Экополитическое насилие как феномен современной политической жизни (стр. 1 )

На правах рукописи

ЭКОПОЛИТИЧЕСКОЕ НАСИЛИЕ

КАК ФЕНОМЕН СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ

Специальность 23.00.02 – Политические институты, процессы и технологии

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук

Пятигорск – 2014

Работа выполнена на кафедре общей социологии и политологии

ФГАОУ ВПО «Северо-Кавказский федеральный университет»

Научные консультанты:	доктор политических наук, профессор
	доктор социологических наук, профессор
Официальные оппоненты:	, доктор политических наук, заместитель директора по научной работе, руководитель центра социальных научно-информационных исследований ФГБУН «Институт научной информации по общественным наукам РАН», г. Москва
	, доктор политических наук, заведующая кафедрой гуманитарных и социально-экономических дисциплин Ростовский юридический институт (филиал) ФГБОУ ВПО «Российская правовая академия министерства юстиции РФ», г. Ростов-на-Дону
	, доктор политических наук, доцент, профессор кафедры социологии и политологии ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный университет», г. Воронеж
Ведущая организация:	ФГБОУ ВПО «Нижегородский государственный университет им. » – Национальный исследовательский университет

Защита состоится 28 февраля 2014 г. в 10-00 на заседании Совета по защите кандидатских и докторских диссертаций Д212.193.03 при ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет» г. Пятигорск, пр. Калинина, 9, корпус «Ж», Зал заседаний диссертационных советов, к. 504.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет» г. Пятигорск, пр. Калинина, 9.

Отзывы на автореферат, заверенные печатью, просим присылать г. Пятигорск, пр. Калинина, 9, корпус «Ж», диссертационный совет Д212.193.03, к. 513.

Автореферат разослан «__» __________ 2013 г.

Ученый секретарь Совета по защите

кандидатских и докторских диссертаций,

доктор политических наук, профессор

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность проблемы диссертационного исследования определяется тем, что в ситуации трансформации политической жизни появляются новые феномены, требующие иных подходов к их исследованию, которые бы позволили выявить их подлинную природу и показать потенциальные социально-политические последствия. К группе новых феноменов современной политической жизни относится и экополитическое насилие.

В начале XXI в. процессы разрушения окружающей среды не замедлили своего темпа и, тем более, не остановились. Экологическая проблематика становится одним из факторов, определяющих в XXI в. вектор политического процесса как на локальном, региональном, так и на глобальном уровнях. Экологический кризис как порождение современной социально-экономической и политической жизни несет в себе конфликтный потенциал, создающий угрозу региональной и национальной безопасности, политической стабильности, что приводит к политизации экологии и экологизации современной политики.

На всех этапах развития общества прослеживается связь между природной средой и политической сферой. Однако, на современной стадии социально-политического развития меняется характер, логика и направленность этой связи. Сегодня политические акторы, продолжая, как и раньше, использовать экологические ресурсы для реализации своих интересов, вынуждены пересматривать и адаптировать свое поведение под воздействием изменений в природной среде, которая превращается из объекта политического воздействия в субъекта воздействия на политику, порождающего принципиально новые политические феномены.

Из-за беспрецедентного техногенного воздействия на природные комплексы, роста потребления ресурсов в глобальном масштабе и отсутствия эффективных и иногда просто адекватных политических решений в области защиты природы деградация окружающей среды становится одним из факторов насилия вообще и политического насилия в частности. Развертывание политической реальности в близлежащей и среднесрочной перспективах может быть связано с ростом насилия, вызванного или усугубленного экологическими проблемами. Анализ экологического абриса политического насилия, форм и условий экополитического насилия, путей и способов минимизации социальных и политических последствий экологической деградации актуализирует тему настоящего диссертационного исследования.

Проблемы, связанные с защитой окружающей среды, глубоко проникли в структуру политической жизни. Современные политические партии, социальные движения и группы стали использовать экологическую проблематику для оправдания своего существования, своих претензий на политическую власть. Экологические конструкты используются современными политическими акторами для обновления традиционных идеологических доктрин (экофашизм, экофеминизм и др.) что, в свою очередь, радикализирует политический процесс, актуализирует политическое насилие вообще и экополитическое в частности. Анализ принципов и механизмов актуализации экополитического насилия в современной политической жизни, способов противодействия радикальным экополитическим движения и группам делает изучение диссертационной проблематики актуальной.

