Перепись-2002 в Удмуртии: реакция власти и общественности

Перепись-2002 в Удмуртии: реакция власти и общественности

,

В ходе Всероссийской переписи населения 2002 г. на территории Удмуртской Республики в переписные листы было внесено на 37,6 тыс. чел. меньше, чем прогнозировалось. Таково мнение руководства республиканского статистического комитета. Возможный недоучет населения республиканские статистики связывают с ослаблением системы государственной регистрации местных жителей и приезжих.

Если недоучет действительно равен названному статкомитетом количеству, тогда за период 1989 – 2002 гг. численность населения Удмуртии должна была вырасти. Но перепись показала, что постоянное население республики сократилось на 35,4 тыс. чел. (-2,2%), составив 1570,3 тыс. чел., и это, видимо, отражает реальное демографическое положение[1]. Сокращение произошло как за счет городской, так и за счет сельской местности. Соотношение горожан и сельских жителей сохранилось на уровне 1989 г. – 70% к 30%. Почти две трети городского населения проживает в г. Ижевске.

Картина депопуляции

Уменьшение населения в Удмуртии произошло в основном из-за естественной убыли, возникшей еще в 1993 г. Причем с 1999 г. превышение смертности над рождаемостью постоянно усиливалось. Сокращение населения стало результатом действия разных причин: низкого уровня рождаемости, высокого уровня смертности, ухудшения уровня и качества жизни населения, сложностей психологической адаптации людей к новым политическим и социально-экономическим реалиям.

Таблица 1. Численность населения Удмуртии по данным переписей

	1959 г.	1970 г.	1979 г.	1989 г.	2002 г.
Всего населения (тыс. чел.)	1338,4	1417,7	1492,2	1605,7	1570,3
Прирост/убыль (тыс. чел.)	--	+79,3	+76,5	+113,5	-35,4
Прирост/убыль (%)	--	5,9	5,3	7,6	-2,2

Данные текущей статистики показывают, что в начале 1990-х гг. средняя продолжительность жизни в республике была 69,5 года (для мужчин – 63,6, для женщин – 74,7), а на начало 2002 г. она составила 64,3 года (мужчины – 58,0, женщины – 71,5). За десятилетие среднестатистический мужчина потерял более 5-ти лет жизни, женщина – более 3-х лет. Диспропорция продолжительности жизни мужчин и женщин усугубляется: в 1990 г. продолжительность жизни мужчин была на 11,1 лет меньше, чем у женщин, в 2000 г. – на 12,8, в 2002 г. – на 13,5 лет.

За гг. смертность населения увеличилась на 23,6%, причем в трудоспособном возрасте – на 40,4%. В структуре причин смертности людей трудоспособного возраста преобладают несчастные случаи, отравления и травмы, болезни органов кровообращения и новообразования – на их долю приходится свыше двух третьих умерших, причем 80% составляют мужчины.

Потери населения Удмуртии отчасти компенсированы миграционным притоком. За гг. в республику прибыло на 32 тыс. чел. больше, чем выбыло. Однако в последние годы этот источник фактически исчерпал себя. В 2001 г. в Удмуртии статистики зафиксировали превышение миграционного оттока над притоком. В гг. за пределы республики выбыло на 6 тыс. чел. больше, чем прибыло.

По данным Всесоюзной переписи 1989 г., в республике было 3 крупных города с населением более 100 тыс. чел., а по переписи 2002 г. осталось только два – Сарапул и Глазов. Город Воткинск выбыл из этой категории, численность жителей сократилась там на 4%. Количество сельских населенных пунктов в республике уменьшилось почти на 90 единиц[2]. Отток и естественная убыль населения повлияли на увеличение количества мелких населенных пунктов с числом жителей 10 и менее человек. Многие среди них – это «вымирающие деревни»; в них преобладает население старше трудоспособного возраста. Особенно заметное сокращение численности сельского населения произошло в 6 районах: Красногорском (-14,4%), Селтинском (-11,5%), Балезинском, Кизнерском, Юкаменском, Ярском (-10%). «Вымиранию» малых деревень способствует их бедственное хозяйственное положение, мизерная заработная плата у тех, кто трудится в сельском хозяйстве, безработица и так называемая оптимизации социальной сферы (закрытие фельдшерских пунктов, отделений связи, школ, детских садов).

