Ксения Жукова
Беспроигрышная лотерея
Действующие лица
Кирилл Кимович – неопределенных лет. Жертва квартирных мошенников. Всегда играет в лотереи
Катя - 24 года, продавец-консультант в новом Супермаркете в отделе косметики
Юля – 24 года, одноклассница Кати
Вася – 27 лет, молодой человек Юли
Служащие супермаркета, женщина-промоутер, голоса умерших родственников
1
Юля. Все гостям при входе раздают билетики – беспроигрышная лотерея. Ну а потом уже начнется обычное празднование свадьбы. Как тебе такое? А вот шарики – ну их на фиг, свадьба с шариками, анахронизм. Вот что. Вместо этого можно какую-то дребедень придумать. Ну там я даже не знаю что. Вот, Катьку пригласить можно. Она ж рисует хорошо, со школы еще. Я у нее всегда сочинения сдувала. И вот, она в супере косметику продает. Продавец-консультант. Придел мечтаний. Круто, да? Так я зову Катьку.
Вася. ( Сидит за компьютером. На Юлю не смотрит). Как хочешь.
Юля. Вася, мне письмо пришло. Вот, если я на 249 рублей куплю вот этой фирмы и вот этой, то мне еще кисточку дадут, для румян.
Вася. Юль, а ты разве румянами пользуешься?
Юля. Ну, Вася, Вась, это ж кисточка. Лотерея беспроигрышная. А кисточку подарить можно. Катьке подарим. Хотя нет, Катька сама в этом магазе-супере и работает, наверняка уже тьму кисточек получила.
Вася. Иди и получи.
Юля. Вась, ну ты что? Что? Что ты так со мной? Это все – значит, все?
Вася. Все.
Юля. Все-все?
Вася. Все, все, Юлька. Ну, правда, что ты. Дай доработать. Мне заказ сдавать надо.
Юля. Ох, Вася, лето….(смотрит в окно). А вот представляешь, снега охота. Да…а помнишь, как мы с тобой познакомились?
Вася (Отрываясь от компьютера). И вправду, иду себе по Гоголевскому, а впереди девушка - шмяк. Сидит – хохочет. И мандарины вокруг. Снег с оранжевыми мячиками.
Юля. Я ж тогда только приехала. Ну, сколько, три недели жила. У нас же мандарины всегда. Вот и я с сеточкой. Смешно. Ну кто с сеточкой ходит?
Вася. Зато квартира какая. Ну, за такую цену, где бы еще сняли?
Юля. Вась, ты прав, Вася. Но что-то, ну не то, Вася.
Вася. Что не то-то?
Юля. Мне кажется, это квартира, она какая-то… ( не успевает закончить)
Звонок в дверь. Вася идет открывать.
Вася. Кто?
Голос из-за двери. У вас батареи теплые?
Вася. Юль, тут батареи теплые? Проверь!
Юля. Так ведь все, Васечка! Все!
Вася. Юля, проверь батареи, человек ждет.
Юля. Какой человек?
Вася. Ну, сантехник, наверное. Вот, проверяет работу теплоснабжения.
Юля. Ну так открой ему.
Вася открывает дверь. Входит пожилой человек. . Кажется, он впитал в себя все запахи улиц и подворотен.
Вася. Упс, кажется, это не сантехник. Знаете что, вы идите, идите мимо. Мы не подаем.
Мы не подаем. Не подаем мы. И ни в кого не верим. И картошка не нужна тоже.
Вася хочет закрыть дверь.
Кирилл Кимович (не обращая внимания на слова Васи), а я здесь жил. Вот тут.
Подходит Юля, прижимается к Васе, улыбается Кириллу Кимовичу.
Юля А мы к свадьбе готовимся. Лотерея будет.
Вася. Юля, зачем ты такое говоришь? ( Кириллу Кимовичу). Вы тут жили? Прекрасно. Ностальгия. Хорошо. Мы сняли эту квартиру у хозяина, но это были не вы. Скорее всего, вы вообще ошиблись квартирой. До свидания, всего доброго. Всем приветы, кого увидите.
Хватает брезгливо Кирилла Кимовича за воротник. Выставляет за порог. Тот не сопротивляется. Дверь захлопывается.
Юля (уходит, потом кричит уже из комнаты). Вась! Вася?
Вася продолжает стоять в прихожей.
Юля. Вася! Вась?
Вася. Ну что?
Юля. Вась, а батареи и вправду холодные.
2
Через какое-то время.
Юля сидит с ногами на диване. В одной руке у нее школьный глобус. В другой – пульт от телевизора.
Голос в телевизоре. Итак, розыгрыш! Внимание, вытаскиваем бочонок, какая цифра? Семьдесят семь? Прекрасно. Кочерга!
Юля ставит глобус на пол, переключает канал. Глобус по инерции продолжает крутиться.
Голос в телевизоре. Шарик крутится, сейчас мы узнаем, что выпало. Ну же, ну…вот сейчас…
3
Супермаркет напротив дома, где снимают квартиру Вася с Юлей. В самом супермаркете в холле есть отдел косметики. Там работает продавцом-консультантом девушка Катя. Катя стоит за прилавком. Из покупателей – Кирилл Кимович. Он никогда ничего здесь не покупает, некому. Зато он почти каждый день ходит развлекать Катю беседами, когда нет посетителей.