Современный мировой политический процесс связан с появлением и реализацией ряда моделей «имперского» поведения, закамуфлированных под борьбу с глобальными экологическими угрозами, глобальной экологической деградацией (экоимпериализм, экоколониализм и др.). В таких условиях повышается актуальность всесторонних исследований экополитического насилия, которые могут послужить основой для выработки эффективных политических решений в области национальной безопасности.

Вопросы ухудшения окружающей среды, внутренние и внешние угрозы экологической безопасности, социальные последствия техногенного воздействия на природные объекты в настоящее время оказались в числе приоритетных политических проблем российского руководства. Политическая повестка дня в современной России дополнилась экологической проблематикой. Президент РФ объявил 2013 г. Годом охраны окружающей среды и поручил правительству РФ разработать и организовать проведение соответствующих мероприятий, которые бы привлекли внимание общественности к экологической ситуации и способствовали обеспечению права каждого человека на благоприятную окружающую среду. В ноябре 2013 г. российский глава государства потребовал от правительства разработать стратегию экологической безопасности России, которая бы заменила или дополнила принятую в 2002 г. Экологическую доктрину РФ, не имеющую до настоящего времени действенных правовых механизмов. Актуализируя экологические вопросы, президент РФ подчеркнул, что на новый уровень нужно вывести фундаментальные и научно-прикладные исследования в этой сфере, которые покажут перспективы развития экологической ситуации в стране в течение ближайших 10-15 лет и позволят адекватно оценивать угрозы экологической безопасности.

Приведенная выше аргументация позволяет говорить о теоретической и практической значимости диссертационного исследования и считать проблему экополитического насилия как феномена современной политической жизни достаточно актуальной.

Степень научной разработанности проблемы. В настоящее время продолжается процесс становления экополитологии как отрасли политической науки. С каждым годом в российской политической науке появляются новые работы, посвященные как общим проблемам экополитологии, так и отдельным ее компонентам. Становление экополитологии как субдисциплины политической науки в современной России связано с именами , , [1]. Среди зарубежных авторов, занимающихся разработкой теоретического аппарата экополитологии, можно выделить Н. Вига, Т. Дойла, М. Крафта, Д. Макичерна, Дж. Робертс, У. Розенбаума, М. Хэча[2].

В процессе становления экополитологии в современной России наблюдалась фрагментация ее предметного поля. Основными исследовательскими темами стали национальная и глобальная экополитика, экополитический процесс, экологическая безопасность. Так, «экополитика» как научная категория рассматривается , , [3].

Экополитический процесс как научая категория и элемент современной политической жизни находится в центре исследований , , [4].

«Устойчивое развитие» как категорию политической мысли, устойчивое развитие в экополитическом контексте рассматривали , , -Данильян, , [5].

Вопросы национальной безопасности, условия ее обеспечения исследовали в своих работах , , , , , , [6].

Продовольственная безопасность, угрозы и вызовы в сфере данной безопасности, механизмы противодействия деструктивному их потенциалу рассматривалась в работах , К. Барретта, , [7].

Проблемам экологической безопасности посвящены работы Дж. Барнетта, С. Дэлби, , Р. Флойд[8].

Экологические партии и движения подвергались анализу в работах Дж. Бурчелла, Ф. Мюллера-Роммеля, Т. Погунтке, , [9].

Экоидеология, экофашизм выступали предметом исследований Дж. Биль, Д. Гибсона, Ю. Дитфурт, Й. Йокисало, П. Стауденмайера[10].

Вопросы, связанные с политическими аспектами экологической деградации, поднимаются в работах Л. Брауна, Г. Гейста, Э. Ламбина, А. де Шербинина[11].

Ряд аспектов регионального экополитического процесса, экологической безопасности исследованы в работах , , [12].