В 2006 г. в Ижевске прошла международная конференция «Изучение социальных и поведенческих факторов преждевременной смертности мужчин в урбанизированных регионах УР». На ней подведены итоги крупного международного исследования[3] и названы две основные причины преждевременной смертности мужчин в России – чрезмерное употребление алкоголя и алкогольных суррогатов (по этой причине ежегодно в Ижевске умирают 1,5 тыс. чел., а в целом по России – 170 тыс.), а также – курение и связанные с ним болезни (в России смертность по этой причине составляет 360 тыс. чел. в год).

Диспропорции по полу и возрасту

Перепись показала, что, как и в целом по России, в Удмуртии сохраняется значительное превышение численности женщин над численностью мужчин. В 2002 г. превышение составило 116 тыс. чел., что связано, прежде всего, с высокой преждевременной смертностью мужчин. Если в 1989 г. на 1000 женщин приходилось 869 мужчин, то в 2002 г. – 862. Диспропорции отмечаются уже с 20-летних возрастных когортах, причем, как в городе, так и на селе[4].

Заметные изменения произошли в возрастном составе населения. Снижение рождаемости, начавшееся в конце 1980-х, привело к усилению демографического старения. По сравнению с переписью 1989 г., средний возраст жителей республики увеличился на 3,1 года и составил 35,8 лет (в РФ – 37,1 лет). У мужчин соответственно – 33,8 (РФ – 34,1 лет), у женщин – 38,4 года (РФ – 39,8 лет). Средний возраст мужчин в городской местности составил 34,0 года и женщин – 38,5 лет, в сельской – 33,5 и 38,9 лет. Медианный возраст трех наиболее многочисленных этнических групп составил у русских 33,3 года, у удмуртов – 38,4 и татар – 38,5.

За межпереписной интервал численность населения старше трудоспособного возраста увеличилась на 25 тыс. чел. (+9,5%), а численность детей и подростков сократилась на 127 тыс. человек (-29%). Особенно резкое снижение (-43%) произошло в детской возрастной когорте 0-10 лет – дети, родившиеся в последнее десятилетие, когда рождаемость была крайне низкой.

Вступление в трудоспособный возраст поколения молодежи, родившейся в первой половине 1980-х (период самой высокой за три последних десятилетия рождаемости), а также положительный миграционный прирост привели к увеличению численности населения трудоспособного возраста на 66 тыс. человек (+7,2%). Но когда в трудоспособный возраст вступит поколение 1990-х гг., последует резкое снижение численности населения трудоспособного возраста.

Впервые при проведении переписи населения были собраны сведения о числе незарегистрированных брачных союзов. Следует отметить, что 742 тыс. чел. в возрасте 16 лет и старше указали, что они состоят в браке, из них 84 тыс. (11,3%) – в незарегистрированном. По сравнению с прошлой переписью в 2002 г. число лиц состоящих в браке уменьшилось на 21 тыс. человек (-3%). Распространение незарегистрированных брачных союзов привело к увеличению числа детей, рожденных вне зарегистрированного брака. Из материалов текущей статистики известно, что за период гг. доля таких детей увеличилась почти вдвое и составила почти треть. Данная тенденция сохраняется и в настоящее время.

Уровень образования ниже среднероссийского

При переписи населения 2002 г. учтено 1274 тыс. чел. в возрасте 15 лет и более, имеющих образование основное общее и высшее, что составляет 98,8% этой возрастной группы.

