Крылья Пегаса

Ролевая игра.

Крылья Пегаса.

Общая информация о мире:

Вселенная: Вселенная называется "Крылья Пегаса". В ней существует много рас, но главные две расы - Нибелунгов и Линозинцев. У Нибелунгов правитель Авагея, а у Линозинцев правитель Херик. Но помимо нашей вселенной существуют другие маленькие планеты. По всему нашему миру расположено множество лабораторий. Будет продаваться оружие. Широкая торговля, много будет воров, которые будут пытаться украсть это оружие. Нибелунги - очень старая раса, их никто еще не мог захватить. Хотя много людей и пытались. Они обладатели лучших лабораторий и лучшего оружия. Существуют разные группировки по производству этого оружия и они борются за существование. А раса Линозинцев - специалисты по зельям. Они могут с их помощью заставить каждого сделать то, что они хотят. Херик прокладывает себе дорогу для завоевания Нибелунгов и уничтожения их расы. Эти две расы не враждуют открыто, а только испытывают ненависть к друг другу. Каждая из них хочет иметь всю вселенную у себя в руках. Нибелунги создают мощнейшее оружие для взятия вселенной, а у Линозинцев существуют лучшие зелья, которые они используют для разных дел.

Время и место действия: Разгар скрытой войны между расами. У Херика есть лучший друг - Рогнар, а у Авагеи лучший друг - Арон. Херику хотелось бы заполучить хоть одно из мощнейших оружий, находящихся у Нибелунгов и для этого он посылает своего агента разузнать, что да как. Авагея не подозревает ничего, и решает послать тоже кого-нибудь для получения рецепт зелья, которое поможет стать ей сильнее навсегда.

Участники игры и их персонажи:

Лимонка. Персонаж: Авагея, правительница расы Нибелунгов. Она обладает сильной магией. Ее магия закончится, если произнесут определенные слова. Она может воскрешать мертвых, но постепенно теряет свою силу из-за этого. Ее внешность: она очень длинная, крепко сложенная. У нее сильные руки. На лице около левого глаза у нее шрам, еще с детства. У нее длинные черные волосы, узкие глаза, пухлые губы. Она темнокожая.

Некрос. Персонаж: Рогнар, правая рука Херика, его лучший друг, алхимик Первого круга. Его магия, как и магия Херика, основана на зельях. Его внешность: он высок, но худ. У него чёрные с небольшой сединой по бокам волосы (хотя он не стар – эти седые волосы остались у него с детства, когда он видел своими глазами смерть своих родителей). Он всегда носит плащ, чёрный, но отливающий фиолетовым. На поясе и на перевязи, идущей через плечо и грудь, много разных кармашков, в которых всегда хранятся верные зелья. У него смуглое лицо с густыми вечно хмурыми бровями, пронзительные зелёные глаза.

Глава 1

Necros:

Рогнар сидел за общим столом в Высшем зале Алхимии и размышлял. Он был один. Доступ к этому месту был только у ближайшего окружения Херика. В том числе и у Рогнара. Это неудивительно - здесь создавались - он всегда предпочитал это слово неблагозвучному "варились" - зелья Первого Круга. Эти зелья были невероятно мощны. Тут были даже те самые напитки, которые обеспечивали жизнь Херику...

Алхимик вытянул руку и заставил одну из склянок перевернуться над ближнем к нему котлом. Несколько капель ядовито-зелёной жидкости капнуло в зелье, и оно изменило цвет из оранжевого на такой же зелёный. Он улыбнулся. Зелье Черной земли было уже почти готово. Одно из самых мощных зелий, которых ему приходилось готовить, будет завершено максимум через неделю. И тогда начнётся его миссия...

Рогнар снова задумался, закрыл глаза. Потом, как будто вспомнив о чём-то, встал и направился к двери. Через пару минут сюда явится Моред, чтобы сменить его, а ему ещё много предстояло сделать. Закрыв за собой дверь он оглянулся, но напарник, похоже, запаздывал. Он обернулся, вынул маленькую склянку с фиолетовой жидкостью и раздавил её об дверь. В ту же секунду жидкость расползлась по всей двери, стала матовой, а затем, вдруг, прозрачной. Осколки склянки исчезли.

