Долгота

Анастасия Усольцева
e-mail:[e-mail]

ДОЛГОТА
пьеса в нескольких письмах к сыну

Эпилог

Профессор

Долгота – это координата в ряде систем сферических координат, определяющая положение точек на поверхности Земли, Солнца и планет и на небесной сфере относительно нулевого мередиана

Кричит младенец

Мама
(выходит из темноты с ребенком на руках, качает его)

Долгота – это когда ты ждешь первого крика своего ребенка.
Долгота – это когда ты смотришь за окно и там темно, а ты стоишь и ждешь, когда твой сын вернется домой...

Ребенок перестает плакать, она уходит с ним.
Профессор и карта исчезают...

Письмо № 1 октябрь

Мой любимый сын, сегодня я встречаю рассвет на том самом озере, куда мы ездили все вместе, когда ты был маленький, помнишь? И сейчас мне кажется, что вот-вот ты выбежишь из-за деревьев и будешь кричать: «вооны! Вооны!» Помнишь, как ты испугался их тогда?
Наверное, нет, ведь тебе было всего пять лет. Ты уже стал взрослым и ничего не боишься.
Еще держится тепло и даже светит солнце. Холод приходит ночью. Тогда я одеваю два свитера и куртку и подолгу сижу у костра, перед тем как идти спать. Но ты не переживай:ничего страшного в этом нет. Ничто не может сравниться с тем холодом, который приносит с собой долгая разлука.
Люблю тебя. Твоя мама.

Письмо №2 ноябрь

Здравствуй, сынок! Уже холодно, выпал первый снег и лежит тоненьким слоем. Зима совсем близко. Я практически сижу на сумках – впереди долгая дорога. Совсем скоро я буду лежать на пляже под жарким солнцем и писать тебе письма от туда.
Целую тебя крепко. Твоя мама

Письмо № 3 декабрь

Привет!
Здесь так жарко, что днем я стараюсь не выходить из своего номера, а только рано утром и ближе к вечеру. Да-да, не удивляйся: я живу в гостинице с 4 звездами!
Квартиру я продала, огород тоже. Так что теперь могу себе позволить такие маленькие радости. Здесь очень чисто, и тебе бы понравилось. Напротив кровати стоит большой телевизор. Я его не включаю, но все равно мне он нравится. Еще здесь очень красивые шторы и огромное зеркало в ванной. Но комната все равно не уютная.
В ней все говорит о том, что это лишь временное пристанище многих и многих людей. (Совсем, как наш мир, правда?) Эта комната дышит на меня своей необжитостью. Иногда это пугает. Иногда, напротив, радует: ведь зачем человеку уют, если его не с кем разделить?
Забыла тебе рассказать в предыдущем письме, как прошли мои сборы в дорогу. Они там все думают, что я сошла с ума. Ну и пускай. А мои мысли такие четкие и ясные, какими никогда не были раньше.
Лидка, помнишь ее, с тридцатой квартиры, зашла ко мне. Они не хотят оставлять меня одну, с тех пор как тебя не стало и ходят ко мне как на работу.
Даю ей бритву, говорю:побрей меня. А она вопит:я не буду! С ума сошла?!
Я сама беру бритву и резко провожу по черепу. Слишком длинные волосы – прядь волос срезается, путается в лезвии. Еще и голову себе оцарапала нечаянно. Только не почувствовла, а поняла по тому, как вздрогнула Лидка, и закрыла рот рукой. Отчего такой ужас? Или она впервые видит кровь? Глупо. Лучше бы принесла перекиси или йода.
Она забирает у меня бритву и какими-то ножницами аккуратно обстригает, прядь за прядью. Обстригает прошедшие годы и месяца, дни и минуты, равные количеству моих волос.
Их слишком много, она путается и злится. Потом уходит, чтобы принести машинку для стрижки из дома.
Я сижу и жду, тупо смотрю в одну точку.
Я проваливаюсь в рыхлую черноту этой точки. И все, что я знаю об этой точке – это место, где прекращается ход времени.
Лидка могла ходить пять лет. Могла ходить пять минут. Я не знаю, сколько она ходила, а потом брила мою голову.
Но когда я поднимаю глаза и смотрю в зеркало, то вижу кого-то другого. И её я не знаю.
У нее черные глаза и гладенькая голова, как яичко. У нее царапина возле правого виска. Она одетая в такую тоску, как будто с друго планеты. На нашей такой не бывает. Или я ее не встречала прежде.
Лидка. Боится поднять на меня глаза. Кидается собирать волосы. А у меня в руках уже большой рюкзак. Твой, рюкзак, сынок. И я кидаю в него теплые вещи. Пока Лидка как дура кудахчет над моим ухом:
- Куда ты? Куда ты?
У меня как будто во рту нет языка. У меня как будто губы срослись. Я не могу ей ответить. А она думает, что я сошла с ума! Но кто из нас сумасшедший? Ответить - без языка и губ?!
Она хватает меня за руки и не дает собираться.
Глупая, глупая тетка.
Вот так, сынок, у нас весело. Только тебя не хватает. Очень.
Твоя мама.

