Но с теми Бог, в ном Божья сила!

Но с теми Бог, в ном Божья сила!

Дивен Промысел Божий, чудно раскрывающийся в двухты­сячелетней жизни Святой Православной Церкви. Пройден большой исторический путь, путь тяжких и суровых испыта­ний, когда гнет и гонения со стороны врагов Христа и против­ников истинной веры достигали такой силы, что, казалось, не устоит Церковь Православная, но верно исполняются слова Ос­нователя и Главы Церкви, Господа Иисуса Христа, о том, что и врата ада не одолеют ее. Незыблемо стоит и наша Святая Рус­ская Православная Церковь, ревностно сохраняя чистоту дог­матов и святоотеческого учения, невзирая на многократно уси­ливающийся натиск внешних и внутренних врагов истины Хри­стовой, лжепастырей и лжехристиан, распространяющих по России тлетворные семена лжеучений. Но покров Пресвятой Богородицы простирается еще над Русью, сильна еще молитва новомучеников и исповедников Российских и всех святых Божиих земли нашей. Они сияют, как звезды, и освещают путь к Богу православному народу.

По милости Божией есть еще в нашей стране истинные пас­тыри, способные научить вере и истине, наставляющие свою па­ству идти путем послушания Церкви и отцам духовным, путем покаяния, милосердия, любви к ближним и своей Отчизне. К ним, старцам Божиим, неиссякаемым потоком стекаются все, нуждающиеся в совете и духовной помощи. Каждый здесь полу­чает духовную и молитвенную поддержку, укрепляется в вере. научается противостоять искушениям и со смирением претерпе­вать все ниспосылаемые нам по грехам нашим скорби.

Мало их — светильников Божиих, но тем ценнее для нас их спасительный, благодатный свет, тем дороже их пастырское сло­во, их мудрый, старческий совет... Нет, не начальствующие из че-ловеков выбирают старцев и наделяют их мудростью и духовной силой, нет, но Сам Пастыреначальник Господь возжигает эти

многоцелебные светильники, избирая их за беззаветную веру, беспримерные труды, молитвы и подвиги из числа самых верных Своих служителей. К таким свидетелям и исповедникам Право­славной веры, неутомимым труженикам на ниве Христовой при­надлежит и наш дорогой батюшка — протоиерей Николай Алек­сеевич Гурьянов.

Вот уже 40 лет служит о. Николай в храме святителя Нико­лая на острове Залит. Невозможно перечесть, сколько за эти годы побывало здесь православного люда со всех городов и ве­сей нашей страны, объедененных одним: любовью к Богу и Его Церкви Православной. В любое время года — и в мороз, и в ненастье — нескончаемым потоком льется сюда, на маленький остров Залит, река православных паломников. Там, на большой земле, кипит водоворот житейских страстей, возникают полити­ческие и экономические кризисы, приходят и уходят в небытие парламенты и правительства, а здесь решаются одни и те же всегда неизменные вопросы: «Как спастись и наследовать бла­женную вечность? Как примириться с Богом и ближними? В чем смысл и какова цель наших болезней, бед и скорбей?» Мож­но прожить жизнь и не добиться ответа, не понять самых про­стых вещей, а можно приехать сюда, тихо постоять у калиточки и вдруг увидеть просветленный батюшкин лик, испытать ра­дость сопричастия с тайной Царствия Небесного, которая ка­жется сокрыта за маленькой деревянной дверью его скромного домика-кельи...

Вот эта дверь открывается, и на крылечко выходит батюшка. Все замолкают и впитывают исходящий от него чистый, умирот­воряющий свет... Сам дворик — словно иллюстрация к первым главам книги Бытия, где бытописатель повествует о Рае: кашта­ны, кипарисы и другие деревья, множество голубей на их ветвях (вообще часто ли увидишь голубей на деревьях?), сидящих плот­но друг к дружке, как куры на насесте; теснятся голуби на скате крыши, над крыльцом и на земле, тут же воробушки и прочие пташки, конечно же, куры, а буквально между ними прогулива­ются кошка и собачонка. Наверное, это и есть мир и благорастворение воздухов, о которых мы просим в ектений... Простые слова, которые мы часто говорим друг другу, в батюшкиных устах при­обретают подлинную свою силу. «Помоги вам Господи», — гово­рит он, и что-то тут же происходит, меняется в нашей жизни. Вер­но Господь, приклонив ухо Свое с небес, слышит каждое батюш­кино слово и по молитвам старца простирает божественную дес­ницу Свою для помощи нуждающимся...