Довольно стандартное зелье Третьего Круга - вобщем-то оно было излишним - здесь, в Первой лаборатории, в самом охраняемом здании Линозинских земель, все тайны Первого Круга были в полной безопасности, но речь всё же шла о Высшем зале Алхимии. Рогнар осмотрел дверь, повернулся, оставшись довольным результатом, и направился дальше.

Лимонка:

Авагея сидела в зале и смотрела на солнечного зайчика, которого она еще с детства не могла никогда поймать. Она думала, что ей подчиняется столько людей, а она не может подчинить какой-то лучик света. Она думала, зачем тут сидит, зачем она стала всем этим заниматься, но от ее размышлений отвлек ее друг Арон, который с детства был её другом. Она любила его, и он знал об этом. Она начала возвращаться в реальность и услышала: "...мы должны что-то предпринять, это же важнее всего, что мы когда-то делали и создавали. Мы должны заставить его продолжать разрабатывать это оружие”. "Так заставь" - сказала Авагея и лениво махнула рукой – знак того, что хватит. Но Арон не остановился, он еще пуще разозлился на нее и сказал: "Кто управляет всем, я или ты? Мне надоело этим заниматься!". Авагее начало постепенно это надоедать, она сказала: "Разве ты не можешь подчинить себе Лемнона?" Но тут в их разговор вмешался Клек, маленький гном, служащий еще со времен отца Авагеи верой и правдой их семье, "Госпожа, о ужас, о ужас: там все пылает ярким огнем, что делать?" Услышав это, Авагея и Арон вскочили и побежали в подвал, не закрыв за собой дверь.

Necros:

Подвалы пылали. Всё как и задумывалось. Рогнар, притаившись, ждал, когда вниз спустится кто-нибудь из окружения Авагеи. Долго ждать ему не пришлось, но каково же было его удивление, когда вниз спустилась сама королева! Скрываемой тьмой, Рогнар быстро пробрался мимо вошедших и бросился наверх. Петляя мимо кордонов стражи, лазутчик пробирался вверх, к покоям королевы, молясь, чтобы зелье Тёмной ауры подействовало так, как надо. Уже близко к двери Рогнар заметил пару людей в белых одеждах, направляющихся к, о радость, открытой двери. Но они будут там раньше него! Не бывать этому! Рогнар достал из маленькой сумки на ремне склянку, в которой, казалось, была всего одна капля жидкости. Он раздавил стекляшку в руке, и вдруг материя пространства дрогнула. Картинка в глазах вдруг стала нечёткой, движения стражей стали медленными и тягучими. Всё вокруг будто сковало какой-то вязкой субстанцией... Временем... Лишь Рогнар двигался как и раньше. Теперь он успел-таки пробраться в ту самую комнату и закрыть дверь.

Он находился в просторном зале, залитом ровным светом. В центре, ближе к окну стоял широкий стол. По бокам быть несколько диванов и ещё пару дверей. Лазутчик понимал, что сейчас стоит запечатать их, но он также знал, что Авагея почувствовала его присутствие, ведь даже Аура Второго Круга не способна обмануть великую Королеву. Поэтому он должен был выполнить свою миссию, а потом... Рогнар встряхнул головой и вынул из сумки довольно большую колбу, внутри которой плескалось что-то иссиня-черное. То самое. Зелье Чёрной земли. Человек дышал глубоко и неровно. Протянул руку и открыл колбу. Почти полгода кропотливой работы было налито в эту колбу, жизни нескольких его друзей... Он закрыл глаза, снова открыл и резко перевернул колбу. Густая и абсолютно чёрная, будто поглощающая свет жидкость, пролилась прямо на белоснежный пол. Пролилась и начала просачиваться внутрь. Пока жидкость исчезала, Рогнар растёр колбу в порошок. Наконец, пятна на полу больше не стало. И в то же самое мгновение дверь сзади отворилась. Лазутчик обернулся и увидел своими глазами, как фиолетовая пелена времени обволакивает величественную фигуру вошедшей Королевы.