За межпереписной период число специалистов с высшим образованием увеличилось на 65 тыс. (+59,1%), со средним профессиональным на 127 тыс. (+65,1%). Впервые перепись зафиксировала численность лиц, имеющих послевузовское образование – более 2 тыс. чел. закончивших аспирантуру, докторантуру, ординатуру, из них: русских – 1571, удмуртов – 366, татар – 162.

Полученные результаты переписи свидетельствуют, что в Удмуртской Республике уровень образования населения ниже, чем в среднем по России. По Российской Федерации на 1000 человек населения в возрасте 15 лет и старше 157 чел. имеют высшее образование, в Приволжском федеральном округе – 136, в Удмуртии – 134. Не имеющих начального общего образования на 1000 человек в возрасте 15 лет и более по России составляет 10 чел., и тот же показатель – в Удмуртии.

Впервые при переписи были получены данные о дошкольном обучении, которым охвачено 48 тыс. детей в возрасте 3-6 лет (79,9 % от общего числа детей этого возраста), из них в городских поселениях – 34 тыс. (87,6%), в селе – 14 тыс. (65,7%). В возрасте 6-9 лет 52 тыс. человек обучаются в общеобразовательных школах (82,0%), либо продолжают посещать дошкольные заведения. Охват детей в возрасте 3-6 лет дошкольными учреждениями в Удмуртской Республике самый высокий не только по ПФО, но и в целом по России. Из 1000 детей в возрасте 3-6 лет дошкольные учреждения посещают 803, по России – 604, по ПФО – 668.

Ассимилятивные перемены

По данным переписи 2002 г. в Удмуртской Республике проживают представители более 100 этнических групп, среди которых 9 наиболее многочисленны – русские, удмурты, татары, башкиры, украинцы, марийцы, чуваши, белорусы и немцы, в целом их численность составляет 98,5% населения республики. За межпереписной период численность местных белорусов, чувашей и немцев стала ниже численности азербайджанцев и армян.

Таблица 2. Этнический состав населения Удмуртии по данным переписей населения

	1989 г., чел.	2002 г., чел.	Доля населения	2002 г. к 1989 г., в %
1989 г., в %	2002 г., в %
все население	1605663	1570316	100,0	100,0	97,8
русские	945216	944108	58,9	60,1	99,9
удмурты	496522	460584	30,9	29,3	92,8
татары	110490	109218	6,9	7,0	98,8
в т. ч. кряшены*	не учтены	650	--	0,0	--
украинцы	14167	11527	0,9	0,7	81,4
марийцы	9543	8985	0,6	0,6	94,2
башкиры	5217	4320	0,3	0,3	82,8
азербайджанцы	1799	3908	0,1	0,2	в 2,2 р.
белорусы	3847	3308	0,2	0,2	86,0
армяне	880	3283	0,1	0,2	в 3,7 р.
бесермяне*	не учтены	2998	--	0,2	--
чуваши	3173	2764	0,2	0,2	87,1
немцы	2588	1735	0,2	0,1	67,0
мордва	1405	1157	0,1	0,1	82,3
евреи	1639	935	0,1	0,1	57,0
цыгане	535	830	0,0	0,1	в 1,6 р.
грузины	527	709	0,0	0,0	134,5
чеченцы	381	478	0,0	0,0	125,5
корейцы	166	281	0,0	0,0	в 1,7 р.
лезгины	140	209	0,0	0,0	в 1,5 р.
другие национальности	7427	6022	0,5	0,4	81,1
национальность не указана	1	2957	0,0	0,2	--

* В переписи 1989 г. бесермяне учтены в составе удмуртов, кряшены - в составе татар.

Русское население в Удмуртии несколько сократилось (-0,1%) и по-прежнему численно доминирует: 944,1 тыс. чел. или 60,1% жителей. При этом доля русских в населении республики, по сравнению с переписью 1989 г., даже несколько выросла (+1,3 процентных пункта).

