,
Благовещенский государственный педагогический университет
историко-филологический факультет, 4 курс
Проблемы восприятия Китайских граждан в России
В основе этой статьи лежат материалы двух анонимных опросов китайских мигрантов — самых массовых опросов, проводившихся в китайской среде в России.
Первый опрос был проведен в 1998–1999 годах (было опрошено 757 человек в Москве, Хабаровске, Владивостоке, Уссурийске), второй — в 2002 году (было опрошено 525 человек в Москве, Иркутске, Хабаровске, Владивостоке). Собранный в ходе обследования материал характеризует общую картину китайской миграции в России, ее социально-экономическое значение для нашей страны. Он показывает и отличия китайской миграции в Россию от миграции в другие страны, а также изменения в составе мигрантов, которые произошли после 1998–1999 годов[1].
Интерес общественности к китайским мигрантам в России — а в подавляющем большинстве они являются мелкими и средними предпринимателями — начинается с вопроса об их численности, давно уже служащего предметом дискуссий и в своей статистической, и в политической ипостасях. В последней он служит главным инструментом в спорах о «китайской демографической экспансии» в России — вымысел это или действительность? Доказывая наличие экспансии, оперируют миллионами; опровергая, говорят о сотнях тысяч.
В экспертном сообществе наиболее достоверной оценкой считается 200-400 тысяч, максимум 500 тысяч человек. Первым привел эти числа еще в 2001 году [2] . Достоинство его оценки состоит в том, что она выведена в результате анализа как сумма оценок количества китайцев в различных городах и регионах страны. Те же, кто говорит о миллионах китайцев, помещает их в таинственную пространственную неопределенность. Так, автор статьи «Перспективы китаизации России» в одном из номеров вполне солидного журнала «Российская Федерация сегодня» доктор экономики Дипломатической академии мира при ЮНЕСКО Е. Гильбо оценил численность китайцев в России в 8 млн. человек (это, насколько нам известно, рекордная цифра в том смысле, что большую не называл никто) [3]. Согласно его утверждению, «китайские общины автономно живут в лесах, куда не суются даже вымогатели-милиционеры». Но ни он, ни кто другой не привели пока ни одного свидетельства существования таких общин. Он же прогнозирует увеличение числа китайцев в РФ «с учетом высокого естественного прироста в китайской общине» до 21 миллиона к 2010 году, 44 миллионов к 2020 году и т. д.
В статье заместителя главы администрации президента С. Приходько, в 2004 году численность китайцев была оценена в 150-200 тысяч [4].
Учет трудовых мигрантов ведет Федеральная миграционная служба, однако, значительная часть мигрантов уклоняется от регистрации в ее структурах. Тем не менее, количество регистрирующихся каждый год увеличивается, причем темпы роста миграции из КНР относятся к числу наиболее высоких. В годах эта группа превосходила по численности приезжих из всех других стран, и глава ФМС назвал китайцев «наиболее законопослушными» из иностранных граждан[2]. В 2006 году в России использовался легальный труд 201835 китайцев — более 20% от общей численности зарегистрированных ФМС иностранных работников [1]. В 2007 году этот процент снизился до 15,5, но общее количество получивших разрешение на работу составило 2136 тысяч[3], и, таким образом, численность китайцев достигла 331 тысячи человек.
Статистика Федеральной пограничной службы России (ФПС) позволяет заключить, что примерно 80 процентов китайцев въезжают на территорию России через пограничные переходы Дальневосточного пограничного округа, до 50 процентов — через пограничные переходы в Приморском крае. В 1998–2001 годах интенсивность пересечения российско-китайской границы была примерно одинаковой: ежегодно в Россию въезжали и выезжали из нее 450–490 тысяч китайцев. В 2002 году ситуация резко изменилась: число лиц, въехавших в страну, возросло почти на 55 процентов по сравнению со среднегодовым уровнем предшествующих четырех лет. Число китайцев, покинувших Россию, увеличилось на 52 процента. Если за 1998–2001 годы в России остались в общей сложности 35,9 тысячи китайцев, то в одном только 2002 году — 27,2 тысячи, в три раза больше среднегодового уровня предшествующих четырех лет. В 2003 году ситуация мало изменилась — в стране остались 23,3 тысячи мигрантов. Всего за шесть лет в России остались 86,4 тысячи человек[4].
Сравнение результатов проведенных опросов позволяет заключить, что за последние пять лет характер китайской миграции в Россию во многих отношениях изменился.