Лимонка:

"Какая же это страшная боль, как можно так мучить человека" - об этом думала Авагея, спускаясь вниз по ступенькам в подвал. Ей было плохо, её всю ломало, колотило, она чувствовала, что что-то не так, но не знала что. Перебирала в мыслях, что же могло произойти, но не находила ответа на многочисленные вопросы. Она старалась не думать о них, но последнее время они тревожили ее сознание больше всего. Не заметив ступеньку, она споткнулась и опомнилась. В подвале было много людей, все суетились, бегали, кричали. Она не могла это терпеть, ей было плохо, ей казалось, что вот-вот и она упадет на мраморный пол. Авагея отдала приказания стражникам, чтобы они не пропускали суда никого, и подошла к Арону. Он был вне себя от ярости, она думала, что подойди она хоть на чуток к нему поближе, он бы прожег ее взглядом. Но ее это не остановило. Она не боялась его чар, она знала - он не причинит ей зла. Арон повернулся к ней, и чувствовалось, как сердце Авагеи запылало огнем. Она боялась, первый раз в жизни боялась. Его слов, его взгляда. Она не знала, чего ей ожидать. Но Арон спокойным и невозмутимым тоном сообщил ей, что в замок пробрался человек Херика. "О Боже", - вскрикнула Авагея, вспомнив, что забыла закрыть дверь. "Мне надо идти", - сказала она таким же невозмутимым тоном, как это делал Арон. Она повернулась и побежала, несмотря на удивленный взгляд Арона. Она бежала, мысленно успокаивая себя, говоря, что все хорошо, что Арон мог ошибиться, и никого постороннего в замке нет, но она знала, что ошибиться Арон не мог. Подходя к двери, Авагея почувствовала сильнейший жар внутри. Она переборола себя и открыла дверь. Голова перестала болеть, ее наоборот закружило. Ей казалось, что она переместилась опять в ту беззаботную обстановку детства. Вот и папа рассказывает ей о жизни ее предков. Ей так интересно было его слушать. Она закрывала глаза, ложилась к нему на колени и слушала. Его бархатный голос запомнился ей на всю жизнь. Она любила его и сейчас, стоя в дверях зала и не понимая, что происходит. Она была готова отрубить голову каждому, кто бы прикоснулся к ее отцу. Наконец она поняла, что в этот момент она не может двигаться - ее тело стало каким-то тяжелым. "Что происходит?" - спросила она себя, но слова отозвались только эхом в ее сердце.

Авагея увидела человека в черном плаще. Она не могла хорошо его рассмотреть - мешал фиолетовый дым. Она крикнула: "кто ты?" И хотела подбежать к нему, но не могла: ее ноги не двигались.

Necros:

Рогнар смотрел на фигуру в дверях. Сама Авагея. Королева Нибелунгов. Она стояла сейчас, скованная его зельем... Немногие Линозинцы смели мечтать о таком. Он инстинктивно потянулся к ремню, перевязанному поперёк груди, где хранились все боевые зелья, как вдруг зазвучал голос Королевы. "Кто ты?" - раздался тягучий, скованный вязким воздухом возглас. Но в нём было столько боли и отчаяния... Рогнар посмотрел на Авагею внимательнее и понял, что правительница больна. Вся её фигура выражала боль, хотя всё же выглядела величественно.

Сам не осознавая своих действий, лазутчик опустил руки и внезапно дрогнувшим голосом произнёс:

- Я Рогнар, правая рука Херика, алхимик Первого круга. А ты ведь сама королева Авагея, верно?.. - не было нужды задавать этот вопрос, но он не мог поступить иначе и ожидал ответ.

Лимонка:

Авагея не знала, что ей делать; она ждала ответа и боялась его. Она догадывалась, что это был кто-то из помощников Херика, но не ожидала такого. Она видела, как рука врага опустилась и голос, не похожий ни на какой другой голос, какой она когда-либо слышала, произнес: "Я Рогнар, правая рука Херика, алхимик Первого круга. А ты ведь сама королева Авагея, верно?" Авагея удивилась этому вопросу - как он мог спросить у нее такое, но это не так на нее подействовало, как слово "Херик". При его имени у нее сразу начинала кружиться голова, ей неприятно слышать это слово, она чувствует боль. Но сейчас она понимала - ей надо вытерпеть, но вдруг она вспомнила слова отца: "Никогда не разговаривай ни с кем из линозинцев - это принесет тебе смерть!" И Авагея, понимая это, сказала непривычным для нее голосом: "Да, это я. Я Королева Нибелунгов, и как ты, ты, правая рука Херика, моего злейшего врага, посмел зайти в секретный зал?" Произнося это, она чувствовала ненависть к себе, потому что никогда еще она не унижалась до такого.

