Киржач – моя и твоя малая родина (стр. 2 )

Для обеспечения силуэта городской застройки авторы плана намечали построить по берегу реки девятиэтажные жилые дома. Но до реализации этих наметок дело не дошло: старожилы стали подвергать план критике за пренебрежение к старине. В 1989 году институт «Владимиргражданпроект» представил новый генплан. Он сориентирован на развитие города в южном направлении – на слияние микрорайона шелкового комбината с поселком Красный Октябрь. Многоэтажная застройка в центре города отложена. План был дополнен программой комплексной реконструкции микрорайонов исторической застройки. Упор рекомендовалось сделать не на снос, а на приведение в порядок старинных зданий, реставрацию их фасадов и приспособление внутренних помещений к современным нуждам. Так был предотвращен уже начавшийся снос последнего торгового ряда, он был отреставрирован и стал своеобразным и красивым эталоном города. Программа предусматривала приведение в демонстрационный вид комплекса монастыря и всех 73 памятных объектов, которые придают Киржачу облик старинного русского города. Проектанты высказали очень ценную, на мой взгляд, мысль о превращении ныне разделяющей город на микрорайоны поймы реки Киржач в объединяющую их путем создания около реки, по практическому центру города парка культуры и отдыха с комплексом культурно-спортивных сооружений. Зону с юго-востока от шелкового комбината предлагалось сохранить для строительства «спального» микрорайона. Однако «перестройка» и последовавшие за ней коренные изменения в обществе и этот план сделали нереальным. С середины 90-х годов город со всех сторон стал обрастать особняками, при строительстве которых не всегда вспоминали о прямолинейности улиц и постановке строений по красной линии. Кое-где создали самозахватом коллективные сады и огороды. К 2008 году городская территория оказалась окруженной неупорядоченными микрорайонами особняковой застройки. Вероятно, это чревато для будущих поколений киржачан, которые захотят свой город сделать компактным и удобным, дополнительные трудности.

В конце ХХ и в начале нового века городская застройка практически предоставлена самотеку. Уличная сетка перестала соблюдаться. Например, новостройки по улице Горького на Селиванове на ровном поле настолько искривились, что окончание улицы стало подобно поросячьему хвостику. Взяли и заузили со стороны автовокзала въезд в улицу Калинина. Образцом непродуманности и неупорядоченности может служить микрорайон¸ прилегающий к железнодорожному и автобусному вокзалам. Во-первых, неудобно пассажирам, особенно гостям, которые не знакомы с городом, то, что автовокзал построили на значительном расстоянии от железнодорожного, а вокзальную площадь застраивают в хаотичном порядке какими-то времянками. Совсем недавно перед кургузым автовокзалом, донельзя заузив площадь, построили двухэтажный магазин. Попробуй теперь гость, приехавший в Киржач в темное время, отыщи теперь автовокзал! Все новостройки около этого вокзала у меня оставляют впечатление полного хаоса. Здесь создалось, думаю, из-за полного отсутствия архитектурной проработки аж шесть площадей! И ни одна из них не обустроена, чтобы радушно встречать гостей: площадь перед хозмагазинами и зауженной улицей Калинина, застроенная палаточками, узенькая площадь непосредственно перед входом в автовокзал и огромная, совершенно неблагоустроенная сзади вокзала; далее отгорожена то ли площадь, то ли площадка перед магазином, где базируются маршрутки, обозначилась на пустыре площадь перед новым магазином на искривленной улице Горького. Вот так сегодня выглядят «ворота» города, которым в других городах уделяют особое внимание, потому что по ним гости судят обо всем городе. Хуже того, многочисленные торговые объекты на противоположной стороне улицы, которая служит основной магистралью в городе, создали в этом микрорайоне столь опасную обстановку, что перемещаться здесь без опасения за свою жизнь и здоровье способны свободно только очень смелые и ловкие люди. Остальные ждут – не дождутся, когда с этого участка уберут транзитный транспорт.

Киржач на протяжении шести с половиной веков был небольшим, уютным, вписанным в естественную природную среду поселением. И перспективы на ближайшие 100-200 лет превратиться в мегаполис у него не просматривается. Это обстоятельство побуждает с особой тщательностью относиться к содержанию зеленого и водного убранства города, к ухоженности за его окрестностям. Многие из предшествовавших «отцов города» это ясно понимали и принимали энергичные меры, чтобы поддерживать природное очарование города. Во - первых, по-хозяйски берегли заливной луг, который разъединяет-объединяет микрорайоны города, потому что краше роскошного, пропитанного медовым ароматом луга трудно что-либо сыскать. В наше время практически все участки этого луга испорчены бессистемной пастьбой скота, загажены стихийными или аварийными сбросами канализации, берега реки, находясь в бесхозном состоянии, замусорены.

