История Кармап Тибета (стр. 5 )

Ролпе Дордже очень интересовался индийской поэзией. В Конгджо ему приснилась Сарасвати – тантрическая партнёрша Будды Мудрости Манджушри, воплощение артистизма и творческой энергии. Она протянула Кармапе чашу с кислым молоком и велела выпить его. Наутро, пробудившись от сна, Ролпе Дордже обнаружил в себе новое качество – способность глубоко понимать поэзию.

Когда Кармапа с сопровождением въехал в область, называемую Цонгка, что возле озера Коконор, местные правители встретили его с почестями. Ролпе Дордже дал поучения и подарил жителям продукты и одежду. Затем, расположившись на берегу озера, он написал текст под названием «Устранение ошибочных воззрений» (тиб.: lta ba nying bsal). Именно здесь ему встретился маленький мальчик, которому предстояло стать великим Цонгкапой, оказавшим огромное влияние на Учение Будды. Кармапа дал мальчику буддийское Прибежище, обеты мирянина и новое имя в Дхарме – Кюнга Ньингпо. В своём пророчестве Кармапа сказал:

– Это драгоценный ребёнок, он принесёт людям великую пользу. Его рождение в Тибете сравнимо с приходом второго Будды.

В то время ученица Кармапы Пуньядхари, княгиня области Миньяг, увидела во сне огромную тханку, изображающую Будду Шакьямуни: лицо Будды на ней было шириной в двадцать локтей. Услышав об этом сне, Кармапа придумал способ сделать так, чтобы он сбылся. Ролпе Дордже объехал верхом большой участок земли, рисуя контур этого изображения прямо на почве копытами коня. И пропорции тела Будды, нарисованные таким необычным способом, были идеальны. Затем рисунок перенесли на огромный кусок шёлка: по обе стороны от центральной фигуры Будды Шакьямуни на тханке изображались двое Бодхисаттв: Манджушри и Майтрейя. Над этим шедевром тринадцать месяцев трудились пятьсот человек. Ролпе Дордже благословил готовую тханку, и во время церемонии её освящения появились весьма благоприятные знаки. Затем княгиня Пуньядхари подарила тханку своему Ламе.

Впоследствии Пуньядхари обращалась к Кармапе за советом, когда её территория чуть не подверглась нападению монгольского войска. Тогда Ролпе Дордже с присущей ему отвагой, основанной на полном отсутствии гнева и ненависти, призвал из пространства сущность мудрости и сострадания, и армия монголов отступила от границ княжества. Местные жители преисполнились радости. Ролпе Дордже провёл там три месяца, на протяжении которых между всеми людьми и другими существами в той долине царила атмосфера любви и доброты.

Тот факт, что Кармапа проявлял всестороннюю активность в Дхарме и так много занимался благотворительностью, вызвал зависть в определённых кругах. Против Ламы плелись заговоры, из которых, однако, ни разу ничего не вышло. Для себя Ролпе Дордже установил в своём путешествующем лагере такой же строгий распорядок, как и в монастыре. С момента пробуждения и до девяти часов утра он выполнял свои духовные практики. Затем до полудня давал наставления Дхармы. В полдень приступал к простираниям и медитации при ходьбе. Послеобеденное время он посвящал медитации на Бодхисаттву Любящие Глаза, а вечером изучал или писал тексты. Его ночи проходили в практике йоги сновидений. Ролпе Дордже был вегетарианцем и ввёл этот обычай для всех учеников в лагере.

Даже окружённый интригами и сплетнями, Кармапа оставался искренним и свободным от предубеждений. В отличие от многих других светил духовности, Ролпе Дордже не выказывал исключительного расположения к меценатам – такое отношение он берёг для тех учеников, которые хорошо медитировали. Везде, куда приезжал Кармапа, он стремился трудиться для блага других, используя все возможности: от строительства мостов до наставлений по метафизике. Его жизненный путь – это великий пример работы Бодхисаттвы и искусного владения всеми гранями Учения Будды.

Однажды Кармапа со свитой прибыл в княжество Нангчен. Кармапа был нездоров, и это недомогание вызвало большую тревогу у его спутников. Но он успокоил людей, сообщив им, что время умирать для него ещё не настало, и добавил, что смерть придёт к нему в очень открытой местности, где живёт много оленей и диких лошадей.

– Если мне случится заболеть в таком месте, я умру, – объявил Ролпе Дордже. – Поэтому не теряйте мои книги.

И процессия направилась в монастырь Карма Ген, где Кармапа собирался давать поучения монахам.

Прежде чем продолжить путь, Кармапа попросил своих учеников взять в дорогу запас можжевеловой древесины. Он пояснил, что в Китае, если умирает уважаемый человек, обычай велит использовать для погребальных костров сандаловое дерево или агару, но в Тибете такие деревья не растут и потому придётся приготовить можжевельник.