Во-первых, резко возросла частота поездок китайских мигрантов в Россию. До исследования 2002 года специалисты считали, что на Дальнем Востоке господствует маятниковая миграция. В 1998–1999 годах многие китайцы предпочитали не отвечать на вопрос, сколько раз они приезжали в Россию. В 2002 году китайцы уже не уходили от ответа на вопрос о частоте своих поездок в Россию. Теперь, учитывая всю накопленную информацию, можно с уверенностью утверждать, что китайская миграция в Россию — это не стихийное переселение людей на новое место жительства, не поиск ими «земли обетованной». Возникла специфическая форма движения рабочей силы, обслуживающей товарные потоки. Ныне китайские власти стали стимулировать трансграничные перемещения людей и товаров. Мигранты стали составной частью торговой и производственной структуры Китая и, как правило, не вольны в своих поступках. На первый взгляд, их трансграничные перемещения отражают процесс маятниковой миграции. Однако по сути они отражают своеобразный механизм трансграничной доставки товаров, позволяющий минимизировать финансовые затраты (уплаты пошлин, налогов) либо обходить официальные процедуры, ограничивающие товарные потоки[5].
Во-вторых, увеличилась средняя продолжительность пребывания китайцев в России. Среди китайских мигрантов появляется все больше постоянных жителей России. В-третьих, изменились структура и состав китайских мигрантов. На Дальнем Востоке заметно сократилось число мигрантов, проживших в России более четырех лет. Это обстоятельство имеет символическое значение. Углубленные интервью показали, что китайцы, прожившие в России более четырех-пяти лет, испытывают большие трудности при возвращении на родину и вскоре снова начинают искать пути выезда в Россию[6].
Тем не менее в России постепенно формируется постоянное китайское население. На Дальнем Востоке этот процесс носит ограниченные масштабы и отличается замедленными темпами. В Хабаровске доля китайских мигрантов, проживших в России более четырех лет, в 2002 году была в два раза меньше, чем в 1999 году, во Владивостоке — на 20 процентов меньше. В то же время в этих городах заметно возросло число мигрантов, проживших в России менее одного года[7].
В-четвертых, говоря о продолжительности пребывания на территории России китайских мигрантов, можно выделить две принципиально различные группы: часть мигрантов выполняет функции «курьеров», доставляющих товары постоянным продавцам, или «вахтовых» работников в китайских торговых точках; другая часть мигрантов оседает в России, несмотря на отсутствие или шаткость своего легитимного статуса.
Возникает вопрос: каковы планы китайских мигрантов на будущее, в какой мере они связывают свою жизнь с Китаем и с Россией? В результате исследования 1998–1999 годов выяснилось, что только 7,8 процента участников опроса намеревались жить в России постоянно и около четырех процентов планировали перебраться в другие страны. Опрос 2002 года показал, что обосноваться в России планировали уже более 35 процентов, а уехать через Россию в другие страны — свыше 14 процентов общего числа опрошенных лиц. Вернуться на родину собирались менее половины респондентов. Перемены в настроениях надо признать огромными. Впрочем, они вызваны не столько условиями жизни в России, сколько ухудшением социально-экономической обстановки в Китае[8].
В-пятых, анализ планов китайских мигрантов с учетом сроков их проживания на российской территории показал, что среди желающих уехать в другую страну более половины составляют мигранты, прожившие в России менее года. Среди тех, кто намерен вернуться в Китай, абсолютное большинство также составляют те, кто находится в нашей стране менее года. Видимо, год жизни в России — это критический срок, после которого дальнейшие планы мигрантов коренным образом меняются.
Будучи органичной частью китайской торговой и промышленной структуры, мигранты не могут в силу одного только этого обстоятельства разорвать сложившиеся связи с Китаем. Их нарушение, не говоря уже о разрыве, оставит мигранта без источника средств существования. Тем более что после принятия закона о гражданстве РФ, т. е. с 2002 года, получить российское гражданство стало еще труднее, чем раньше. Находясь в России на протяжении пяти и даже десяти лет, китайцы тем не менее вынуждены сохранять гражданство КНР, необходимое им для защиты своих прав и достоинства.
Еще одно совершенно новое явление: один из каждых семи респондентов открыто заявлял о желании уехать в третью страну. В недавнем прошлом с подобной откровенностью сталкиваться не приходилось. Трудно сказать, что именно вызвало столь серьезные изменения в настроениях китайцев всего за несколько лет: ухудшение социально-экономического положения в Китае, особенно рост безработицы, или меры правительства, связанные с реализацией стратегии «Идти вовне» и стимулирующие иммиграцию[9].