Усилиями нескольких поколений, в первую очередь учащихся школ, профучилища и техникума, в городе созданы скверы по улице Гагарина, парк имени З6-й гвардейской дивизии, лесопарк около около стадиона шелкового комбината, лесопарк около машиностроительного колледжа. Ныне все они нуждаются в усилении ухода. А как прекрасно в 60-80 – е годы начиналось благоустройство чистой и светлой сосновой рощи около городского озера! Но… лодочную станцию разорили, площадки для спортивных игр и концертов разломали. Молодежь по-прежнему любит здесь отдыхать, к сожалению, не все соблюдают правила чистоты и порядка.

Безусловно, украшением города служили и служат реки Киржач и Вахчилка, искусственные водоемы, образованные на их основе в черте города. В старину киржачане заботились о полноводности рек и их чистоте На территории города на реке Киржаче действовало несколько плотин, остатки которых до сих пор видны около мебельной фабрики, около Селивановского моста, около лав в сторону микрорайона шелкового комбината Но предоставленная самовыживанию река Киржач сильно обмелела, загажена аварийными стоками дышащей на ладан канализационной системы, берега ее замусорены. В гораздо лучшем состоянии в черте города речка Вахчилка. Энтузиасты из коллективных садов построили на ней и впадающих в нее ручьях целый каскад водохранилищ, которые украшают садовые участки. Прекрасное городское озеро, построенное по инициативе бывшего директора инструментального завода , ныне практически бесхозное, под напором наглых браконьеров омертвело.

Особо следует сказать о цветочном убранстве городской территории. В период, когда старостой городского прихода был самый богатый местный купец , в центре города, как пишет первый историк Киржача, по строгим липовым аллеям и роскошным цветникам «нельзя пройти без приятности». Сохранились свидетельства о том, что роскошные цветники, нанимая садовников, имели при своих особняках хозяин меднолатунного завода , в микрорайоне шелкового комбината . Сейчас у нас даже вокзальные площади не могут похвастать роскошными цветниками. Мне думается, что в украшении улиц, скверов, приусадебных участков цветами киржачанам стоит поучиться у своих чешских друзей из города-побратима Румбурка.

Став председателем городского Совета, ветеран Великой Отечественной войны , предпринял попытку благоустроить низину под Кручей в излучине реки до микрорайона мебельной фабрики. Здесь он мечтал, используя в самом центре города крутые склоны, обустроить место для массовых сборов киржачан, собраний, концертов, спортивных соревнований. Он мечтал поднять уровень воды в реке хотя бы на метр, на базе омута и естественного пляжа обустроить городскую купальню; засыпав болото песком, построить спортивные площадки – место для сбора горожан изумительное. Но успел он организовать только посадку саженцев, до наших дней сохранилась здесь лишь одна куцая аллея. Подобных планов и мечтаний было много¸ но все они, не получив поддержки от последователей, канули в Лету.

Из краткого обзора видно, что на протяжении веков инициативными киржачанами выдвигалось немало ценных идей по развитию и благоустройству города, но подавляющее число благих и, вероятно, полезных начинаний со сменой руководства глохло в забвении. Не могу вспомнить хоть одну идею в застройке и в декоре города, которая была бы доведена до завершения. Поэтому, на мой взгляд, нашему древнему поселению нужнее всего бережное, уважительное отношение к начинаниям наших предшественников, преемственность и взвешенность решений с учетом перспективы хотя бы на 100-200 лет вперед. По-моему, в Киржаче бесперспективно стремиться к приобретению сверхдорогих памятников, к сооружению удивительных строений. Очарование Киржача в его близости к природе, в чистоте и ухоженности водоемов и зеленого наряда. В этом он значительно богаче больших городов, это его естественное богатство.

автор С. Кротов, краевед.

