Качество образования в провинции
и Болонский процесс
Инженерно-экономическая академия, г. Набережные Челны
Как известно, организационно-правовыми принципами реализации Болонского процесса в России являются: 1) введение двухциклового обучения; 2) введение кредитной системы; 3) контроль качества образования; 4) расширение мобильности; 5) обеспечение трудоустройства выпускников; 6) обеспечение привлекательности европейской системы образования [1].
С российской системой образования связаны в настоящее время около 60% населения страны. Так, из 145540 тыс. населения, обучаемый контингент составляет 90 млн. человек [2]. Привлечение значительной части российской молодежи в западные вузы действительно является экономически привлекательным явлением с точки зрения рынка образовательных услуг.
Без сомнения, интернационализация процесса образования и расширение культурного обмена будет способствовать усилению влияния западных ценностей на Россиян. В эпоху глобализации нельзя не учитывать возникновение культурных рисков и их последствий для общества. Ситуация, которая складывается в провинции, позволяет выявить некоторые специфические аспекты в рассматриваемых процессах.
1. Студенты ряда провинциальных вузов, как показали опросы, практически не информированы о тенденциях развития единого европейского образовательного пространства, о присоединении России к Болонскому процессу.
2. Болонская система, как известно, предусматривает переход на систему двухциклового обучения (бакалавр, магистр). Оценить значение данного новшества для себя студенты в основном затруднялись. В повседневной жизни они сталкиваются с более прозаической ситуацией, когда даже при поступлении на работу в супермаркет простым продавцом или менеджером требуется диплом специалиста законченного высшего образования.
Вхождение России в Болонский процесс является одним из проявлений догоняющей модернизации, осуществляемой «сверху».
Недостаток информации не позволяет студентам задействовать механизм рефлексии, выработать собственное отношение к происходящим в образовании процессам. Целенаправленная работа в направлении повышения уровня информированности обучающихся способствовала бы большей результативности на пути модернизации высшей школы.
3. Доступность и открытость европейской системы образования оценивается в целом молодежью положительно. Их мотивация: «у всех студентов будут равные условия», «равные права», т. е. Болонский процесс ассоциируется с социальной справедливостью.
4. Обучение за рубежом для многих студентов – неосуществимая идея. Самой актуальной проблемой внебюджетных вузов, как отметили студенты, является финансовая – высокие расценки за обучение и необходимость их снижения.
5. Сам переход к Болонской системе автоматически не означает кардинального изменения качества российского образования в сторону повышения. У России есть конкретные преимущества в этой области, несмотря на издержки «массового образования». Оно всегда отличалось своей фундаментальностью, и в этом, как известно, лишь одна из его качественных характеристик.
Оценка российской системы образования студентами провинциальных вузов позволяет выстроить следующий дихотомический ряд: «отстали в образовании»/«качественное образование»; «плохая система»/«нормальное образование»; «многое в образовании зависит от студента»/«зависит от интеллигенции, но у нее на первом месте деньги». В целом, мнения молодежи о качестве российского образования являются противоположными в соотношении «половина на половину», однако появляются и новые нюансы в ответах.
Ряд негативных высказываний в адрес преподавателей является свидетельством глубоких деформаций как в провинции, так и в вузовской системе страны в целом. Слова: «взятка», «собрать преподам» становятся обыденными в абитуриентской и студенческой жизни. Телепередачи, посвященные таким явлениям, только дополняют известные факты, но и они не в состоянии раскрыть весь механизм и размах организационной патологии в этой сфере. По некоторым данным, только стоимость зачета взяткодателем оценивается в 1,5 тыс. руб.
Исследования, проведенные в Хабаровском крае о терпимом отношении к взяткам со стороны студентов, свидетельствовали, что в 1997 году это было свойственно для 60,7% студентов, в 2000 году – для 48,5%, в 2005году – для 46,6% студентов [3]. Несмотря на определенную динамику за указанные годы, масштабы явления мало изменились, как и «либеральное», толерантное отношение к указанному пороку в обществе.
В опросах провинциальные студенты указывают на вымогательство взяток как на «проблему №1» в целом по стране. Даже в том вузе, где по нашим наблюдениям, оно не имеет места – администрация всячески это явление пресекает, строго контролирует учебный процесс и заботится о репутации учебного заведения, имея тем самым конкурентные преимущества при наборе студентов в вуз, – студенты считают взяточничество серьезной проблемой.
Таким образом, процесс коммерциализации образования, с одной стороны, позволяет расширить доступ к престижному образованию многим желающим, а с другой – имеет и обратную сторону, характеризующую вуз с точки зрения организационной патологии.
6. Остановимся еще на одном из негативных явлений, имеющий угрожающий характер в стране – это функционирование теневой экономики, "обслуживающей" российскую систему образования.
Бросается в глаза огромное число предложений анонимных организаций о написании рефератов, контрольных, курсовых, дипломных и даже кандидатских, докторских работ, объявления о которых печатают в прессе, размещают в Интернете. Но о мерах, принимаемых для борьбы с таким явлением, ничего не известно. Студент, покупающий готовую печатную продукцию вместо знаний, полученных самостоятельно, весьма типичен для современного вуза. Следует отметить, что этот студент еще и подкармливает теневую экономику.
Приведем некоторые данные. Стоимость готовой контрольной работы, реферата в условиях провинции оценивается от 300 руб. и выше, курсовой работы – от 600 руб., вузовский диплом по гуманитарным наукам – от 5 тыс. и выше. Если эти расценки умножить на количество предметов, а также на количество студентов, обучающихся дистанционно, и помножить полученные данные на коэффициент 0,5 (предположительно 50% обучающихся, по нашим наблюдениям, прибегают к подобным услугам), то можно рассчитать доходы теневого бизнеса для отдельно взятой специальности вуза. Руководителей сферы налогообложения, работников соответствующих служб эти явления пока как бы «не касаются».
Дело не только в том, что казна не дополучает доходы с определенного вида «предпринимательской деятельности». Такие услуги негативно влияют на качество знаний будущих специалистов, а, следовательно, и качество вузовского образования в целом. О моральной стороне проблемы можно говорить много.
Возникает ряд наивных вопросов и рекомендаций. Если трудно справиться с процессом незаконного тиражированных работ, то не лучше ли на определенный срок объявить мораторий на выполнение ряда стандартных самостоятельных работ или заменить их другими видами? В качестве простейшей рекомендации следует отметить, что тематика самостоятельных работ и методы проверки знаний должны постоянно обновляться. Немаловажное значение для контроля знаний имеет внутренний аудит.
Таким образом, процесс реформирования образовательной системы развивается по весьма сложному сценарию.
Поскольку управление образованием – составная часть государственного управления, то и в этой сфере необходимо навести порядок. Социальные деформации в образовании мешают прогрессивным преобразованиям в обществе в целом.
Библиографический список
1. Карпенко национальной программы развития всеобщего и непрерывного образования на основе информационно-коммуникационных технологий. //Инновации в образовании. – 2005. – №1. – с.16.
2. Балбеко -правовые принципы реализации Болонского процесса в России. //Право и образование. – 2005. – №3. – с.120.
3. Березутский -мотивационный потенциал молодежи региона. //Социология. – 2006. – №2. – с.33.