По приезде в Нагчу один из монахов Кармапы сломал руку, что считалось очень неблагоприятным знаком.

В тот период Ролпе Дордже много говорил своим ученикам и спутникам о коренных недостатках сансары и о том, что люди в подавляющем большинстве не способны следовать Дхарме. Однажды он добавил:

– Видимо, лучше будет, если я продемонстрирую людям истинную сущность сансары, которая заключается в непостоянстве всех явлений.

Один из его учеников, монах Рекарва, понял, что Кармапа имел в виду свою собственную близкую кончину, и умолял его не уходить из жизни. Но, кроме него, никто не догадался об этом, и вся свита Ролпе Дордже смеялась над Рекарвой.

Вскоре лагерь Кармапы расположился на бесплодных равнинах Северного Тибета. Многие ученики видели недобрые предзнаменования, а Кармапа косвенно подтверждал эти опасения. Ночью в полнолуние, в седьмой месяц года Водяной Свиньи (1383 г.) Ролпе Дордже заболел. Глядя в пространство, он прочитал призывание Самантабхадры23, а затем сел медитировать – и перед самым рассветом покинул тело. Момент его кончины был отмечен странными атмосферными явлениями, которые окружающие люди объяснили тем, что даки и дакини приветствовали Кармапу в Чистых странах. В ту ночь по всему Тибету многие люди, лично знавшие Кармапу, видели его разные проявления.

Пепел от кремации Ролпе Дордже был доставлен в монастырь Цурпху и заложен в алтарь как реликвия.

Среди ближайших учеников Кармапы Ролпе Дордже были Шамар Качё Вангпо, Дригунг Чёкьи Даргпа и Лобзанг Драгпа Цонгкапа.

Пятый Кармапа Дэшин Шегпа.

().

Дэшин Шегпа родился на рассвете восемнадцатого дня шестого месяца года Деревянной Мыши (1384 г.) в семье йогина Гуру Ринчена и его жены Лхамо Кьи. Период беременности его матери был отмечен множеством благоприятных событий, и люди слышали, как сразу после рождения Дэшин Шегпа воскликнул:

– Простираюсь перед всеми Буддами. Я Карма Пакши. Ом Мани Падме Хум.

В пятилетнем возрасте Дэшина Шегпу пригласили в Конгпо Нгагпу, где незадолго до этого великий йогин по имени Шао поскользнулся на льду и сломал три ребра. Маленький воплощенец некоторое время массировал рёбра йогина, благодаря чему раны у того затянулись и уже не причиняли боли.

В тот ранний период своей жизни Дэшин Шегпа получил несколько посвящений и устных передач текстов для будущей практики. В числе переданных ему поучений были Шесть йог Наропы и Махамудра Тилопы – сущность традиции Кагью. Когда будущему Пятому Кармапе исполнилось семь лет, его посвятил в послушники великий настоятель монастыря Нгагпу Сёнам Зангпо, под руководством которого Дэшин Шегпа прошёл полный курс обучения Хинаяне и Махаяне. После этого состоялась торжественная церемония его возведения на трон в монастыре Цурпху. Там он продолжал обучаться у своего наставника, пока не прошёл полное посвящение в монахи. К тому времени ему исполнилось девятнадцать лет, и он принимал обеты вместе с восемьюдесятью другими юношами – такая большая церемония впервые проводились в Тибете.

Завершив своё основное образование, Дэшин Шегпа начал путешествовать. В пути он встретился с тертоном (так называют в Тибете учителей, отыскивающих спрятанные сокровища Дхармы) по имени Сангье Лингпа, которого знал в своём предыдущем воплощении. Тертон поднёс Кармапе ритуальный шарф и немного золота. Затем Дэшин Шегпа напомнил ему:

– У тебя осталась тросточка, которая принадлежала мне в прошлой жизни.

Сангье Лингпа был поражён силой ума Кармапы и почувствовал великую преданность. Двигаясь дальше в своём образовании, Дэшин Шегпа получил посвящение Ваджра-малы и устные наставления от святого мастера медитации Йеше Пала.

Позднее Кармапу пригласили посетить Кхам. Там он дал очень много поучений монахам и мирянам. Его наставления различались в зависимости от нужд и способностей его слушателей и касались всех аспектов Дхармы, от основополагающих истин Махаяны до тантрических упражнений из числа Шести йог. По завершении этой поездки Дэшин Шегпа возвратился в Цурпху.

Пятый Кармапа посвящал много усилий восстановлению целостности расколотых общин и стремился ввести отказ от насилия как норму поведения в общественной и политической жизни. Он создал охраняемые заповедники для диких животных и положил конец взиманию пошлин за передвижение по дорогам. Так его сочувствие проявляло себя в религиозных и общественных делах.

