Инструментальное исследование природы и свойств высокопроникающего нетеплового компонента излучения человека

ИНСТРУМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПРИРОДЫ И СВОЙСТВ

ВЫСОКОПРОНИКАЮЩЕГО НЕТЕПЛОВОГО КОМПОНЕНТА

ИЗЛУЧЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

Создание датчиков на полупроводниковых микросхемах и двойных электрических слоях (ДЭС), чувствительных к высокопроникающему нетепловому компоненту излучения человека (ВНКИЧ), позволило приступить к инструментальному исследованию природы и свойств этого излучения, фундаментальных проблем психофизики и психофизиологии.

ВНКИЧ не затухает при прохождении через экраны различной толщины, распространяется на сотни метров и более. Показана несостоятельность высказанной ранее гипотезы об электромагнитной природе этого излучения. Приводятся примеры его информационной насыщенности.

Результаты экспериментов и незапланированных наблюдений свидетельствуют о способности человека дистантно, на уровне сознания или неосознанно управлять процессами в физических и физико-химических системах, направленно воздействовать на заданный объект. Эти свойства биологических систем и указанные выше свойства ВНКИЧ не находят объяснения с позиции существующей парадигмы, но полностью согласуются с развиваемыми в последние годы представлениями о физическом вакууме, свойствах торсионного излучения и возможных их проявлениях в феноменах взаимодействия объектов живой и неживой природы. Датчики на ДЭС отвечают реакцией на воздействие торсионного поля.

2-е переработанное издание. Работа впервые опубликована в 1994 г. (препринт № 55 МНТЦ ВЕНТ, М., 1994)

ВВЕДЕНИЕ

Одним из наиболее обширных "белых пятен" современной биофизики продолжают оставаться проблемы, связанные с таинственным высокопроникающим нетепловым компонентом излучения биологических объектов – так называемым пси-излучением. Эксперименты с применением приборных методов регистрации этого излучения ведутся нами с начала восьмидесятых годов и сегодня на основании их результатов можно судить о свойствах высокопроникающего нетеплового компонента излучения человека (ВНКИЧ).

Первоначально нами использовались различные биологические датчики [1-4], но после обнаружения в 1983 году реакции ДЭС на дистантное воздействие человека [4, 5] и в 1985 году – реакции полупроводниковых интегральных микросхем (ИМС) [6, 7], эксперименты проводились только с использованием датчиков на ДЭС и ИМС.

В 1988 – 1991 гг. исследования велись параллельно с разработкой и непрерывным совершенствованием тактико-технических свойств самих датчиков. Работы проводились по договору с Ленинградским санитарно-гигиеническим институтом им. Мечникова и ТХО "Юпитер". Это обстоятельство определило специфику их проведения. В соответствии с условием договора, ежегодно осенью, в течение месяца или более в пансионате «Жара» (поселок Швентои, Литовская республика) совместно с заказчиком проводились эксперименты с участием операторов-сенситивов, воздействующих на датчики. Часть операторов составляла постоянный контингент. Это позволило путем сравнения результатов разных лет производить качественную оценку датчиков различных типов, корректировать их свойства, совершенствовать методы проведения эксперимента, а также, варьируя по необходимости условия опыта, проводить изучение свойств ВНКИЧ.

Результаты этих экспериментов, несомненно, представляют интерес, однако ранее они были недоступны для широкого круга исследователей. В настоящей работе сделана первая попытка обобщения и систематизации этих результатов, позволяющая с большей или меньшей достоверностью выработать представление о некоторых свойствах ВНКИЧ и даже судить о его возможной природе.

1. ЭЛЕКТРИЧЕСКАЯ РЕАКЦИЯ БИОЛОГИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ, ВОЗНИКАЮЩАЯ В ОТВЕТ НА ВОЗДЕЙСТВИЕ ЧЕЛОВЕКА

При поднесении к биологическому объекту неодушевленного предмета, на его поверхности возникает электрическая реакция (ЭР) – изменение средней величины электрического потенциала на этой поверхности или изменение активности потенциала [4, 8]. ЭР возникает на расстоянии от нескольких миллиметров до нескольких десятков сантиметров. Предполагается, что она обусловлена возмущением ауры – потока излучения, исходящего от тестируемого объекта, имеющего конечный радиус действия.

ЭР возникает и в результате воздействия человека, например, при поднесении руки к тестируемому объекту, однако условия ее возникновения и характер самой реакции существенно отличаются от ЭР, возникающей в ответ на воздействие неодушевленного предмета. ЭР на воздействие человека в огромной степени зависит от его психоэмоционального состояния; она может быть зарегистрирована на расстоянии 10 и более метров между воздействующим лицом и биообъектом, а также при наличии между ними экранов из стекла, дерева, железобетонных стен и т. д., при воздействии из смежного или еще более удаленного помещения [3]. Это позволило предположить наличие у человека собственного излучения, взаимодействующего с аурой тестируемого биологического объекта или непосредственно с самим этим объектом – биодетектором излучения человека.

Величина реакции зависит от расстояния между биодетектором и воздействующим лицом. При прочих равных условиях изменение расстояния от нескольких миллиметров до 50 – 60 см приводит к резкому снижению ее величины. При дальнейшем увеличении расстояния до 10 м величина ЭР практически не меняется [3]. Было высказано предположение, что кроме дальнодействующего, высокопроникающего компонента излучения, существует другой – быстрозатухающий, имеющий акустическую (ультразвуковую) природу. Предполагается, он представляет собой «белый шум» – поток коротких акустических импульсов, обусловленных гидродинамическим возмущением, возникающим в ткани при конформационных изменениях белковых макромолекул. Интенсивность белого шума определяется интенсивностью метаболических процессов в тканях оператора [1, 2].

С быстрозатухающим компонентом излучения связан, по-видимому, феномен телекинеза: синхронно с движением предметов, возникающем в результате воздействия оператора, на поверхности биодетектора регистрируются короткие по времени и очень большие по амплитуде скачки потенциала. Эти импульсы повторяются многократно во время воздействия и сопряжены с движением предмета, которое также всегда происходит скачками. Интересно отметить, что телекинез никогда не регистрировался нами при воздействии с расстояния свыше 0,6 – 0,8 м.

Регистрируемые при телекинезе серии коротких мощных импульсов можно рассматривать как частный случай проявления феномена модуляции величины потока излучения, исходящего от человека, его психоэмоционально-физиологическим состоянием [1-5, 9]. Феномен модуляции в равной степени проявляется и при регистрации дальнодействующего компонента – ВНКИ человека. По существу, все результаты наших экспериментов, полученные как с применением биодетекторов, так и с применением датчиков на ДЭС и ИМС, обусловлены его существованием.