Necros:

Тягучие миллисекунды проплывали мимо в фиолетовой дымке. Ответ Авагеи как-то странно подействовал на Рогнара. Она говорила это величественно, но в каждом слове слышалась оглушительная боль... Вот она, сама Королева, их злейший враг стоит перед ним, скованная самим временем, незащищённая... В голове что-то помутилось, он вспомнил всё, что ему говорили о ней, вспомнил, ради чего он живёт, ради чего живёт Херик, его лучший друг. Его рука снова потянулась к ремню на поясе и вынула склянку со Взрывающимся зельем Третьего круга - этого хватило бы, чтобы разнести пол-зала. Он уже замахнулся, но... Но в эту секунду с головы Авагеи упал капюшон. И взглянул прямо в её глаза. Такие бездонные, такие усталые... Молнией Рогнара поразила мысль: "Королева смертельно больна!.." Рука с зажатой в ней экзистенцией смерти остановилась. Потянулись длинные миллисекунды...

Вдруг он услышал приглушённые голоса. Увидел, как дымка подёрнулась - её пытались разорвать. Разум алхимика вдруг прояснился, но лишь на мгновение. Но целое мгновение он знал, что не убьёт эту женщину. Он вернул склянку на место. Прозвучал его нетвёрдый голос:

- Королева Нибелунгов... Авагея... Вы ведь, умираете, верно?..

Лимонка:

Авагея ожидала ответ Рогнара с нетерпением. Ей хотелось, чтобы это все закончилось побыстрее, ей хотелось улететь отсюда, но она не могла. Она знала, что от этого разговора зависит не только ее жизнь, но и жизнь всех Нибелунгов. И вдруг она видит, как рука Рогнара потянулась к ремню на поясе, и он вынул склянку с каким-то зельем. Она никогда не видела это зелье и из-за этого она чувствовала свою беспомощность перед этим человеком. Но вдруг произошло неизбежное: с ее головы упал капюшон. В эту секунду Авагея хотела отрубить голову Рогнару, но не могла: она не могла, даже пошевелить пальцами рук. Она взглянула внимательно в глаза врага, и ей стало больно за все прожитые годы, ее сердце выло. Она предала отца. Он же доверял ей, а она стоит сейчас и не может ничего предпринять, даже для защиты себя самой. Прошло совсем немного времени, прежде чем она услышала голоса: Арона и его помощников. Ее это не радовало - как она могла не справиться с другом своего злейшего врага. Для нее это был сильнейший удар. Через приглушенные голоса она услышала нетвердый, но настойчивый вопрос: "Королева Нибелунгов… Авагея... Вы ведь, умираете, верно?" Она не знала, что ответить на этот дерзкий вопрос. Она сама не знала этого, она никому не могла сказать о своих проблемах, даже Арону. Она, не думая, одела свой капюшон и сказала: "Иди, но передай своему другу: пускай ждет гостей!" И скрылась во внезапно наставшей темноте.

Necros:

Алхимик стоял, потрясённый. Эта женщина… Она действительно умирает… Он знал эту болезнь. Слишком хорошо. Несколько секунд он стоял, глядя в одну точку. Вдруг он встрепенулся и осознал, что фиолетовая паутина времени больше не защищает его. Надо было торопиться. Он с силой отогнал воспоминания и двинулся к окну – единственному неохраняемому выходу из этого зала. Но, проходя мимо стола в центре зала, он остановился. Опять эти воспоминания… Он нахмурился, встряхнул головой, но лица его родителей всё ещё стояли перед глазами. Нет… Нет! Он просто не может дать этой женщине умереть, не может!.. Он знал, что поступает так, как не поступил бы никто из линозинцев. Что за такое его могли бы и казнить… Но он просто не мог уйти вот так.