Важным аспектом деятельности Дэшина Шегпы были взаимоотношения с Юн Ло, китайским императором новой династии Мин. Однажды императору приснился Бодхисаттва Любящие Глаза. Расценив это как важный знак и повинуясь настоянию своей жены, Юн Ло в 1406 году пригласил Кармапу посетить Китай. В своём послании он писал:

«Мой отец и родители императрицы, моей супруги, давно умерли. Ты моя единственная надежда, сущность состояния Будды. Прошу тебя, приезжай, не откладывая. Посылаю тебе в дар большой слиток золота, сто пятьдесят серебряных монет, двадцать рулонов шёлка, брусок сандалового дерева, сто пятьдесят плиток чая и десять связок благовоний».

Через три года Дэшин Шегпа прибыл в Нанкин, где его приветствовали десять тысяч монахов. Во дворце император поднёс ему ритуальный шарф и драгоценную раковину, закрученную вправо. «Если Кармапа действительно обладает такими телепатическими способностями, которые ему приписывает молва, – подумал Юн Ло, – то он почувствует, что я хочу получить в ответ точно такие же дары». Как только он об этом подумал, Дэшин Шегпа вынул из складок своей одежды такой же шарф и такую же редкую раковину, закрученную вправо, и, склонившись, протянул всё это Юн Ло.

Император пышно отпраздновал появление своего нового Ламы, предоставив ему почётное место слева от себя. В знак своей преданности он усадил Кармапу на более высокий трон, чем тот, на котором сидел сам. Столы ломились от подношений и яств, и в увеселительных зрелищах тоже не было недостатка.

На протяжении следующего месяца, пока Кармапа отдыхал после долгого путешествия, император и его двор продолжали осыпать Ламу подарками. Так воцарилась атмосфера открытости и преданности Учению.

Наконец на пятый день второго месяца года Земляной Мыши Дэшин Шегпа начал учить. В течение двух недель он даровал императору и его супруге посвящения Джинасагары, Ваджракилы, Гухьясамаджи, Майтрейи, Ваджрадхату, Хеваджры, Тары, Вайрочаны, Бхайсаджьягуру и тысячерукого Авалокитешвары (Любящие Глаза). За это время Дэшин Шегпа открыл своим новым ученикам чудесную природу просветлённых энергий, пробуждённую совершенным постижением этих поучений Алмазного пути.

В первый день, когда император поднёс своему Ламе и монахам традиционную одежду, казалось, что в пространстве появился волшебный храм.

На второй день появилась радуга, напоминающая чашу для подаяний, а вокруг неё сгрудились облака, похожие на группу архатов24.

На третий день воздух наполнился тонким ароматом и выпал лёгкий дождь, капли которого были сладкими на вкус.

На четвёртый день над домом Дэшина Шегпы засияла яркая радуга.

На пятый день всё пространство было полно благоприятных знамений, и люди уверенно говорили, что видят архатов на городских улицах.

На шестой день из алтаря Дэшина Шегпы излучался яркий свет.

На седьмой день над статуей Будды, которая украшала главный храм, поднялось неземное красное зарево и далеко осветило землю.

На восьмой день в небе возникли два сияния: одно над императорским кладбищем, другое над дворцом монарха.

На девятый день многие люди видели старого монаха, который прилетел по воздуху и исчез при входе в храм.

На десятый день в небе кружили журавль и синяя птица, похожая на Гаруду.

На одиннадцатый день всем привиделось, что из храма и дома, в котором остановился Кармапа, появились сверкающие лучи, устремлённые на восток.

На двенадцатый день на императорский дворец просыпался дождь цветов.

На тринадцатый день люди видели в небе нескольких монахов, которые возносили молитвы и простирались в направлении резиденции Кармапы.

На четырнадцатый день церемонии подошли к концу. В небе танцевала стая журавлей. Облака принимали формы различных Будда-аспектов, Гаруд25, львов, слонов, драконов и ступ26.

На следующий день Юн Ло оказал Кармапе своё почтение, присвоив ему почётный китайский титул. Затем правитель и Дэшин Шегпа устроили торжественный приём в императорском дворце, а завершающее празднество состоялось в резиденции Кармапы. Во время всех этих событий энергия Алмазного пути, пробуждённая Дэшином Шегпой, неизменно проявлялась во всём.

Правитель Китая решил, что чудесные события, которым он благодаря силе своей преданности стал свидетелем, должны быть навсегда запечатлены для будущих поколений. Он выбрал талантливых художников, которые изобразили всё это на длинных шёлковых свитках, один из которых впоследствии хранился в Цурпху. Сам император занялся составлением подробного описания всех чудес, произошедших во время двухнедельных церемоний. Затем это описание на пяти языках: тибетском, китайском, монгольском, уйгурском и тюркском – было нанесено на шёлк.