Эффективность воздействия оператора зависит от его способности быстрого вхождения в нужное состояние и удержания этого состояния. Опытный оператор способен количественно оценить степень своего воздействия на датчики [2].

2.  ДАЛЬНОДЕЙСТВУЮЩИЙ ВЫСОКОПРОНИКАЮЩИЙ КОМПОНЕНТ ИЗЛУЧЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

2.1 Нетепловая природа дальнодействующего компонента излучения

человека

Нетепловая природа дальнодействующего компонента излучения человека установлена путем разделения по времени реакции детекторов, возникающей в результате теплового воздействия без участия человека, и реакции с его участием. Датчик на полупроводниковой ИМС был помещен в камеру из полиуретана (пенопласта) со стенками толщиной 60 мм. При поднесении к камере сосуда емкостью в 20 литров, заполненного водой, нагретой до 95 °С, реакция датчика (изменение его выходного потенциала) возникла через 8 минут. Воздействие человека с того же расстояния вызвало реакцию менее чем за минуту [6, 7].

Нетепловая природа дальнодействующего компонента подтверждается последующими многочисленными экспериментами, в которых между оператором и датчиками находились экраны различной природы – бетона и земли, толщина которых изменялась от 0,4 до десятков метров, а расстояние до операторов доходило до сотен метров и более. Ниже проводятся результаты таких экспериментов.

2.2 Гипотеза об электромагнитной природе ВНКИЧ

Относительно дальнодействующего компонента излучения было высказано предположение, что он имеет электромагнитную (ЭМ) природу, обусловленную перемещением зарядов при конформационных изменениях белковых макромолекул [2]. Основываясь на анализе результатов осенних экспериментов в пансионате «Жара» в 1988 году, мы предположили, что генерация ЭМ излучения происходит в дециметровом диапазоне волн. Однако уже через год экспериментами, имевшими целью подтвердить это предположение, оно было опровергнуто.

Ниже рассмотрены аргументы за и против этой гипотезы. Но если высказать ЭМ-гипотезу стало возможным путем демонстрации компактной группы экспериментов с последующим обсуждением полученных результатов, то для ее опровержения нам придется проделать более сложный путь, включающий рассмотрение некоторых уже выявленных свойств этого излучения.

2.3 Методика проведения экспериментов

С целью повышения достоверности результатов экспериментов их реги-

страция производилась по двум независимым каналам, на входах которых были включены два одинаковых датчика. До начала эксперимента и после него производилась многочасовая регистрация фоновых изменений выходных потенциалов датчиков, во время которой в помещениях цокольного этажа люди от-

сутствовали.

В годах датчики находились в одном и том же лишенном вентиляции помещении цокольного этажа незаселенного крыла пансионата «Жара». Суточный ход температуры в нем даже в ветреную погоду не превышал десятых долей градуса

В 1988 году датчики на полупроводниковых ИМС были установлены в точках А и В на расстоянии 5 м друг от друга (рис. 1). В первых экспериментах оператор находился в точке С на расстоянии 3-4 метров от датчиков, в пределах их прямой видимости (на рис. 1 взаиморасположение датчиков и оператора поясняется пунктирными линиями). В последующих экспериментах оператор находился в смежном помещении за железобетонной стеной толщиной 40 см около самописца, предназначенного для регистрации результатов (позиция D на рис. 1). В этом случае оператор мог, изменяя свое состояние, следить за резуль-татом воздействия. Найдя нужное состояние, он старался его удержать.

Перед началом опыта оператору ставилась задача и давалось указание на начало воздействия. Окончание воздействия, как правило, производилось по указанию экспериментатора.

В последующие 2 года использовались датчики на ДЭС, расположенные в металлическом шкафу на расстоянии 10-15 см друг от друга в позиции Е. Операторы располагались в смежном помещении за железобетонной стеной в позиции D, или F, или вне цокольного этажа – на втором или третьем этажах пансионата.

2.4 Результаты и их обсуждение

На рис. 2 приведены результаты экспериментов с участием оператора Л. Д., находившегося в позиции D. На рис. 2 и далее стрелкой, обращенной к кривой, обозначено начало воздействия; от кривой – его окончание.

Оператор дважды производил воздействие по указанию экспериментатора (рис. 2А). После окончания этих воздействий оператор остался в экспериментальном помещении, и через 40 минут ему было предложено самостоятельно, без дополнительного указания произвести два следующих друг за другом воздействия с целью изменить выходные потенциалы обоих датчиков и «нарисовать» два пика (рис. 2Б).

Изменения потенциала на выходе датчика № 1возникли в ответ на все четыре воздействия. Реакция на первое воздействие включает два компонента; первый – слабый начал развиваться уже через 2-3 минуты после указания экспериментатора на начало воздействия.

Величина реакции датчика № 2, возникшей в ответ на первое воздействие, больше, чем у датчика №1, что свидетельствует о его нормальном функционировании, однако первый компонент в реакции отсутствует: начало ее развития совпадает с началом развития второго компонента реакции датчика № 1. При втором и двух следующих воздействиях реакция второго датчика не возникла вовсе (рис. 2Б). Именно эти результаты и результаты, приведенные на рис. 3 и 4, послужили основанием для развития ЭМ-гипотезы о природе ВНКИЧ человека.
В опытах (рис. 3 и 4) попеременно участвовали операторы Н. Х.(опыты 3А и 4Б) и Л. Д (опыты 3Б и 4А), которые находились в смежном помещении, в позиции D.

Фрагменты синхронных реакций двух датчиков (рис. 3 и 4), как и фрагменты реакции на первое воздействие в опыте на рис.2, удивительно сходятся во многих деталях (сравнить реакции двух датчиков на воздействия оператора Л. Д. в опыте на рис 3Б и в опыте на рис. 4А). Сопоставление результатов позволяет предположить, что оператор Л. Д., добиваясь синхронной реакции обоих датчиков, манипулировал не только интенсивностью потока ВНКИЧ, но и другим, не известным нам параметром этого излучения.

На кривых, полученных при воздействиях оператора Н. Х. (рис. 3А и рис.4Б), перечисленные выше особенности не выражены столь ярко; в опыте 3А ответ на воздействие с отношением сигнал/шум = 1 возник только у датчика № 2, тогда как в реакции датчика № 1 он едва просматривался на уровне шумов.