Кирилл Кимович. Катя, я вот что, я Катя спросить у вас хотел. Вернее, ах, да, спросить. Глупый вопрос, понимаю.
Катя. Да?
Кирилл Кимович. Столица Буркина-Фасо?
Катя. ( тут же выпаливает) Уагадугу. А что?
Кирилл Кимович. Вы первая девушка, которую я знаю, которая ответила на этот вопрос.
Катя. Ну так. Наверное, те дуры, которых вы спрашивали, кроссвордов не разгадывают. Я вот разгадываю. И столицу Венесуэлы я знаю. Да, Каракас, а вы как думали? Чем еще на работе заниматься? В свободное от покупателей время? Вот и отгадывала потихоньку. А сейчас вот мир готовлюсь посмотреть, глобус повертеть, так сказать.
Кирилл Кимович. У меня тоже был когда-то глобус. А вот есть примета…
Катя (резко обрывает) Не верю в приметы. Дед с бабкой, я у них на каникулах, помню, лето, не люблю лето. И тут телеграмма. « Мама умерла, приезжайте на похороны. Алексей». И что? У меня брат старший, Лешка. Он тогда в городе болтался, на него и подумали. Телефон молчал. Вот родственники и решили, что это брат мой дал телеграмму. Ну, меня подмышки и понеслись, хоронить. Дверь им открыла моя мама. Это потом было смешно, и выпито было не мало, за примету, мол, жить будет долго. Если живого человека похоронили. А чего ей не жить? Сорок лет только исполнилось. А телефон молчал, любовник у нее был, отец мой на Тихом в рейсе тогда был. Я ж говорю, сорок лет. Потом все разъяснилось, телеграмму дал наш городской родственник, это его мама умерла. Ну, мы их совсем не знали. Так что я даже расстроилась. А примета – фигня. Мама умерла через два года.
Кирилл Кимович. А мы с мамой вдвоем жили. Долго.
Катя. Знаю, знаю. Неполная семья. Убег, гад, из семьи. У меня так отец из рейса тоже не к нам вернулся. А я ж, дура, бегала чисто Ассоль, в порт. Корабли, блин, пароходы считала. Ждала. Вот.
Кирилл Кимович. У меня несколько не так, Катя. Вам не повезло. Катя, но вам все равно повезло, вы есть, спасибо ему за это.
Катя. Банальности от бездомного! Супер!
Кирилл Кимович (Не слушая, продолжает). Батюшка рано умер. Мы с мамой долго вместе. Да, все просто, как и у многих. Она заваривала чай, ходила на цыпочках, лишь бы я был, оправдал, что она себе нафантазировала, намечтала. И я стал, был то есть. Нет, нет, она не говорила, что вот, из-за тебя, молодость. Тогда и время несколько иное, она идейная была такая, партийная, но тихая, никуда особо не выдвигалась. Подарят три гвоздички в праздник – счастлива до самого донышка.
Катя. Все, все, посетитель. Идите уж, погрелись, идите.( Резко меняя тон). Итак, чем могу помочь? Вы видели нашу новую линию косметики?
Кирилл Кимович уходит.
4
Юля и Вася
Юля. А глобус снесем на помойку. Он старый. Вот зачем он нам?
Вася. Чужой глобус-то.
Юля. Но они же сказали, пользуйтесь тут, чем хотите, если сломаете, ничего страшного, все равно – рухлядь.
Юля вертит глобус.
Вася. Юль, в супере что купить?
Юля. Яйца закончились. Только ты их сегодня не бери. У них завтра на яйца будет акция. Если три десятка, то купон. На следующий день можешь десяток бесплатно по купону. Очень удобно. Да, я знаю, зачем нам глобус. Будем путешествовать. Вот скажи, столица Венесуэлы?
Вася. И мы отправимся в дальние дали. Открывать страны, которые не видали. Наши дети пустят кораблики из детского мира, а мы пускали из газет и крышечек из-под шампуня. В детском мире была пыль, серая, густым слоем на полках.
ЮЛЯ. ( Ни с того, ни с сего). Мы тогда с бабушкой еще жили. А она такая активная была, общественница в общем. И ей постоянно звонили подруги, из разных городов звонили даже. И мама постоянно сердилась, что телефон занят. И мне надо было звонить, а телефон был занят. А в то утро случилось, в общем, это давно было ожидаемо, бабушка болела сильно. И вот звонок, я трубку снимаю, а это бабушкина подруга очередная. Просит ее к телефону позвать, а я не знаю, что мне ей сказать, ну что, ну говорю, вы, знаете, умерла бабушка. А подруга как рассердилась на меня, обозвала невоспитанной девочкой, стала кричать на меня: « как ты можешь, я вот позвоню попозже, все твоей маме выскажу, фу, какая, ну-ка, быстро позови бабушку. Бабушку позови».
Вася гладит Юлю по голове.
Юля. Бабушку позови, говорит, бабушку позови, говорит, бабушку позови, бабушку позови. Нет, ну позови, говорит. Позови. Бабушку.
