Но я такой же, как и ты
Как лист, шатаясь над обрывом
"Прошу, судите справедливо"-
Из уст мальчишки вылетало.
Чья мать безудержно рыдала.
Ну, где ж, безумный, оправданья?
Они ведь ждут исповеданья!
Он повернулся к ним тогда,
Дрожа от страха и стыда.
Глаза его блеснули грозно:
"Уже меняться слишком поздно!
Ещё мне было мало лет,
Когда я дал себе обет,
Что буду маме помогать,
Любить, хранить, оберегать!
Я с детства раннего решил,
Что Бог меня отца лишил!
Он жил, конечно, с нами рядом,
Но был предателем и гадом!
Надолго пропадал всегда,
Но возвращался. И тогда
Он словно зло на нас срывал!
До полусмерти избивал!
И мама плакала ужасно,
Но слёзы лились понапрасну.
Всё время так происходило,
Но смерть "отца" остановила.
Он отсидел за воровство
И здравствуй кровное родство!
Тогда (я помню, как сейчас)
Он навестить приехал нас.
Не от волнения и скуки!
Не сына взять хоть раз за руки!
Не милую свою обнять!
Он создан, чтобы убивать.
Приехал он не за любовью,
А руки вновь испачкать кровью.
Зверь стал в квартире нас искать,
А мы залезли под кровать.
Но только начал приближаться,
Я перестал его бояться!
Мне надоело в страхе ждать,
Ведь жить хочу! Хочу дышать!
И выскочил я перед ним,
Каким отчаянным и злым
Я показался сам себе.
И благодарен я судьбе
За то, что под рукой попалось
Не помню, чем это являлось.
Глубоко в грудь его воткнул,
Он прямо в очи мне взглянул.
И прошептав почти любя:
"Ведь ты такой же, как и я!"
С последним вздохом он упал.
И те слова я услыхал!
Они проели душу мне!
Всё прояснилось, как во сне.
Из под кровати с диким криком
Мать вылезла каким-то мигом.
И стала труп тот целовать,
А я свалился на кровать.
Что дальше было, то в тумане.
Теперь я здесь. Решайте сами."
Сын, к сожалению, в отца,
Казнить решили. Без конца
Весь зал от жалости рыдал.
Такого он не ожидал.
Мальчик сквозь слёзы процедил:
"Я всё равно тебя любил.
И не хотел такой беды!
Но я такой же, как и ты..."
Старость
Ты видишь этот ветхий домик?
Закрыты окна, и нет ворот.
Но иногда в заросший дворик
Выходит та, что в нём живёт.
Ей молодость закрыла двери,
Она теперь совсем стара.
Ах, сколько горя и потерей
Она одна пережила!
По этим сморщенным щекам
Слеза катилась многократно.
И та, что верила богам,
Была отвергнута когда-то.
Быть может по своей вине,
А может жизнь несправедлива.
Но погибая в нищете
У неба милости просила.
На паперти буханку хлеба
Брала дрожащею рукой
А после, этого отведав,
Шла опечаленно домой.
И в тесном доме на крылечке
Старушку муж не ожидал.
На старом кладбище у речки
Двенадцать лет он пролежал.
Присела бабушка на лавку
И слёзы вытерла платком.
Ей хоть бы к пенсии добавку,
Чтоб заплатить за свет и дом.
Вернуть бы сына с того света,
Понянчить внуков от него.
Но загубили сигареты
Здоровье парня, не дано.
Ты видишь этот ветхий домик?
Закрыты окна, и нет ворот.
Но только в тот заросший дворик
Старушка больше не придёт.