Усложнение современной политической реальности ставит перед исследователями задачу включения в экополитологический дискурс категории «политическое насилие». «Политическое насилие» как политическая категория стала предметом научных исследований Т. Гарра, Д. Гиббса, С. Каливаса, Ч. Тилли, С. Хантингтона[13]. Политическое насилие как феномен современной политической жизни исследовали , , [14]. Отдельные виды политического насилия, их особенностям стали предметом рассмотрения как западных, так и российских исследователей. Так, беспорядки, как вид политического насилия, рассматривались в трудах Г. Маркса и Д. Хоровица, государственные перевороты – в трудах Э. Люттвака, П. Макгована, Дж. Пауэлла и К. Тина, гражданские войны – в трудах Л. Балселс, П. Коллиера, С. Каливаса, Д. Лейтина, Дж. Фирона, А. Хоеффлер[15].

С. Белл, Дж. Вриланд, Дж. Ганди, Х. Линц, Б. Магалони, П. Риган, Я. Теорелл, Х. Фджелд, А. Хадениус, Х. Чейбаб обращают внимание на насилие как одну из характеристик авторитарных режимов[16].

Экоконфликт, гидроконфликт, ресурсный конфликт изучались М. Клэром, М. Рахаманом, М. Реннером, М. Россом[17]. Непосредственно исследованию эконасилия в контексте политического процесса посвящены работы Г. Бехлера, , Р. Мэтью, , Т. Хомер-Диксона, [18].

Экополитологическая проблематика стала предметом диссертационных исследований , , [19].

Несмотря на достаточно глубокую и всестороннюю проработку ряда экополитических проблем, комплексного исследовался экополитического насилия как феномена современной политической жизни не проводилось. Именно этими обстоятельствами продиктован научный интерес к избранной теме диссертационного исследования.

Объектом диссертационного исследования является экополитического насилие.

Предметом исследования выступают каузальные механизмы экополитического насилия в современной политической жизни.

Цель исследования – концептуализация экополитического насилия как феномена современной политической жизни.

В число основных задач входят:

- разработать теоретико-методологический аппарат исследования проблемы экополитического насилия;

- сформулировать авторское понятие «экополитическое насилие»;

- раскрыть природу стартового механизма экополитического насилия;

- определить политические условия, актуализирующие экополитическое насилие в современной политической жизни;

- выявить основные элементы каузального механизма экополитического насилия;

- сконструировать сценарные варианты развертывания основных этапов экополитического насилия в политической жизни современных политий;

- выявить основные стратегии политических и неполитических акторов, использующих экополитическое насилие как средство борьбы за власть и как способ артикуляции своих интересов.

Методологическая база исследования. Поставленные в работе цель и задачи достигаются с помощью разнообразных политологических концепций, теорий и идей. При анализе экополитического насилия мы отталкивались от определения политического насилия, данного Т. Гарром[20], что позволило установить границы исследуемого предмета и выделить характеристики, отличающие политическое насилие от экополитического.

Для разработки понятия «экополитическое насилие» использовалась классификация видов внутригосударственного или внутреннего насилия С. Каливаса[21], теория политической модернизации С. Хантингтона[22], теория относительной депривации Т. Гарра[23], теория обогащения-недовольства П. Коллиера и А. Хоеффлер[24], стадиальная модель политического процесса Г. Алмонда[25], классификация форм политического насилия Т. Гарра[26] и классификация форм гражданской войны С. Каливаса и Л. Балселс[27]. Использование данных подходов, концепций и идей сделало возможным выявление форм проявления экополитического насилия, его политических последствий, а также позволило показать его видо-родовые отношения с другими, близкими по смысловому содержанию феноменами и понятиями.

Для выявления политических условий, способствующих экополитичсекому насилию, мы обратились к аналитическому подходу, который использовали для изучения политических режимов Х. Чейбаб, Дж. Ганди и Дж. Вриланд[28]. Выводы о степени уязвимости определенных видов политических режимов перед экополитическим насилием базируются на точке зрения Х. Фджелде, отдававшего приоритет политическим институтам, а не прямым детерминантам гражданского конфликта[29]. Для выявления специфики современных режимов, являющихся следствием инверсионных процессов, использовалась теория конкурентного авторитаризма С. Левитски и Л. Вэя[30].