ЗАПОВЕДНЫЙ КРАЙ

Книга о Киржаче и Киржачском районе для дачников,

сезонных жителей и гостей края

1. НА ФУНДАМЕНТЕ, ЗАЛОЖЕННОМ СЕРГИЕМ РАДОНЕЖСКИМ

Письменная история Киржача и его окрестностей начинается со времени пребывания здесь Сергия Радонежского. В монастырских летописях зафиксировано, что в 1354 году Сергий, попытавшийся в основанной им Свято-Троицкой обители ввести древнегреческий устав, по-гречески кеновийный, по латыне – коммунистический, по-старославянски - общинножитный, и, столкнувшись с неудовольствием части монахов и, прежде всего, своего старшего брата, тихо ушел из обители на поиск места для основания нового монастыря. Сутяжничать из-за верховенства в монастыре, где, как и во всех других монастырях Северной Руси, действовал особножитный устав, он по складу своего характера не мог, но и смириться в то лихое время, когда татаро-монгольское иго терзало не только тело, но и душу народа, был не в состоянии. Особножитный устав, который бытовал в монастырях того времени, репродуцировал в среде монахов такую же разделенность и удельную вражду, какая бытовала в княжеских семьях. А удельная распря среди русских князей способствовала укреплению на Руси лютой власти татаро-монголов. Кеновийный устав, за внедрение которого ратовал Сергий, побуждал монахов «жить по совести», чтобы у народа было «одно сердце, одна душа». При особножитном уставе монахов объединяло лишь исполнение церковных служб, жили они в собственных кельях, кому какая доступна по средствам, одевались и питались по имеющемуся у каждого достатку. По кеновийному уставу монашеское общество становилось подлинным братством: все имущество у них, из боярской ли семьи пришел монах или из бедной крестьянской, становилось общим.

Сам Сергий – выходец из боярской семьи, как повествуют легенды, любил работать, он ловко орудовал топором на строительстве «церквичек» и жилищно-хозяйственных построек. Работал Сергий, утверждают легенды, больше всех, питался наравне со всеми, одевался в то, что останется из одежды и обуви после того, как братия разберут лучшее из принесенного прихожанами. Здесь уместно отметить одну особенность вековой народной памяти: она с мелкими подробностями и во всем многоцветии сохраняет лишь то, что существенно для народа и обходит молчанием протокольно-анкетные данные. О Сергии и его духовных подвигах написано множество исследований, философских трактатов, издано бессчетное количество книг. Все они, без исключения, основаны на легендах, в которых даже не упоминается, где и когда родился Сергий. Достоверно известно лишь его светское имя - Варфоломей - и год смерти. Легенды, передаваемые из поколения в поколение, записанные грамотными монахами и фольклористами, не вдаваясь в подробности рода Сергия, неизменно подчеркивают, что он с детства был воодушевлен идеей любви к своей стране, к своему народу. Подавая пример другим монахам, он вел праведно-нищенскую, аскетическую жизнь. Его очень привлекали порядки в древнехристианских общинах, где все было общим, где жили по-братски. Эти порядки Сергий проповедовал всю свою жизнь и, надо сказать преуспел: в ряде исследований о его житии отмечается, что в конце XIV – начале XV веков на кеновийный устав перешли на Руси более ста монастырей, которыми руководили ученики и последователи Сергия Радонежского. В числе первых русских монастырей, где был внедрен кеновийный устав, есть все основания считать Киржачский Свято-Благовещенский мужской монастырь.

Праведная жизнь Сергия и многочисленных его последователей, при которой личные интересы и даже сама жизнь приносится в жертву богоугодному делу, народному благу оставляла не просто глубокий, а неизгладимый след в душе народа. Главным, определяющим стало то, что Сергий и его последователи пробуждали у воинов и князей, у бояр и крестьян стремление преодолеть разрушительную для Руси «распрю», желание, поступаясь личными интересами, объединить силы, чтобы сбросить ненавистное татаро-монгольское иго. Монастыри, перешедшие с особножитного на кеновийный устав, своим устройством благотворнейшим образом влияли на народ, они явились теми животворными дрожжами, на которых поднялось гордое и непокорное национальное самосознание. Силой своего духа, писал великий историк России , Сергий поднял упавший дух народа. В этом его великий, незабываемый в веках подвиг.

Письменные источники об основании монастыря на реке Киржач весьма скудны, зато устные легенды красочны и обстоятельны. Они заслуживают внимания, потому что в них отразился дух того времени. Тихо покинув лавру, Сергий лесами пошел в Махру, где настоятелем был его друг Стефан. Тот внимательно и участливо выслушал отшельника, дал ему проводника, хорошо знавшего тропы в диком лесу. Вместе с проводником Сергий вышел к реке с песчаным перекатом, полюбовался серебром кишащей в ней рыбы, вброд перешел реку и стал подниматься по крутому, поросшему лесом берегу. Поднявшись на середину кручи, обнаружил журчащий из-под камня родник исключительно чистой воды. Напился, поднялся на Кручу, огляделся. Вокруг, насколько хватало глаз, леса, волнами тающие у горизонта в голубоватой дымке. Сверкающей змейкой среди лесов и заливных лугов извивается речка. А рядом вековые сосны, словно сказочные богатыри, упираются вершинами в небо. Около золотистых стволов деловито жужжит пчелиный рой. «Да, вот оно, то божественное место, какое я искал!» - воскликнул скиталец и принялся за дело: заключил родник в колодец, начал строить скит. Некоторое время он жил в одиночестве. К его ветхому жилищу подходили дикие звери, но Сергий их не страшился. Одна из легенд, вполне возможно киржачского периода жизни Сергия, навеяла замечательному русскому художнику сюжет картины « Сергий с медведем». Легенда гласит, что однажды ранним утром Сергия разбудил медвежий рев. Он вышел из скита и увидел здоровенного медведя, в лапе которого торчала щепа. По-видимому, косолапый пытался полакомиться медом диких пчел, засунул в дупло лапу, да поранился. Сергий не испугался свирепого, молящего о помощи зверя, вытащил занозу, и медведь его не тронул. О своей великолепной картине сам писал так:

