Этический статус корпорации:
опыт построения многомерных моделей оценки
, кандидат филологических наук, доцент
Уровень социальных отношений регулируется ценностными нормами: хорошо - плохо. Проблема состоит в том, что однозначность подобных оценок, как например, в книжке «Что такое хорошо и что такое плохо», существует только в детском восприятии (или в восприятии тех, чей духовный возраст можно оценить как детство). Однако, неоднозначность этической оценки (которая происходит из ее сложной природы) не освобождает от необходимости занять рефлексивную и определенную позицию по отношению к актуальным событиям общественной (как, впрочем, и личной:)) жизни. Это позиция, отличающая когнитивно сложную, развитую личность от «простого» индивида, оценка которого базируется на единственном критерии - «нравится - не нравится». Даже житейский опыт подсказывает, что вдумчивое отношение к жизни оборачивается более благоприятным судьбинным сценарием.
Для современной социальной жизни значимость отношений общества с крупными корпорациями нельзя переоценить. Однако не все на этом фронте благополучно. Достаточно в поисковой строке Google набрать имя любой российской корпорации, чтобы убедиться в сосуществовании конфликтующих взглядов на их деятельность. Причем, недоброжелатели активизируются в контексте, казалось бы, вполне благопристойного публичного поведения корпорации, пропагандирующей корпоративную социальную ответственность (или КСО - модный тренд в мировой корпоративной религии). Какой бы мыслью не тешили себя корпорации, по факту декларируемая цель программы КСО - ориентация на устойчивое развитие социума - не достигается. Не возникает гармонии частей социального целого, эффекта социальной синергии, когда для общественности смысл публичной акции - осознаваемый или неосознаваемый - воспринимается как положительный.
Например, Альфа-банк инвестирует крупные суммы в спонсорские программы, но реакция общественности очень сдержанная... Почему? Анализ интернет-контента, всплывающий в связи с именем этой компании приводит к выводу, что ее сегодняшняя активность на коммуникационном поле воспринимается как агрессивный стиль поведения, по ассоциации с репутацией, сложившейся еще в 1990-е: самая опасная и непредсказуемая олигархическая группа. Возникают очередные вопросы. Неизбежны ли конфликтующие общественные оценки? Не являются ли они закономерными ошибками восприятия, зараженного различными идеологическими вирусами? Мир безнадежно разделен на олигархов и тех, на ком делают прибыль? Но эту марксистскую гипотезу опровергает, например, история компания Apple, снискавшая всеобщую любовь; смерть основателя Стива Джобса отозвалась неподдельной скорбью во всех уголках мира.
С какой же мерой экспертам следует подходить к измерению этических статусов корпораций как акторов общественной сферы? В качестве ответа на этот вопрос хотелось бы развить идею техуровневой системы оценки этического статуса, предложенную представителем когнитивистики [1]. Три уровня в модели этического статуса соответствуют трем уровням интеллектуального развития индивида, владеющего когнитивными кодами различной сложности в определении этических ситуаций. Методика, предложенная Лефевром, базируется на ряде актуальных концептов, составляющих тезаурус молодой науки когнитивистики. Во-первых, идея Пиаже об интеллекте как совокупности познавательных операционных навыков[2]. Эта идея инспирировала последователей[3] трактовать восприятие как процесс распознания внешних объектов, опирающийся на систему критериев, а мышление как проективную деятельность по решению задач - на базе тех же критериев. Соответственно, чем сложнее система критериев, тем совершеннее адаптивные способности личности, тем выше интеллект[4]. Во-вторых, идея Пиаже о связи интеллекта и установок на социальное взаимодействие индивида (то есть его нравственного развития). Эту идею развил другой его ученик - Лоренц Колберг[5]. Колберг уточняет иерархию стадий морального развития: от двух типов эгоцентрированного мировосприятия к двум типам нравственной ориентации на нормы социального взаимодействия, к вершинным статусам - так называемым «постконвенциальным» стадиям, позволяющим ориентироваться в многообразном мире культурных кодов.
Вернемся к примеру с программами КСО Альфабанка и попробуем объяснить конфликтующие оценки с помощью модели этических статусов Лефевра. Итак, имеется акт публичной самопрезентации - благотворительная программа. Первый уровень оценки осуществляется с помощью критериев, определяющих общепринятые социальные нормы. В контексте этих норм благотворительность, а также любая деятельность во имя коллективного блага - есть добро. Тем не менее, наше общество, искушенное демократическими свободами в духе 1990-х, умудренно задает себе следующий вопрос - о смысле этих действий. Мы убедились, что заявленные цели акции могут не совпадать с истинными мотивами субъекта, а значит, для внешнего наблюдателя смысл акции может восприниматься с противоположным знаком.
Итак, второй уровень критериев, позволяющих наблюдателю ответить на вопрос «что здесь происходит на самом деле?» - степень соответствия публичных заявлений внутренним убеждениям. В нашем примере Альфа-банк не прошел тест, который на бытовом уровне называется «лицемерие»[6], поскольку убеждения (истинная мотивация), распознаются как непротиворечивость поступков в развернутой временной перспективе.
Критерии третьего уровня связаны с этической интерпретацией поступков в системе актуальных культурных кодов. Было бы заблуждением принимать за многообразие культурных кодов эгоцентирческие мотивы инфантильных индивидов или организаций. Если культурные нормы и конфликтуют между собой и с установившимися социальными нормами, то исключительно из побуждений всеобщего блага! Например, оппозиционные идеологии - социализма и либерализма, различаются не отношением к общественному благу, а видением путей его достижения. Имеется большая разница между конфликтом, в котором каждый из участников тянет одеяло на себя, и конфликтом, когда участники ссорятся по поводу наилучших средств достижения общественного блага. Конечно, и для этого типа конфликта имеются свои критерии социальной эффективности. Диалог не должен перерастать в войну. Вероятность благополучного разрешения проблемной ситуации повышается, если участники отдают себе отчет в том, что культурные коды, которыми они оперируют, всего лишь гипотезы, истинность которых проверяется реальностью. Таким образом, на «третьем этаже» этического сознания философы, безусловно, имеют более высокий статус, чем фанатики. Представляется, что в конфликте Ватикана и компании Беннетон по поводу шокирующего плаката Оливьеро Тоскани с изображением целующихся монашки и священника (1991 год, тематическая серия «Любовь основа - всей жизни») не корпорация, а церковь не сумела удержать высокий этический статус.
[1] Лефевр совести. - М.: КОГИТО - ЦЕНТР, 2003
[2] Пиаже, Жан. Психология интеллекта. - Спб.: Питер, 2003
[3] Брунер Дж. Психология познания. За пределами непосредственной информации. - М.: Прогресс, 1977
[4] В дальнейшем эту систему критериев, представляющую собой познавательную установку, Марвин Минский обозначит термином «фрейм», а Ноам Хомский будет говорить о «порождающей грамматике». См.: Фреймы для представления знаний. // http://*****s. ec/b/274991/read; Язык и мышление.-М.: Изд-во Московского университета, 1972
[5]Kohlberg Lawrence. Essays on Moral Development: Vol. 2, The Psychology of Moral Development. San Francisco: Harper and Row. 1984
4 Лицемерие - в соответствии со словарным определением, «отрицательное моральное качество, состоящее в том, что заведомо безнравственным поступкам (совершаемым ради эгоистических интересов, по низменным мотивам и во имя антигуманных целей) приписываются псевдоморальный смысл, возвышенные мотивы и человеколюбивые цели» См.: Словарь по этике/Под редакцией И. Кона, 1981 г. // http://*****/dictionary/522/word/licemerie.