В основу авторской трактовки механизма экополитического насилия положена концепция эконасилия и экологического дефицита Т. Хомер-Диксона[31]. Факторы экологической деградации сгруппированы в соответствии с моделью, предложенной Г. Гейстом и Э. Ламбином применительно к лесным ресурсам[32]. Анализ социальных и политических последствий экологической деградации, имеющих конфликтный потенциал, осуществлен на основе концепций С. Адамо и Д. Бэйтс[33], Р. Ротберга и Л. Брауна[34].

Для выявления причинно-следственных связей между экологической деградацией и политическим насилием использовался факторный анализ, а точнее та его разновидность, которую применял профессор для анализа исторического процесса[35].

В третьей части работы использовался метод построения сценариев и метод кейсов. Конкретные кейсы, в одних случаях, помогли проиллюстрировать теоретические положения и выводы, а в других, послужили отправным пунктом для формирования авторской теории экополитического насилия.

Эмпирическую базу исследования составили:

- официальные государственные документы, относящиеся к сфере экополитики (Экологическая доктрина РФ, Доктрина продовольственной безопасности РФ, Стратегия национальной безопасности РФ до 2020 года, Указ Президента РФ «О проведении в Российской Федерации Года охраны окружающей среды»[36] и др.);

- материалы отдельных государственных структур, в сферу компетенции которых входит экополитика (Министерства природных ресурсов и экологии РФ, Министерства сельского хозяйства РФ, Министерства сельского хозяйства США[37] и др.);

- документы международных правительственных и неправительственных организаций (Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, Международного энергетического агентства, Всемирного банка, Международного валютного фонда и др.)[38];

- сводки информационных агентств и информация ведущих мировых масс-медиа (Associated Press, Reuters, РИА «Новости», BBC, The New York Times, Al-Jazeera и др.)[39];

- программы и другие материалы политических партий (партии «Яблоко», партии «Союз 90/Зеленые», Республиканской партии Германии и др.)[40].

Многие источники из вышеуказанного списка введены в научный оборот впервые, что повышает ценность работы для исследователей, занимающихся подобными и сходными проблемами, и для лиц, ответственных за принятие политических решений.

О научной новизне представленного исследования говорит тот факт, что автор обратился к новой теоретической области исследования, рассмотрев политическое насилие через призму экологических детерминант. На основе классических и новых научных подходов, новейших фактов политической жизни автор осуществил концептуализацию категории экополитическое насилие. Полное и глубокое теоретическое осмысление данного феномена позволило выработать рекомендации для лиц и институтов, принимающих политические решения, и предложить действенные политические механизмы, способные снизить дестабилизирующий потенциал экологических проблем. Научная новизна связана с выявлением и анализом групп факторов, инициирующих процесс трансформации экологической деградации в акты политического насилия, определением специфических условий, порождающих экополитическое насилие, и выявлением основных стратегий тех участников, которые используют экологическую проблематику в процессе борьбы за политическую власть.

Научная новизна и основные результаты диссертационного исследования состоят в следующем:

- представлена авторская концепция, согласно которой экологическая деградация, детерминированная специфическим сочетанием экономического, политического, демографического факторов, порождает миграционные волны; стимулирует процесс перераспределения экономических, социальных и политических ресурсов; способствует ослаблению и трансформации государственных институтов, что, в конечном счете, стимулирует рост социальной и политической напряженности, радикализацию политических партий, движений и групп, порождая или спонтанный выплеск социального недовольства, детерминированного экологическими проблемами, или стремление политических акторов использовать политическое насилие под прикрытием экологической проблематики, что и получило название экополитическое насилие;

- сформулировано авторское определение экополитического насилия, как феномена современной политической жизни, связанного или с использованием политическими акторами политического насилия в ситуации экологической деградации для реализации своих целей и интересов, или спонтанным выплеском социальными массами детерминированного экологическими проблемами недовольства по отношению к существующему политическому режиму/отдельным представителям власти;