Рогнар подошёл к столу. Вынул из сумки на поясе склянку с ярко-зелёным зельем. Посмотрел на неё пару секунд. Поставил на стол. Вынул пустую колбу и огляделся. Он напряг зрение, примешивая к этому инстинктивную магию. Вот оно. Совсем недалеко от входной двери он увидел небольшие пятна фиолетовой дымки. Он быстро подбежал к ним и набрал стремительно исчезавшую дымку в колбу. Он побежал обратно, попутно услышав множество голосов, направляющихся сюда. Значит, Авагея не задержала их. Или не смогла. Он подбежал к столу и поднёс вынутую на ходу склянку с какой-то серой мигающей массой к колбе. И вдруг резким движением он соединил их. Серая масса быстро подтянулась к дымке и поглотила её. Рогнар успокоился – так и должно было быть. Он разъединил сосуды и поднёс колбу с серой массой с зелёному зелью на столе. Затем алхимик перевернул колбу, и серая масса упала прямо на зелье, обволокла его, и вдруг склянка с зельем пропала. Стол был абсолютно пуст, не считая пачки чистого пергамента и пары перьев. Рогнар на секунду закрыл глаза и ветер со лба пот. Всё правильно. Теперь то зелье невидимо для всех, кроме Авагеи. На дымке, которую он собрал, остались следы её мыслей, и, соединившись с зельем Тёмной ауры, она стала настроенной на Авагею. Теперь… Он взял перо и быстро черканул на пергаменте несколько строк. Поставив точку, он прочитал написанное. "Королева Авагея. Вы умираете, не отрицайте это. Мне известна ваша болезнь. Единственное лекарство – зелье, лежащее на столе. Примите его в полночь этой же ночью. Верить ли мне – ваш выбор, и я надеюсь, вы поступите правильно". Она не поверит. Но его совесть чиста. Но всё же… Он дописал размашисто: "Ваш отец гордился бы вами".

Рогнар быстро положил перо на место, а пергамент – сверху стопки. Взял колбу с остатками зелья Тёмной ауры и капнул немного на пергамент. Буквы исчезли. Вдруг сзади послышался шум, совсем рядом. Нельзя оставаться здесь ни секунды. Рогнар побежал к окну, захватив пустые склянки. По пути он растёр их в порошок, как и многие другие, и достал из сумки ещё одно зелье. Это было абсолютно белое. Рогнар услышал, как сзади ворвались стражники. А с ними и Арон. Алхимик резко прыгнул вперёд, прямо на окно, разбив его своим телом.

Уже в полёте он увидел как в том месте, где он находился секунду назад разверзлось пламя, расплавляю и камень, и воздух. Приближаясь к земле, он поднёс склянку с белым зельем ко рту и выпил содержимое. Мучительно протянулось пару секунд, и вдруг спину будто разорвало в клочья. Но уже в следующую секунду он наслаждался столь пьянящим и столь желанным чувством полёта…

* * *

Лимонка:

Авагея исчезла из большого зала, но ей хотелось исчезнуть из этой жизни. Больше не видеть никого. Она чувствовала боль, пожирающую ее изнутри. Она знала, что если не предпримет какие-нибудь действия, то больше не останется прежней Авагеей, Королевой Нибелунгов. Она очутилась в подземелье: только тут она могла принимать для нее важные решения, однако сейчас она надеялась кого-нибудь тут увидеть. Но в подземелье она была одна. "Наверное, все пошли помогать мне" - подумала она и села на стул, стоящий у камина. Она начала внимательно смотреть на огонь, только он спасал ее от боли, но сейчас даже огонь был бессилен. Отвернувшись от огня, она думала о прошедшей встрече. "Откуда этот человек знал, что она больна? Неужели и он когда-то испытывал эту боль?" - задавая себе эти вопросы и не находя ответы, она все больше погружалась в думы. Опять вспомнился отец, его слова, отгоняя их Авагея, опустилась на колени, она была беспомощна, как младенец. Но, из последних сил она собрала свою волю в кулак и встала. Ей надо было идти в зал, успокоить всех. Поднимаясь по ступенькам, она слышала громкие крики Арона: "Его нигде нет. Ищите еще!" Авагея зашла в зал. В зале было много людей. Все они бегали, суетились. От этого всего у Авагеи опять заболела голова, похлопав в ладоши, все они исчезли, кроме Арона. Арон, взглянув на то, что произошло, сразу умолк и повернулся к двери. Авагея стояла у двери, и ей хотелось, как раньше в детстве, подбежать к Арону, схватить за мочку уха и потрепать его по голове. Она подошла к нему и прислонилась к его горячему лбу. Он весь горел. Авагею чуть ли не обожгло внутренним пламенем Арона. "Что произошло, Авагея?" - спросил Арон, взволнованным голосом. "Ничего Арон, приходил друг Херика, но сразу же ушел" - сказала спокойно Авагея. "Как ушел и, что он сказал?" - еще пуще прежнего раскричался Арон. "Он сказал, что его послал Херик, чтобы предупредить, что на нас надвигаются противники" - сказала Авагея и сразу же умолкла. Она не любила врать, но эта ложь пойдет во благо всем. Арон не поверил ей, но ничего не стал спрашивать, он просто погладил ее по голове, улыбнулся как-то грустно ей. И ушел. Авагея осталась опять одна. Она любила одиночество, еще с детства привыкла к нему. Она подошла к столу села за свой стол и посмотрела на окно. Оно почему-то было открыто. Улыбнувшись, она сказала: "Рогнар... он ушел, но зачем он приходил, что хотел сделать? Скорее всего, украсть оружие, но почему же оно на месте?" Вдруг ее взгляд упал на пергамент, лежащий на столе. "Откуда это?" - удивленно воскликнула она. Рядом с пергаментом стояла маленькая склянка, в ней бурлили какая - то жидкость. Авагея взяла пергамент, прочитав странное письмо, она подумала: "Это шифровка. Никто кроме меня не может это прочитать". Она сжала письмо в кулаке, и оно превратилось в порошок. Теперь она взяла склянку, все еще бурлившую и теплую. Посмотрев на нее внимательно, она поняла, что это что-то новое, потому что такого она никогда не видела. Авагея закрыла глаза и стала размышлять: "Если это отрава, то я умру, если нет, то выживу. Зачем же он оставил его мне, ведь он друг моего злейшего врага, неужели он почувствовал мою боль? И, что мне делать ведь, если я умру, кто будет управлять всем этим? Нет… Я выпью ровно в полночь. Потому, что так жить я больше не могу". Подержав в руках склянку, она положила ее во внутренний карман плаща. После этого она пошла в свои покои, чтобы проведать своего пса Калистуса. Калистус лежал спокойно около кровати хозяйки, а когда Авагея пришла, он подбежал к ней и начал лизать ее руку. Она потрепала Калистуса по его шерстке и прилегла, думая о происходящих в ее жизни событиях. И незаметно для себя уснула. Ей снилось, что она бежит по пустыне и ищет своего пса, но его нигде нет. Вдруг она слышит лай и вместо пса выходит Рогнар, который улыбается ей. Она подбегает к нему, кричит, но он, как будто не слыша ее, продолжает улыбаться. Она достает свой кинжал и хочет убить Рогнара, но вдруг она падает сама… Проснулась Авагея от лая Калистуса - он чувствовал что-то на часах было без пяти 12. Поцеловав его в шею, Авагея достала склянку с волшебным зельем и, не думая, выпила его залпом. Вдруг она стала задыхаться и упала на кровать под громкий лай пса. Проснувшись утром, она увидела, что рядом сидел Арон. Он смотрел на нее и глаза его выражали жалость. Увидев, что она проснулась, он спросил: "Как ты? Я пришел, потому что Калистус прибежал ко мне!" Авагея почувствовала, что не может встать. Ей тяжело, как будто на ней лежит глыба камней. Она произнесла тихо: «Все хорошо Арон, оставь меня". Арон покинул ее, и она почувствовала, как ее тело начало гореть. Она чувствовала жар, а через несколько минут ужасный холод. И вдруг все прекратилось. Ей хотелось лететь, бежать. Она быстро встала с постели накинула плед и побежала через большой зал, потом по лестнице, ведущей на улицу. Выбежав, она закричала. Она кричала долго. Все, что копилось в ее душе, все эти годы находились в этом крике. Повернувшись назад, она увидела несколько людей, бежавших к ней. Вдруг она вспомнила, что не одета и стукнула в ладоши. Люди исчезли. И теперь она поняла, что Рогнар, друг ее врага, помог ей. "Мне надо срочно с ним встретиться" - подумала она и побежала в большой зал. Взяв чистый пергамент со стола, она черкнула пару строк: "Рогнар мне надо с тобой встретиться срочно! Если ты согласен, то приходи в Черный лес. Я буду ждать тебя около озера этой ночью в полночь. Авагея." Написав это, она подозвала Калистуса к себе и сказала: "Отдай это письмо Рогнару, только Рогнару". После этого пес выбежал из замка. Авагея посмотрела в окно на удаляющуюся собаку и вздохнула.

