5 лет назад

5 лет назад

A Tsar Is Born (Царь родился)

По АДИ ИГНАТИУС среду, 19 Декабря 2007

Его последний год как президентом России был его самым успешным еще. Дома, он обеспечил свое политическое будущее. За рубежом, он расширил свою негабаритных, если не всегда доброкачественные, влияние на мировые дела

(перевод с английского Google)

Никто не рождается с взглядом, как Владимир Путин. Голубой Президента России глазами настолько холодны, настолько лишен эмоций, которые смотрят должно было начаться, как аффект, жест человека, который понимал, что власть может быть достигнуто путем подавления обычные потребности, как мигает. Влияют сейчас бесшовные, что делает разговаривал с президентом России не только изнурительная, но часто пугает. Это взгляд, который говорит, что я главный.

Это может объяснить, почему так мало видимых безопасности на даче у Путина Ново-Огарево, великое русское президентской резиденции установлены внутри березовыми и елово-лесной соединения западу от Москвы. Чтобы попасть туда из столицы требует 25-ти минутах езды через душу современной России, мимо дряхлый советский многоквартирных домов, пюре-до французского Тюдор вилла McMansions новых олигархов и торговый центр, который может похвастаться не только рутинной портит изобилия, как Prada и Gucci, но Ламборджини и Феррари тоже.

Когда вы приедете в неоклассическом искусственного воротам дачи, вы должны оставить свой автомобиль и перелет в один из автомобилей Кремля, который медленно ветер свой путь через лес молчит снега наконечником елей. Помощники предупредить вас, не плутать, чтобы не искушать снайперов расположены в тени вокруг соединения. Здесь Путин, 55, работает. (Он живет со своей женой и двумя дочерьми twentysomething в другой особняк глубже в лес.) Номеров чувствую огромный, недавно переделан и в основном пустые. Поскольку мы готовимся войти в его просторный, но спартанский офиса, из погулять из самых могущественных людей России: глава администрации Путина, его идеолог, спикер парламента, все они носят дорогие костюмы на заказ и проведение гладкие черные портфели. Путин, который редко встречается с иностранной прессой, то дает нам 3 1 / 2 часа своего времени, сначала в формальных интервью в своем офисе, а затем вверх по лестнице за изысканный обед из омаров-и-шиитаке-грибной салат ", краб пальцев с горячим соусом "и впечатляющие винтажа пулигни-Montrachet и чилийских Каберне.

Владимир Путин дает первое представление о содержащейся власти: он компактен и движется туго, но эффективнее. Он подходит, благодаря годы, проведенные оттачивая свое черного пояса по дзюдо и навыки, в эти дни, раннего утра плавает от часа и более. И пока он это уменьшительно-5 футов 6 дюймов (около 1,7 м), кажется разумным предположением, он проецирует стальной уверенности и силы. Путин безошибочно Россия, с точеной черты лица и те, проницательные глаза. Шарм не входит в его представлении себя, он не делает никаких усилий, чтобы быть заискивающим. Чувствуется, что он уделяет постоянное поклонение определяется внутренней дисциплины. Преемник пьяный и в конечном итоге трагической Борис Ельцин, Путин умеренный, прихлебывая вино только тогда, когда протокол тостов и поздравлений требует этого, что в основном он просто вращает Montrachet в свой стакан. Он мало ест, хотя он twitchily выбирает корки от булочки на тарелку.

Путин неохотно раскрывает некоторые личные данные между прерывистым укусы пищи: он расслабляет, говорит он, слушая классические композиторы, как Брамс, Моцарт, Чайковский. Его любимая песня Beatles является Вчера . Он никогда не послал по электронной почте в его жизни. И в то время он вырос в официально атеист страны, он верующий и часто читает Библию, что он продолжает свое состояние самолета. Он не терпится грубости со светской беседы, и он полностью контролирует свое сообщение.

Он является четкое представление о роли России в мире. Он является страстным в своем убеждении, что распад Советского Союза был трагедией, особенно потому, ночью она мель 25 миллионов этнических русских в «чужих» земель. Но он говорит, что он не намерен пытаться восстановить СССР или воссоздать военные или политические блоки. И он хвалит своих предшественников Ельцина и Михаила Горбачева за уничтожение системы, которая потеряла поддержку народа. "Я не уверен, я мог бы хватило смелости сделать это сам", рассказывает он. Путин, прежде всего, прагматик, и слепленной системы мало чем отличается от China's-, который охватывает свободный рынок (хотя и с тяжелой дозой коррупции), но полагается на сильную руку государства следить за порядком.

Как и президент Джордж Буш, он видит, терроризм как одну из самых глубоких угроз нового века, но он опасается называя его исламским. "Радикалы", говорит он, "может быть найдено в любой среде." Путин показывает, что Россия разведки недавно обнаружили "специфические" террористической угрозы против России, и США и что он говорил по телефону с Бушем об этом.