- доказано, что инверсия политических режимов, происходящая в условиях возрастающей ресурсной конкуренции как на уровне внутриполитического, так и международного политических процессов, реализация принципов «догоняющего развития» в экономической и политической жизни государства, идей транзитологической концепции, связанных с переходом в демократическое состояние через состояние аномии являются главными условиями актуализации экополитического насилия в современной политической жизни;

- разработан каузальный механизм экополитического насилия, включающий в себя: элиминацию продовольственной безопасности как на локальном, региональном, государственном, так и глобальном уровнях; активизацию политических акторов, зачастую находящихся в ситуации несистемной, эверсионной оппозиции к существующему политичному режиму, обусловленную стремлением использовать деструктивный потенциал экополитических проблем, связанных со значительным снижением экологической емкости территории государства; собственно насильственные проявления граждан по отношению к существующей политической власти в форме «беспорядков», «попыток государственного переворота», «гражданских войн» под прикрытием экополитических лозунгов;

- сформулированы сценарии протекания политического процесса в условиях экологической деградации и доказано, что проявления экополитического насилия наблюдаются: в сценарии непосредственного действия социальных групп на политические институты; в сценарии опосредованного действия, в основе которого лежит использование политическими акторами деструктивного потенциала и социального недовольства маргинализированых вследствие экологической деградации социальных групп.

Элементами новизны обладают:

- дальнейшее исследование процессов политизации экологических и экологизации политических проблем;

- анализ возможных направлений развития событий политической жизни как регионального, национального, так и глобального уровней при ухудшении экологической ситуации;

- создание прогнозного сценария развития политической ситуации на ближайшую и среднесрочную перспективы в ситуации нарастания темпов экологической деградации;

- систематизация и введение в политологический оборот документов и научных работ (большая часть которых в оригинале на иностранных языках), имеющих отношение к процессу политизации экологических и экологизации политических проблем.

Личный вклад автора в разработку экополитологии как субдисциплины политической науки определяется самостоятельным изучением влияния экологической деградации на протекание политического процесса; факторов, форм проявления и условий актуализации экополитического насилия в современной политической жизни. Все результаты и выводы, представленные в работе, сделаны автором лично в результате творческих изысканий, теоретического и эмпирического анализа.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Экополитическое насилие – это разновидность политического насилия, обусловленная экологической деградацией (нарушением способности возобновляемых ресурсов к восстановлению). Находясь в родовидовых отношениях с политическим насилием, экополитическое насилие имеет ряд общих с ним характеристик: друг другу противостоят члены одного и того же политического сообщества; каждая из сторон применяет насилие, а не только одна из них; главная цель политического насилия – установление над политическим сообществом контроля. Специфика экополитического насилия определяется особым каузальным механизмом, суть которого состоит в том, что экологическая деградация приводит к элиминации продовольственной безопасности, вынуждая затронутых ею индивидов заявить о своих проблемах перед представителями властных структур. Спад сельскохозяйственного производства и порождаемая этим явлением миграция и иные социально-экономические процессы, несущие в себе деструктивный потенциал, приводят к перераспределению дефицитных природных ресурсов, к дискредитации, делегитимации и как следствие к ослаблению государственных институтов. Столкнувшись с социально-экономическими последствиями экологической деградации, индивиды объединяются под руководством лидеров в группы давления и со временем, при отсутствии позитивных изменений, превращаются в «диссидентов», т. е. противников политического режима, готовых обратится к насилию, по их мнению, единственному и самому эффективному способу борьбы с существующим режимом – участников беспорядков, заговорщиков, повстанцев и пр., требующих смены политического курса или самого режима.

2. Экополитическое насилие как феномен современной политической жизни есть следствие инверсионных политических процессов, затронувших основные виды и разновидности политических режимов. Под влиянием распространения ситуации неопределенности, как во внутриполитических, так и международных политических процессах, кризиса современной экономической модели, стремительного сокращения природного разнообразия и природных ресурсов, стремления основных акторов мировой политики к гомогенизации и унификации социокультурной и политической жизни современного общества на основе именно своего сценария глобализации происходит формирование квазидемократичеого, квазиавторитарного и квазитоталитарного режимов, которые при сохранении специфических черт, приобретают ряд общих характеристик, к которым относится наличие экополитического насилия.