Сравнение результатов опытов А и Б (рис. 3 и 4) позволяет говорить о своеобразном "почерке" каждого оператора: нарастание реакции датчика № 1 (оператор Л. Д.) происходило скачками, после которых величина потенциала на выходе датчика возвращалась к более низкому уровню. Создается впечатление, что оператор "терял" нужное состояние и снова к нему возвращался. В опытах с участием оператора Н. Х. наблюдается медленное и монотонное нарастание величины реакции. После команды на прекращение воздействия, потенциалы на выходах датчиков (и, по-видимому, состояние оператора Л. Д.) быстро возвращались к исходному уровню, тогда как релаксация состояния оператора Н. Х. длилась более одного часа.

Описанные выше особенности реакции двух датчиков нашли объяснение уже после прекращения экспериментов, когда были изучены их амилитудно-частотные характеристики (АЧХ). Гипотеза об ЭМ природе ВНКИЧ возникла после того, как стало известно, что датчики на полупроводниковых ИМС чувствительны к ЭМ излучению в дециметровом диапазоне волн, причем области максимальной чувствительности разнесены на 150-200 МГЦ. Оказалось, что АЧХ датчика №1 имеет основную полосу чувствительности в диапазоне частот 420 – 500 МГц и еще два малых и узких пика с вершинами на частотах 550 и

600 МГц, тогда как у датчика № 2 основная полоса чувствительности находится в области 650-730 МГц. Теперь для объяснения результатов приведенных выше экспериментов достаточно было допустить, что ширина полосы ЭМ излучения, исходившего от оператора Л. Д., при определенных условиях становилась соизмеримой с шириной полосы чувствительности датчика. В этом случае граничные области в спектре излучения, исходившего от оператора, совмещенные с полосами чувствительности датчиков, могли бы вызвать синхронную реакцию обоих датчиков; при недостаточной ширине спектра ЭМ излучения оператора, его регистрация становится возможной только одним датчиком. Таким образом, можно было предположить, что ширина (или структура) спектра ЭМ излучения являлась тем неизвестным параметром ВНКИЧ, которым, изменяя свое состояние, манипулировал оператор во время воздействия. Не исключалась также и возможность варианта, при котором изменение состояния оператора влечет за собой не расширение спектра излучаемых частот, а его сдвиг при сохраняющейся ширине спектра.

К гипотезе об ЭМ природе ВНКИЧ мы вернемся после рассмотрения некоторых свойств этого излучения.

3. СВОЙСТВА ВЫСОКОПРОНИКАЮЩЕГО НЕТЕПЛОВОГО

КОМПОНЕНТА ИЗЛУЧЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА (ВНКИЧ)

3.1 Дальность распространения и проникающая способность ВНКИЧ

Осенью 1990 года два датчика на ДЭС были установлены в описанном выше экспериментальном помещении в позиции Е на расстоянии 30 см друг от друга (рис. 1). Воздействие производилось из точки F в смежном помещении с расстояния 10 м или из различных пунктов, расположенных на первом, втором или третьем этажах здания пансионата. В этих случаях расстояние менялось от 14-15 до 35-40 метров, а суммарная толщина экранов – железобетонных стен, межэтажных перекрытий и слоя земли могла превышать 8-10 метров (рис.5).

В ходе запланированных экспериментов, кроме ожидаемых реакций, час-

то регистрировались синхронные реакции датчиков, обусловленные изменением психофизиологического состояния обитателей пансионата. Наибольшее чис-ло незапланированных воздействий (29 за 12 дней) было связано с целительской деятельностью оператора Н. Х., использовавшей метод биоэнергетического воздействия при лечении больных.

Лечение проводилось в пункте К на первом этаже пансионата в комнате № 000 (рис. 5); Е' - проекция точки Е – пункта в цокольном этаже пансионата, в котором расположены датчики. Расстояние между оператором Н. Х. и датчиками составляло 10-12 м по прямой, а толщина экрана (железобетонных стен и межэтажного перекрытия) доходила до 1 м.

На рис. 6 приведен пример незапланированной синхронной реакции двух датчиков, возникшей при лечении двух больных в комнате 111 (позиция А). Через 2 часа оператор Н. Х. воздействовала на датчики с расстояния 25-30 м, находясь в комнате № 000 (позиция Б). Величина реакция обоих датчиков при трехкратном увеличении расстояния и многократном увеличении толщины экрана практически не изменилась. В обоих случаях отношение "сигнал/шум" оставалось равным 7.

В 20 экспериментах с участием шести операторов воздействие на датчика производилось из комнат 108 и 109. Синхронная реакция обоих датчиков выявлена в 15 случаях (75%); реакция только одного датчика – в 4 случаях (20%).

В 13 экспериментах воздействие с участием 7 операторов производилось из других пунктов на 1-3 этажах пансионата. В 9 случаях (70%) возникла синхронная реакция обоих датчиков.

Исходя из этих результатов, а также из зарегистрированных и идентифицированных синхронных реакций двух датчиков при незапланированных воздействиях, мы пришли к выводу об отсутствии затухания или чрезвычайно ма-

лом затухании исследуемого излучения пря его прохождении через экраны раз-

личной толщины и природы.

Полномасштабные исследования по определению предельной дальности распространения ВНКИЧ не проводились. Накопленный экспериментальный материал, содержащий как результаты запланированных опытов, так и случайных наблюдений, позволяет считать достоверным распространение этого излучения в радиусе 250–300м. Значительно меньше накоплено сведений о его распространении в радиусе до нескольких километров. И, наконец, мы располагаем результатами двух экспериментов, в которых оператор Н. Х., находившаяся в Ленинграде, в ночные часы воздействовала на датчики, расположенные в цокольном этаже пансионата "Жара". Несмотря на то, что в обоих случаях возникли синхронные реакции двух датчиков, мы считаем преждевременным высказывание определенного суждения по результатам этих двух экспериментов (см. ниже).

Решение вопроса о предельной дальности, при которой возможна регистрация ВНКИЧ уже существующими методами, остается чрезвычайно актуальным.

3.2  Воздействие оператора на частотный состав флуктуаций

на выходе датчика

В некоторых экспериментах воздействие оператора приводит к изменению спектрального состава шумов датчиков на ДЭС и полупроводниковых ИМС.

На рис. 7 приведены примеры изменения частотного состава в спектре шумов на выходе датчика на полупроводниковых ИМС.

В обоих случаях оператор, наблюдая за изменениями выходного потенциала датчика, стремился полностью подавить его флуктуации. На выходе датчика включена интегрирующая RC-цепь с постоянной времени 4 сек.