Письмо № 4 январь

Оставаться в этом городе мне невозможно. Город душит и кажется злым. Я уезжаю. Как в сказке – куда глаза глядят.
Потому что когда я иду по нашему городу, я чувствую, что тебя встречу.
И каждая улица шепчет мне твое имя.
Ведь мы столько раз ходили по ним вместе. Из детского сада, из школы, с прогулки...
И тот двор, и та лавочка, где ты все время сидел со своими друзьями. Я иду мимо и всегда поворачиваю голову в эту сторону. Доли секунд, но пока они бегут, мне кажется, что ты там и я сейчас тебя увижу.
Я выглядываю из окна нашей квартиры утром, потому что до сих пор не могу привыкнуть, что турники так и стоят, а ты перестал на них заниматься. Тебя там нет.
Тебя нет нигде.
Но я все время об этом забываю.
И иногда я встаю рано утром, чтобы пожарить твои любимые оладьи – пышные горячие, - еще до того, как ты проснешься.
Но ты не просыпаешься, потому что тебя больше нет.
Оладьи я отношу к тебе на могилу.

Твоя мама. Люблю.

Письмо № 5 февраль

Я никогда не думала, что пустыня может казаться такой одинокой и такой наполненной одновременно, и, что так больно вдыхать горячий воздух, который ощущаешь открытой кожей. Мне кажется, что я слышу движение каждой песчинки и, если бы моя душа имела выражение в ландшафте, то она была бы именно такой: пустыней.
Горничная оставляет у меня в номере свежие газеты на русском языке. Такая трогательная забота о постояльцах.
Но эти газеты такая дрянь. Их совершенно невозможно читать. Анекдоты, кроссворды и...криминальная хроника.
«...возбуждено уголовное дело по факту убийства Мельникова Сергея и его водителя Коростова Василия...»

«Позавчера вечером в драке был убит студент колледжа легкой промышлености...»

«...двое неизвестных нанесли множество ножевых ранений...»

Это стало обыденным. Это стало привычным - читатать утром за чашкой чая или кофе про то, как убили одного, другого, третьего. Потом перелистнуть страницу и читать анекдоты. Потом отложить газету и идти заниматься своими делами. Потом идти на улицу и не думать, что следующим можешь стать ты.

«Тело мужчины найдено...»

В криминальных хрониках используют одни заштампованные слова. В криминальных хрониках живут одни только тела. Тела меняют имена, фамилии и способы убийства.
Одни про тела пишут, другие про тела читают.
И никогда не пишут о том, кому принадлежало тело.
Тело, которое ждали дома дети и жена...
,у которого был любимый пес...
,которое недостроило дом...
,незакончило проект...
,Недорисовало картину...

Или тело, которое оставило еще живую мать.

И о тебе, сынок, было всего две строчки в газете. И кто-то пил чай или кофе и об этом читал.
Было тело и у тела было имя, которое я тебе выбирала, когда носила под сердцем.
Оно было втиснуто между штампами: «найдено тело» и «зверски убит».
С тех пор я не могу заплакать. В первые дни все мне говорили, что обязательно нужно плакать, что станет легче. А как может стать легче, если тебя уже нет?
я не понимаю.

С любовью, твоя мама.

Письмо № 6 снова февраль

Путешествуя, я полюбила рынки и вокзалы.
Рынки – за пульсирующую жизнь, невольно становишься ее соучастником.
Вокзалы – за отсутсвие времени и пространства. Ты еще ни здесь и ни там, в ожидании, и как будто совсем не существуешь на земле. Так тоже легче.
А вообще, знаешь, если и есть обезболивающее для души – то это дорога. Другого я не нашла.
В России сейчас зима, снег и дует холодный ветер. А здесь тепло, светит солнце и на рынке продают свежую пахучую зелень. Я купила один пучок и спросила у продавщицы, разве это правильно, когда родители живут дольше детей?
Нет, сказала она, совсем неправильно. Мой сын погиб на войне. Возьмите еще сыр – свежий, другого такого не найдете.
И я взяла сыр.
И пол кило черешни. Она сочная и у нее вкус лета.
А цвет – запекшейся крови. Как на твоем теле.
Тогда я тебя узнавала, узнавала и не могла узнать. А в морге было холодно и равнодушно. Передо мной лежал ты и не ты.
Разве это мой сын? Что я могу им сказать?

Профессор

Долгота – существительное женского рода. Продолжительность. Речь идет о протяжении и о времени. Ныне в этом значении употребляется мало.