3. Появление при различных видах квазирежимов экополитического насилия объясняется, во-первых, «экономизацией» современной политической жизни. Неполитические национальные и транстерриториальные акторы приобрели чрезмерное влияние и в погоне за получением собственных экономических выгод отодвигают экологические проблемы на периферию политической повестки дня. Во-вторых, диверсификация и усложнение политического управления, обусловленные инверсионными процессами в социальной и политической жизни, способствует дальнейшей бюрократизации и коррумпированности государственных структур, что приводит к «сужению» каналов политической коммуникации между гражданами и властными структурами, призванными реагировать на процессы экологической деградации мест проживания населения, на снижение качества жизни, обусловленное, в том числе, и экологическими проблемами. В результате экологические проблемы остаются вне поля внимания лиц, принимающих политические решения, что приводит к росту социальной напряженности, возникновению экоконфликтной ситуации, которая может разрешиться через те или иные формы экополитического насилия. В-третьих, в многосоставных обществах локальные модели политического, экономического и социального поведения приводят к деградации одних территорий и стабилизации других. Последние становятся объектом экономической, демографической, миграционной, социокультурной экспансии, что приводит к увеличению нагрузки на экосистему соседних территорий и порождает конфликты по поводу дефицитных экологических ресурсов, которые проявляются, как правило, в форме беспорядков.

4. Экополитическое насилие характеризуется специфическим каузальным механизмом. Его триггером служит экологическая деградация, которая выливается в насилие с помощью опосредующих факторов. Экологическая деградация приводит к элиминации продовольственной безопасности, а также к вызванному этим дефициту продовольствия и росту цен на продукты питания. Эти процессы, в свою очередь, порождают миграцию, перераспределение дефицитных ресурсов и ослабление государственных институтов, которые непосредственно и мотивируют «диссидентов» или к собственно экополитическому (спонтанному) насилию или политическому насилию под экологическим прикрытием.

5. Экологическая деградация и элиминация продовольственной безопасности в одних случаях могут являться пусковым механизмом экоконфликта, а в других – источником подпитки запущенных ранее конфликтов. Формами проявления экоконфликта в современном мире являются беспорядки, попытки государственного переворота и гражданская война. Наличие экологических проблем на территории государства не объясняют до конца причины экоконфликта и его проявлений в формах как спонтанного, так и организованного экополитического насилия, потому что собственно экологический фактор, только сопряженный с политическими, социальными, экономическими, военными и иными факторами в слабых государствах и неустойчивых экономиках порождает феномен современного экополитического конфликта с разными формами проявления экополитического насилия.

6. Экополитическое насилие в политической жизни современных политий проявляется при реализации сценариев непосредственного действия и опосредованного использования социального недовольства и напряженности, порожденных экологической деградацией территории проживания, направленного на изменение или полное разрушение сложившихся политических практик. Анализ кейсов позволил выявить основные параметры сценария непосредственного действия, связанного с минимальным участием организованных политических акторов – участников системной/несистемной оппозиции – в организации беспорядков как проявления экополитического насилия.

7. При сценарии опосредованного действия учитывается на только непосредственно социальное напряжение, порожденное экологической деградацией, элиминацией продовольственной безопасности, снижением эффективности существующих политических институтов, но и степень активности политических акторов, использующих экоконфликтную ситуацию для легитимации своей насильственной борьбы против существующего политического режима. Анализ кейсов позволил выявить основные стратегии политических акторов, использующих экологическую проблематику в процессе борьбы за власть: включение экологической проблематики в доктринальные документы движений и политических партий, создание экологически ориентированных политических партий, экологических радикальных движений, выдвижение радикальных лозунгов в русле экофашизма и экоанархизма.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что в научный оборот введены новые сведения о сущности и специфике, формах проявления и условиях актуализации, каузальных механизмах экополитического насилия. Концептуализация экополитического насилия представляет собой шаг на пути развития экополитологии как политической субдисциплины. Однако работа имеет не только общее, но и прикладное теоретическое значение для развития политической науки.