На рис. 8. представлены результаты воздействия оператора Л. Д. на датчики на полупроводниковых ИМС (1989 г., воздействие из смежного помещения). Оператор был лишен возможности следить за изменениями выходных потенциалов датчиков и стремился свести до минимума величину собственных шумов сначала датчика № 1, а затем датчика № 2. В результате воздействия на участках кривых А и Б произошли изменения в составе спектра шумов каждого датчика: медленные составляющие практически исчезли; одновременно возникли упорядоченные, более быстрые компоненты с измененной амплитудой.

Аналогичную реакцию на воздействие можно наблюдать в экспериментах с датчиками на ДЭС: изменение уровня шумов и их частотного спектра на выходе датчика часто предшествует развитию полномасштабной реакции на воздействие (см., например, реакцию датчика № 2 в опыте А на рис. 9).

Мы часто наблюдали, как неподготовленный оператор в поиске состояния, приводящего к полномасштабной реакции, сначала находит состояние, достаточное лишь для изменения частотного спектра шумов датчика. Реакция на воздействие некоторых операторов ограничивалась только этой фазой.

3.3 Феномены парапсихологии

Создание датчиков ВНКИЧ на ИМС и ДЭС позволяет приступить к приборным исследованиям явлений парапсихологии, о чем свидетельствуют приводимые ниже результаты пока еще одиночных наблюдений.

3.3.1 Направленность воздействия по адресу

Результаты эксперимента, в котором оператор Л. Д. изменил спектральный состав шумов на выходах двух датчиков на ИМС (рис 8), были зарегистрированы осенью 1989 года. Датчики находились в 4 метрах от оператора на расстоянии 60 см друг от друга и были отделены от него железобетонной стеной толщиной 40 см. После прихода в экспериментальное помещение (позиция 1 на рис.8) было оговорено, что оператор начнет готовить себя к воздействию (позиция 2) и после завершения подготовки сообщит, на какой из двух датчиков он начинает действовать. Перед началом воздействия оператор сообщил, что он будет воздействовать только на датчик №1 (начало области 3 на кривой “датчик 1”); примерно через 10 минут он сообщил, что переносит воздействие на датчик №2. Это воздействие также продолжалось около 10 минут. Реакции обоих датчиков во времени точно совпадали с сообщениями оператора (область 4 на кривой “датчик 2”, рис. 8).

С феноменом адресной направленности воздействия оператора мы непрерывно встречались в экспериментах 1992 – 1993 гг., в которых использовался компьютеризированный комплекс с 4-мя датчиками на ДЭС.

Одновременно с поступающей от датчиков первичной информацией, программа допускает вывод на монитор компьютера кривых усреднения и корреляционной кривой в реальном масштабе времени. Ход этой кривой в большой степени зависит от подобия реакций двух датчиков. Величина пика на корре-

ляционной кривой определяется не столько величиной реакции каждого датчика, сколько синфазностыо изменений их выходных потенциалов. Поэтому отношение "сигнал/шум" на корреляционной кривой может быть на порядки выше этого же отношения на кривых первичной информации.

Компьютеризованный комплекс удобно использовать в экспериментах при исследовании т. н. феномена адресного воздействия.

Прекращение развития реакции одного из датчиков или же начало возвращения его выходного потенциала к исходному уровню легко выявляется и может быть скорректировано установкой оператору: усилить воздействие на этот датчик (указывается номер датчика или другой его отличительный признак). Как правило, наблюдается положительный отклик на такое указание – реакция указанного датчика начинает возрастать, а развитие пика на корреляционной кривой ускоряется. Возможен, однако, и другой сценарий развития событий: с ускорением реакции одного датчика начинает замедляться или останавливается развитие реакции второго, и тогда становится необходимой новая установка оператору на перенос его внимания на второй датчик. На протяжении одного эксперимента описанная корректировка воздействия оператора может повторяться многократно. Замечено, что в условиях отсутствия какой-либо информации у оператора о ходе эксперимента, конечный результат существенно зависит от соотношения сознательной и неосознанной психической деятельности оператора. Например, если наделить только один из 4-х датчиков отличительным(и) признаком(ами) (надпись, местоположение, цвет), то реакция этого датчика даже при отсутствии у оператора визуальной обратной связи может существенно отличаться от реакции остальных. Все сказанное, разумеется, относится к операторам высокого класса.

3.3.2 Направленность воздействия по признаку

Запланированное заранее, но преждевременно начавшееся воздействие, вызвавшее четкую реакцию только одного из двух датчиков, было зарегистрировано осенью 1990 года. Датчики на ДЭС находились в цокольном этаже пансионата "Жара" (позиция Е на рис.1) на расстоянии 40 см друг от друга. Воздействие производилось из комнаты № 000, расположенной на 1 этаже (рис. 5). В дневные часы с оператором было договорено, что она начнет воздействовать в 015 ночи. Примерно в 22 часа оператору напомнили о предстоящем эксперименте, после чего в ее присутствии началось обсуждение деталей этого эксперимента, а позже началась подготовка к воздействию, которая сопровождалась у оператора нарастающим эмоциональным напряжением. Ровно в полночь экспериментатор обнаружил незапланированную реакцию датчика №1 (см. рис. 9) и предложил оператору отменить предстоящее воздействие. На следующий день примерно в 1030 утра в холле пансионата (расстояние до датчиков порядка 40 метров) состоялось обсуждение причины несостоявшегося эксперимента, во время которого оператор сообщила о напряженном эмоциональном состоянии, развившемся у нее после напоминании о предстоящем эксперименте. Экспериментатор выразил мнение, что, возможно, реакция датчика №1 – следствие развития такого состояния оператора, но он не понимает, почему реакция развивалась только у датчика №1. На это оператор ответила: "Но я думала только о красном датчике" (регистрация изменений потенциала на выходе датчика №1 производилась красными чернилами, изменений потенциала на выходе датчика №2 – черными). В 17 часов того же дня экспериментатор обнаружил синхронные изменения потенциалов обоих датчиков. Начало развития реакции совпало по времени с утренним обсуждением, проходившем в холле пансионата.

Описываемые события развивались в воскресный день. Практически все обитатели пансионата, кроме обслуживающего персонала и экспериментатора сразу после завтрака выехали на экскурсию, и развитие утренней реакции можно объяснить только изменением эмоционального состояния теперь уже у самого экспериментатора. Оно, несомненно, было обусловлено сообщением оператора о его возможном воздействии на один из датчиков по его отличительному признаку ("красный датчик"). Отношение "сигнал/шум" в реакциях обоих датчиков на внешнее коздействие, приведенных на рис.9, составляет 10-12. На рис. 9 позиция 1 соответствует времени напоминания оператору о предстоящем эксперименте; 2 – моменту обнаружения развившейся реакции датчика №1; 3 – примерному времени обсуждения результатов в холле пансионата. Время релаксации датчика №1-12 часов; датчика № 2 – 2,5 часа.

