Карточка 1

Карточка 1

Прочитайте отрывок из книги Н. Носова «Незнайка на Луне» и ответьте на вопросы:

• Как вы думаете, почему возник конфликт между Незнайкой и Ютопсом?

• О каких формах собственности идет речь в ситуации?

• Надо ли наказывать за нарушение права частной собственности? Может ли гражданин сам защищать свою собственность?

...Господин Клопе встал из-за стола, подошел к ступенькам, которые вели вниз с веран­ды, и, сложив на животе сёои пухлые ручки, стал оглядывать Незнайку с головы до ног.

— Наверно, в капкан попался? — спросил наконец он.

— Так точно, господин Клопе. Жрал малину и попался в капкан.

— Так, так, — промычал Клопе. — Ну, я тебе покажу, ты у меня попляшешь! Так зачем ты малину жрал, говори?

— И не жрал вовсе, а ел, — поправил его Незнайка.

— Ох ты, какой обидчивый! — усмехнулся господин Клопе. — Уж и слова сказать нельзя! Ну хорошо! Так зачем ты ее ел?

— Ну зачем... Захотел кушать.

— Ах, бедненький! — с притворным сочувствием воскликнул Клопе. — Захотел ку­шать. Ну, я тебе покажу, ты у меня попляшешь! А она твоя, малина? Отвечай!

— Почему не моя? — ответил Незнайка. — Я ведь ни у кого не отнял. Сам сорвал на кусте.

От злости Клопе чуть не подскочил на своих коротеньких ножках.

— Ну, я тебе покажу, ты у меня попляшешь! — закричал он. — Ты разве не видел, что здесь частная собственность?

— Какая такая частная собственность?

— Ты что, не признаешь, может быть, частной собственности? — спросил подозри­тельно Клопе.

— Почему не признаю? — смутился Незнайка. — Я признаю, только я не знаю, какая это собственность! У нас нет никакой частной собственности. Мы все сеем вместе и де­ревья сажаем вместе, а потом каждый берет, что кому надо. У нас всего много.

— Где это у вас? У кого это у вас? Чего у вас много? Да за такие речи тебя надо пря­мо в полицию! Там тебе покажут! Там ты попляшешь! — разорялся Клопе, размахивая ру­ками и не давая Незнайке сказать ни слова...

Карточка 2

Прочитайте отрывок из повести М. Булгакова «Собачье сердце» и ответьте на вопросы:

• Как вы думаете, почему был возмущен Филипп Филиппович?

• В каких случаях можно лишить человека его собственности?

• Как связано право собственности с другими правами человека?

...Мы, управление дома, — с ненавистью заговорил Швондер, — пришли к вам после об­щего собрания жильцов нашего дома, на котором стоял вопрос об уплотнении квартир дома...

— Кто на ком стоял? — крикнул Филипп Филиппович, — потрудитесь излагать ваши мысли яснее.

— Вопрос стоял об уплотнении.

— Довольно! Я понял! Вам известно, что постановлением от 12 сего августа моя квартира освобождена от каких бы то ни было уплотнений и переселений?

— Известно, — ответил Швондер, — но общее собрание, рассмотрев ваш вопрос, пришло к заключению, что в общем и целом вы занимаете чрезмерную площадь. Совер­шенно чрезмерную. Вы один живете в семи комнатах.

— Я один живу и работаю в семи комнатах, — ответил Филипп Филиппович, — и же­лал бы иметь восьмую. Она мне необходима под библиотеку. Четверо онемели.

— Восьмую! Э-хе-хе, — проговорил блондин, лишенный головного убора, — однако это здорово.

— Это неописуемо! — воскликнул юноша, оказавшийся женщиной.

— У меня приемная — заметьте — она же библиотека, столовая, мой кабинет — 3. Смотровая — 4. Операционная — 5. Моя спальня — 6 и комната прислуги — 7. В общем, не хватает... Да, впрочем, это не важно. Моя квартира свободна, и разговору конец. Мо­гу я идти обедать?

— Извиняюсь, — сказал четвертый, похожий на крепкого жука.

— Извиняюсь, — перебил его Швондер, — вот именно по поводу столовой и смотро­вой мы и пришли поговорить. Общее собрание просит вас добровольно, в порядке тру­довой дисциплины, отказаться от столовой. Столовых нет ни у кого в Москве.

— Даже у Айседоры Дункан, — звонко крикнула женщина.

С Филиппом Филипповичем что-то сделалось, вследствие чего его лицо нежно поба­гровело, и он не произнес ни одного звука, выжидая, что будет дальше.

— И от смотровой также, — продолжал Швондер, — смотровую прекрасно можно со­единить с кабинетом.

— Угу, — молвил Филипп Филиппович каким-то странным голосом, — а где же я дол­жен принимать пищу?

— В спальне, — хором ответили все четверо.

Багровость Филиппа Филипповича приняла несколько сероватый оттенок.