Вася продолжает гладить Юлю по голове.
5
Кирилл Кимович в холле супермаркета. Из продуктового отдела появляется с тележкой Вася. Вася узнает Кирилла Кимовича, хочет проехать с тележкой мимо, но вдруг останавливается рядом с ним, начинает перебирать продукты.
Вася. Ээээ, уважаемый.
Кирилл Кимович молчит.
Вася дергает Кирилла Кимовича за рукав его старой куртки.
Кирилл Кимович. Аккуратней, пожалуйста. Нитки ведь старые. И куртка даже не моя. У меня все сгорело в сторожке. Я сторожил, но ребятишки баловались, подожгли.
Кирилл Кимович улыбается.
Кирилл Кимович. Да, озорничают. А я что ж. Ну это же дети, они не понимают, они же маленькие. Я сказал, что сам виноват. Им жить, а мне что ж. Я сам виноват. Они привыкли, что я им всегда яблоки даю. А тогда не дал. Я сам виноват. Никого нельзя приручать. Никого и никогда. Они маленькие. Но все хорошо, все хорошо. Хорошо все, понимаете?
Вася. А мы тут…. Мы…., а, это ж вы к нам вчера заходили, помните? Я подумал, может вам надо чего? Мы вот на дачу собираемся, друзья пригласили. На шашлыки. Вот, закупаемся. (Вася начинает говорить быстро-быстро). Это же очень удобно, вот так, супермаркет во дворе. Ну просто супер. Юлька бегает каждую секунду, тут акции постоянно. То велосипед, то набор посуды. Вот, за семнадцать наклеек – подушку за полцены можно будет приобрести. ( Трясет буклетом). А зачем нам подушка? Тем более, что я, кажется…Ну, ведь вы сами знаете, сначала человек тебе нравится, потом безумно нравится, потом раз – а смотришь, ну что он тут делает, рядом с тобой, что? ( начинает трясти Кирилла Кимовича за рукав, нитки трещат. Кирилл Кимович морщится, но терпит).
Кирилл Кимович. Понимаю. Понимаю вас. Я сам люблю лотереи всякие, призы там. В детстве так просто не оттащить было. А самое лучшее развлеченье – когда к нам старьевщик во двор входил. В форточку высунусь, вижу, идет. И бегу с узлом, ну, что для старьевщика приготовлено. А тот тебе всякие сюрпризы приятные. Мне вот мячики нравились. Погладит тебя по голове старьевщик, вынет мячик…или жучка бронзового – брошку, но это для девочек.
Вася. ( Невпопад). Вот, а потом думаешь, ну зачем? Что тебе стоило пройти мимо? Собрала бы она сама свои мандарины. Ну не то, вот смотрю, и не то, и как быть?
Кирилл Кимович. Никого нельзя приручать, никого. Да, а ведь тут, тут сквер был, детская площадка, а сейчас вот магазин этот.
Вася. Местный, значит? Уф, теперь понятно, что вы в нашу квартиру ломанулись, ну то есть, мы снимаем ее, конечно, но все равно – как наша. Все есть, все, штор только нет. Уперлась, мол, мир видеть надо ей. И все тут. А я думал, может вы родственник…ну тех, кто нам квартиру сдал. Но это все равно ничего не меняет. Мы ее честно снимаем! Мы честно платим. Ну, да, долг за три месяца.
Кирилл Кимович. Матушка умерла, а потом как-то так получилось. В общем, через два месяца приехали ко мне. И Аллочки уже не было. Они приходят ко мне, правда, иногда приходят.
Вася. Аллочка? Аллочка – это?
Кирилл Кимович. Аллочка болезненная была. Вот, ушла быстро. Мы с мамой вдвоем и потихонечку были. Я работал тогда. Потом всех сократили, наша лаборатория вроде как была, а вроде и нет. Думал, дома смогу, все кричали бизнес, бизнес. Не смог. А у матушки инсульт, потом перестала ходить, памперсы, пролежни, антипролежневый матрас. Бормотание сутками напролет, не узнавала никого. За три дня до того как, она вдруг как очнулась, говорит, фотографии хочу посмотреть. Я ей все альбомы принес, она взяла одну, где ей 17, подписала «От самой лучшей мамы на свете». И все, потом покормил я ее, три дня еще она была со мной.
Вася неловко стоит возле Кирилла Кимовича. Не знает, что еще говорить.
Вася. А поехали с нами? К друзьям моим на дачу, а? Вдруг там сторож нужен тоже?
Кирилл Кимович отрицательно качает головой.
Кирилл Кимович. Больше никогда. Я попытаюсь объяснить.
Вася. Если история долгая, тогда может, в другой раз…
Кирилл Кимович. А потом оказалось, что квартиру надо освободить. Мама отписала ее непонятно кому.
Вася. Ну, судиться надо было, права отстаивать. Вам, вы, вам может денег дать?
Кирилл Кимович. Я судился, да, но не смог ничего.
Вася. Но ведь есть же друзья?