Девяносто лет — таков батюшкин возраст. Но, как известно, сила Божия в немощи свершается, поэтому и не сразу вспоминаешь про груз его лет, про сопряженные с возрастом немощи, когда обраща­ешься к нему за помощью. Мы (часто молодые, крепкие) обраща­емся к его силе (а через это — к силе Божией) — значит, запас его сил неизмеримо выше всех наших сил в совокупности... Часто лю­дям, приехавшим издалека, не удается поговорить с батюшкой так, как хотелось бы. Часто встреча со старцем ограничивается лишь благословением, помазыванием св. маслом и кратким напутстви­ем. Может быть, кого-то это и огорчает, но потом все равно прихо­дит понимание, что даже и самое малое прикосновение к инобы­тию, к тайне будущего века — это великая милость Божия. Господь воочию являет нам силу святости, чистоты. И где? В нашем сверх­порочном, погрязшем во всяческой нечистоте, греховном мире. Сла­ва Тебе, Господи, Премилосердный и Преблагий!

К тебе, о Мать Святая, Я, бедный раб грехов, Со скорбью и слезами Пришел под Твой Покров...

(Поэтическая строчка из автобиографии отца Николая)

Гурьянов родился 24 мая 1909 года в селе Чудские Заходы Гдовского уезда С.-Петербургской епар­хии в старой купеческой благочестивой семье Гурьяновых. Лю­бовь к храму и церковному пению была присуща всем членам их семьи: его отец, Алексей Иванович, был регентом церковного хора; старший брат, Михаил Алексеевич Гурьянов, был профес­сором — преподавателем С.-Петербургской консерватории; млад­шие братья, Петр и Анатолий, также обладали музыкальными способностями, но о них осталось мало известий. Все трое брать­ев погибли на войне. Отец Николай принял святое Крещение в Михаило-Архангельском храме с. Кобылье Городище. С детства прислуживал в алтаре.

В 20-е годы их приход посетил Митрополит Петроградский и Гдовский Вениамин (будущий священномученик). Отец Ни­колай так рассказывает об этом событии: «Я мальчишкой сов­сем еще был. Владыка служил, а я посох ему держал. Потом он меня обнял, поцеловал и говорит: "Какой ты счастливый, что с Господом...».

В 1928 году о. Николай, окончив Гатчинский педагогичес­кий техникум и первый курс Педагогического института в Ле­нинграде, вернулся в родные места и с 1929 по 1934 гг. служил на должности псаломщика Свято-Никольского храма (с име­нем этого великого святого — его небесного покровителя — бу­дет связана практически вся его жизнь, и особенно последние сорок лет его пастырского служения) с. Ремда Середкинского района Ленинградской (теперь Псковской) области. В конце тридцатых годов о. Николай прошел тернистым путем всех ис­поведников и новомучеников Российских: он был арестован и прошел этапы, лагеря, ссылки. Во время этих тяжких испыта­ний батюшка встречал много подвижников, истинных светиль­ников веры Православной, пример которых во многом опреде­лил путь его дальнейшего служения Богу и Его Церкви, неда­ром новомученик Российский архиепископ Илларион (Троиц­кий) подчеркивал, что заключение — бесценная школа добро­детелей.

Светлая дорога

Жизни светлая дорога Вьется лентой пред тобой. Помни, друг мой, сердцем Бога И люби Его душой. Что прочтешь ты в этой книжке, Верой в сердце запиши, В жизни, верою согретой, Безопасна жизнь души. Будь с почтеньем прямодушен Перед каждым из людей:

Будь родителям послушен, Послушанье — перл детей. Не жалей делиться хлебом С каждым бедным сиротой, И покров Царицы Неба Будет вечно над тобой.

Начало пастырского служения о. Николая Гурьянова совпало с тяжелыми испытаниями для нашего народа — Великой Оте­чественной войной. 8 февраля 1942 года он был рукоположен в сан диакона Высокопреосвященнейшим Митрополитом Серги­ем (Страгородским), а 15 февраля 1942 года святитель Сергий рукоположил о. Николая Гурьянова в иереи. В этом же году о. Николай окончил богословские курсы, которые возглавлял Митрополит Мануил Лещинский.