«Все, что чувствовал я в нашей северной природе чудного, умиротворяющего человеческую природу, что должно преображать его из прозаического в поэтический, все должно быть в нем, и мне чудилось, что на такой пейзаж, с таким лесом, цветами, тихой речкой напал я». Уместно заметить, что всю жизнь рисовал образ Сергия, и везде он у него воодушевлен, неразрывно связан с природой. Художник старался изобразить лучшего русского человека средневековья, духовного прародителя русского национального характера: миролюбивого, поэтичного и непреклонного в убеждениях, человека чистой душевной красоты, пренебрегающего суетой мира.

Легенда о встрече Сергия с медведем нашла отражение и во многих других произведениях. На сводах парадного въезда в монастырь, в верхней части которого сооружена и в настоящее время восстановлена надвратная церковь, многие десятилетия встречала посетителей настенная живопись, изображавшая с одной стороны Сергия с медведем, с другой – Сергия, рубящего «церквичку». Парадный въезд в Свято-Благовещенский монастырь и надвратную церковь насельницы возрожденного в Киржаче женского монастыря отреставрировали, правда, до росписи стен и мозаики руки пока не дошли. Над колодцем Сергия его последователи построили часовню, которая к ХХ веку пришла в ветхость и была разрушена. Усилиями насельниц обновленного Благовещенского монастыря колодец восстановлен и над ним заново отстроена часовня.

В Киржаче, как указывают монастырские летописи, Сергий прожил около четырех лет, успев основать монастырь, руководить которым он при возвращении в лавру оставил своего ученика и последователя Романа. Можно предположить, что Сергий и после его ухода более 30 лет Роман, после смерти тоже провозглашенный русским святым, строили в монастыре только деревянные постройки, от которых до наших дней ничего не сохранилось. Когда и кем построен величественный Благовещенский собор, специалисты спорят. Но то, что храм построен настоящими знатоками русского архитектурного искусства, опытнейшими мастерами кирпичной кладки, ни у кого сомнений не вызывает. По сходству с Троицким храмом в Троице-Сергиевой лавре, по деталям, общим для храмов, построенных в XV-XVI веках в Москве, в Суздале, ученые определили примерный период постройки храма – первая половина XVI века.

Благовещенский собор и соединенный с ним площадкой-гульбищем храм Спаса исследователями отнесен к числу ценнейших памятников древнерусской архитектуры. Оба эти храма оставляют у посетителей, которых в последнее время становится все больше и больше, впечатление вдохновенной поэмы в камне. Они своей гармоничностью и пропорциональностью поэтизируют дух созерцающего, отрывают человека от суетного и мелкого к высоко духовному и вечному. Оба храма внесены в список памятников государственного значения. Насельницы монастыря за последние два десятилетия провели в этих храмах и во всем монастырском комплексе колоссальную работу по реставрации зданий, приведению в ухоженное состояние всей территории обители. Им с большим желанием помогают многие киржачане. Впереди еще масса работы, но насельницы и помогающие им горожане уверены, что терпение и труд все перетрут. И станет комплекс монастыря одной из ярких жемчужин в «Золотом туристическом кольце» в срединной части России.

2. ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ КРАЯ

Из многовековой истории края задержим внимание читателя лишь на тех моментах, событиях и явлениях, которые, на наш взгляд, являются определяющими вехами. Заселен край с незапамятных времен. Археологические раскопки в окрестностях хутора Буяне, сел Заречье, Ратьково и других, расположенных по берегам реки Шерны, обнаружили многослойные остатки поселений, которые существовали здесь в III-м и во II-м тысячелетии до новой эры. Лингвисты определенно говорят, что 6 –5 тысяч лет тому назад по берегам рек Шерны и Киржача, пересекающих район с северо-востока на юго-запад, жили племена финно-угорской группы. И само название Киржач пришло к нам из той далекой поры. В переводе с древнего языка оно означает «левый»: река является левым притоком реки Клязьмы. Позднее по рекам сюда переселились южнославянские племена, теснимые со степного юга в леса. Они постепенно слились с жившими здесь до них племенами, вероятно, не всегда мирным путем. Археологи вдоль рек Шерна, Киржач, Дубенка, Шорна, Молодынь и других обнаружили цепочки древнеславянских и древнерусских курганов. В монастырских летописях находим упоминания о лютых татаро-монгольских сборщиках дани, о разорении монастыря и окрестных деревень польско-литовскими интервентами.