Кирилл Кимович. Были. Да и в моем возрасте их много не бывает. Вот, друг мой, отвез на дачу свою. Устроил. Я их дачный поселок охранял. Так два года. Немного страшно было вначале, особенно зимой, а потом привык. Там появились друзья. Да, они были..ммм…несколько необычны…но они были. Я же тогда вообще был не пьющим. Теперь – нет. Теперь могу, да. А лотерея, страсть моя. Я ж выиграл, да.
Вася. Жвачку?
Кирилл Кимович. Квартиру. Почти. Там сумма была, как раз на квартиру. Не здесь, но на окраине. Я мог бы купить. Паспорт ведь у меня был. В паспорте почему-то оказалась прописка в доме, которого нет. Это еще при матушке обнаружилось. Соседка сказала, что к ней все из секты приходили, а я тогда работой был занят, не до того. Потом паспорт пропал, потом нашелся. Вот как все, это давно еще. А ведь матушка в детстве моем, вот она была…изумительна. Это потом, с возрастом...срок годности...портимся... Я испортился, все вокруг казались неказистыми... Я такой и не знаю, хотя, строга, все мечтала, что я буду военным, танкистом там или летчиком. А я вот в науку.
Вася. ( Зевает). Да все понятно. И либо лотерейный билет сгорел, читай – украли, либо деньги, которые вы выиграли.
Кирилл Кимович. Откуда знаете?
Вася. Да таких историй, у каждого второго в запасе. Вот вы явно все врете. Только не знаю, зачем. Эх, а я сначала подумал. Вот так всегда, эти мандарины на снегу. И ведь она не виновата, что я потом…эх…
Кирилл Кимович. Да послушайте, да, невероятно. Но так и было. Я выиграл. Я смог. Я тот, который так и не смог продолжить себя. Все правильно, такие не могут. Тут не Аллочка, тут я сам сплоховал. А потом, ведь когда дома лишился и тут билет лотерейный. И я смог. Я ликовал. Я собрал всех, кого знал тогда. Мы что-то пили, да, вот вы смотрите на меня. Я в такой куртке, а я ведь и вправду не пил. Матушка этого как-то не очень приветствовала, Аллочке нельзя было. Утром проснулся. Вернее, ночью все порывался проснуться, все как-то не получалось. В последний момент вытащили, пощадили. Они, глупенькие, просто спалили все, вместе с дачей. Вот как вам такое? Деньги все.
Вася. Красивая сказка. Вы правы.
Кирилл Кимович. В чем?
Вася. В том, что любовь у людей какая-то трансформенная. Если не тебя она убивает, то других.
Кирилл Кимович. Но я разве о любви?
Вася. Вот именно! Вот как вам кого любить? Да разве вы любили хоть Аллу вашу? Вы с ней просто жили, жили, жили. А так просто нельзя. Мучительно. Понимаете? И не нужны мне всякие Кати…
Кирилл Кимович. Катя – очень хорошая девушка.
Вася. Вот именно. ( Внезапно) Да, а живете, ночуете вы сейчас где?
Кирилл Кимович. ( Улыбается) Ну…сейчас же лето…
Вася. Лето, а хочется снега…зимы. Нет, не то, не могу объяснить, не могу.
Кирилл Кимович (Грустно). Такое иногда бывает. На пустом месте. Когда все есть. Вот тогда и плохо. А глобус все равно крутится, все равно
Вася резко откатывает от себя тележку, направляется к выходу. Тележка остается у Кирилла Кимовича. Она полна продуктов: вино, мясо для шашлыка в пластиковом ведерке, бутылка шампанского, сеточка с мандаринами….
.
6
Вася и Юля
Вася. Вот, держи. ( Протягивает какую-то бумажку)
Юля. Что?
Вася. Билет. Лотерейный. Розыгрыш будет скоро. Я ж знаю, ты любишь. Лотерея беспроигрышная. Главный приз – кажется деньги, такие, что квартиру без проблем можно. Представляешь, вот выиграем. А то все снимаем, снимаем…
Юля. А продукты?
Вася. ( Оглядывается, вспоминая). Потом, потом….
Юля. Катя мне все рассказала.
Вася. Суперфраза «Катя мне все рассказала».
Юля. Вы с ней даже говорите одинаково.
Вася. Да не в этом дело, не в ней, да и не было там ничего и давно. Так что тут я спокоен. Она ничего не могла тебе сказать.
Юля. Тогда что? За что ты не спокоен?
Вася. Я не знаю. Юля, возьми билет.
Юля кидает билет в форточку. Окно остается открытым.
Вася. Сквозняк, прикрой.
Юля оборачивается к окошку, видит удаляющуюся спину Кирилла Кимовича.
7
Голос матери Кирилла Кимовича. Кирочка, Кира! Кирочка! Как твое горло? Я тебе тут купила, да, твои любимые. Почему так поздно звоню? Ох ты, Господи… Перезвонить может? Нет? Будешь спать? Кира, да, ты платок на голову тогда, голову, говорю, платком повяжи, шерстяным, раз ушко стреляет.