Вскоре отец Николай был направлен в Ригу, где до 28 апре­ля 1942 года служил священником в Свято-Троицком женском

монастыре. Оттуда, по указу Высокопреосвященнейшего Мит­рополита Сергия, был переведен в г. Вильнюс, где исправлял должность уставщика богослужений в Свято-Духовском мо­настыре до 16 мая 1943 года. С 1943 по 1954 гг. о. Николай Гурьянов является настоятелем храма свт. Николая в с. Ге-гобросты Паневежского благочиния Литовской ССР. О тех годах служения батюшки Николая известий сохрани­лось немного, но судя по словам характеристики, данной ему правящим Архиереем, это был высокодуховный пастырь, от­ветственно и благоговейно относящийся к своим священни­ческим обязанностям, пользующийся доверием и любовью паствы.

Об этом свидетельствуют и церковные награды, полученные им в те годы: в 1952 г. — золотой наперсный крест и сан протоие­рея в 1956 г. по указу Святейшего Патриарха Алексия.

Долгие годы верным спутником и помощником в пастырских трудах и в повседневных заботах для о. Николая была его мать — Екатерина Стефановна.

Верная раба Божия, матушка Екатерина, сумела привить свою беззаветную любовь ко Господу своему сыну. Храм, молитва Богу, Божией Матери, святым Божиим, и особенно ко своей святой небесной покровительнице великомуч. Екатерине, были главны­ми занятиями ее жизни. Почила о Господе матушка Екатерина Стефановна 23 мая 1969 г. и похоронена на кладбище, напротив дома о. Николая.

Настает важный для о. Николая 1958 год. Он переведен в Псковскую епархию и, по указу Владыки Иоанна (Разумова) и личной просьбе, назначен настоятелем храма свт. Николая на острове Залит Псковского района. В день Покрова Пресвятой Богородицы, в 1958 г., о. Николай служит первую литургию. Здесь пройдут следующие сорок лет его пастырского служения. Здесь он станет тем, кем знаем мы его сегодня, — батюшкой Ни­колаем, старцем с о. Залит.

С первых дней служения батюшка благоукрашает свой храм. И по настоящее время не оставляет он этих трудов: обновляется убранство храма и алтаря, появляются новые иконы и другие свя­тыни, периодически производится необходимый ремонт при­дельного храма (где и совершаются по настоящее время все бо­гослужения) в честь иконы Божией Матери «Одигитрия» («Бла­годатное небо»). Батюшка благословил начать ремонт и основ­ного Никольского храма. В этом юбилейном году с помощью Божией и при поддержке благотворителей планируется присту­пить к основным ремонтно-строительным работам.

В 1988 году протоиерей Николай награждается митрой и пра­вом служения с открытыми Царскими вратами до пения «Хе­рувимской», а в 1992 году по указу Святейшего Патриарха Алек­сия II, — до пения «Отче наш».

Есть в храме свт. Николая почитаемый чудотворный образ Бо­жией Матери «Благодатное небо», имеющий второе название «Смоленская», празднуемый в день Смоленской иконы Божией Матери 28 июля. В тяжелые, смутные времена с этой св. иконы была похищена серебряная риза, и о. Николай сразу, как при­ехал на остров, постарался одеть Матерь Божию в подобающую Ей Царскую Порфиру. В этом помогли духовные чада батюшки, которых у него всегда было много. Игуменья Тавифа из Свято-Духовского женского монастыря в Вильнюсе взяла благослове­ние и начала шить ризу Богоматери на голубом бархате. Сколь­ко слез радости и боли сопровождали эту работу матушки-игу­меньи, знает, наверное, только Хозяйка ризы. В 1960 году, после 2-летнего труда, риза наконец была одета на эту св. икону Зас­тупницы нашей Усердной, Пресвятой Богородицы. И поныне этот св. образ радует и подает духовное утешение всем с верою к нему притекающим.

В этом же году блаженная игуменья Тавифа почила о Господе от тяжелого, долговременного недуга, а сестры ее обители вско­ре в видении увидели свою игуменью и услышали, что матушка Тавифа на пути прохождения мытарств была сопровождаема Матерью Божией.