3.3.3 Полярность реакции

Целевая, адресная направленность воздействия человека – не единственная его удивительная возможность. Осенью 1991 года оператор Л. Д. в одном из запрограммированных экспериментов вызвал одинаковые по величине синхронные изменения потенциала на выходах обоих датчиков с отношением "сигнал/шум" равным 5 – 6 (опыт № 21 на рис. 10). Спустя 5 часов ему было предложено произвести следующее воздействие с целью вызвать противоположно направленную реакцию датчиков. При повторном воздействии была зарегистрирована обратная по полярности синхронная реакция обоих датчиков с таким же отношением "сигнал/шум" (опыт № 23 на рис. 10). В эксперименте использовались датчики на ДЭС, установленные в цокольном этаже пансионата "Жара"; оба воздействия оператор производил из комнаты № 000 (рис. 5) Расстояние до датчиков по прямой – порядка 15-20 м; суммарная толщина железобетонных стен и межэлектродных перекрытий более 1 м.

Следующие друг за другом с промежутком около 1 часа обратные по полярности синхронные реакции «5» и «6» двух датчиков приведены на рис. 11. Реакции возникли в результате незапланированных воздействий на датчики оператора Н. Х. осенью 1991 года при лечении в комнате № 000 больных с применением методов биоэнергетического воздействия. Лечение первого больного происходило перед завтраком (в пансионате "Жара" в 10.00) и сразу после него. Датчики находились в цокольном этаже пансионата. На заданный вопрос о причине возникновения разнополярных реакций датчиков, оператор Н. Х. ответила, что в зависимости от результатов диагностирования заболевания, может оказывать на больного воздействие двоякого рода: "я даю ему энергию" и "я ее отбираю". В первом случае речь шла о "нормальных" больных, во втором – об онкологических.

Оставляя без комментариев суждения оператора-целителя, заметим, что воздействие различными физическими факторами (ПеМП, ЭМ и акустическим излучением) на использовавшиеся нами датчики на ДЭС всегда вызывает реакцию одной полярности.

Так же как и в случае феномена направленного воздействия, изменение полярности реакции датчиков не имеет объяснения с позиций ортодоксальной науки и должно быть отнесено к области экспериментальной парапсихологии.

3.4 Гипотеза об электромагнитной природе ВНКИЧ несостоятельна

Предположение о природе ВНКИЧ, как об ЭМ излучении в дециметровом

диапазоне волн, опровергается следующими экспериментальными фактами.

1. Для проверки предположения об ЭМ природе ВНКИЧ и исследования спектра этого излучения был создан спектроанализатор на базе датчиков ВНКИЧ на полупроводниковых ИМС. Каждый датчик вместе со своей антенной, подключенной к антенному входу, являлся одновременно приемником СВЧ в ограниченной (порядка 60-150 МГц) полосе частот. Анализатор в целом обладал чувствительностью к ЭМ излучению в диапазоне частот 350-830 МГц при подключенных антеннах. При снятых антеннах ЭМ воздействие от генератора СВЧ в указанном диапазоне частот не вызывало изменений потенциала на выходе датчиков. Осенью 1989 года спектроанализатор использовался в экс-

периментах, проходивших в пансионате "Жара". Было обнаружено, что реак-

ция датчиков на воздействие человека возникает независимо от наличия или отсутствия антенн на антенных входах датчиков.

2. ВНКИЧ регистрируется при прохождении через экраны из железобетона (толщиной до метра) и земли (толщиной 10-20 метров), т. е. сквозь сильно поглощающие экранирующие среды, что исключает ЭМ природу этих излучений.

3. ЭМ воздействие на датчики на ДЭС вызывает их униполярную реакцию, всегда имеющую одно определенное направление. Способность человека вызывать биполярные реакции датчиков на ДЭС исключает ЭМ природу ВНКИ.

4. РЕГИСТРАЦИЯ ВНКИЧ ПРИ ЦЕЛИТЕЛЬСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЕНСИТИВОВ

Выше, в п. п. 3.1 и 3.2 уже упоминалось о регистрации синхронной реакции (рис. 6 и рис. 11) датчиков на ДЭС, возникавшей при лечении больных оператором-целителем проводилось всегда на первом этаже в комнате № 000 пансионата "Жара". На рис. 12 и рис. 13 приведены дополнительно примеры такой реакции, раскрывающие особенности воздействия целителей-сенситивов на датчики в процессе целительства.

пребывала в пансионате с 2 по 13 ноября 1991 года. За этот период число синхронных реакций обоих датчиков, возникших в результате ее целительской деятельности, достигло 29. Все реакции были идентифицированы путем опроса обитателей пансионата, в том числе и оператора Н. Х., об их состоянии и деятельности в период регистрации реакции. В большинстве случаев о предстоящем приеме больного и его лечении сообщала сама Н. Х.

В отдельное дни (например, 07.11.91) целительская деятельность Н. Х. была настолько интенсивной, что исключала проведение запланированных экспериментов (см. рис.12). Тем не менее, результат, полученный после обработки зарегистрированных реакций, возникших при лечении больных с применением методов биоэнергетического воздействия, позволили выявить некоторые закономерности, характеризующие деятельность оператора-целителя. Этот результаты представлен в виде графиков на рис. 14, на котором по горизонтали отложены дни пребывания Н. Х. в пансионате, а по вертикали – величины реакций обоих датчиков. По наклону кривых видно, что величина реакции на протяжении дня, как правило, падает.

Уменьшение величины реакции, возникшей при лечении второго больного, показано на рисунках 11 и 13 (позиция Б). Лечение первого больного (позиция 5 на рис. 11) началось спустя 12 – 15 мин. после начала запланированного нами эксперимента с участием оператора М. Г. (позиция 4). Реакция датчиков, возникшая при лечении первого больного, была намного сильнее, чем их реакция на воздействие М. Г. В результате незапланированного воздействия оператора Н. Х, эксперимент с участием оператора М. Г. был сорван. Прекращение сеанса целительства (позиция 5) было связано с началом утреннего завтрака (1000 утра). Лечение второго больного в 11 часов дня обозначено позицией 6.