Со времен Ивана Грозного в Киржаче и окрестных селах начали селиться знатные бояре. В 1656 году на территории Благовещенского монастыря построил храм Спаса Всемилостивого именитый боярин Иван Андреевич Милославский. Над росписью сводов и стен в этом строго величественном храме со звонницей трудились лучшие русские мастера того времени. Как гласит церковная опись, в этом и построенном раньше Благовещенском храме иконы «высокого письма обложены серебром, венцы золоченые, а некоторые обложены жемчугом и драгоценными каменьями». На одной из икон в храме была укреплена серебряная пластинка, свидетельствующая о том, что икону писал знаменитый ученик Андрея .

В подклети храма была устроена усыпальница рода Милославских. В этом храме совершали поминовения, кроме рода Милославских, о Самариных, Грамотиных, Нарбековых, Ржевских, о роде князя Михаила Федоровича Пожарского, о Бестужевых, Злобиных, Протасовых, Огаревых, Соковниных, Прокудиных и других.

На живописном берегу Малого Киржача несколько столетий строилась и украшалась усадьба графов Салтыковых, род которых восходит к началу XIII века. Тогда сын родоначальника рода Терентий был боярином у князя Александра Невского и отличился в Невской битве (1240 г.) Правнуки его были боярами у Ивана Калиты. Сыновья и внуки Михаила Мороза, по прозвищу Солтык, были доверенными лицами московских государей. Из рода Салтыковых вышло наибольшее число бояр, три фельд-маршала, несколько дипломатов, исследователей дальних стран. Владелец села Салтыков ( гг.) построил в селе деревянную Казанскую церковь, за важные государственные заслуги был возведен в графское достоинство. С этого времени в Смольневе и в других владениях Салтыковых начинают строиться роскошные помещичьи комплексы. В имении в Смольнево отбывал ссылку известный декабрист , семья которого состояла в дружеских отношениях с семьей . От некогда роскошной графской усадьбы до наших дней сохранился в сильно разрушенном состоянии уникальной архитектуры храм, к восстановлению которого в последние годы принимаются некоторые усилия. Одичавший парк потерял свои формы, но не привлекательность. Он объявлен, как и соседний с ним луг, богатству растительного мира которого может позавидовать иной ботанический сад, памятником природы. Конечно, было бы желательно в этом прекрасном месте восстановить старинную усадьбу и парковое изящество, но во что это обойдется!

Остатки старинной усадьбы сохраняются также на крутом берегу Шерны в районе деревень Сергиевка – Бережки. Это было имение Вяземских, одного из старинных дворянских родов, представители которого дружили с Пушкиным и Лермонтовым. В советское время на базе этого имения действовал противотуберкулезный санаторий.

Очертания прудов, перетекающих по склону холма, сохранились в старинном селе Фуникова Гора, которым владел старинный дворянский род Прокудиных-Горских. Основателем этого рода был один из воевод Дмитрия Донского, участвовавший в Куликовской битве (1380 г.). Род дал стране много отважных воинов, общественных деятелей, исследователей и администраторов. Одному из последних представителей этого рода – Сергею Михайловичу Прокудину-Горскому (18гг.) в местном музее посвящена целая экспозиция. Во всем мире Сергей Михайлович известен как пионер цветной фотографии и цветного кино. Искусствоведы Москвы подарили районному музею роскошно изданную книгу фотографий -Горского «Российская империя в цвете. ». Кроме того, в районный музей из библиотеки конгресса США прислана интересная книга на английском языке об истории этой библиотеки. Эта библиотека гордится большой коллекцией цветных фотографий -Горского.