Кирилл Кимович. Аллочка ко мне приходила. В ночной рубашечке своей, старенькой, завязочки под горлышко. Красота. Она мне и говорит, мол, дурень старый, ты зачем так поступаешь? А как, я не понял, проснулся уже. Аллочка все завязочки теребила, теребила, да и не сказала. Я же дышать боялся, думал, вспугну. И что ж? Вспугнулась Аллочка. Там как что-то задребезжит, запикает. Сигнализация. Вот, что оказалось. Я в окно выглянул. Это Брабус. У нашего соседа-китайца. Он на третьем. Высунул ручку, нажал кнопочку, тишину восстановил. Да не знаю я, что брабус. Это мне сказали, мол, видишь, у него брабус, хочешь такой же? А я никакой говорю, я ж водить не умею. Грести да, могу. А тот лыбится, ну тогда мы тебе катер подарим. Подарили вот. Катер, да. Ка-а-тер. Поедем, красотка, кататься. Покатался. До причала доехали, там еще переезд был. Поезд пережидали. И вдруг как стукнет мне. Нет, говорю. Давайте все обратно, ну, как было. Не согласный я. Не в себе был. Те, да ты что дед, да все уже, обратно не переиграешь. Не понравится – потом претензии не к нам. Мы тут просто мимо, лесом мы тут, лесом.
Как в загадке: Лесом полем, полем лесом. Лесом полем... лесом
8
Вася и Юля играют
Юля. Шла кукушка мимо леса за каким-то интересом.
Вася. Не кукушка. Карета. Карета ехала. Ехала карета темным лесом за каким-то интересом.
Хором заканчивают. Инти-инти интерес, выходи на букву с».
Вася. Что у нас на «С»?
Юля. Сыр.
Вася. Смерть
Юля. Да, смерть.
Юля вздрагивает. Вася не вздрагивает. Юля протягивает Васе кусок сыра. Вася машинально жует.
Вася. Юль, тут такое, Юль, в общем…
Юля. Что? (испуганно).
Вася. Да гадость этот сыр (сплевывает в руку). Вот что.
Из улицы слышен голос промутера из супермаркета. Попробуйте сыр! Новый сорт! Вкусный! Заходите в наш супермаркет! У нас новый сыр! Если вы соберете пять этикеток от этого сыра, то следующий кусочек вам полагается бесплатно! Это беспроигрышная лотерея! Попробуйте наш сыр!
Юля закрывает форточку.
9
Супермаркет. Кирилл Кимович и Катя.
Кирилл Кимович. А мне, помню, детишки как-то пристали. Дедушка, а расскажи, как ты был маленьким. А мне тогда пятидесяти не было. Из-за бороды может?
Катя. Так значит, у вас есть внуки? Да?
Кирилл Кимович. Нет, не мои, это я присматривал за детишками из соседнего подъезда. Танечка и Ванечка. Ну, просто как из Доктора Айболита. И мы так и играли, будто мы все из сказки. Они брали меня за руки с двух сторон, и мы шли путешествовать. Их родителя-аспиранты-физики были вечно занятые. Такие карикатурные – в очках, стекла бифокальные…
Катя. Ой, Кирилл Кимович, ну разве с вами можно скучать? Ой, кажется, покупатель. А, нет, это ж Юлька. Но все равно, вы уж тут…как-нибудь бы…отошли что ли.
Кирилл Кимович. Понимаю ( отходит).
10
Супермаркет
Отдел косметики. В отдалении маячит фигура Кирилла Кимовича.
Катя. (Читает). Ага, тогда вы сможете выиграть именно этот симпатичненький….Последней модели.
Юля. Катя, ты понимаешь, что происходит что-то не то?
Катя. Да, конец света. Все готовятся.
Юля. Да я не об этом. В прошлом году мы с Васей…
Катя. (Перебивая). Ну, подруга, так ты будешь делать перепост? Кстати, завтра в «супере» акция. Два пачки макарошек по цене одной. Плюс кто их купит, там пилочку для ногтей дают. А если мыла два, купишь, то третье бесплатно. А если печенье, то…
Юля. Хватит. Понятно.
Катя. Да ты про печенье дослушай. Там, короче, такая мулька, ну, в печенье купон. А приз – автомобиль. Желтенький такой. Марку не помню, короче. Желтый – нафиг, но ведь и перекрасить можно, как ты думаешь?
Юля молчит.
Катя. Юля, ау! Юля!
Юля. Вася, кажется от меня уходит.
Катя. ( Рассердившись). Нет, ну супер! (передразнивая) «Кажется от меня уходит». Нет, вы слышите? (громко в зал) От меня уходит Вася! Прозрела, наконец. Да он давно от тебя ходит.
Юля. Ку-уда?
Катя. Да, ко мне, например. Вот только я его прогнала. Да, а что? Ты подруга или где? Нет, ну пришел один раз, сел тут.
Юля молчит.
Катя. Где-где, в магазине. ( помолчав). Да не, нормально все, все нормально. Юля! Послушай. Юля! Не было ничего. И быть тоже не могло никак. И вообще, у меня вот кто есть, смотри, какой ухажер. ( Кивает на Кирилла Кимовича, который стоит у стены). Видишь, ждет как? И вообще, я на север скоро уезжаю. У нас все так, мать на севере меня нашла. Родина там моя, если что. Ничо так? На минуточку. На самый -самый крайний - прекрайний север еду я монтажницей. А сначала на ледокол берут. За впечатления. Буду там заметки строчить про то, что вижу. Мол, капитан был пьян, а кок нет. Ха-ха.