В представленной работе предложена аналитическая модель каузального механизма экополитического насилия, которая, во-первых, может быть использована для эмпирических исследований случаев экополитического насилия в различных регионах планеты; во-вторых, она может быть применима в теоретических и теоретико-прикладных исследованиях по самой разнообразной тематике для идентификации политического насилия, имеющего экологическую природу; в-третьих, позволяет изучить мультифакторную природу политического насилия в современной политической жизни вообще.

Практическая значимость проявляется в том, что полученные данные могут являться теоретической основой для подготовки и усовершенствования законопроектов и уже действующих нормативно-правовых актов в области экологической политики, программ взаимодействия государственных органов, органов местного самоуправления и институтов гражданского общества в решении проблем обеспечения национальной безопасности и противодействия терроризму, в данном случае, экологическому. Материалы диссертации можно использовать в качестве информационной базы для создания различных докладов и отчетов, которые периодически издаются правительственными и неправительственными организациями.

Отдельные выводы и результаты представленной диссертации могут быть использованы при разработке разделов учебных программ высших образовательных учреждений, программ спецкурсов и курсов по выбору, а также учебников и учебных пособий, посвященных экополитике, политическому и экополитическому насилию.

Ряд положений диссертационного исследования легли в основу учебника «Экополитология», выдержавшего два издания (2006, 2008 гг.)[41].

Область исследования. Содержание диссертационного исследования соответствует пунктам Паспорта специальности ВАК Министерства образования и науки РФ – 23.00.02 – Политические институты, процессы и технологии: 3. Политический режим. Типология политических режимов. Основные черты и разновидности авторитарного режима. Влияние политических режимов на политический процесс. Переходные режимы: современные дискуссии. 4. Социальные основы и природа политических партий. Идеологии политических партий. 8. Социокультурные основания политического процесса. Типология политических процессов. Субъекты и объекты политического процесса. Институированные и неинституированные политические процессы. Власть и оппозиция в политическом процессе. 10. Концепция устойчивого развития в контексте политической науки. 11. Специфика управления в общественных системах. Факторы риска.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации были представлены на научных конференциях различного уровня: Итоговой международной научно-практической конференции «Наука: теория и практика» (Прага, 20 июля – 5 августа 2005 г.), Международной научно-практической конференции (XIX Адлерские чтения) «Проблемы национальной безопасности России в XX - XXI вв.: уроки истории и вызовы современности» (Сочи, 27-31 мая 2011 г.), Международной научно-практической конференции «Человек в информационном пространстве» (Ярославль, 10-12 ноября 2011 г.), Международной научно-практической Интернет-конференции «Медиатекст и реклама: технологии воздействия» (Ставрополь, 30 апреля – 30 июня 2012 г.), Международной научно-практической конференции «II Столыпинские чтения. Российская модернизация: от Столыпина к современности» (Краснодар, 24 апреля 2013 г.), Международной конференции «Тенденции и перспективы современных геополитических и религиозных процессов: теория и практика» (Севастополь, 14-16 мая 2013 г.), VII Международном конгрессе «Мир через языки, образование, культуру: Россия – Кавказ – мировое сообщество» (Пятигорск, 14-18 октября 2013 г.), VII международной научно-практической конференции «Фундаментальные и прикладные проблемы геополитики, геоэкономики, международных отношений, государственной безопасности. США, НАТО и Евросоюз – проблемы безопасности стран СНГ, Европы, Азии и Африки» (Санкт-Петербург, 24-25 октября 2013 г.), Всероссийской научно-практической конференции «Борьба с терроризмом: идеология проблемы» (Армавир, 29-30 апреля 2011 г.), Всероссийской научной конференции «Россия 2030 глазами молодых ученых» (Москва, 11 марта 2011 г.), Всероссийской Интернет-конференции «Актуальные проблемы политических наук (конфликтология, геополитика, этнополитика, политология)» (Пятигорск, 5-6 марта 2013 г.), Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы массовой коммуникации» (Воронеж, 10-11 мая 2013 г.) и др.