Высокий патриотизм проявили киржачане во время Отечественной войны 1812 года. В Покровском уезде, куда в то время входили Киржач и Орехово-Зуево, легендарный герой заграничного похода полковник к осени 1812 года сформировал полк «подвижной милиции», который вошел в состав 12-тысячного Владимирского ополчения. Будучи предводителем уездного дворянства, объехал все поместья и потребовал, чтобы каждый помещик выделил в ополчение от 12 до 20 крепких крепостных мужчин, позаботился о вооружении каждого если не ружьем, то хотя бы саблей или пикой, снабдил каждого десятидневным запасом сухарей и одел по-походному. Всего в полк мобилизовал почти 2,5 тысячи ратников. Они в сентябре и октябре несли службу на дорогах, в основном на древнем Стромынском тракте, отбивали обозы у французских фуражиров, помогли армейским соединениям выбить французов из Богородска и Дмитрова, которые французы попытались превратить в опорные пункты для снабжения продовольствием и фуражом своей армии в Москве. После вынужденного отступления Наполеона из Москвы Владимирское народное ополчение было введено в разоренный и сожженный город. Ратники здесь ухаживали за ранеными русскими и французскими воинами, оставленными без присмотра, лекарств и запасов продовольствия. Сотни ополченцев умерли в Москве от холода, голода и болезней, но, как отмечалось в рескрипте императора, ополченцы стойко переносили все невзгоды, самоотверженно и дисциплинированно исполняли свой долг. За два месяца их пребывания в Москве на них не поступило ни одной жалобы. В январе 1813 года большой отряд больных и изможденных владимирских ополченцев был отправлен по домам. Легенда гласит, что этот отряд, дойдя до Киржача, в город не зашел, а разбил бивуак в 1,5 верстах от города в красивой излучине реки. Здесь ополченцы, не подвергая риску заражения горожан тифом и холерой, приводили себя в порядок, лечились на снегу и многие умирали. С той поры киржачане упорно называют тот взгорок, поросший соснами, Вшивой горкой. В 1970-80 годах в этой излучине реки после напряженных парашютных тренировок любили отдыхать космонавты Гагаринского и последующих наборов. К сказанному о герое Отечественной войны 1812 года нужно добавить, что его близкий родственник стал в 1830-е годы, со времени совместной учебы в школе гвардейских подпрапорщиков, близким другом .

После Отечественной войны 1812 года край закипел в капиталистических преобразованиях. Низкое плодородие местной пашни, малоземелье и быстрый прирост населения побуждали местных крестьян искать побочных заработков. В XIX веке значительная часть работоспособных мужчин после уборки урожая отправлялась из родных деревень в Москву и подмосковные города «на заработки». При этом, как отмечали народники, исследовавшие «промыслы», киржачские отходники проявляли удивительную способность перенимать и совершенствовать любое мастерство, которое им приглянулось. Так было с деревообработкой. Выполняя заказы московских вельмож на строительство и украшение дач, мебели, иконостасов плотники и столяры из Аргуновского края (село Аргуново расположено в срединном течении реки Киржач; в округу входило до 500 окрестных деревень) внимательно приглядывались в Москве к архитектурным, скульптурным и декоративным формам античных изделий. И, передавая навыки и находки от отца и дяди к смышленым сыновьям и племянникам, выработали свой стиль обработки древесины, декоративных украшений из нее. В нем органично сплелись пропорции и формы, найденные античными мастерами в камне и в мраморе, с буйной фантазией языческой Руси. В оформлении иконостасов, фасадов дач и изб, парадной мебели аргуны оригинально применяли колоннаду, капители, пилястры; изображения виноградной лозы у них соседствовало с изображениями диковинных птицезверей, с символами земной хляби и прочими элементами древнерусского декора. Славянофилы очень высоко ценили декоративное искусство аргунов и называли плоскостные и прорезные деревянные украшения «исконно русским декором». Затейливые наличники, причелины, угловые доски, «полотенчики» до середины ХХ века сохранялись во всех аргуновских деревнях. Особой многодельностью выделялись деревянные узоры на домах в центре Киржача, в деревнях Санино, Старово, Финеево и многих других. В центре города особняки с роскошной аргуновской вязью на фасадах безжалостно заменены на кирпичные безликие коробки, в деревнях – наличники сгнили. Наилучшим образом сохранилась аргуновская деревянная вязь в Георгиевской церкви в селе Ильинское. Здесь еще можно насладиться поэтической пропорциональностью и тонкостью аргуновского декора на старинных иконостасах Большую настойчивость и смекалку проявили киржачские крестьяне, промышлявшие извозом на древнерусском Стромынском тракте. Щелковские светелочники, освоившие изготовление шелковых ленточек, пуще зеницы глаза хранили секреты своего мастерства от чужаков. А эти секреты очень и очень заинтересовали зареченских и ратьковских извозчиков. Один из них, помнит легенда, притворился сильно заболевшим и попросился, чтобы не замерзнуть на снегу, полежать в доме светелочника. Женщины сжалились над беднягой, а он быстренько соблазнил дочку на выдание. Когда «грех полез на пузо», парень «выздоровел» и нагло потребовал от хозяина, чтобы тот помог ему обзавестись собственной светелкой, иначе он «порченую» девку замуж не возьмет.