Как видно на рис. 11, воздействие оператора Н. Х. на детекторы при лечении второго пациента и, надо полагать, интенсивность исходившего от оператора Н. Х. излучения, были существенно ниже, чем при лечении первого боль-

ного. Как представляется, причина этого заключается не в истощении энергети-

ческого ресурса оператора, а в потере им самоконтроля в условиях однообразной деятельности при отсутствии приборного обеспечения, необходимого для получения объективных показателей интенсивности воздействия. В экспериментах, проводившихся в 1988 году, операторы при отсутствии визуальной обратной связи часто не могли найти состояние, при котором возникала реакция

датчиков на полупроводниковых ИМС. В пользу такого предположения свидетельствуют результаты опыта, приведенного на рис. 13: через 4,5 часа после окончания сеансов целительства двух больных в комнате № 000, которое проходило в условиях постоянного ослабления интенсивности воздействия на датчики (позиции А и Б на рис. 13), оператор Н. Х. воздействовала непосредственно на датчики из пункта F (см. рис. 5) в цокольном этаже пансионата. Возникшая в результате синхронная реакция обоих датчиков характеризуется большой скоростью нарастания и спада, а также высокой амплитудой, приведшей к зашкаливанию в обоих каналах регистрации ВНКИЧ (позиция В). Учитывая высокую проникающую способность ВНКИЧ и исключая, поэтому, расстояние из дальнейшего рассмотрения, этот результат можно интерпретировать двояко. Можно предположить, что огромные потенциальные возможности Н. Х., проявившиеся в опыте В, не реализованы полностью при лечении больных. Однако

представляется более логичным рассмотрение этого результата на основе существования феномена направленного воздействия: во всех случаях воздействие производилось по адресу; в позициях А и Б, при целительстве, – на человека, а в эксперименте (позиция В) – на датчики. Можно предположить, что интенсивность излучения, направленного на больных при целительстве, была много больше потока, регистрируемого датчиками, поскольку воздействие не было на них направлено.

Вернемся теперь к рассмотрению результатов, приведенных на рис. 14.

Потенциальные возможности оператора Н. Х., по-видимому, не оставались постоянными при каждодневной целительской деятельности, другой хорошо просматривающейся закономерностью (см. рис. 14) является падение среднесуточной величины реакций на протяжении всего двухнедельного цикла. При последующем обсуждении причины возникновения этой закономерности оператор Н. Х. подтвердила, что прекратила лечение больных и покинула пансионат "Жара" вследствие крайнего утомления, наступившей слабости и невозможности продолжения работы с больными. Это свое состояние она объяснила простудным заболеванием, перенесенным 11 и 12 ноября.

Как следует из всего сказанного, существующий уровень техники вполне достаточен для контроля и объективной оценки деятельности сенситивов-целителей высокого класса. Следует, однако, подчеркнуть, что из-за отсутствия результатов систематических наблюдений за деятельностью других операторов-целителей, нельзя априори гарантировать такую же эффективность используемых нами методов при отборе, обучении и экспертизе менее опытных операторов. Необходимо проведение специальных исследований для разрешения множества вопросов, возникших в связи с обнаружением возможно
сти регистрации ВНКИЧ операторов-целителей при лечении с использованием методов биоэнергетического воздействия.

5. РЕГИСТРАЦИЯ ФОНОВЫХ ИЗМЕНЕНИЙ ПРОТЕНЦИАЛОВ НА ВЫХОДАХ ДАТЧИКОВ НА ДЭС

Прежде чем перейти к дальнейшему изложению экспериментального материала, характеризующего дальнодействие ВНКИ, необходимо рассмотреть характер фоновых флуктуаций сигнала на выходах в дневные и ночные часы суток. Такая необходимость диктуется специфическими условиями, создавшимися в пансионате «Жара» осенью 1991 года. В здании пансионата в этот период проживало в разное время от 15-18 до 40 человек, среди которых находилось от 2 до 8 операторов-сенситивов. В дневное время, когда в разных помещениях велась работа с их участием, величина и количество фоновых изменений сигнала на выходах датчиков относительно ночных часов резко возрастали. Происхождение части из них удавалось определить путем опроса операторов. При этом особое внимание уделялось целительской деятельности оператора-цели - теля зарегистрированы случаи, когда во время запланированного нами и проводимого эксперимента относительная слабая реакция, возникшая в ответ на воздействие оператора, "забивалась" сильным воздействием на датчики, обусловленным лечебным процессом в комнате № 000. На рис. 11 приведен пример такого развития реакции датчиков. Начало и окончание воздействия оператора М. Г. в опыте “4” обозначены стрелками, обращенными к кривой и от
нее соответственно. Отрезком прямой с индексом “5”, обозначен период, в течение которого проводилось лечение больных в комнате № 000. До 850 утра оператор Н. Х. только диагностировала больных. С 850 до 10 утра – воздействовала на них с применением биоэнергетических методов. В 1000 все обитатели пансионата собираются в столовой на утренний завтрак. На протяжении следующих 30-40 минут всякая целительская деятельность операторов-сенситивов прекращалась За исключением случая, представленного на рис 15: в этод день в период с 10 до 1040 утра проводился запланированный эксперимент (позиция В). Это хорошо видно на рисунках 11 и 12, иллюстрирующие фоновые флуктуации выходного сигнала на выходах датчиков в ночные и дневные часы суток.

Из представленных на рисунках материалов следует, что, как правило, синхронные изменения сигнала в ночные часы (с 0 до 7 утра) не возникали. Исключение составляет только один случай, представленный на рис. 15: около двух часов ночи были зарегистрированы синхронные изменения сигнала на выходах обоих датчиков, причина возникновения которых не установлена. Предполагается, что они имеют антропогенное происхождение.

6. ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

Уже существующие методы регистрации ВНКИЧ, модулированного информацией о психоэмоциональном состоянии человека, позволяет проводить исследования во многих направлениях психофизиологии. Особенно перспективными представляются исследования проблем подсознания – в частности, роли и степени его участия в генерации ВНКИЧ, соотношение между сознанием и неосознанным, функции подсознания во время сна и т. д.