Второе место по численности в республике занимают удмурты, численность которых составляет 460,6 тыс. или 29,3% населения. За межпереписной период численность удмуртов сократилась на 35,9 тыс. чел. (-7,2%), а доля в населении республики уменьшилась (-1,6 процентных пункта). Сокращение численности удмуртов свидетельствует об усилившихся ассимиляционных процессах, прежде всего, среди удмуртской молодежи. Кроме того, в переписи-2002 отдельно от удмуртов впервые учтены бесермяне, численность которых составила 3 тыс. чел. и, следовательно, на это количество численность удмуртов также сократилось.

На третьей позиции по численности находятся татары – 109,2 тыс. чел. (7%). Татары уменьшились по сравнению с 1989 г. на 1,3 тыс. чел. Как и в прошлых переписях, в составе татар учтены кряшены, разница, однако, состоит в том, что в итогах переписи-2002 численность кряшен указана – в Удмуртии 0,7 тыс.

Судьба вновь «открытых» статистикой бесермян и кряшен похожа. Во время проведения переписи 1926 г. они были учтены, а затем в 1930-х, как и многие другие этнические наименования, исчезли из официальных списков. Переписи причисляли бесермян в основном к удмуртам, а кряшен – к татарам. Новое «появление» бесермян, причем не в составе удмуртов, было воспринято учеными и республиканской общественностью спокойно и доброжелательно. Лидеры удмуртского национального движения не высказывали по этому поводу резких суждений.

Однако Удмуртию не обошли стороной развернувшиеся в соседнем Татарстане и других регионах споры о «единстве татарского этноса». Татарские национальные организации выступили с обращением ко всем татарам сплотиться и «не дать федеральной власти искусственно расколоть единую нацию», т. е. не именовать себя во время переписи иначе, как татарами. Тем не менее, в ходе переписи в России было зафиксировано около 25 тыс. кряшен, а в Удмуртии таковых – 650 чел.

За межпереписной период, главным образом за счет естественной убыли и миграции, снизилась численность украинцев (-19%) и немцев (-33%), сократилась также численность марийцев (-6%), башкир (-17%), белорусов (-14%), чувашей (-13%). За этот же период увеличилась численность армян в 3,7 раза (с 0,9 тыс. до 3,3 тыс.), азербайджанцев в 2,2 раза (с 1,8 тыс. до 3,9 тыс.), цыган в 1,5 раза (с 0,5 тыс. до 0,8 тыс.), грузин (с 0,5 тыс. до 0,7 тыс.), чеченцев, корейцев, лезгин. Произошедшие этнические перемены оказались не очень существенными, но публикация итогов переписи вызвала общественный резонанс[5].

О пользе обоюдного двуязычия

За межпереписной период значимые изменения произошли в языковой сфере. Среди удмуртов с 75,7% до 66,6% сократилось число лиц, у которых родной язык совпадает с национальностью, причем среди городских удмуртов, назвавших родным языком удмуртский, таковых оказалось менее половины (47%). То же характерно для местных татар, украинцев, марийцев, башкир, белорусов, чувашей.

Таблица 3. Ответы о родном языке по данным переписей в Удмуртии

	Родной язык совпадает с национальностью (в%)
1989 г.	2002 г.*
русские	99,9	99,4
удмурты	75,7	66,6
татары	81,5	67,0
украинцы	46,6	31,7
марийцы	78,5	66,6
башкиры	57,4	35,0
белорусы	33,7	21,5
чуваши	58,0	48,6

* Вопрос о родном языке в переписи-2002 не значился на бланке опроса, и поэтому полученные итоги не вполне сопоставимы с материалами переписи-1989.

За межпереписной период среди нерусских этнических групп произошли существенные изменения в языковых приоритетах. Прежде всего, увеличилось число лиц, признающих в качестве родного русский язык. Это характерно для большинства этнических групп. Языковой переход в значительной степени продиктован не только императивами этнического самосознания, но и утилитарными потребностями повседневного образа жизни. В городской местности среди нерусской части жителей наблюдаются наиболее высокие темпы перехода на русский язык, в то время как сельская среда остается более консервативной.