Шелковый промысел, включивших в себя выработку ярких ленточек, гладьевой и ворсовой ткани, за несколько десятилетий распространился на все деревни, расположенные вдоль Стромынки, до Киржача. К середине XIX века вдоль этого тракта сложился яркий, как радуга, «шелковый пояс Владимирщины». Здесь с центром в Киржаче до 1990-х годов действовало крупнейшее производственное шелковое объединение, вобравшее в себя десятки фабрик и светелок. Оно в советские годы давало району до 70 % дохода, помогало подготовкой кадров новым шелковым комбинатам в республиках Средней Азии и в Армении.

С началом «перестройки» это уникальное предприятие рассыпалось на мелкие, обособленные фабрики и быстро угасло. Банкротство крупнейшего шелкового комбината и большинства фабрик, налаживавших содружество с ним, тяжело отразилось на тысячах шелковиков, которые неплохо зарабатывали и гордились своим мастерством.

К концу XIX века, как сообщают статистические документы, в крае до 90 % трудоспособных сельских жителей оказалось втянутым в промышленное производство. При этом каждая деревня специализировалась на каком-либо одном или двух «промыслах». Например, зареченские и ратьковские мужики, кроме производства шелковых ленточек, наловчились вытягивать тончайшие пластины из золота и серебра, которыми потом покрывались иконы, кресты, церковная утварь, купола храмов. Хмелевские и халинские мастера славились изготовлением особо прочных и легких колес для карет и телег. За их изделиями постоянно приезжали купцы аж из Нижнего Новгорода. Акуловские, корытовские гончары изготавливали кринки, глиняные горшки и вазы. Полутинские и трохинские мужики специализировались на выжиге древесного угля для плавильных отделений заводов и для кузниц.

Местные металлообработчики тоже в грязь лицом не ударили: самовары, бытовая и церковная утварь, изготовленная местными обработчиками латуни, до сих пор вызывает восхищение у посетителей музея завода «Автосвет». В советские годы этот самоварный заводик стал головным предприятием по изготовлению осветительной арматуры для автотракторной промышленности и остается ведущим отечественным поставщиком фар, фонарей, световой сигнализации для крупнейших автозаводов страны.

Многовековая история наложила свою печать на облик города и старинных сел района. Городом Киржач провозглашен в 1778 году в соответствии с административной реформой Екатерины II. Новопровозглашенная «столица» Киржачского уезда состояла тогда из небольшой подмонастырской слободки и соседнего села Селиванова гора, насчитывала менее 2 тысяч жителей. По той же административной реформе началось регулируемое строительство казенных зданий и жилья. Каждый уездный город обязан был иметь административно-торговый центр. Рядом с ним строились прямые улицы, которые перпендикулярно пересекаясь, образовывали правильные квадраты. Все дома требовалось ставить строго по красной линии и фасадами украшать улицу в соответствии с предложенными образцовыми проектами. Благодаря осуществлению, хотя и непродолжительному, этого плана Киржач в центральной своей части имеет четкую, строгую планировку, административно-торговое ядро, в котором сохранились несколько старинных административных зданий и частично один из двух торговых рядов, Отреставрированный и по - современному перестроенный внутри, этот торговый ряд стал своеобразной визитной карточкой Киржача. Всего в историческом ядре сохранилось 84 старинных объекта, которые стали основанием для включения города в особый список российских городов, обладающих ценным древним градостроительным центром.

Много памятных вех оставила в городе и в деревнях района Великая Отечественная война. За годы войны небольшой по численности район поставил под ружье 12356 лучших своих сынов и дочерей. Потери понес колоссальные. В микрорайонах города, во всех поселках и деревнях в память о земляках, отдавших жизнь за свою Родину, возведены памятники и обелиски. Когда стоишь перед этими скорбными сооружениями, то невольно думаешь, сколько же людских корней подрублено войной, скольким только начинающим жить землякам не суждено было раскрыть свои способности и таланты. А сколько людей не родилось!

