Документы и материалы к главе 3

Документы и материалы к главе 3

Современник об экономических итогах нэпа.

Из книги Народное хозяйство Советской России и его проблемы (Берлин, 1929)

Великая революция, которую пережи­ла Россия, давала все основания ожидать быстрого расцвета ее народного хозяйства. Свержение царизма, получение крестьянами земли, ликвидация феодаль­ных пережитков, возможность перехода сельского хо­зяйства от примитивных форм к интенсивным, оби­лие естественных богатств, благоприятствующее раз­витию промышленности и привлекающее в страну иностранные капиталы, внутренний рынок очень боль­шой емкости и, наконец, пробужденные революцией инициатива и активность народных масс — все эти об­стоятельства, казалось, предопределяли быстрый рост благосостояния страны и ее населения.

История России пошла иными путями. Страна пере­жила все разорение гражданской войны и вооруженной интервенции, перенесла в период большевистских попы­ток насильственно осуществить немедленный комму­низм небывалую и неисчислимую растрату основного капитала промышленности, обнищание крестьянского хозяйства и вымирание многих миллионов населения от голода и эпидемий. Со времени нэпа создались не­сколько более благоприятные условия для восста­новления и развития производства города и деревни. Но политика советской власти, проникнутая утопизмом, и после нэпа осложняет и дезорганизует подъем на­родного хозяйства … Через 11 лет после революции Россия с тру­дом добралась до довоенного уровня народного хо­зяйства, т. е. до уровня самой отсталой из крупных евро­пейских стран...

Мы уже указали в соответствующих главах, что быстрый подъем промышленности СССР совершился до сих пор лишь за счет восстановления досоветских резервов основного капитала промышленности и что достигнутые размеры продукции ни в какой мере не удовлетворяют самых элементарных потребностей населения. Когда будут исчерпаны резервы старого наследства, когда будут догружены до последних пре­делов старые предприятия и введена, где это возмож­но, непрерывная работа, темп подъема промышлен­ности быстро сорвется, если не будут обеспече­ны нормальные условия расширенного воспроизводст­ва. Но основным условием расширенного воспроизвод­ства является внутреннее накопление в стране и приток иностранных капиталов на производственные цели. Ни первого, ни второго в СССР нет. Нет накопления в государственной промышленности и торговле, которые требуют ежегодных субсидий и долгосрочных креди­тов, ничтожно накопление в частной промышленности и торговле, так как угроза ареста и конфискации иму­щества все время висит над частным предпринима­телем.

… В результате в корне ошибочной полити­ки советской власти по отношению к деревне из сель­ского хозяйства все последние годы выкачивались все его накопления и одновременно у крестьянина отни­мались стимулы к увеличению благосостояния (гоне­ния на «кулака»). С другой стороны, бесхозяйствен­ное, неумелое проведение «индустриализации» давало слишком малый эффект и очень медленно увеличива­ло количество промышленных изделий, не давая крестьянам в достаточном количестве потребных им сельскохозяйственных орудий и инвентаря. К 1928 г. создалось положение острого кризиса. Как раз тогда, когда промышленность, подойдя к исчерпанию ста­рых резервов, больше, чем ранее, нуждается для расширения производства в финансировании за счет крестьянского хозяйства, последнее начинает прояв­лять явные признаки регресса: посевная площадь уменьшается, урожайность падает, громадные районы охвачены голодом.

Столь же ошибочна политика советской власти и в отношении второго возможного источника финансиро­вания промышленности — иностранных капиталов. Сейчас, когда крупнейшие капиталистические страны лихорадочно ищут рынки для помещения своих сво­бодных капиталов, Россия с ее громадными хозяйствен­ными перспективами, несомненно, могла бы привлечь иностранные капиталы в очень больших размерах. …

Между тем политика советской власти такова, что за десять лет, протекшие после революции, Россия получила совершенно ничтожные иностранные вложе­ния в промышленность. Россия имеет все, что обычно привлекает иностранный предпринимательский ка­питал: громадные естественные богатства, дешевую рабочую силу, широкий и все растущий внутренний рынок сбыта. Нужна была исключительно ошибочная политика советской власти, нужен был слишком боль­шой риск, чтобы иностранный капитал, стремивший­ся в первые годы после нэпа в Россию, идущий в леса и пустыни Африки, все же не пошел в советскую Россию... Послевоенное восстановление хозяйства было во всех странах болезненно. Но нет ни одной крупной страны в мире, кроме советской России, в которой хозяйство вот уже одиннадцать лет после войны постоянно бьется в лихорадке кризисов.

Советская власть мечется в последние годы, как в заколдованном кругу. То бросает громадные денеж­ные средства на капитальное строительство промыш­ленности, не соразмерив свои затраты с возможностя­ми хозяйства, и ошибочностью этой политики лишь усиливает товарный голод и расшатывает устойчи­вость денежной системы. То объявляет «чрезвычай­ные меры» против крестьянского мелкого хозяйст­ва и к национализованной промышленности, с ко­торой не справляется, прибавляет еще крупные госу­дарственные зерновые фабрики (совхозы). То вновь начинает искать «смычки» с крестьянином и обещает льготы тем крестьянским группам, которые подымают и расширяют свое хозяйство. Упорное сохранение совершенно непосильных объемов национализирован­ной промышленности и одновременная готовность передать иностранному капиталу на началах концес­сии даже предприятия основных отраслей; упорное отстаивание современной монополии внешней тор­говли и лихорадочные поиски иностранных креди­тов. От правого курса к левому, от левого к правому... И снова упирается в тупик. В этом закон порочного круга.

А между тем если бы снять оковы с производи­тельных сил страны, то в самый кратчайший срок хозяйство России стало бы на ноги и начало бы быстро нагонять, как все страны молодого капитализма, ушед­шие вперед старые промышленные государства. …

Но изменения, даже самого радикального, одной экономической политики недостаточно, ибо нормаль­ное развитие производительных сил страны требует определенных политических условий. … Но разве в ус­ловиях бесправия населения, когда инженеру или ученому, не угодившему начальству, по политическим соображениям могут в любой день устроить пока­зательный процесс, когда за проявление неугодного начальству мнения могут выбросить со службы, разве в таких условиях могут проявляться необходимей­шие для развития производства и техники инициатива и самодеятельность?

Произвол и бесправие парализуют и предприим­чивость частного предпринимателя. … Шахтинский процесс наглядно по­казал, что и иностранный концессионер не может ра­ботать в стране, где нет элементарных гарантий права, нет независимого суда и политических свобод.

Особенно остро чувствует связь между политикой и экономикой крестьянин советской России. Он весь в руках ближайшего и высшего начальства. Он не знает точно ни своей земли (отберут при очередном переделе), ни размеров налога (ставки налога опре­деляются совершенно произвольно), ни цен, по ко­торым он обязан сдавать хлеб государству, ни того, когда ближайшему совету вздумается объявить его кулаком и превратить в лишенного защиты закона пария.

Какая продуктивная хозяйственная деятельность возможна при таких условиях?

И наконец, рабочий советской России, в то время как вся диктатура осуществляется от его имени, не имеет минимума политических прав, чтобы защитить свои интересы ни при решении крупнейших полити­ческих вопросов, ни у себя на заводе при снижении расценок и определении норм выработки. … Оправдывая режим террора и диктатуры тем, что у власти партия рабочего класса, а полное огосударст­вление рабочих организаций тем, что в советской России нет капиталистов-предпринимателей, советская власть готовит рабочему классу трагическую судьбу…