По окончании всех церемоний и посвящений Дэшин Шегпа отправился в паломничество в У-Тайшань, на Пять вершин горы Манджушри. Благодаря своей непоколебимой преданности Кармапе император даже в отсутствие своего Ламы явственно ощущал неиссякаемое вдохновение от полученных посвящений.

Вернувшись из паломничества, Кармапа застал императора за разработкой планов вторжения в Тибет. Юн Ло пытался объяснить Дэшину Шегпе свои намерения, говоря:

– Я хочу послать в Тибет всего один отряд кавалерии. В вашей стране слишком много разных религиозных школ, которые в будущем могут воевать друг с другом. Лучше, если все они вольются в твою школу. Тогда можно было бы ежегодно проводить в различных частях Тибета большие собрания практикующих.

Кармапа не поддался соблазну поддержать этот амбициозный проект Юн Ло. Чтобы переубедить императора, он сказал:

– Одна школа не способна помочь всем типам людей, придать их жизни верное направление. Нет пользы в том, чтобы пытаться объединить разные традиции в одну. Каждая из этих школ в отдельности устроена так, чтобы доводить до совершенства один определённый аспект блага. Прошу тебя, не посылай в Тибет свои войска.

Юн Ло прислушался к этим словам Мастера и согласился с ними.

Впоследствии Кармапе пришлось ещё раз отговаривать своего царственного ученика от вторжения в Тибет. Это случилось после того, как китайская дипломатическая миссия в Тибете недалеко от монастыря Дрикунг подверглась нападению бандитов и была разрушена. Едва услышав об этом, Юн Ло взялся за подготовку карательного похода, но Дэшин Шегпа снова сумел убедить его не отвечать агрессией на агрессию. Так Кармапа учил других терпимости и миролюбию.

Взаимоотношения императора с Кармапой были проникнуты глубокой искренностью и доверием. Однажды во время очередной церемонии преданный Юн Ло увидел сущность состояния ума Кармапы, его безграничного постижения природы реальности, в образе ваджрной Чёрной короны. Император понял, что Корона всегда находится над головой всех воплощений Кармап, а сам он смог воспринимать её благодаря своей сильной преданности. Тогда он приказал изготовить копию Короны, украшенную драгоценными камнями и золотом, и поднёс её в дар своему Учителю. Дэшин Шегпа разработал новую церемонию, во время которой он показывал людям эту материальную Чёрную корону, воплощая в себе сострадание Бодхисаттвы Любящие Глаза. Таким образом он передавал другим вдохновение от своего духовного постижения. С тех пор Чёрная корона стала неотъемлемым атрибутом традиции Кармап.

В 1408 году Дэшин Шегпа сообщил императору о своём намерении вернуться в Тибет. Юн Ло, огорчённый этой новостью, ответил:

– Приехав сюда, ты проявил великую доброту. Но твой визит был слишком недолгим. В прежние времена императоры были могущественнее своих учителей, но ты, мой Лама, могущественнее меня. Если ты хочешь уехать, я не могу тебя остановить, но ты должен будешь вернуться, когда я попрошу тебя об этом.

Проделав долгий путь, Дэшин Шегпа прибыл в Цурпху. Там он обнаружил, что здания монастыря были повреждены землетрясением, и возглавил восстановительные работы. Кроме того, он организовал создание копии Трипитаки в золоте и серебре и занялся благотворительностью, раздавая монахам и простым людям в Центральном Тибете еду и деньги.

Современники Кармапы глубоко почитали его. Однажды Цонкхапа прислал Дэшину Шегпе письмо, в котором писал: «Ты подобен второму Будде. Я хотел бы встретиться с тобой, но сейчас нахожусь в трёхлетнем отшельничестве. Поэтому прошу: прими от меня в дар статую Майтрейи, которая когда-то принадлежала Атише».

Несмотря на ту огромную ответственность, с которой было сопряжено руководство школой Карма Кагью, Дэшин Шегпа всегда оставался мягким и добрым. Однажды Трунг Масе Тогден, основатель монастырского комплекса Сурманг, попросил Кармапу публично отчитать монахов из общины Карма Гарчен, нарушивших свои обеты. Дэшин Шегпа ответил ему так:

– Ни разу в жизни я не проявлял злости. Я просто не могу быть гневным.

Существует предание о Пятом Кармапе и одном ленивом ученике, который больше любил спать, чем медитировать. Со временем в снах этого ученика начал всё чаще появляться Дэшин Шегпа – сначала только улыбающееся лицо, а затем и руки, и вся фигура по пояс. Эти переживания так сильно повлияли на лентяя, что ему всё больше хотелось медитировать, и постепенно он стал очень усердным практикующим.

