О чем ты плачешь, малыш?
Сентиментальные размышления по поводу.
Уютное детсадовское утро в самом разгаре. Мои ноги мягко ступают по ковровым дорожкам коридора. Пахнет слегка подгоревшим молоком и этот запах, смешиваясь с другими, неясными, запахами, создает ни с чем не сравнимый специфический запах детского сада. Тихо.
...И только где-то в глубине далеким эхом отдается одинокий плач. Я узнаю его, этот каждодневный утренний горький плач. Это плачет малыш в адаптационной группе. О чем ты плачешь, малыш?
Мы, умные взрослые, позаботились о том, чтобы тебе было хорошо. Мы назвали твою горькую скорбь адаптацией, и нами отработан и проверен каждый наш шаг в работе с тобой. Мы заботливо обложили тебя эмоционально положительными «подушками», чтобы максимально обезопасить от стресса твою легкоранимую психику. Тобой озабочен сейчас десяток профессионально образованных взрослых, тебя здесь ждали и рады твоему приходу. Для тебя выработан индивидуальный щадящий график посещений ДОУ, который предусматривает парциальное общение с незнакомыми взрослыми. Изучены твои возрастные особенности, и заботящиеся о тебе взрослые знают специфику твоей социальной ситуации развития и своеобразие функционирования твоих психических процессов. Так о чем же ты плачешь, малыш?
Умные взрослые, включая твоих родителей, решили, что тебе, рано или поздно, все равно нужно осваивать социальные контакты, учиться взаимодействовать с другими людьми. И что лучше это сделать сейчас, когда тебе только-только исполнился год. Твоя молодая образованная мама соскучилась по работе. Ее легко понять: жизнь несется с бешеной скоростью, бурлит и меняется без нее. А она год жила только тобой — твоими болезнями, кашами, пеленками. «Пусть привыкает», — говорит она, с болью «отдирая» тебя от себя (в том числе и по утрам в детском саду). «Ничего, — вторит ей энергичная бабушка, — привыкнет. Мы своих детей с трех месяцев в детский сад отдавали. И ничего, выросли». «Да-да, — поддерживают их воспитатели-оптимисты, — такие маленькие легче привыкают».
Ты действительно, в конце концов, перестанешь плакать, и даже возможно, что эти слезы никак не отразятся на твоей судьбе. Хотя у меня на этот счет большие сомнения.
И не только у меня. «У только что родившегося младенца контакт с внешним миром существует благодаря органам чувств матери, с которой у него в первые годы жизни существует тесная симбиотическая связь. Любые отрицательные эмоции, потрясения, переживаемые матерью, воспринимаются ребенком как ее частью» (. Психопатология детского возраста. — С.-П., 2001).
«..К трем годам ребенок завершает первый цикл знакомства с человеческим миром, фиксируя свое новое социальное положение, выделяя свое Я, осознавая на соответствующем уровне свою «самость», ставя себя в позицию субъекта» (. Стадиальные характеристики социализации-индивидуализации и уровни становления личности. — М., 1998).
Это о том, что ты был и сейчас еще остаешься частью своей мамы. Сепарация - отделение тебя от мамы — начнется в районе трех лет, и важно, чтобы эмоциональное отделение предшествовало физическому, чтобы к моменту расставания с мамой ты завершил «первый цикл знакомства с человеческим миром». В три года малыш тоже плачет, потому что скучает по маме. Но он может понять, где она и когда придет, что так надо, что сегодня его заберут пораньше, а завтра будут выходные. У трехлетнего малыша существует элементарное представление о сложном многообразии этого мира.
А для тебя существует только пестрый и шумный хаос, полный непонятного и пугающего. И была в этом хаосе мама — твое главное средство общения с миром, гарант твоей безопасности и спокойствия. А теперь ее не стало. «Де мама?» — это все, что занимает тебя сейчас. Это лейтмотив твоих слез и коротких передышек между ними. И как бы ни старались чужие взрослые, они не в силах заменить тебе ее. Они чужие, поэтому им никогда не попасть в такт твоего сердцебиения, общего только с мамой.
Известнейший специалист в области детских неврозов, кандидат медицинских и доктор психологических наук ров, проанализировав большое количество случаев заболеваний неврозами у детей, пришел к выводу, что их формирование начинается очень рано, и один из важных факторов в этом процессе — раннее отделение ребенка от матери.
«В первые годы жизни дети испытывали недостаток материнского влияния. Оно вызвано частым пребыванием их в больнице, ранним помещением в ясли, воспитанием нянями, родственниками и т. д. Происходила замена матери «группой воспитывающих лиц», стремившихся в ускоренный срок развить детей» (А. И.Захаров. Неврозы у детей и психотерапия. — С.-П., 2000). Потом у этих детей обнаруживался невроз, а вначале было «индивидуально значимое психотравмирующее жизненное обстоятельство» — преждевременное расставание с мамой. Карен Хорни, известный психолог и просто умная женщина, в своих многочисленных публикациях говорит о том, что если ребенок не получил достаточно материнской любви в раннем детстве, то стойкое стремление дополучить ее во что бы то ни стало, сохраняется у человека на всю жизнь и проявляется в форме невротической потребности в любви. «Если для здорового человека важно быть любимым, уважаемым и ценимым теми людьми, которых он ценит сам или от которых он зависит, то невротическая потребность в любви является навязчивой и неразборчивой», — пишет она в одной из своих самых известных работ.
Эти навязчивость и неразборчивость происходят оттого, что человек все время подсознательно боится быть брошенным, нелюбимым, одиноким. Как это похоже на то, что ты испытываешь сейчас, малыш! Иди ко мне, посмотри, какую красивую игрушку я тебе принесла. Эта собачка умеет лаять, садиться на задние лапы и кувыркаться через голову. Смотри. Не хочешь? Я знаю, о чем ты плачешь, малыш. Сегодня я поговорю об этом с твоей мамой.
Как ты думаешь, она захочет мне поверить?..
Надежда Гарибова, психолог детского сада №79 «Садко» E-mail: *****@***ru
