Социальное предпринимательство

Социальное предпринимательство

Все больше бизнесменов и просто инициативных людей постепенно приходят к осознанию того, что гораздо эффективнее обеспечить нуждающихся не разовой поддержкой, а постоянной работой. В России деятельность, совмещающая в себе и бизнес, и благотворительность, уже формируется в отдельный сектор — социальное предпринимательство.[1]

Социальное предпринимательство — термин сравнительно новый. Впервые он был применен в е годы в литературе, посвященной социальным изменениям, но активно использоваться начал только в 1990-е годы, продвигаемый экспертом Розабет Мосс Кантер и основателем организации «Ашока» Биллом Дрейтоном. Большой вклад внес и Майкл Янг, названный Гарвардским университетом «лучшим предпринимателем по продвижению социального предпринимательства в мире». Янг создал более 60 организаций по всему миру, включая несколько Школ социального предпринимательства в Великобритании.[2]

В России социальное предпринимательство появилось ещё на рубеже XIX—XX вв. Примером социального предпринимательства можно назвать Дом Трудолюбия, основанный отцом Иоанном Кронштадтским. Здесь каждый нуждающийся (от одиноких матерей до бездомных) мог найти себе работу, получить приют и заботу. Идея домов трудолюбия впоследствии получила распространение по всей России.[3]

Термин «социальное предпринимательство» определяет деятельность, которая предполагает создание социального блага не через чистую благотворительность, а через прибыльную или частично прибыльную деятельность.

Такой социально ориентированной деятельностью может быть микрокредитование, предоставляющее жизненно важные ресурсы семьям, находящимся в абсолютной бедности; интернет-портал, открытый центром помощи трудным подросткам, который не только предоставляет информацию молодым людям и их семьям, но и зарабатывает деньги, занимаясь дизайном интернет-рекламы.

Социальное предпринимательство — это и экологический парк, окупаемый за счет туризма, но предоставляющий благодатные условия для сохранения флоры и фауны того региона, где он создан.[2]

Идея социального предпринимательства задевает людей за живое. Это словосочетание полностью соответствует духу времени. Оно подразумевает энтузиазм социальной миссии и деловую дисциплину, инновационные подходы и решительность, которые обычно характеризуют, например, пионеров высоких технологий из Силиконовой долины. Вне всяких сомнений, пришло время использовать предпринимательские подходы для решения социальных проблем. Многочисленные усилия государственных органов и благотворительных организаций не оправдали ожиданий. Крупнейшие институты социального сектора зачастую недостаточно квалифицированны и невосприимчивы к потребностям общества, а их деятельность неэффективна. Чтобы разработать модели, которые будут использоваться в новом тысячелетии, нужны социальные предприниматели.[4]

Социальное предпринимательство успешно тогда, когда есть некая новаторская идея, приводящая к необычной комбинации ресурсов. Компании такого рода часто экзотичны, они занимаются тем, что брошено другими, используют даровые или недоиспользованные ресурсы, и создают социальное благо способами, которые упущены другими…[5]

Любое определение социального предпринимательства должно соответствовать принципам, которые действуют в сфере коммерческого предпринимательства. Нельзя думать, что правила рынка автоматически отсеют социальные предприятия, которые непрофессионально или неэффективно используют имеющиеся ресурсы. Следующее определение сочетает в себе соблюдение правил и строгую отчетность перед обществом со способностью предпринимателя создавать ценности, заимствованной у Сэя, инновациями и изменениями по Друкеру и изобретательностью в понимании Стивенсона. Коротко это определение можно сформулировать так

Социальные предприниматели являются носителями изменений в социальной сфере посредством:

– следования миссии, направленной на создание и поддержание социальных ценностей;

– беспрестанного поиска новых возможностей для выполнения этой миссии;

– постоянного обновления, адаптации и обучения;

– смелых действий, не ограниченных имеющимися в данный момент ресурсами;

– демонстрации повышенной ответственности за достигнутые результаты и отчетности перед людьми, на благо которых они работают.

Естественно, это идеальное представление о социальном предпринимателе. Лидеры социального сектора в разной степени демонстрируют эти качества. Чем больше человек соответствует всем условиям, тем больше его деятельность соответствует модели социального предпринимательства. Те, кто использует в своей работе инновации и способствует положительным изменениям в социальной сфере, имеют больше оснований быть названы социальными предпринимателями. Те, кто соответствует определению Шумпетера, способны серьезно реформировать и коренным образом изменить сферу своей деятельности.[4]

Барьеры и отсутствие самоидентификации

Первая проблема — самоидентификация. Люди, думающие о каком-то социальном эффекте от своей работы, не имеют положительных образцов и правильного для себя названия. Показательно, что респонденты узнали о социальном предпринимательстве либо в ходе опроса, либо в ходе участия в конкурсе проектов социального предпринимательства, который с 2008 г. проводит Фонд региональных социальных программ «Наше будущее» ( Алекперова). И пока - это единственный фонд в России, который специализируется на этой теме и своими конкурсами фактически показывает направление развития малому бизнесу и НКО.

Вторая проблема — отсутствие инфраструктуры поддержки. Что это за инфраструктура? Во-первых, фонды и некоммерческие организации — в России третий сектор не получил серьезного развития. Во-вторых, проблема, навязшая на зубах по многим другим вопросам — административные барьеры. На самом деле это даже не очень подходящая формула «административные барьеры». Просто чиновники воспринимают организации, которые находятся у них на попечении (у департамента поддержки предпринимательства — одни, у департамента по вопросам взаимодействия с гражданским обществом — другие, у департамента по делам молодежи — третьи) как средство отчетности по спущенным сверху программам. Если то или иное предприятие поможет отчитаться — департамент может и помочь, если нет — извините. Т. е. отношения обратные: не господдержка предприятия, а поддержка предприятиями государства.

В таких условиях социальному предпринимательству не трудно возникнуть, но трудно развиваться, выйти на какой-то заметный значимый уровень услуг, чтобы все его увидели, а не только соседи. Это разительно отличает наш опыт от западного. Там, во-первых, звание социального предпринимателя почетно, все к нему стремятся. Во-вторых, есть от кого получить помощь, если не от государства (такая поддержка распространена только в странах Европы), так от многочисленных фондов и НКО — т. е. организаций третьего сектора. Наши же социальные предприниматели пытаются справиться как-то сами, от этого — их скромные масштабы и то, что они почти не видны обществу.[5]

Социальное предпринимательство занимает промежуточное положение между традиционным предпринимательством и благотворительностью. В частности, от предпринимательства оно отличается своими целями, ориентацией на социальные изменения и разрешение социальных проблем общества; от благотворительности – предпринимательским характером деятельности. Цели социального предпринимательства достигаются посредством организации деятельности на принципах предпринимательства и через создание устойчивой бизнес-модели.[6]

Социальное предпринимательство предполагает набор исключительных качеств и моделей поведения. Их необходимо поощрять и стимулировать - в тех, кто находит силы и возможности для такой деятельности. Но следует ли всем стремиться стать социальными предпринимателями? Нет. Не каждый лидер социального сектора предприниматель. Это справедливо и для коммерческих компаний. Не каждый их руководитель является предпринимателем в понимании Сэя, Шумпетера, Друкера и Стивенсона. Мы можем мечтать о том, чтобы в обоих секторах было больше предпринимателей, но обществу необходимы и другие типы управленцев и стили лидерства. Социальные предприниматели – особая порода. Приведенное в данной статье определение подчеркивает их статус и обеспечивает серьезный подход к феномену социального предпринимательства. Нам нужны социальные предприниматели, чтобы в новом тысячелетии изменить социальную сферу.[4]