Мать

Долгота – это когда ты смотришь на своего ребенка и не можешь его узнать. Потому что чей-то чужой ребенок изуродовал его.

Я люблю тебя. Твоя мама.

Письмо № 7 Март

Я меняю страны, за моими плечами рюкзак и мне некуда возвращаться.
Мне снятся сны. Мне снишься ты. Веселый, хороший мальчик.
Ты играешь в песочнице, строишь замки. У тебя зеленое ведерко и синяя лопатка. Рядом твои друзья, такие же малыши. У них тоже есть маленькие лопатки для песка.
Внезапно они вырастают и начинают бить тебя ими по голове. Долго и жестоко, пока вместо тебя не останется горстка спелой черешни. Тогда они давят ее ногами и смеются.
Я кричу и просыпаюсь.
Когда ты был маленький, тебе тоже снились кошмары. И тогда я пела тебе колыбельные.

Прокурор (он же профессор)

Кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку правого и левого полушарий головного мозга.

Мама
Спи, мылыш, усни,
Пусть тебе снятся сны.
Розовый слоник в саду,
Бай, баюшки баю.

Прокурор

Переломы костей черепа, перелом правых височной и теменой костей.

Мама
Спи, малыш, усни,
Пусть тебя снятся сны.
Золотая рыбка в пруду,
Баю, баюшки баю.

Прокурор
Многочисленные проникающие ножевые ранения грудной клетки.

Мама

Спи, мылыш, усни,
Пусть тебе снятся сны...

Прокурор

Убитый скончался не сразу, а долгое время находился в сознании и даже оказывал сопротивление. На теле в области рук, лица и грудной клетки обнаружны повреждения в виде ссадин, кровоподтеков и обширные гематомы.

Мама

Спи, малыш, усни...

Прокурор

...убивали долго и жестоко.

Мама
(на мотив колыбельной)
Долго и жестоко, долго и жестоко, долго и жестоко, долго и жестоко

(Орет беззвучно, широко открытым ртом, искаженным криком и болью)

Мама
(безумным шепотом)
Люди, откуда в вас столько жестокости?

Письмо № 7 я не знаю какой сейчас месяц

Отчего мальчики любят войны? Я не знаю ни одной войны, у которой была бы достойная причина.
Мальчики умирают на войнах. А матери умирают в мальчиках, умерших на войнах. Но никто не знает причин.
Тому, что случилось в нашем городе, тоже никто не знает причин. Почему мальчики с одного района стали ненавидеть и убивать мальчиков с другого района?
Тебя убили люди, с которыми ты здоровался за руку каждый день. С которыми пил пиво. С которыми курил за школой первые сигареты.
На суде они сказали, что ты в чем-то виноват, что ты тоже кого-то убил.
Но я не верю в это. Я не могу верить.
Ведь я учила тебя ходить, говорить, читать, писать, видеть, любить, решать, терпеть, понимать, прощать, играть.
Я не учила тебя убивать.

Люблю тебя. Твоя мама.

Письмо № 8 тот же день

Ты не был первым убитым в этих войнах. Не станешь и последним.
Сколько еще мальчиков примет земля?
Сколько еще матерей умрут, оставшись живыми?
Это называют «войной районов» и уже давно можно вести хроники этой войны.
Но это снова только слова. А у меня их становится все меньше и меньше. Но все больше воспоминаний.
Я помню мальчика Витю, добродушного и веселого. Он приходил к нам не раз и я наливала ему чай и угощала печеньем. Он собирался уехать в другой город и стать автомехаником.
А потом его нашли в реке с пакетом на голове.
Я помню мальчика Рому. Симпатичного, за которым бегали девчонки.
Ему разбили голову топором прямо на улице, когда он шел домой со свидания...
Я помню мальчика Алешу, который рисовал ручкой на последних листах тетрадей и мечтал делать татуировки. Его застрели, когда он вышел из дома за сигаретами...

Колыбельная всех матерей всем детям

Письмо без номера. Потому что последнее.

Я до сих пор верю, что этот мир не такой злой, не такой ужасный, каким мы с тобой теперь его видим. Он не заканчивается нашим городком и этими войнами, сынок. Я не хочу, чтобы ты ушел отсюда и думал так.
Пожалуйста, не уходи.
Я знаю, что ты меня слышишь. Ты рядом –и я это чувствую.
Останься еще ненадолго: я покажу тебе другой мир.
Я путешествую как сумасшедшая, для того, чтобы показать его тебе. Это не мои глаза смотрят вокруг, это твои глаза.
Посмотри как здесь прекрасно! Сколько есть счастья, радости и красоты.
когда ты это поймешь, иди с миром.
и тогда мои глаза смогут плакать.

Я люблю тебя.

Твоя мама.

2013 год