Духовными чадами батюшки Николая являются многие свя­щенники, монахи и миряне, а также игумены и игуменьи древ­них и вновь открывшихся монастырей. Все они живут под по­кровом молитв старца. Чада часто приезжают к отцу духовному на остров Залит за благословением и советом. Много, очень мно­го могут они рассказать о чудесных событиях, явлениях, пред­сказаниях, исцелениях, связанных с их духовным отцом, но го­ворить об этом еще не приспело время. Важно, что тысячи лю­дей, взирая на старца, учатся тому, каким должен быть истин­ный христианин; видят образец нравственной чистоты, смире­ния, милосердия и преданного служения Богу.

Благодарение Богу, отец Николай по-прежнему с нами, и слы­шим мы еще из уст его эти радостные слова:

Прошёл мои век, как день вчерашний, Как день, промчалась жизнь моя, И двери смерти страшно тяжки, Уж недалеки от меня. Вы простите, вы простите, Род и ближний человек, Меня грешнаго помяните, Отхожу от вас «пока» не на век, Ещё увидимся.

Просим всех читателей и пастырей Церкви молить Бога о да­ровании здоровья о. Николаю на многая лета. Многая, многая, многая лета!

Храм свт. Николая Чудотворца

Остров Залит, принадлежащий к группе Талабских остро­вов, до 1919 г. назывался Талабск (Талабским именовалось и само озеро Псковское).

Название Александровский Посад селение получило в 1820 г., в честь Государя Александра I, оказавшего пособие после по­жара, бывшего на острове в начале XIX в. (Остров Верхний, с 1924 г. — Белов был также приписан к Александровскому По­саду).

Талабские острова насчитывали 750 дворов.

А чего стоили ярмарки! Сюда, на острова, перед новым го­дом съезжались купцы, крестьяне, работный люд из многих гу­берний.

Население островов увеличивалось в 2—3 раза. Везли всё, что только пожелаешь. Несколько дней, а то и недель, шёл ожив­лённый торг. С прибылью оставались жители островов и при­брежных деревень.

Особой властью и почётом пользовались на островах, как на Талабском, Верхнем, так и на среднем — Талабенце, жер-ники. Обычно это были опытные рыбаки, владельцы больших неводов и промысловых судов. Дома жерников, обшитые тё­сом и покрытые масляной краской, издали вещали о хозяйс­ком достатке.

Талабчане занимались в основном рыбной ловлей. Пойман­ную рыбу отправляли в Петербург, Москву, Ригу, Варшаву. Талабский снеток сушили в специальных печах, которых на­считывалось до 119. Ежегодно продавали от 160 до 300 пудов рыбы.

Только купцы да зажиточные островитяне располагались просторно и основательно, 2-этажные дома, магазины, различ­ные мастерские возводились вдоль южной стороны острова, на­зываемой Набережная.

На Верхней улице селились менее состоятельные жители или просто бедные.

Храм свт. Николая Чудотворца впервые упоминается в писцовых книгах в 1585—1587 гг., что одно пустое дворовое место «под церковку по­дошло». Первый храм был деревянный и строился местными жи­телями, которые, как и теперь, были рыбаками. Во время нападения шве­дов в 1703 г. сильно пост­радал Верхнеостровский монастырь, основанный около 1470 г. в честь Пер-воверховных Апостолов

Петра и Павла прсп. Досифеем Верхнеостровским, память 8/21 октября (в 1584 г. обитель была приписана к Псково-Пе-черскому монастырю, а в 1764 г. — упразднена, храм же превра­щен в приходскую церковь). Вероятно, пострадал и Никольский храм на Талабске. В 1792 г. построен каменный храм. Он стро­ился по традиции из известняковой псковской плиты. В храме до сегодняшнего дня сохранились фрески письма неизвестного автора.

В 1842 г. был сооружен ныне действующий придел в честь чудотворной иконы Божией Матери «Одигитрии» Смоленской, в память чудесного избавления от эпидемии холеры, охватившей жителей посада. Некоему прихожанину храма свт. Николая яви­лась во сне Смоленская икона Божией Матери и повелела: «Об­несите Меня с Крестным ходом вокруг всего посада, и тогда хо­лера прекратится». В сонном видении этому человеку было от­крыто место, где до сей поры хранилась сия святая икона, а имен­но на чердаке одного из посадских домов. Все было сделано по слову Божией Матери, и эпидемия прекратилась.

В 1854 г. выстроена ка­менная часовня в честь святителя Николая в па­мять чуда от образа свято­го, бывшего во время по­жара 6 июля 1853 г. Часо­венка воздвигнута была для «неугасимого горе­ния елея». На кладбище в 1888 г. возведена вторая часовня, по местному пре­данию, в честь Анастасии Римляныни.