В 1415 году Дэшин Шегпа получил приглашение посетить Кхам, но отклонил его, объяснив это тем, что всё равно скоро встретится с жителями этой части Восточного Тибета. Через несколько месяцев у него обнаружили оспу, которая оказалась смертельной. Кармапа дал своим монахам наставления о том, как обращаться с его книгами и другими реликвиями, и в полнолуние на тридцать втором году своей жизни покинул тело. Когда его кремировали, среди обгоревших останков нашлось много костей с изображениями таких Будда-аспектов, как Хеваджра и Гухьясамаджа.

Важнейшими учениками Пятого Кармапы были Трунг Масе Тогден, император Юн Ло и Шамар Чопел Йеше, а из лам других линий – Чхенга Дёндруб Гьялпо и Миньяг Тогден.

Шестой Кармапа Тхонгва Дёндэн.

().

Шестой Кармапа Тхонгва Дёндэн родился в 1416 году в Нгоме, неподалёку от монастыря Карма Гён, что в Кхаме. Тем самым он сдержал обещание, которое дал жителям этой восточной области в своём предыдущем воплощении.

Родители будущего Кармапы были преданы Учению Будды. Пока его мать была беременна, и она, и её муж видели необычные сны. Теперь, глядя на новорождённого сына, оба признали, что он особенный.

Когда Тхонгве Дёндэну было всего несколько месяцев, родители отвезли его к Ламе Нгомпе Джадралу, ученику Пятого Кармапы. Маленький мальчик был очень взволнован этой встречей и неожиданно начал произносить алфавит. Нгомпа Джадрал спросил ребёнка:

– Кто ты на самом деле?

В ответ Тхонгва Дёндэн сказал:

– Я нерождённый, я вне места и времени, я величие всего живого. Я многих приведу к освобождению.

Вскоре Третий Шамар Ринпоче Чёпел Йеше официально признал в мальчике Шестого Кармапу и возвёл его на трон. Ещё в младенчестве Тхонгва Дёндэн посетил многие монастыри Кагью, и его не по годам развитые исключительные качества на всех производили сильное впечатление. В монастыре Цурманг он встретил Первого Трунгпу Кюнга Гьялцена и сразу изумил его вопросом:

– Где та защитная ленточка, что я подарил тебе в прошлой жизни?

Лама Трунгпа, преисполненный чувств, нашёл ленточку и простёрся перед своим Мастером.

Уже в детстве Тхонгва Дёндэн обнаружил свои высокие духовные достижения, переживая много видений, в которых ему являлись различные Йидамы и Будды. В 1424 году, в восьмилетнем возрасте, Кармапа принял посвящение в сан послушника и обеты Бодхисаттвы у наставника по имени Сёнам Зангпо.

Затем он начал учиться у великого святого по имени Ратнабхадра. Этот лама, слывший перерождением Речунгпы – ученика знаменитого поэта и йогина Миларепы, – передал юному Тхонгве Дёндэну много текстов Дхармы, а также даровал посвящения и устные наставления по тантрам Ваджрайогини, Хеваджры и практике Махамудры. В дополнение к этому Кармапа получил передачу поучений Тилопы от Шамара Ринпоче.

Духовное образование Тхонгвы Дёндэна не ограничивалось рамками традиции Камцанг. Он глубоко изучил пять тантр и Шесть учений Нигумы27 из линии преемственности Шангпа Кагью, а также доктрину Дуг Нгал Шидже28 индийского наставника Падампы Сангье.

В свои подростковые годы Шестой Кармапа сосредоточился на разработке последовательной литургической системы для традиции Камцанг. В Карма Кагью основной упор обычно делался на медитацию как таковую, за что эту школу именовали также «линией практики» (тиб.: sgrub brgyud), и потому ритуалам и литургии здесь уделялось не слишком много внимания. Большинство ритуалов, практиковавшихся тогда в Карма Кагью, было заимствовано из других школ. Тхонгва Дёндэн стремился создать прочную основу для собственной ритуальной традиции школы Камцанг и с этой целью написал большое количество садхан – подробных практических руководств по ритуалам.

Его перу принадлежат инструкции по медитациям на Ваджрайогиню и Чакрасамвару – главных Йидамов Кагью – и длинная версия Основополагающих упражнений (тиб.: sngon 'gro). Тхонгва Дёндэн ввёл новый стиль произнесения мантр и составил пространный текст, посвящённый танцам Махакалы и связанным с ними ритуалам.

Эта работа Кармапы имела такой большой успех не только за счёт силы его устремлений, но и благодаря интуитивному проникающему видению, которое придало его деятельности особую силу и глубину.