Сокращение количества носителей удмуртского языка вызвала тревогу местной интеллигенции. Опасения прозвучали в докладе министра национальной политики УР В. Завалина: «Утрата языка является мощнейшим стимулятором ассимиляционных процессов, неизбежно ведет… к смене национального самосознания». По мнению министра, решить многие языковые проблемы помогут принятые законодательные акты[6] и соответствующая республиканская целевая программа. Среди задач программы – создание условий для изучения родных языков и развитие двуязычия (многоязычия). Такая форма господдержки языков реализуется в виде многочисленных мероприятий с солидным бюджетом. Правда, реальное обеспечение языковых прав не исчерпывается проведением в жизнь нормативных актов. Очевидно, что о пользе обоюдного двуязычия следует говорить не только с официальной трибуны, но и в школах, и в средства массовой информации, и в общественных организациях. Но этого пока не происходит.

Реакция на результаты переписи

До официального обнародования Росстатом РФ, информация об итогах переписи-2002 просачивалась в СМИ буквально по каплям. Даже когда республиканский статкомитет подготовил и направил в адрес Правительства УР доклад о результатах переписи[7], общественности так и не была известна реакция властей – ни комментариев, ни оценок, ни предложений по решению выявленных проблем. Единственное исключение – разработка госпрограммы по реализации республиканского закона о языках. Позднее последовал еще один документ, получивший в республике силу закона – программа социально-экономического развития республики[8]. В ней проблемами, требующими безотлагательного решения, названы продолжающееся сокращение численности населения, растущая демографическая нагрузка на трудоспособное население, высокий уровень смертности, в том числе, от предотвратимых причин. В качестве региональной особенности отмечается также высокий уровень общей и первичной заболеваемости жителей республики. Говорится о том, что необходимо «повышение ценности детства в общественном сознании», стимулирование рождения 2-го и 3-го ребенка в семье, создание условий для экономической самостоятельности семей, повышение качества жизни семей с детьми.

Государственные печатные средства массовой информации Удмуртии, комментируя перепись-2002, ограничились публикацией нескольких показателей: общая численность населения, численность трех этнических групп (русских, удмуртов и татар), распределение по полу, средний возраст жителей республики. По сути, анализ итогов переписи отсутствовал[9].

Попытка обращения общественного внимания к демографическим проблемам была предпринята во время выборов республиканского президента. В оппозиционной газете «Агентство информации Удмуртии» публиковались показатели рождаемости, убыли населения, высокого уровня смертности от суицидов. Писали о необходимости вывода за пределы городов вредных производств, об обязательности экономического стимулирования рождаемости. Но эти обращения остались без внимания властей[10].

Примечательна газетная публикация «Через полсотни лет удмуртский этнос может исчезнуть…» – интервью с бывшим руководителем одного из райцентров[11]. В ней говорится: «Среди нас живут люди, которые создавали великую страну… И им же пришлось стать свидетелями вымирания своего народа». Рассуждения бывшего советского хозяйственника сводятся к тому, что все проблемы удмуртов и экономики республики – результат неправильной кадровой политики. Как пример приводится соседний Татарстан, где президент – татарин по национальности, а из 130 депутатов парламента «более 100 представители коренной национальности». Поэтому, мол, и экономика развивается, и люди не вымирают.

Широкий резонанс получил доклад венгерского профессора Я. Пустаи «Молодежь – залог будущего»[12]. По его мнению, в России «запланировано коренное переустройство административной системы», в результате которого из 89 субъектов федерации останется только 28. Главной целью территориального переустройства является, якобы, «языковая и этническая гомогенизация государства». По прогнозам этого ученого, к 2093 г. численность финно-угорских народов, проживающих на европейской части России радикально сократится – в 1,5 раза станет меньше марийцев, в 2,3 – удмуртов, в 2,7 – коми, в 4,6 – мордвы, в 7,8 – карел. Венгерский ученый говорит о необходимости «спасения российских финно-угров» посредством соблюдения государством международных прав по отношению к меньшинствам; посредством отказа самих меньшинств от нигилистического, депрессивного, саморазрушающего поведения; за счет создания «полноценной системы образования на родном языке от начальной школы до университета». Особые надежды Я. Пустаи возлагает на молодую финно-угорскую интеллигенцию, которая своим примером использования в повседневной жизни родного языка должна оказывать воздействие на остальных. Но призывы венгерского ученого вряд ли смогут изменить направленность этнокультурных и языковых процессов в молодежной среде.