Современные методы исследования психоэмоционального состояния основаны на учете и анализе многих показателей состояния: кожно-гальваничес-кого рефлекса (КГР), ЭЭГ, ЭКГ, частоты дыхания, температуры, тремора мышц и т. д., для регистрации которых требуется наложение на тело испытуемого мно-жества электродов и других датчиков, что само по себе неминуемо приводит к искажению реального состояния испытуемого. Возможность неконтактной регистрации ВНКИ исследуемого лица, свободно перемещающегося в пространстве и не информированного о проводящемся исследовании, качественно меняет возможности такого исследования, выводит его на новый уровень. Как нам представляется, на этом пути становится вероятным обнаружение новых, не имеющих аналогов, феноменов, относящихся к психофизиологии и психофизике. Так, например, мы наблюдали резкое увеличение потока ВНКИ, исходящего от человека, в случае, когда принятое им решение не было реализовано. Этим феноменом, возможно, обусловлены фальстарты спортсменов. Проиллюстрируем сказанное примерами.

В отличие от результатов регистрации фоновой активности датчиков, приведенных на рис. 11, 13 и 15, свидетельствующих об отсутствии, как правило, синхронных реакций двух датчиков в ночные часы, на рисунке 16 представлен результат регистрации ночной активности датчиков, связанной, как мы полагаем, с отъездом из пансионата оператора Н. Х утром 13.11.91 г.

Обстоятельства требовали, чтобы Н. Х. выехала из пансионата в предутренние часы – не позже 5 часов утра. С водителем было договорено, что к этому часу он подведет машину к пансионату. Было договорено также, что один из участников экспериментов (Р. Л.) поможет упаковать и поднести груз к машине. Дня этого Н. Х. должна была разбудить его в 4 часа ночи, за час до прихода машины. С самой Н. Х. было договорено, что в 3 часа ночи она произведет получасовое воздействие на датчики из комнаты № 000.

Вечером 13.11.91 по телефону из . сообщила, что она проснулась около 3 часов ночи, но воздействовать на датчики не смогла – волновалась, придет ли во время машина. В 4 часа ночи она встала и пошла будить Р. Л.. Вдвоем они упаковали вещи, перенесли их в фойе пансионата и стали ожидать машину. Машина в 5 часов не прибыла, появилась только в 7 часов утра. Минут за 10 вещи были погружены, и Н. Х. отбыла из пансионата.

На рис. 16 синхронные изменения выходных потенциалов обоих датчиков совпадают с сообщением по ним, после пробуждения и до момента активной подготовки к отъезду – весь часовой период ожидания – эмоциональное напряжение у Н. Х. возрастало. С началом укладки багажа в 4 часа утра она начинает успокаиваться; эмоциональное напряжение до 5 часов утра продолжает спадать. Новое возрастание напряженности (с 5 до 7 часов утра) было обусловлено несвоевременным прибытием машины. Во второй раз спад эмоционального напряжения начался сразу после ее появления, загрузки багажа и отбытия из пансионата. Интересно, что регистрация этого спада продолжалась еще долго после того, как Н. Х. удалилась от пансионата на значительное расстояние.

Изложенный сценарий, разумеется, носит предположительный характер, но он опирается на уже известный нам факт отсутствия синхронных реакций двух датчиков в ночные часы в многосуточных предшествующих и последующих наблюдениях фоновой активности. Кроме того, было установлено, что в ночь на 16 ноября в пансионате "Жара" не были зарегистрированы какие-либо события, связанные с возможным изменением эмоционального состояния у других обитателей пансионата.

На рис. 17 представлен пример еще одного незапланированного наблюдения, иллюстрирующий функцию подсознания. Его суть заключается в следующем. При непрерывной многосуточной регистрации фоновых изменений потенциалов на выходах датчиков, с целью точной временной привязки этих изменений, несколько раз в течение суток и, как правило, в период от 23 до 0 часов ночи на диаграммной ленте производилась отметка времени. Однако в ночь, к которой относится данное наблюдение, такая отметка произведена не была. Проснувшись примерно в 230 ночи, автор произвел отметку времени на диаграммной ленте второго регистратора, расположенного в комнате № 000 и подключенного параллельно основному, и тотчас заснул. Утром было обнаружено синхронное изменение направления дрейфа выходного потенциала обоих датчиков, совпавшее по времени с произведенной отметкой времени. Можно предположить, что это изменение обусловлено спадом психоэмоционального напряжения, возникшего во сне у экспериментатора в связи с нереализацией необходимого действия.

В следующем примере, приведенном на рис. 18, показаны значительные

по величине синхронные изменения выходных потенциалов обоих датчиков, совпавшие по времени с внезапно возникшим сильным эмоциональным напряжением, приведшим к скачку кровяного давления у автора настоящих строк. Причиной такого состояния явились каприз ребенка и его наказание. События разворачивались в два этапа – сначала в комнате № 000, а затем в коридоре между комнатами № 000 и № 000. На рис. 18 (позиция А) видны два следующих друг за другом скачка выходных потенциалов обоих датчиков.

7. ЭКСПЕРИМЕНТЫ ЛЕНИНГРАД-ШВЕНТОИ

Интерпретация синхронных изменений сигналов на выходах двух датчи-

ков, приведенных на рис. 19, также носит предположительный характер и свя-зана с оператором Н. Х.

Во время пребывания Н. Х. в пансионате было договорено, что она проведет серию воздействий из Ленинграда на датчики, установленные в поселке Швентои в пансионате "Жара". Эти воздействия должны были проводиться в ночные часы в неоговоренное заранее время. Об их начале и продолжительнос-

ти Н. Х. должна была сообщать по телефону на следующий день.

Синхронные изменения сигнала на выходах датчиков, приведенные на рис. 19А и 19Б, зарегистрированы в ночь на 14 и 15 ноября соответственно. В обоих случаях оператор Н. Х. сообщала, что проснулась около 3 часов ночи, свет в комнате не включала, чтобы не разбудить мать. Поэтому точное время начала работы указать не могла. На датчики она воздействовала до получаса. В телефонном разговоре 15.11.91 она сообщила, что свое дальнейшее участие в экспериментах прекращает. Это связано с накопившейся усталостью, окончанием отпуска и предстоящим выходом на работу.

Возвращаясь к уже сказанному, еще раз подчеркнем, что результаты, приведенные на рис. 19, в коем случае не могут быть интерпретированы как достоверно установленный факт наличия взаимодействия между оператором Н. Х. в Ленинграде и датчиками в поселке Швентои на расстоянии свыше 500 км друг от друга. Однако, эти результаты служат основанием для организации и проведения полномасштабного исследования с целью определения пределов дальнего и сверхдальнего распространения ВНКИЧ, что в свою очередь, возможно, позволит не только судить о его предполагаемом торсионном происхождении, но косвенно подтвердит саму концепцию существования торсионных полей и их свойств.