Necros:

Оба Солнца совершали свой путь по небосклону, заливая планету ярким и ровным светом. Рогнар стоял у огромного окна и смотрел вдаль. Линозинские земли… Величественные замки, громадные лаборатории, огромный Центр Торговли. Сотни мелких храмов и домов. Линозинские земли обширны, но всё же не сравнятся с землями Нибелунгов… Нибелунгов… Авагея… Рогнар встряхнул головой и отвернулся от окна. Его мысли всё ещё возвращались к тому дню. Он видел перед глазами те измученные глаза, и ему представали картины из прошлого. Он всё ещё возвращался к тому, что он сделал. Прав ли он был?.. Алхимик Первого круга, правая рука самого Херика, обладатель доступа к Высшему залу Алхимии, линозинец, уничтоживший за свою жизнь сотни нибелунгов, своими собственными руками использовавший зелье Чёрной Земли в самом сердце королевства Нибелунгов, не мог ответить на этот вопрос. Он ухмыльнулся. Но лишь на пару секунд. Снова нахмурился и зашагал прочь из своих покоев.

Он вышел наружу и пошёл по направлению к лесу. На многие километры вокруг он был один. Вдруг невдалеке он заметил низкую тень, несущуюся прямо к нему. Он напрягся. Вскоре выяснилось, что тенью оказалась большая красивая собака. Она стремительно приближалась, и алхимик вынул стандартную пару склянок – зелье Щита Четвёртого круга и зелье Яда Пятого круга – этого хватило бы для такой собаки с головой. Но, казалось, собака и не думала нападать. Она уселась невдалеке и стала вилять хвостом. В зубах у неё что-то белело. Рогнар нахмурился, но инстинкты молчали, разум говорил, что никакого подвоха и быть не может – это было бы слишком абсурдно. Он осторожно подошёл к собаке. Та положила то, что было у неё в зубах на землю, негромко тявкнула и удалилась. Удивлённо хмыкнув, линозинец спрятал зелья и поднял с земли это что-то, оказавшееся помятым куском пергамента. Тогда он был лишь немного удивлён, но, взглянув мельком на подпись, что-то внутри перевернулось и все остатки удивления исчезли. На него снова навалилось всё это – предыдущий день, отчёт Херику, воспоминания… Он прочитал письмо, где сама Авагея приглашала его на встречу. Первой его мыслью была "Это ловушка", но он отбросил её. Он просто не хотел верить, что что-то пошло не так, что она не выпила зелье. И он понял, что о чём бы он сейчас не думал, сегодня в полночь он будет стоять у озера.

Время пролетело немыслимо быстро. Будто минуту назад он ещё перечитывал письмо, а уже сейчас пробирается сквозь чащу к озеру на встречу со злейшим врагом его повелителя. Правильно ли он поступает? Рогнар уже и не пытался ответить на этот вопрос. Просто он знал, что сегодня он увидит Авагею. И узнает, сделала ли она правильный выбор. Раздвинув последнюю ветку, он вышел на красивую, залитую лунным светом поляну. Кромка озера была спокойна и отливала ровным белым свечением. А рядом… Будто из тени на поляне появилась сама Королева Нибелунгов. Одна. Рогнар вдохнул глубже и сделал шаг вперёд. В темноте на мгновение блеснули глаза Авагеи, и огромная тяжесть на сердце алхимика канула в бездну. Королева сделал правильный выбор.

- Авагея, вы хотели видеть меня? – услышал Рогнар собственный голос. Его мысли были далеко, но он заставил себя собраться и взглянуть на ту, которую он стремился уничтожить всю свою сознательную жизнь до вчерашнего дня.

Лимонка:

Пока Авагея шла на встречу в ее голове кружились разные мысли. Она не знала точно, что будет на этой встрече, но понимала, что разговор будет тяжелый. Пробираясь сквозь заросли Авагея увидела лунный свет на поляне. И сразу поняла, что он предвещает хорошее. Выйдя на поляну, она увидела Рогнара, который стоял рядом с озером. Через секунду он спросил ее: "Авагея вы хотели видеть меня?" Подойдя к нему, она ответила: "Да... Рогнар я хотела тебя видеть. Меня мучает вопрос: Зачем ты спас меня вчера? Ведь ты же мой враг", - сказав это, Авагея посмотрела ожидающим взглядом на Рогнара.