Завершив этот вдохновенный период сочинительства, Кармапа принял полное посвящение в монахи и отправился в паломничество по монастырям Центрального Тибета. В этом путешествии ему было много видений. В одном из них Махакала с тантрической подругой дали Кармапе особые наставления по Шести йогам Наропы и Махамудре Тилопы. В другой раз ему приснились Тилопа, Миларепа и Вималамитра, соединяя тем самым потоки передачи Махамудры и Махамати. Ещё через некоторое время перед ним появился Будда Ваджрадхара в обществе Первого Кармапы Дюсума Кхьенпы, что символизировало могущество традиции Кагью. В другом видении Тхонгва Дёндэн встретился с индийским тантрическим йогином Домби Херукой29, который вместе со своей возлюбленной приехал верхом на тигре. Домби Херука поведал Кармапе, что тот обладает совершенством чистоты и полностью свободен от любых омрачений.

В Лхасе Шестой Кармапа познакомился с Кюнченом Ронгтёнпой, настоятелем одного из монастырей традиции Сакья. Этот лама даровал ему великое множество поучений. Восхищённый блестящим умом Тхонгвы Дёндэна, Ронгтёнпа объявил:

– Мой ученик – Будда.

Примерно в это же время Кармапа спас от разрушения и восстановил монастыри Сангпху и Нгагпху. После этого он отправился в Цурпху и оттуда в Кхам. Благодаря своему незапятнанному восприятию Тхонгва Дёндэн переживал всё, что его окружало, как Чистую страну. В одной из местностей он увидел Ваджрайогиню. В Сурманге, главном монастыре особой линии преемственности Чакрасамвары, пришедшей от Тилопы, ему явился сам Чакрасамвара. В Долма Лхаканг Кармапе явилась Тара, вдохновляя его написать благопожелательные песни в её честь. В другой долине ему привиделся один из «пяти великих лам» традиции Сакья – Сачен Кюнга Ньингпо, и после этого между местными князьями, долго враждовавшими между собой, наконец воцарился мир.

Тхонгва Дёндэн заказал переиздание Кагьюра и Тенгьюра, заплатив за работу дарами, полученными от благодарных учеников.

Всю жизнь в своих видениях Кармапа продолжал получать наставления от великого философа Нагарджуны, от йогинов Миларепы и Падмасамбхавы.

В 1452 году Тхонгва Дёндэн почувствовал приближение смерти. Лама Сангье Сэнге предложил устроить ритуалы, посвящённые долгой жизни Кармапы, но тот ответил:

– В этом году со мной ничего не случится. А в первые девять месяцев следующего года я сам приму решение насчёт продления своей жизни.

Когда пришло время, Кармапа удалился в отшельничество. Он поселился в местности Конгпо, что на юге Тибета, чтобы подготовиться к кончине. Принадлежавшие ему книги и ритуальные предметы он вверил попечению Гьялцаба Гушри Палджора, оставив тому, кроме прочего, письмо с предсказанием обстоятельств рождения следующего Кармапы. Затем Тхонгва Дёндэн обратился к Гьялцабу с такой просьбой:

– Пожалуйста, заботься о линии преемственности Кагью вплоть до моего возвращения. Сейчас между Шамбалой30 и Меккой идёт война. Я ухожу, чтобы помочь Шамбале.

Свои последние месяцы Кармапа посвятил сочинению песен. В начале 1453 года, в возрасте тридцати семи лет, он объявил своим ученикам и помощникам:

– Я отправляюсь на встречу с ламами Кагью и прошу вас выучить такое призывание: «Обращаюсь к Тхонгве Дёндэну, великому проявлению сострадания. Воплощение всех Будд, пожалуйста, взгляни на меня с любовью».

Погрузившись в медитацию, он ушёл из жизни. После кремации праха Кармапы среди золы обнаружилось множество реликвий.

Его важнейшими учениками были Гьялцаб Гушри Палджор, Ситу Таши Намгьял и Бенгар Джампал Зангпо. Именно им он доверил руководство своей линией преемственности.

Седьмой Кармапа Чёдраг Гьямцо.

().

Седьмой Кармапа Чёдраг Гьямцо родился в первом месяце 1454 года на севере Тибета. Его отца звали Драгпа Палдруб, а мать – Лхамо Кьи. Ещё в младенчестве мальчика объявили воплощением духовного учителя, и в первый год своей жизни он проявлял такую зрелость, что люди всё больше убеждались в истинности этого утверждения. Однажды он спонтанно произнёс слоги А и Хум, сопровождая это такими словами:

– В мире нет ничего, кроме пустоты. Люди думают, что есть материя, но они ошибаются. Для меня не существует ни рождения, ни смерти.

Мальчика привезли в передвижной лагерь Гьялцаба Гушри Палджора, держателя линии преемственности Карма Кагью. Лама Гьялцаб узнал в мальчике новое воплощение Кармапы и официально возвёл его на трон. Рассказывают, что Чёдраг Гьямцо при этом произнёс:

– Я Будда Ваджрадхара.