В 1939 г. храм после сильного разорения был закрыт. Уничтожено все убранство. Куда были вы­везены иконы — неизвест­но. В 1947 г. храм вновь открыт для богослужений, но только в Смоленском приделе.

Основной храм свт. Николая в настоящее время для богослу­жений не используется, потому что нуждается в реставрации. Деньги на восстановительные работы собираются за счет пожер­твований благотворителей и доброхотов. Все, кто имеет возмож­ность оказать посильную помощь, могут сделать пожертвование на р/с, указанный в конце этой книги.

Псковские старцы

Сердце православного человека влечется в святые места. Жаждет душа духовного взросления, и где как не у православ­ных святынь, не в общении с подвижниками получить его. Не всегда возможности совпадают с желанием, но Господь уст­раивает так, что паломнические впечатления, полученные другими, могут оказаться полезными и нам. Воспоминаниями о встречах с псковскими старцами делится настоятель са­марского храма в честь при. Сергия Радонежского священник Евгений Шестун.

Отец Николай

— Когда я приехал к Архиепископу Псковскому и Велико­лукскому Евсевию и мы отслужили Божественную литургию в Свято-Троицком Кафедральном Соборе, за обедом он неожидан­но сказал, что сейчас мы поедем на остров Залит к отцу Николаю Гурьянову. Владыка объяснил, что нуждается в духовном совете старца по одному спорному вопросу.

На старом, проржавевшем рыбацком катере поплыли по Псковскому озеру. Штормило, волны высокие, берегов не вид­но — и вдруг перед нами открылась сказочная картина: остров как бы вырос из воды, похожий на остров Буян или на каравай хлеба. На берегу — домишки, церковка видна — все, как на ла­дони, но плыть нам пришлось долго, минут сорок. Нас встрети­ли иеромонахи Псково-Печерского монастыря отец Игнатий и отец Паисий, которые служат там в храме, потому что отец Николай уже преклонного возраста, ему около 90 лет. Мы заш­ли в храм, где чудотворные иконы Божией Матери и святителя Николая. А затем по улице, в горку, направились к домику отца Николая. Это, наверное, самый маленький домик на острове, зелененький, в одно окошко, которое смотрит на кладбищенс­кие ворота.

Отца Николая увидели издалека, он на крылечке терраски принимал посетителей, их было человек 15-20. Нас батюшка встретил стихами — о старости, о том, что плоть уже оскудева­ет, что жизнь подходит к концу. Стихи, обращенные к Владыке Евсевию, он закончил словами: «Молись обо мне, Владыка свя-тый». И нас попросил: «Братья и сестры, молитесь обо мне, грешном».

Главный совет, который я получил и другим, наверное, че­рез меня полезно будет знать, — о том, что через смену обстоя­тельств душу свою спасти бывает очень трудно. Куда Бог при­звал — на этом месте нужно стоять и во славу Божию трудить­ся. Когда возникают какие-то нестроения в жизни, то нужно больше любить, больше смиряться, больше терпеть. И если мысль о смене обстоятельств сильно занимает, то надо гнать ее Иисусовой молитвой.

Я начал спрашивать отца Николая о конкретных делах и сразу заметил, что он в курсе моих проблем, ситуаций, связанных с моими близкими. Настолько дар рассуждения, дар духовидения велик, что он сразу начинает говорить по существу, не надо никаких подробностей. И советы оказы­ваются такими простыми, что даже удивительно, как сам до этого не додумался. Мы пытаемся по сложному пути идти, а мудрость — в простоте. В течение 7—10 минут отец Нико­лай помог разрешить все мои недоуменные вопросы. И при этом меня благодарил, кланялся за то, что я к нему в гости приехал. Как будто это он приехал за какой-то милостью к нам, а не мы к нему.

Когда вышел он нас провожать, было время осмотреться вокруг. Удивило обилие голубей — на крыше его дома и на деревьях. Отец Николай стал показывать свой садик. Там де­ревья, которые выросли из росточков, привезенных им из мест, где ему приходилось трудно (а батюшка и притеснениям под­вергался, и в ссылке был). Такой сад памяти. Захотелось сло­мать веточку и увезти с собой в Самару. Отец Николай стал пальчиком грозить, а когда увидел, что ветка уже отломана, велел поставить ее дома в воду, чтобы она пустила корни, и посадить потом в землю, чтобы выросло дерево. Вот теперь веточка из сада отца Николая стоит у меня на окошке в ба­ночке.