В-шестых, китайские социологи давно заметили, что в силу многих обстоятельств (особенно по мере приобретения экономической независимости) женщины стали демонстрировать несравненно бoльшую самостоятельность, чем прежде. Различия между продолжительностью пребывания китайских мужчин и женщин в России, выявленные в ходе опроса, не столь велики, чтобы служить основой для окончательных выводов. Тем не менее на этот факт надо обратить внимание, учитывая, в частности, заметно растущее преобладание мужчин в населении Китая[10].
Из всего выше сказанного можно сделать выводы:
1. Одна из важнейших составляющих сотрудничества – налаживание тесного взаимодействия правоохранительных органов двух стран. Именно совместная работа позволит эффективно противодействовать угрозам, которые организованная преступность и коррупция несут нормальной жизни граждан и установившимся связям хозяйствующих субъектов в приграничных районах[11].
2. Изъяны в отношениях с Китаем – это зачастую оборотная сторона процесса быстрого развития взаимодействия. Вместо того чтобы драматизировать разногласия, надо вырабатывать алгоритмы их урегулирования[12].
3. Крайне важно укреплять социальную базу российско-китайских отношений, содействовать контактам между людьми, развитию туризма, межрегиональным и приграничным связям, наращивать взаимодействие в социально-гуманитарной сфере, в области культуры, науки, между СМИ обеих стран[13].
4. Это не значит, что было бы правильно допустить стихийное движение этого трудового ресурса в Россию без оглядки на наши экономические, социальные и иные условия, в расчете на то, что законы рынка автоматически распределят миграционный поток по соответствующим отраслям хозяйства и территориям. Ни одно государство не может снять с себя обязанность регулировать процессы миграции в соответствии с национальными интересами[14].
5. Но недопустимо и другое: смотреть на китайских мигрантов как на людей второго сорта, отыгрываясь на них за собственные разочарования. Национальное высокомерие недостойно цивилизованной нации. А, главное, не нужно забывать: работа китайцев в России нужна нам самим не в меньшей степени, чем им — плата за эту работу[15].
6. Общий источник разного рода стереотипов – неуверенность относительно того, как поведет себя на международной арене «сильный Китай», когда он осуществит свои грандиозные планы модернизации, превратится в экономическую, научно-техническую и военную сверхдержаву. Практика последних двух десятилетий с лишним показала: по мере стремительного развития Китая его внешнеполитический курс становился все более взвешенным и ориентированным на интеграцию в мировую экономику, а также сотрудничество по всем векторам. Есть полное основание полагать, что эта тенденция сохранится и в дальнейшем. По мере повышения конкурентоспособности Китай все более эффективно отстаивает и реализует свои национальные интересы. Это естественный процесс, и единственной нормальной реакцией на него со стороны других государств, включая Россию, станет повышение эффективности собственной политики, а также конструктивное взаимодействие с Китаем в различных областях[16].
7. Потенциал экономического взаимодействия обеих стран поистине огромен, и его реализация со временем способна определить будущее экономики всего евразийского и тихоокеанского пространства. И если взглянуть на российско-китайские отношения в глобальном контексте – через призму современной международной обстановки и с высоты коренных национальных интересов обеих держав, – то становится очевидным: доверительное стратегическое партнерство России и Китая в XXI веке является непреходящей ценностью. Это оплот формирующегося многополярного мироустройства – равноправного и демократического. Оно имеет ключевое значение для международного мира и безопасности, для спокойствия и благополучия двух соседних народов[17].
Список использованных источников и литературы
1. Яковлев В. Российско-китайское сотрудничество в области миграционной политики // Россия — Китай. XXI век. 2007. Апрель. С. 46.
2. Гельбрас реальность России. М., 2001. С. 40
3. Перспективы китаизации России // Российская Федерация сегодня. 2004. № 13. С. 63
4. Мы не должны бояться Китая // Известия. 21.
[1] Отечественные записки:: №4 (18):: Виля Гельбрас:: Перспективы китайской миграции на Дальнем Востоке [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. *****
[2] Интервью радиостанции «Эхо Москвы». [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.echo. *****/ programms/razvorot/48642
[3] Ромодановский Константин: «Погромов, как в Париже, в России не будет!» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www. *****/press/publications/news_detail.
[4] Отечественные записки:: №4 (18):: Виля Гельбрас:: Перспективы китайской миграции на Дальнем Востоке [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. *****
[5] Там же.
[6] Там же.
[7] Там же.
[8] Там же
[9] Там же.
[10] Там же.
[11] Межэтнические отношения в Приморском крае [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.5ka.su
[12] Там же.
[13] Там же.
[14] ПОЛИТ. РУ/ИССЛЕДОВАНИЯ/Жизнь в России глазами китайских мигрантов [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. *****/research/2008/10/20/demoscope
[15] Там же.
[16] Там же.
[17] Там же.