— В спальне принимать пищу, — заговорил он слегка придушенным голосом, — в смотровой читать, в приемной одеваться, оперировать в комнате прислуги, а в сто­ловой осматривать. Очень возможно, что Айседора Дункан так и делает. Может быть, она в кабинете обедает, а кроликов режет в ванной. Может быть. Ноя не Айседора Дун­кан!.. — вдруг рявкнул он, и багровость его стала желтой. — Я буду обедать в столовой, оперировать в операционной! Передайте это общему собранию, и покорнейше вас прошу вернуться к вашим делам, а мне предоставить возможность принимать пищу там, где ее принимают все нормальные люди, то есть в столовой, а не в передней и не в детской!

Карточка 3

Прочитайте отрывок из интервью с «Интернет изменит контуры права на интел­лектуальную собственность», опубликованного в журнале «Эксперт» (№ , и ответьте на вопросы:

• Согласны ли вы с академиком ?

• Должны ли авторы научных открытий, литературных и музыкальных произведений, ком­пьютерных программ получать гонорар с каждой копии своих творений?

• Не следует ли отказаться от защиты интеллектуальной собственности, поскольку дости­жения науки и искусства принадлежат всему человечеству?

• Согласны ли вы с тем. что Интернет принципиально меняет ситуацию с авторскими правами?

...— В Интернете идеи ходят свободно, ноу-хау теряют прежнюю защищенность. Идео­логи Интернета упирают на то, что в современном мире «закрываться» бессмысленно: выиграет не тот, кто закрепит за собой больше патентов, а тот, кто быстрее принимает решения и внедряет инновации. «Виртуальный мир» провозглашает бессмысленность закрытости, в то время как "физический» вовсю продолжает бороться с пиратством. А есть ли смысл продолжать защищать интеллектуальную собственность старыми методами?

— Вы защищаете ее тем, что быстрее реализуете ноу-хау. Или продаете тем, кто мо­жет это быстрее осуществить. Тот, кто повторяет, никогда не сможет обогнать, это верно для любой области.

Проблема интеллектуальной собственности очень интересна. Я занимаю, может быть, несколько революционную позицию в этом вопросе. Мне кажется, что понятие ин­теллектуальной собственности внутренне противоречиво, потому что вся интеллекту­альная деятельность человека связана с тем, чтобы распространять ее как можно шире, а не устанавливать права контроля и собственности.

Попытки оформлять наиболее крупные достижения науки в качестве чьих-то откры­тий — это лишь способ удовлетворить самолюбие их авторов. На самом деле эти дости­жения принадлежат человечеству в целом. Открытие моим отцом явления сверхтекучес­ти было отмечено в свое время Сталинской премией и Нобелевской премией, у него было много патентов в области техники, но он никогда не брал патент на это явление, считая открытие сверхтекучести просто одним из великих достижений современной на­уки. Крупные открытия должны сразу попадать, что называется, в риЫю йогпат, во все­общее достояние.

То же касается прав на тексты, на музыку... Мне кажется, все учебники, все крупные художественные произведения должны находиться в общественном пользовании...

С изобретениями дело сложнее. Помню, очень давно я посетил одну из крупнейших электротехнических фирм Швеции, где мне показывали лабораторию, занимающуюся прикладной сверхпроводимостью. А рядом с этим скромным трехэтажным зданием вы­силось двадцати этажное лицензионно-патентное управление фирмы. Двадцать про­центов оборота этой фирмы были связаны с лицензионно-патентной деятельностью! В современном мире это очень обширная часть бизнеса. Патенты пишутся так, что по ним практически ничего сделать нельзя, можно только закрепить авторство, так что лю­дей обычно интересуют не столько патенты, сколько лицензионные соглашения. Круп­ные фирмы предпринимают значительные усилия, чтобы контролировать техническую информацию и лицензионную продукцию, за этим стоит, как правило, коммерческий интерес.

— Тем не менее не только патенты и лицензии, но и другие объекты интеллектуаль­ной собственности, например авторские права, охраняются законами, в том числе и международным правом.

— Я думаю, что Интернет изменит контуры права. Полиостью защитить информа­цию невозможно, если вы поместили информацию в эту систему, считайте, вы ее опуб­ликовали.

Другое дело, каким образом должна оплачиваться работа авторов, писателей, уче­ных. Интеракция «я читаю — я плачу» уходит в прошлое. По-видимому, необходимо ис­кать другой способ поощрения авторов вместо прибыли от прямых продаж, за счет ка­ких-то фондов или общественных отчислений.

— Иными словами, не должно быть ограничений на доступ к ресурсам глобальной информационной сети, например, в виде платы за доступ?

— Информация должна быть доступна всем. Тем более если это информация в обла­сти просвещения, культуры и науки. Недоступность этой информации есть нарушение принципиальных прав человека. Публичные библиотеки, большинство музеев бесплат­ны. Это вопрос не денег, а принципа.

Мы обделяем самые бедные слои населения тем, что у них нет доступа в Интернет, обделяем их информацией, тем самым загоняя в еще большую бедность. Доступ в Ин­тернет должны иметь все. Вопрос надо ставить именно в этой плоскости. Производитель и распространитель должны получать оплату не от получателя информации, а другим способом.