Сорок лет бессменно он служит на этом острове. Пишет сти­хи. Подарил нам свою книжку. Я попросил, чтобы он ее под­писал, а отец Николай показал на обложку, где стоит имя ав­тора — «»: «Здесь же все напи­сано».

Когда уходили, он долго стоял в дверях, благословляя нас. На прощание благодарил Владыку за то, что «из самой Са­мары» он батюшку привез. Смирение и высота духовного подвига удивительные. Живя на этом острове, отрезанном от мира, отец Николай своим примером показывает путь спа­сения, который состоит в служении Богу там, куда Господь поставил.

Отец Иоанн

Мы с ним встретились за Божественной литургией в ал­таре Михайловского Собора.

Владыка Евсевий говорил: «К старчику даже под благо­словение подойти — этого уже достаточно». И насельники мо­настыря говорили о старцах: «Какое счастье, что они рядом с нами и мы видим, как они живут, как молятся, как идут, крес­тятся, как к иконам прикладываются. Это великое счастье для нас, такой опыт духовный».

Видел я, как отец Иоанн молится. Он всегда вверх смот­рит, головой чуть-чуть поводит, будто наблюдает за кем-то;

увидел, рассмотрел, медленно перекрестился. Видно, что че­ловеку открыто больше, чем нам.

Накануне мы с наместником монастыря Ахимандритом Тихоном служили литургию, и в конце он дал мне требник с молитвой о безведрии; а надо сказать, что в нынешнее лето Псковщину буквально залило дождями и братия молилась о солнечной погоде на Успение. Выходим после литургии, смотрим — солнышко. Вот уже и повод погордиться: только помолился — и погода исправилась. Когда через день с отцом Иоанном встретились, первое, с чего он начал разговор: «Ты знаешь, отец, а мы все молились, чтобы была хорошая пого­да». И я сразу понял, что он в курсе внутренней моей жизни.

Я спросил отца Иоанна, как нам спасаться? И старец ска­зал, что надо следовать своему призванию — это путь к спа­сению. И еще он объяснил, что спастись можно только через сокрушение о грехах.

О нашем времени отец Иоанн сказал, что к страшным порокам прежних эпох прибавилось новое — всеобъемлю­щая ложь. Надо от нее себя оберегать.

Я, конечно, попросил его молитв.

Отец Адриан

— Одну из ранних литургий в Псково-Печерском монастыре служил отец Адриан. Когда он жил в Троице-Сергиевой Лавре, имел благословение на отчитку духовно болящих, а потом по благословению перешел в Псково-Печерский монастырь. У него очень много духовных чад, и когда он служит — полный храм собирается, все исповедуются, а потом иеромонахи долго прича­щают. Вот в это время мы с ним и поговорили в алтаре. Отец Адриан сел в креслице, я встал на коленочки перед ним. Спра­шивал, как молиться, как спасаться. Он не стал учить, как нуж­но молиться, а стал рассказывать, как он это делает. Когда он служит литургию, все свое большое молитвенное правило не успевает вычитывать, но вечерние, утренние молитвы и правило к Святому Причащению вычитывает обязательно: утренние и вечерние молитвы нельзя пропускать, как бы ни устал. А когда он не служит — рано утром встает на молитву («Разве днем-то помолишься... Господь ночь и дал для того, чтобы молиться»), и молитва, конечно, должна быть слезная, нам и Господь дал та­кой образ молитвы, когда молился у пещеры Лазаря.

О наших днях он сказал, что, действительно, времена непростые, времена тяжелые, а будет еще тяжелей, «но вы ничего не бойтесь». И в подтверждение его слов я услышал на литургии евангельские слова о том, что будут глады, мор, но не надо ужасаться, потому что сему подобает быть.

Едиными устами говорили старцы. Как бы трудно ни было, предостерегают они, не нужно ужасаться, не нужно бояться. Это нужно принимать, в этих условиях жить, следовать сво­ему призванию, не суетиться, не менять обстоятельств. Я понял, что устами старцев говорит Сам Бог. Они и гово­рят: «Мы тут ни при чем, все хорошее в нас - от Бога, а плохое — от нас самих».

Записала Наталья ОГУДИНА.