Юный Кармапа остался жить рядом с Гьялцабом Ринпоче. В 1458 году, в четырёхлетнем возрасте, он совершил своё первое путешествие по Южному Тибету. Как и в случае всех остальных Кармап, его постижение природы реальности раскрывалось посредством необычайных переживаний и видений. Достоинство, присущее этому исключительному ребёнку, неизменно ощущалось каждым, кто приближался к нему.

По мере того как лагерь перемещался по просторам Южного Тибета, Чёдраг Гьямцо, пользуясь своим влиянием, прилагал усилия к тому, чтобы прекратить вражду среди племён Нага и бутанцев. Ему также удалось добиться освобождения заложников и политических заключённых. Кармапа был вегетарианцем и убедил многих людей перестать охотиться и ловить рыбу. Он защищал домашний скот, прежде всего яков и овец, и ввёл обычай помечать животное ленточкой, чтобы показать, что оно не подлежит убою. Чёдраг Гьямцо отменил пошлины за проезд через мосты и распорядился строить их из железа.

Из Южного Тибета лагерь постепенно переехал в Кхам. В монастыре Карма Гьялцаб Ринпоче провёл церемонию, на которой восьмилетний Кармапа принял обеты мирянина и Бодхисаттвы. Здесь же Чёдраг Гьямцо продолжил своё образование, и позднее его посвятил в послушники Лама Джампал Зангпо, ученик предыдущего Кармапы и один из держателей традиции Кагью. В этот период юный Лама изучал главным образом тексты Винайи, уделяя внимание и общим принципам, и особенностям монастырской жизни. Второй наставник Кармапы – Ситу Таши Намгьял – давал ему много устных наставлений из традиции Камцанг.

В 1465 году Чёдраг Гьямцо отправился из монастыря Карма в пограничные районы Северо-Восточного Тибета. Там он восстановил мир между местными буддистами и последователями бона, давно враждовавшими между собой. Затем он учил людей основам Дхармы Будды. Все дары, которые ему подносили в этой поездке, он отдавал беднякам и монастырям.

Работая для блага других, молодой Чёдраг Гьямцо не прерывал своего обучения. Одной из самых важных духовных практик для него была медитация Чод, которую когда-то принесла в Тибет знаменитая йогиня Мачиг Лабдрён. Погружаясь в эту медитацию, Кармапа иногда видел собственный скелет.

Чёдраг Гьямцо, несмотря на свой юный возраст, был превосходным учёным. В монастыре Рава Ганг он участвовал в философских занятиях наравне с пятью взрослыми философами, вёл с ними полемику и вносил коррективы в их утверждения. В монастыре Сурманг, резиденции воплощений Трунгпа, Чёдраг Гьямцо написал несколько книг, посвящённых различным аспектам Дхармы.

В 1471 году семнадцатилетний Кармапа со своим многочисленным сопровождением расположился лагерем в Кава Карпо – священном месте, связанном с Чакрасамварой. Здесь он на семь лет уединился для интенсивной медитации, чтобы таким образом завершить своё духовное образование.

Как и все остальные воплощения Кармап, Чёдраг Гьямцо осознавал своё близкое духовное родство с Гуру Падмасамбхавой. В определённом смысле Кармапу можно считать олицетворением этого великого йогина. Вернувшись из долгого отшельничества в монастырь Карма Ген, Чёдраг Гьямцо имел видение, в котором перед ним предстал Падмасамбхава, окружённый Йидамами, традиционными для школы Ньингма. Рядом были Будда Шакьямуни и ламы линии преемственности Кагью. Это видение навело Кармапу на мысль отыскать какие-нибудь долины, укрытые от людского глаза, которые могли бы служить безопасным пристанищем на время военных действий. Будущие конфликты в Тибете представлялись ему неизбежными.

Позднее Чёдраг Гьямцо снова посетил Южный Тибет, где организовал ремонт нескольких монастырей Кагью и помог их наставникам. Затем он проследовал в Цурпху, свою главную резиденцию, и там отреставрировал большую статую Будды Шакьямуни, отлитую по проекту Карма Пакши.

Кармапа считал хорошее образование делом первостепенной важности и широко его пропагандировал. Будучи последовательным в этой работе, он учредил при монастыре Цурпху большое учебное заведение (шедра, тиб.: shes 'gra), которое скоро приобрело всеобщую известность.

Однажды Кармапу пригласил к своему двору Лама Таши Таргье – религиозный и политический глава одной из провинций на юге Тибета. Чёдраг Гьямцо принял приглашение и, приехав, провёл там большой курс поучений традиции Кагью. В благодарность за это Таши Таргье поднёс Кармапе в дар все свои владения, угодья, поместья и монастыри, в том числе личный монастырь Чёкхор Люнпо. При дворе Таши Таргье Его Святейшество встретил первого тулку из будущей линии Карма Тринле – его звали Чёле Намгьял. Карма Тринле попросил у Кармапы, которого считал воплощением Будды Шакьямуни, тайные поучения линии преемственности Кагью. Чёдраг Гьямцо ответил:

– Если ты пообещаешь впоследствии стать держателем этой традиции, я дам тебе то, чего ты хочешь.