Юля. Правда? Ты?
Катя. Ну, конечно. А кто у меня сочинения сдувал? У меня всегда слог хороший был. И этот, как это (с пафосом) нереализованный потенциал. Вот. Ну, так я его и буду реализовывать. Кстати, Юля, вот тебе подарок. ( Вручает кисточку из акции «беспроигрышная лотерея»).
Юля. ( заторможено) Да. Да.
Уходит.
Катя (ей в след).Ну, было у меня с Васькой. Да, было. И что? А я, может, может я любила его? Да и сейчас…(Замолкает). А он же мне и сказал. Мол, пути разные. Жизни тоже. У него своя, а у меня своя, соответственно. А вот с чего она так решил? С чего? И никакой Юли тогда еще не было. Я ведь ни с кем его из подруг не знакомила. Боялась. Дорожила. Чем? А он мне сказал – я знал, что ты ищешь, но о не знал, что ты искала именно меня. Это потом я его с Юлей увидела. А он делал вид, что меня никогда, что я никто. Да. И я тоже обезьянничала – делала вид. А потом, потом мне стало казаться, что никто никого не знал никогда. И не узнает.
Кирилл Кимович выходит из укрытия, подходит к Кате.
Катя. А я сегодня последний день здесь работаю. Все, уволилась, надоело все на фиг. Прикиньте? На Север уезжаю. Вот реально, без коры всякой. На Север. Им сначала мужик был нужен. Но, тут такая кора, в общем, там заболел кто-то, а сроки поджимали, да и я все канючила, ну, канитель разводила. Короче, взяли меня. Там, правда, минус тридцать – просто теплынью считается. Ну да ничего, мы выносливые. А еще там мужики одни, короче. И сто на руки. Без всяких. И снег, снег. Чистый белый. Романтика.
Кирилл Кимович. Я буду скучать, Катенька, без вас скучать.
Катя. Ох, Кирилл Кимович, Кирилл Кимович. Чудной ты, старикан. Я ж чего ухожу? Тут все равно переделают все. На моем месте лотерея будет. Так что приходи, завтра, может выигрыш чего. Да, у нас сегодня акция. Можете выиграть фен-щетку, не интересуетесь?
Катя хохочет. Долго хохочет.
11
Вася и Юля.
Вася. А мне даже не хотелось из деревни уезжать.
Юля молчит.
Вася. Да, а у нас там тоже есть супермаркет. Не такая и дыра.
Юля молчит.
Вася. У нас куча родственников. Одну вот, тетю Женю, помню, особенно помню. Ласковая такая старушка была – всегда много кошек, но запаха никакого, мне разрешалось тискать этих кошар. Тетя Женя замужем никогда не была. Мать мне потом рассказала. Любовь у нее случилась. А тот на четыре года моложе.
Юля. Фигня какая, вот же.
Вася. И тем не менее. Он ее любил, она его, ну просто как помешанные ходили. А его родители «нивкакую». Старая невеста, и все тут. А у Жени этой, куча сестер, братьев, все младшие.
Юля. Это не Женя. Это «Просто Мария» получается.
Вася. Пусть, Юлька, пусть. Все их умоляли. Толка – ноль. Женя даже травилась вроде. Откачали. Тот парень уехал. А Женя осталась. И все. Конец сороковых, мужиков мало. Хотя, она ж красавица была. Это все мне мама перед сном в основном рассказывала, вместо сказок. А я утром бегал по деревне и не понимал, ну что такого вот сказочного в этой старушке с кошками и выцветшими глазами.
Юля. Глаза выцвели. Жаль.
Вася. Да, а я не понимал, не понимал я, как, за что. И что она в войну мать мою выкормила, и что платье ей из своих штор шила. Ну и что, что? Обычная старушка. Кошки после разбежались. Юля, а если не так? Если иначе? Если можно по-другому?
12
Супермаркет
Кирилл Кимович в рваной куртке и с рюкзаком за спиной стоит у супермаркета. Периодически его принимают за бродягу, кидают деньги. Сегодня он как никогда
Кирилл Кимович. Крышечки, баночки, наклеечки. Соберешь десять этикеток – и приз твой. Вот оно, счастье.
Охранник на входе не пускает Алексея Валерьевича в супермаркет. Вообще-то это не законно, но Алексей Валерьевич подчиняется. Кати давно нет. На месте отдела косметики в холле крутят прозрачный барабан. Женщина-промоутер зазывно выкладывает информацию. Мол, если крупный выигрыш, то надо по такому адресу обращаться, а мелкие – у нее.
Кирилл Кимович (подходя). А главный приз какой?