Что получает Путин взволнован, и он был взволнован часто во время нашего разговора это его мнение, что американцы добиваются того, чтобы вмешиваться в дела России. Он говорит, что он хочет, чтобы Россия и Америка должны быть партнерами, но чувствует, США относится к России, как незваный гость на вечеринке. "Мы хотим быть другом Америки", говорит он. "Иногда складывается впечатление, что Америка не нуждается в друзьях", но только "вспомогательных предметов для команды". На вопрос о том, что хотел бы исправить любые американских заблуждений о России, Путин наклоняется вперед и говорит: «Я не верю, это заблуждения. Я думаю, что это целенаправленная попытка некоторых заинтересованных сторон создать образ России, на основании которых можно было бы влиять на нашу внутреннюю и внешнюю политику. Это причина, почему все сделано верить... [русские] являются немного диким до сих пор, или они просто слез с дерева, вы знаете, и, вероятно, нужно иметь... грязь вымывается из бороды и волос. " Вены на лбу, кажется, готовы к поп-музыки.

(перевод Google)

оригинал

No one is born with a stare like Vladimir Putin's. The Russian President's pale blue eyes are so cool, so devoid of emotion that the stare must have begun as an affect, the gesture of someone who understood that power might be achieved by the suppression of ordinary needs, like blinking. The affect is now seamless, which makes talking to the Russian President not just exhausting but often chilling. It's a gaze that says, I'm in charge.

This may explain why there is so little visible security at Putin's dacha, Novo-Ogarevo, the grand Russian presidential retreat set inside a birch - and fir-forested compound west of Moscow. To get there from the capital requires a 25-minute drive through the soul of modern Russia, past decrepit Soviet-era apartment blocks, the mashed-up French Tudor-villa McMansions of the new oligarchs and a shopping mall that boasts not just the routine spoils of affluence like Prada and Gucci but Lamborghinis and Ferraris too.

When you arrive at the dacha's faux-neoclassical gate, you have to leave your car and hop into one of the Kremlin's vehicles that slowly wind their way through a silent forest of snow-tipped firs. Aides warn you not to stray, lest you tempt the snipers positioned in the shadows around the compound. This is where Putin, 55, works. (He lives with his wife and two twentysomething daughters in another mansion deeper in the woods.) The rooms feel vast, newly redone and mostly empty. As we prepare to enter his spacious but spartan office, out walk some of Russia's most powerful men: Putin's chief of staff, his ideologist, the speaker of parliament—all of them wearing expensive bespoke suits and carrying sleek black briefcases. Putin, who rarely meets with the foreign press, then gives us 3 1/2 hours of his time, first in a formal interview in his office and then upstairs over an elaborate dinner of lobster-and-shiitake-mushroom salad, "crab fingers with hot sauce" and impressive vintages of Puligny-Montrachet and a Chilean Cabernet.

Vladimir Putin gives a first impression of contained power: he is compact and moves stiffly but efficiently. He is fit, thanks to years spent honing his black-belt judo skills and, these days, early-morning swims of an hour or more. And while he is diminutive—5 ft. 6 in. (about 1.7 m) seems a reasonable guess—he projects steely confidence and strength. Putin is unmistakably Russian, with chiseled facial features and those penetrating eyes. Charm is not part of his presentation of self—he makes no effort to be ingratiating. One senses that he pays constant obeisance to a determined inner discipline. The successor to the boozy and ultimately tragic Boris Yeltsin, Putin is temperate, sipping his wine only when the protocol of toasts and greetings requires it; mostly he just twirls the Montrachet in his glass. He eats little, though he twitchily picks the crusts off the bread rolls on his plate.

Putin grudgingly reveals a few personal details between intermittent bites of food: He relaxes, he says, by listening to classical composers like Brahms, Mozart, Tchaikovsky. His favorite Beatles song is Yesterday. He has never sent an e-mail in his life. And while he grew up in an officially atheist country, he is a believer and often reads from a Bible that he keeps on his state plane. He is impatient to the point of rudeness with small talk, and he is in complete control of his own message.

He is clear about Russia's role in the world. He is passionate in his belief that the dissolution of the Soviet Union was a tragedy, particularly since overnight it stranded 25 million ethnic Russians in "foreign" lands. But he says he has no intention of trying to rebuild the U. S.S. R. or re-establish military or political blocs. And he praises his predecessors Yeltsin and Mikhail Gorbachev for destroying a system that had lost the people's support. "I'm not sure I could have had the guts to do that myself," he tells us. Putin is, above all, a pragmatist, and has cobbled together a system—not unlike China's—that embraces the free market (albeit with a heavy dose of corruption) but relies on a strong state hand to keep order.

Like President George W. Bush, he sees terrorism as one of the most profound threats of the new century, but he is wary of labeling it Islamic. "Radicals," he says, "can be found in any environment." Putin reveals that Russian intelligence recently uncovered a "specific" terrorist threat against both Russia and the U. S. and that he spoke by phone with Bush about it.

What gets Putin agitated—and he was frequently agitated during our talk—is his perception that Americans are out to interfere in Russia's affairs. He says he wants Russia and America to be partners but feels the U. S. treats Russia like the uninvited guest at a party. "We want to be a friend of America," he says. "Sometimes we get the impression that America does not need friends" but only "auxiliary subjects to command." Asked if he'd like to correct any American misconceptions about Russia, Putin leans forward and says, "I don't believe these are misconceptions. I think this is a purposeful attempt by some to create an image of Russia based on which one could influence our internal and foreign policies. This is the reason why everybody is made to believe...[Russians] are a little bit savage still or they just climbed down from the trees, you know, and probably need to have...the dirt washed out of their beards and hair." The veins on his forehead seem ready to pop.

Read more: http://www. /time/specials/2007/personoftheyear/article/0,28804,1690753_1690757_100.html #ixzz1iWRwXpDZ