По мнению финского ученого С. Лаллукки[13], среди причин сокращения численности немаловажную роль сыграла реформа российской паспортной системы, в ходе которой в личном документе ликвидирована графа о национальности. По мнению ученого, эта графа имела «этностабилизирующую функцию, давала моральную поддержку, подсказку представителям финно-угорских народов». По мере смены старых паспортов на новые, психологический барьер на пути отказа от прежней этнической идентификации снизился. Он считает, что политика укрепления вертикали федеральной власти и ограничение прав этнической элиты в республиках РФ, также повлияла на поведение меньшинств и имела ассимиляционные последствия. «Регрессирующая динамика численности населения», сокращение носителей языка, «ассимиляционная эрозия», выявленные переписью-2002, делают необходимым «признать все финно-угорские культуры России находящимися под угрозой исчезновения».

Обеспокоенность в связи с сокращением численности удмуртов выразили и журналисты удмуртских изданий. Информация о результатах переписи публиковалась в газете «Герд» (печатный орган ассоциации «Удмурт кенеш»). В статье с характерным заголовком «Неужели наши места опустеют?»[14] говорится о сокращении численности карел, коми, марийцев, мордвы, удмуртов. Однако, сказано в статье, попыток ответить на вопрос, почему это происходит, не делается.

[1] Здесь и далее использованы данные официальных итогов Всероссийской переписи 2002 г.: Основные итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. – М., 2003; Национальный состав и владение языками, гражданство. Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Т.4. Кн.1. – М., 2004.

[2] На самом деле, количество пустующих селений в Удмуртии намного больше. Во время переписи-2002 было зафиксировано еще 149 сельских поселений, в которых население не проживало, но люди имели там официальную регистрацию.

[3] Совместный научный проект ученых из Великобритании, Германии и России, опрошено 5,6 тыс. чел. в Удмуртии, в том числе родных и близких умерших мужчин в возрасте от 25 до 54 лет.

[4] См. соотношение полов по городской и сельской местности: О некоторых показателях качественного состава населения по итогам Всероссийской переписи населения 2002 г. в Удмуртской Республике. – Ижевск, 2004. Приложение 11.

[5] В Удмуртии армяне и азербайджанцы потеснят евреев и немцев. «Комсомольская правда в Удмуртии». 20сентября; Скифы, печенеги, татармяне… «Известия Удмуртской Республики». 20января.

[6] С 2001 г. действует республиканский закон «О государственных языках Удмуртской Республики и иных языках народов Удмуртской Республики».

[7] О некоторых показателях качественного состава населения по итогам Всероссийской переписи населения 2002 г. в Удмуртской Республике. – Ижевск, 2004.

[8] Программа социально-экономического развития Удмуртской Республики на годы. – Ижевск, 2004.

[9] См. напр. У нас народов стало больше. «Удмуртская правда». 2004. 1 июня.

[10] Население Удмуртии вымирает. «Агентство информации Удмуртии». 20января.

[11] Через полсотни лет удмуртский этнос может исчезнуть //«Агентство информации Удмуртии», 2004, 19 февраля.

[12] Молодежь – залог будущего. Доклад на IV международном конгрессе финно-угорских народов. – Таллинн, 15-19 августа 2004 г.

[13] Динамика изменения численности финно-угорских народов России после 1959 года. Доклад на IV международном конгрессе финно-угорских народов. – Таллинн, 15-19 августа 2004 г.

[14] Неужели наши места опустеют? //«Герд», 2004, №10.