К зиме 1941 года район стал прифронтовым. Прикрытый лесными массивами, он был превращен в огромную площадку по подготовке скрытых резервов для наступательных операций. Всю войну, начиная с декабря 1941 года в районе велось формирование и обучение десантных соединений. В память о десантном корпусе, перед отправкой под Сталинград переформированном в 36-ую гвардейскую стрелковую дивизию, в центральной части города назван парк, в нескольких местах, где десантники учились биться в тылу противника, установлены памятные знаки, мемориальные доски. Одновременно на двух местных аэродромах шло обучение молодых летчиков и планеристов. Здесь формировал авиадивизию штурмовиков знаменитый полярный летчик Герой Советского Союза , в послевоенные годы здесь же тренировавший космонавтов Гагаринского набора. Недолго здесь обучала летчиц Герой Советского Союза . Она очень торопилась помочь подругам, бьющимся под Сталинградом, поэтому пренебрегла, вылетая из Киржача на фронт, тяжелыми метеорологическими условиями. Ее самолет обледенел и потерпел катастрофу. Героиня погибла. Ее именем в городе названа улица, на здании, где она квартировала, установлена мемориальная доска.

На том же аэродроме, где обучались летчики штурмовой авиации и летчицы бомбардировочного полка, тренировались в ночных полетах и планеристы двух гвардейских полков. Обучал отважных 18-20-летних парней Герой Советского Анохин. Он учил планеристов ориентироваться в ночном небе, садиться на площадки посреди леса, подготовленные партизанами. Если площадка мала, наставлял асс юных, то направляйте планер меду большими деревьями: крылья оторвутся, но пилот и груз сохранятся.

Бесшумно пересекая в ночном небе линию фронта, отважные гвардейцы доставляли партизанам, в основном в Белоруссию и в Ленинградскую область, по 200-250 кг груза: листовки, медикаменты, взрывчатку, оружие. Посаженную посреди леса фанерную птицу сжигали: все равно она самостоятельно в небо подняться не могла. Повоевав вместе с партизанами, планеристы, кому удавалось, переходили линию фронта и возвращались в родной полк. Когда кто-нибудь возвращался, радости у однополчан и молодых киржачских ткачих было до небес. В память о тех незабываемых днях ветераны-планеристы при въезде в микрорайон шелкового комбината установили макет боевого планера и, пока позволяло здоровье, каждый год собирались, чтобы почтить память своих боевых товарищей.

В предвоенные и особенно в послевоенные годы Киржачский район был превращен в место ссылки «неугодных» интеллигентов. Ссыльные московские профессора, доценты, деятели культуры и искусства, снимая «углы» в городе и окрестных деревнях, работали учителями, библиотекарями, заведующими сельскими клубами. Например, известный археолог, доктор исторических наук , уроженец деревни Ивашево, обладатель отменного баса (он пел даже в Большом театре), несколько лет работал художественным руководителем в клубе фабрики «Свобода». К науке его вернула его верная подруга и жена Мария Борисовна, которая происходила из знатного дворянского рода и доводилась правнучкой Анны Петровны Керн, той самой, которой Пушкин посвятил стихотворение «Я помню чудное мгновение». Во всех археологических экспедициях Мария Борисовна сопровождала ученого и умело гасила скандалы, которые чаще всего вспыхивали из-за испорченных нервов руководителя экспедиции. Называя Марию Борисовну настоящей Пассией, Василисой Премудрой, талантливый археолог подчеркивал, что почти все 200 его научных трудов по истории Древней Руси доведены до публикаций благодаря ее стараниям. Самым именитым ссыльным, который жил и творил в Киржаче, был, пожалуй, всемирно известный искусствовед и философ . В Киржаче он более двух лет работал над исследованием творчества великого немецкого поэта И. Гете. По воспоминаниям старожилов, ссыльные московские профессора и доценты, работая учителями и руководителями художественной самодеятельности в городских школах, так увлекли местных подростков вершинами науки и культуры, что только среди выпускников одной средней школы № 2, окончивших школу в 1946-54 годах, 32 человека стали докторами и кандидатами наук, несколько человек полиглотами, видными деятелями культуры.
Особая страница в жизни района – многогранные, многолетние связи и дружба киржачан с летчиками –космонавтами. С 1960 года на базе местного летно-испытательного комплекса научно-исследовательского института парашютостроения проходили обучение сложным парашютным прыжкам летчики-космонавты. Кандидаты в первопроходцы космоса жили здесь на казарменном положении. Они учились прыгать днем и ночью, с малых и больших высот, с задержкой в раскрытии купола, управлять своим телом в условиях свободного падения. Усердно и под строгим контролем занимаясь технической, физической и психологической подготовкой, будущие космонавты радостно и интенсивно отдыхали на лоне природы после напряженных, порой на пределе человеческих возможностей, тренировок. Они бродили по окрестным лесам, собирая грибы и ягоды, купались в реках Киржач и Шерна, рыбачили, позднее многие увлеклись охотой на кабанов, которых в районе в 70-80 годы развелось очень много. Памятных мест, где побывал и его товарищи, в районе много. Мемориальная доска установлена на районном Доме культуры.