцип добровольности участия в выборах. Но давайте определим — мы 70 лет жили в одной общественно-экономической формации, потом перешли в другую. Мы проходим серьезный транзит в различных укладах нашей жизни за такой короткий промежуток времени с точки зрения исторического развития государств. Ладно, экономика, политика… Но сознание поменять так быстро довольно сложно. Я очень часто говорю: надо понять одну простую вещь — приходя на выборы, вы отдаете свою власть человеку, который будет потом от вашего имени принимать правила, по которым мы все будем жить. Надо это осознать. Но вместо осознания у нас установка — да там и без нас все решат, да это от нас не зависит. Вот с точки зрения правовой системы есть два метода правового регулирования — принуждение и убеждение. И иногда бывает полезно именно принуждение. Может быть, нам надо было, как в некоторых странах, сделать обязательным участие в выборах. Ведь участие в выборах — это реализация не только своего права, но и обязанность — сформировать свою власть.
— Так у нас принуждение сразу же вызывает отторжение.
— И вот как тут найти золотую середину? Но мне как человеку, который на протяжении 13 лет занимается организацией выборов, это кажется правильным. Это моя субъективная позиция, и я не претендую на истину в последней инстанции. Может быть, тогда у нас и отношение к участию в выборах как институту волеизъявления сформировалось бы другое. С другой стороны, когда иногда начинает действовать некий «глупый административный ресурс»: а вот идите получите открепительный и на выборы, это однозначно вызывает отторжение.
— Да, и потом сфотографируйте галочку в качестве доказательства…
— Да это же бред, это неуважение к людям. И реакция отторжения в этих случаях очевидная и понятная. Здравый смысл должен быть во всем. Надо всегда взвешивать и проводить параллель — а как вы отреагируете, если с вами так поступят.
Анастасия ПАУКОВА, Елена АНИКИНА, «Новая Сибирь»