Женщина. А квартира. Хорошая такая, двухкомнатная кажется. Ой, нет, нет, мужчина, однокомнатная. Но, вы не расстраивайтесь так. Окна на две стороны. Новостройка, новый дом, стало быть. Я сама в соседнем живу. Уф, да (подсматривая в листочек), да, я сама там живу. Лес, пятнадцать минут от центра. Лес. Ах, про лес сказала. Правда, его вырубать скоро будут. Ну как, дом иначе не станет. Там в плане три дома и садик. Нет, садика не будет. У вас есть дети, нет? Ну, повезло им, что нет (хохочет), а то и садика нет. Вот, вот второй-то корпус в плане и не вмешается, вот видите, крестик? Поэтому ваш корпус встанет здесь, ну, стоит уже, да, в а вот четвертый…
Кирилл Кимович. Как четвертый? Их же три.
Женщина. Да вы не волнуйтесь так, повезет вам, повезет, мой глаз наметанный все видит правильно. Корпуса три нет, и не будет вроде как. Там только шестой, второй и четвертый. Вот, четвертый еще не построили. А места уже нет. А лес большой, что с него. Ну, билетик будете брать? Или хотите, я сама вытяну?
Кирилл Кимович роется в карманах. Денег нет. Кирилл Кимович осматривает подкладку рюкзака. Там тоже пусто. Под столом женщины валяется монетка. Кирилл Кимович кряхтя, поднимает ее, дует. Отдает женщине.
Кирилл Кимович. Вытяните уж сами.
Женщина. А и вытяну. Рука счастливая, глаз наметанный, вытяну.
Женщина крутит барабан, вытягивает бумажку, передает Кириллу Валерьевичу. Тот разворачивает дрожащими руками.
Женщина. Ну, что там, что?
Кирилл Кимович. Не пойму что-то. Может, вы посмотрите?
Женщина. Посмотрю, посмотрю своим наметанным глазом, все равно лотерея беспроигрышная. Ого.
Читает. Нагибается, роется в столе.
Так, вот вам, согласно билету. Положена жвачка. Дональд Дак. Очень вкусная. Сама такую жую. Смотри.
Открывает рот.
Кирилл Кимович засовывает жвачку в рюкзак. Жвачка падает через дырку в рюкзаке на пол в холле. Женщина выходит из-за стола с барабаном, наклоняется, тяжело дышит, дует на жвачку, несет ее обратно.
13
Вася и Юля
Вася. ( Собирает вещи, поет). Давай поиграем в любовь…пусть, все могло быть иначе….
Юля. Как? Как? Как? Ты же понимаешь, что ничего нет, нет. Тут даже штор нет. Нет. Я не могу тут быть. Не могу тут быть. Посмотри на улицу, посмотри. Нет, ты посмотри.
Вася. Ну.
Юля. Ну что ты видишь? Что?
Вася. Улицу. Я вижу улицу.
Юля. Где? Где ты видишь улицу? Ее нет. Тут дом. Стена и дом. Понимаешь. Мы тут не можем. Тут даже штор нет. А я вижу, что там, в восьмом доме. Вот, диван их зеленый вижу, они рассказывают. Он с одной стороны, она с другой тащит. У нее ночнушка, знаешь какая. Так я тебе скажу, я тебе сейчас производство скажу (щурится). Берет газету. Смотри, тут объявления, вот они. Колонка. Да нет. Не тут. Где третья страница? Вася, где третья страница? Там должны были быть объявления? О съеме-сдаче как раз? Ну, куда ты дел? Так нельзя-яяя. Нельзя...
Юля видит Васин собранный рюкзак.
14
Вася и Юля
Вася. Вот, что. Я тут подумал, ты права. Здесь мы жить не будем. Я уж точно.
Юля. (Хлопает в ладоши). Ура, Васечка, ура! А куда? Впрочем, только не здесь, только не здесь! Все равно, ух ты, радость какая. Ирке, да, сообщу Ирке. Или нет? Может утром? И Машке? Да, ура?
Вася. Не ура. Юля, вот что. Мы здесь не будем. Я уезжаю. К отцу. Обратно, в деревню. Здесь все не мое. Зачем мне притворяться? Я не прижился. Вот такой вот я паршивый гнилой росток. Не могу я здесь. Вот, а насчет тебя, Юль. Я виноват, да. Но вот, ты же все равно хотела остаться, только ты уж как-нибудь без меня, ладно?
Юля. Так не пойдет. Так не пойдет, Вася. Я не хочу. Нет, ты что-то не то сейчас. Ладно. Давай здесь. Повесим шторы. Голубенькие, хочешь?
Вася одевается. Берет рюкзак. Уходит.
Юля. ( Кидается к телефону) Ало? Это магазин штор? Да? У вас есть шторы? Что? Черт. Ну почему не туда.
Кидает трубку.
15
Супермаркет
У входа стоит Кирилл Кимович. Он очень возбужден. Одет в этот раз опрятно, подстрижен. Борода сбрита. Он волнуется, разговаривает сам с собой.
Кирилл Кимович. Вот, то есть я могу, конечно. Но разве мне положено? Чем я заслужил? Хотя да, слишком много вопросов. Их тут быть не должно.
Двое мужчин – в форменной одежде служащих магазина переговариваются, глядя на Кирилла Кимовича.
Служащий-1. Что это с ним?
Служащий -2. Квартиру выиграл. Там сбой произошел системы. Ему приз вышел. Ключи от квартиры.