8. РЕАКЦИЯ ДАТЧИКОВ НА ВОЗДЕЙСТВИЕ ТОРСИОННОГО ПОЛЯ

Согласно договору с МНТЦ ВЕНТ об исследовании реакции датчиков на воздействие торсионного генератора, летом 1991 г. нами были проведены предусмотренные первым этапом договора эксперименты с нераспространяющимся стационарным торсионным полем. Такое поле возникает при подаче на генератор от внешнего источника ЭДС постоянной разности потенциалов 12-14 В. Летом того же года было проведено четыре серии предварительных экспериментов по воздействию на датчики волнового торсионного излучения с частотой от 1 до 200 кГц.

При воздействии статическим торсионным полем на датчики расстояние между ними и генератором составляло от 0,8 до 2 метров; при воздействии волновым торсионным излучением – до 8 метров. Продолжительность воздействия варьировалась от нескольких минут до 2 часов.

Эксперименты проводились с электродными системами различной конструкции с целью отбора наиболее перспективных датчиков для продолжения исследований. Во всех сериях была обнаружена статистически достоверная реакция этих систем на воздействие торсионного поля. При обработке результатов рассматривались три варианта развития реакций: возникающих непосредственно вслед за началом воздействия; возникающих с латентным периодом от нескольких минут до 1 часа и, наконец, реакции, возникающие в ответ на прекращение воздействия.

Наиболее четко проявлялась реакция на выключение торсионного поля. Число выявленных реакций для различных конструкций датчиков варьировало в пределах 60-85% от общего числа опытов. Оно не менялось в зависимости от правой или левой поляризации статического торсионного поля и не зависело от расстояния. Реакция датчиков на воздействие торсионным излучением выявлена во всех экспериментах при частотах модуляции 1, 10, 100 и 200 кГц.

Сравнение результатов экспериментов торсионного воздействия на датчики с воздействием на эти же датчики операторов-сенситивов позволило заключить: несмотря на то, что реакции, возникающие в обоих случаях, различаются по своим временным характеристикам, эти результаты косвенно подтверждают существующие представления о торсионной природе ВНКИЧ.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Обобщая изложенные в предыдущих главах экспериментальные результаты, можно сделать следующие выводы. Высокопроникающий нетепловой компонент излучения человека:

- распространяется без затухания через экраны различной природы на расстояние свыше нескольких сотен метров. Предельная дальность распространения не установлена, но она, возможно, исчисляется сотнями километров;

- является носителем информации, которая по степени сложности не может быть передана путем изменения интенсивности потока излучения;

- избирательно, в соответствии с заданной программой, воздействует на объект, локализованный в определенной точке пространства. Поиск объекта ведется по адресу» и, возможно, по совокупности его отличительных признаков;

- вызывает реакцию физических и физико-химических систем;

- управляет интенсивностью и направленностью процессов в физических и физико-химических системах.

Привычная для нас логика материалистического мышления подсказывает, что за этими результатами кроются неизвестные нам механизмы распространения излучения (носителя) неизвестной природы, взаимодействия этого излучения с физическими и физико-химическими системами, насыщения (модуляции) носителя информацией и ее выделения (детектирования), и, наконец, наиболее «экзотичные» механизмы поиска заданного объекта и управления происходящими в нем процессами. В соответствии с одним из основных физических принципов – законом сохранения энергии – функционирование перечисленных механизмов должно происходить с участием энергообменных процессов. Это условие, однако, нарушается в первом же звене причинно-следственной цепочки, приводящей, в конечном счете, к реакции заданного объекта: информация – идея, "голая мысль" воздействующего лица, не обладающая известными нам видами энергии, запускает работу всех последующих звеньев этой цепочки.

Совсем не просто обстоит дело и с последующими звеньями: конечным итогом неконтактного воздействия человека может стать управляемая реакция физической или физико-химической системы – не какой-нибудь случайной, а именно той, признаки которой были наперед заданы. Ни корпускулярное, ни акустическое, ни электромагнитное излучение или их компоненты, а также любые их модификации в реализации такой программы участвовать не могут.

Из сказанного следует: как для определения природы носителя и раскрытия перечисленных выше механизмов, так и для интерпретации в целом полученных результатов, необходим новый концептуальный подход. Такой подход уже существует. Мы имеем в виду теоретически глубоко обоснованную, экспериментально апробированную концепцию торсионных полей [10].

Возможность возникновения из физического вакуума первичных торсионных полей, не обладающих энергией, но несущих информацию и способных взаимодействовать с материальными объектами, показана в работе [11]. Она полностью согласуется с полученными нами результатами, и мы не видим альтернативы для их иной интерпретации.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бобров электрического потенциала на поверхности живой ткани

–  ультразвуковая гипотеза. В сб.: Метрология – службам здоровья.

Тбилиси, 1983, с. 93 – 100.

2. О возможности участия акустического компонента в развитии

электрической реакции на поверхности живой ткани. В сб.: Применение

акустических методов и устройств в науке, технике и производстве. Тбилиси,

1984. с. 59 – 60.

3. Об акустическом и электромагнитном вкладах в развитие электрической реакции на поверхности живой ткани. В сб.: Применение акустических методов и устройств в науке, технике и производстве. – Тбилиси, 1984. – с. 65 – 70.

4. , , Шрайбман реакция

объектов живой и неживой природы, возникающая в ответ на дистантное

воздействие человека. В сб.: Информационные взаимодействия в биологии.

Тбилиси: ТГУ, 1987, с. 31 – 44.

5. , , Шрайбман воздействие

человека на электродную систему. Биофизика, ВИНИТИ, деп. 85,

1985.

6. Бобров операционного усилителя на интегральных

микросхемах в качестве датчика для биофизических исследований.

Кибернетика. Прикладная математика. ТГУ, Тбилиси, 1988, т. 289, вып. 9.

с. 1 – 29.

7. , Шрайбман интегральных микросхем в

качестве датчика для биофизических исследований. В сб.: Информационные

взаимодействия в биологии. – Тбилиси: ТГУ, 1987, с. 56 – 69.

8. , Бобров сдвига электрического потенциала на

поверхности коры при расположении над ней твердого тела. Сообщения АН

ГрССР, 1981, т. 104, №3. , с. 721 – 724.

9. , , Оленева

реакция, возникающая в ответ на дистантное волевое воздействие человека.

Тбилиси, ТГУ, 1987, с. 45 – 55.

10. Акимов обсуждение проблемы поиска новых

дальнодействии. ЕС концепции. МНТЦ ВЕНТ. Препринт №. – М., 1993.

11. Шипов физического вакуума. ИТ – центр. – М., 1993.