После этого Карма Тринле учился у Кармапы и практиковал Шесть йог Наропы и Махамудру, до тех пор пока ему не открылся внутренний смысл этих учений. Тогда Чёдраг Гьямцо назначил своего нового ученика настоятелем монастыря Чёкхор Люнпо. Карма Тринле основал при монастыре учебное заведение, в котором преподавались обширные курсы философии, психологии, ритуалов и этики. Выпускник мог иметь одну из трёх возможных степеней: тем, кто завершил полный курс обучения и обладал наивысшей квалификацией, присваивался титул «кхенпо», или «профессор»; тем, кто прошёл большую часть курса, – «лопён», или «мастер»; остальные же получали просто диплом о высшем образовании. Этот институт, возглавляемый Ламой Карма Тринле, сыграл чрезвычайно важную роль в сохранении и передаче Учения Будды.

Слава Чёдрага Гьямцо распространилась далеко за границы Тибета и дошла до Индии и Китая. Настоятель монастыря Бодхгайя прислал ему ценные дары. Несколько индийских учёных приезжали к нему с визитом – в их числе были Рахула Виная и Шила Сагара. Император Китая пригласил Кармапу к себе в гости, но в то время Чёдраг Гьямцо не смог к нему поехать.

В 1498 году Кармапа, путешествуя по области Конгпо, основал там отшельническое поселение и нашёл третье воплощение Тай Ситу – Ламу Таши Палджора. Затем он вернулся в Лхасу, чтобы провести официальную встречу высоких учителей. Там его почтительно приветствовали монахи из Дрепунга и Гадена – монастырей школы Гелуг. В Ринпунге Кармапа давал наставления многим людям, в числе которых был великий учёный Сакья Чогден. Поучения Кармапы касались главным образом сутр и трудов Асанги и Нагарджуны. Представители всех различных духовных традиций высоко оценили широту познаний Чёдрага Гьямцо.

Седьмой Кармапа был плодовитым автором: он создал много трактатов, посвящённых Винайе, философии Мадхьямаки и Тантре. Некоторое время Кармапа был поглощён составлением текста о логике, называемого «Ригжунг Гьямцо» (тиб.: rigs gzhungs rgya mtshó) и содержащего комментарии к семи трудам Дигнаги и Дхармакирти. Его тогдашний помощник Дагпо Рабджам Чёгьял Тенпа впоследствии вспоминал, что Чёдраг Гьямцо просто диктовал ему текст, не размышляя и не перечитывая источники, которые комментировал. Кармапа полагался на свою память во всём, что касалось линии его рассуждений, ссылок на чужие книги и рукописи. Его мышление было совершенно ясным и безупречно последовательным. Если ему случалось внезапно прервать диктовку книги, впоследствии он безошибочно возвращался к нужному месту. Иногда помощник просил Кармапу объяснить какое-нибудь трудное место в рукописи, но Кармапа, казалось, не обращал на просьбы никакого внимания. Затем, в ходе диктовки, ответ приходил сам собой. Время от времени Чёдраг Гьямцо мог добавить:

– Доверяй тому, что говорит твой Лама. Все объяснения сами появятся в своё время.

Кармапа вёл очень простой и строгий образ жизни. Даже в путешествиях он оставался молчаливым и внимательным. Периодически он прерывал своё уединение, чтобы принимать посетителей, но никогда во время этих встреч не пускался в пустые разговоры. В противоположность аскетизму жилища самого Кармапы его путешествующий лагерь со своим пышным убранством представлял собой красивое и богатое зрелище. Шатёр для церемоний венчала золотая крыша. Алтарь украшали самые драгоценные реликвии, над которыми с потолка свисали тринадцать изящных зонтиков. Трон Чёдрага Гьямцо был покрыт жемчугом, и позади него висела жемчужная драпировка.

В возрасте пятидесяти двух лет Кармапа начал сознавать подступающую смерть. Он посоветовал жителям Конгпо практиковать Дхарму и удалился в отшельничество. Но отовсюду прибывало так много людей, желавших его увидеть, что Чёдраг Гьямцо вынужден был покинуть келью и снова подняться на свой трон в алтарном зале. Паломникам, которые присутствовали при этом, показалось, что Кармапа был облачён в дхармические одеяния, свойственные Буддам в Состоянии радости. В тот день Кармапа вверил свою линию преемственности Ламе Ситу Ринпоче. Он предсказал, что в следующий раз родится в Кхаме, и сообщил имена своих будущих родителей. На следующее утро Чёдраг Гьямцо в медитации оставил этот мир.