Служаший. Ну, этот гаврик тут все лето, говорят, легендарная личность. Свое жилье профукал, потом выиграл в лотерею.
Служащий-2 (перебивает). Разве в нее возможно? Я вот в казино хожу, вообще никак. Ну ни разу.
Служащий-1. Гы. Ну так, небось, женат счастливо. Любовь то, се.
Служащий-2. Не. Ну, есть там одна. Ходит после работы по вторникам и четвергам, а еще по субботам. Это так, для поддержания формы. А вообще, мне Катька из «косметики» нра. Оченно нра.
Служащий-1. Которая теперь в соседнем супере в овощном?
Служащий-2. Да, врала всем, что на Север. ( глядя на Кирилла Кимовича). Эх, ну смотри, как человек радуется. Реально, он, если не врет, всех грузил, что в прошлом году выиграл. И все профукал. И что? Вот вчера тут все сбежались. Дуракам счастье. Верно, говорят, что не купишь счастье. Он же не купил, а нашел, под окнами билет нашел. Счастливый билетик. Вот ему счастье.
Служащий-1. Ну, это не надолго. У таких все из рук утекает. Решето. Терка-человек. Сеточка-авоська.
Служащий-2. Нет, надо верить. Все у него будет. Пусть и недолго.
16
Квартира Васи и Юли, та, которую они снимали. Квартира в беспорядке. Дверь входная не закрыта. Растрепанная Юля ходит с телефоном.
Юля. ( Разговаривает по телефону). Нет, мне не нужно ателье. Надо же. Еще ателье существуют. Нет, я не вам. Ох, извините, да, а что вы шьете? Нет, мне бы шторы. И шторы тоже в ателье? Какие? Вот, вы знаете, мне бы, если можно…(Внезапно нажимает отбой).
В квартиру входит Кирилл Кимович с сундуком. Он входит так спокойно и без стука.
Кирилл Кимович. Надо же. Вот я и в своей квартире. Надо же. Надо же. Я же здесь был, когда маленьким, давно. Давно.
Юля откладывает телефон. Юля ведет себя так, будто появление Кирилла Кимовича – само собой разумеющееся явление.
Юля. ( Мягко поправляет). Вы были тут, недавно. Я вас помню. Вы еще про батареи спрашивали. Надо же, вот вам повезло. Я тоже всегда играю в лотереи. И крышечки собираю, и наклейки. А Вася все равно ушел. Да. Вот, возьмите (роется в шкафу). Возьмите. Мы все равно съезжаем. Берите, берите. Тут все просто.
Кирилл Кимович. А у меня для вас… вот – жвачка. Дональд Дак. Берите, в лотерею выиграл. Беспроигрышную. А у вас что?
Юля. Шторы. Голубенькие такие. На кухню можно, например. Сама сшила. Только вот повесить надо. Надо только повесить. Вы уж сами, ладно? Мне тут, мне позвонить…телефон, слышите, звонит!
Кирилл Кимович качает головой.
Юля отталкивает Кирилла Кимовича, бежит к телефону. Берет трубку. В трубке гудки. Телефон не звонил.
Кирилл Кимович невозмутимо начинает укладываться спать на сундуке.
Юля набирает номер.
Юля. …Ты знаешь, там твои вещи. Нет. Ну, да, я же съезжаю. Выкинуть? Ничего важного? Точно, ничего важного? Ну, как знаешь.
Юля нажимает «отбой».
Юля набирает номер.
Юля. Опять. Да, про вещи. Ну, как-нибудь заберешь – это когда? Ах, так!
Юля нажимает «отбой».
Звонит телефон. Юля прикладывает трубку к уху.
Юля. А ты знаешь, что я подумала. Вот снег. Вот давай погуляем. Только погуляем. Под снегом. Это же не сложно? Что? Ах, нет, извините, вы, похоже, ошиблись. Это не пошив штор.
Юля нажимает «отбой». Юля набирает номер.
Юля. Ты знаешь, что я подумала? Вот снег. Да, снег. Давай погуляем. Под снегом. Это ж немного, да? Ты сразу не говори, ты подумай. Ведь ничего и не больше. И все. Снег. Вася. Снег.
В трубке молчат. Юля вертит глобус. Глобус вертится уже не от рук Юли, а сам по себе, словно юла. Начинает идти снег.
Юля. Снег.
Вася. ( Внезапно). Да, когда будет снег, тогда и погуляем.
Где-то далеко Катя мечтает о Севере, стоя за прилавком с овощами. Где-то два охранника мечтают о выигрыше и заодно о мире во всем мире. Где-то все женщины мечтают о жвачках, а дети о яблоках. Где-то Вася отрывает листочек с календарем и читает - второе августа.
И тут начинает идти снег.
Снег начинает падать сначала осторожно, потом, осмелев, густыми хлопьями. Пушистый такой. Падает и вовсе не тает. Много снега. Под снег хорошо спится. Например, Кириллу Кимовичу на сундуке.
Занавес
Январь-ноябрь 2013
Ксения Жукова
*****@***ru
г. Котельники (Московская обл.)
2-62