Necros:

Рогнар знал, что Авагея спросит его об этом. Но он не знал ответа на этот вопрос. Королева даже и не подозревала, насколько этот вопрос терзал его самого...

- Я... Я просто не мог поступить иначе. Я знаю, что это за болезнь. Слишком хорошо знаю. И я не мог допустить, чтобы ты умерла такой смертью. Наши предки сражались друг с другом тысячи лет, и эта война не должна была бы закончится вот так...

Он посмотрел ей прямо в глаза. И вдруг... Он вспомнил то чёрное, вбирающее свет зелье, просачивающееся прямо в белый мрамор, вспомнил все ужасные моменты его создания, вспомнил смерти его товарищей, которые были неосторожны при создании этой экзистенции смерти, вспомнил...

- Авагея! Вы... Вы не должны возвращаться в замок.

Рогнар больше не мог смотреть в эти светлые, чистые глаза, так непохожие на то, что он видел днём раньше. Он отвёл взгляд.

Лимонка:

Авагея слушала внимательно Рогнара. Она знала, что происходившее с ней сейчас не поймет никто. Она знала, что Арон может ее возненавидеть за это. Но ей было все равно, главное, что происходит сейчас, в эту минуту и ее больше ничего не волновало. Она хотела заглянуть в душу алхимика. Ей хотелось узнать больше о том, что произошло в эти минуты в его душе. Но она не могла, ей пришлось терпеть. Последние слова, сказанные Рогнаром, удивили ее пуще прежнего. Она взяла его руку и крепко сжала ее и сказала: "Почему ты так говоришь?" - сказав это, она попыталась еще раз заглянуть в его мысли. Но это у нее не получилось.

Necros:

Рогнар смотрел на тихую гладь озера, не в силах взглянуть Авагее в глаза. "Почему ты так говоришь?" - прозвучал в тишине её голос. Он знал, что она спросит. И это было ему тяжелее всего. В его душе велась жестокая война. Он закрыл глаза. И произнёс:

- Я не могу сказать тебе. Не спрашивай меня об этом. Просто ты находишься в большой опасности.

Он высвободил свою руку и отошел от Авагеи. Он вдруг осознал, что он практически совершает предательство. Он своими руками разрушает всё, за что отдавали жизнь его товарищи. Он нарушает доверие Херика.

Но он не мог поступать по-другому.

Лимонка:

Авагея смотрела на Рогнара и ее сердце разрывалось на части. Она знала, что каждый из них испытывает душевную боль и страдания. Но ей надо было знать все. Ей не нравилась определенность, и ответ Рогнара ей тоже не понравился. Ей хотелось бежать, бежать далеко, чтобы больше никогда никого не видеть. Не видеть себя в первую очередь. Вылететь из своего тела навсегда и порхать по этому миру свободной птицей. Но при всем ее могуществе этого сделать она не могла, и от своего бессилия ей становилось еще хуже. Авагея приучила себя всегда оставаться хладнокровной еще с детства, но сейчас она вела себя, как глупый ребенок. первый раз в ее голове кружилось столько разных мыслей, но в то же время ни одна из этих мыслей не может помочь ей. Вдруг она собрала всю свою оставшуюся силу в кулак и сказала: "Я не могу бросить свой народ! Они верят в меня, и я их не подведу!" Она произнесла это так громко и отчетливо, что сама удивилась. "Нам придется забыть все, что здесь произошло для того, чтобы выжить в этой жестокой войне" - произнесла с горечью Авагея.

Necros:

Эти слова будто стеганули Рогнара по лицу. Он быстро обернулся и встретился с ней взглядом. Она оказалась сильнее него... Сейчас он видел перед собой настоящую Королеву своего народа. Он видел перед собой ту самую Авагею, которую так хотел уничтожить Херик. От неё исходило мягкое свечение, её энергия струилась вокруг, опутывая ветки деревьев. Сейчас она выглядела невероятно величественно.

Алхимик не знал, что сказать Авагее. Он и не хотел ничего говорить. Но она ждала от него ответа.

- Больше всего на свете я хотел бы забыть всё это. Но я никогда не смогу это сделать. Эти два дня изменили мой мир. Но я не предам и свой народ, Королева Нибелунгов, хотя я уже почти сделал это. Я лишь скажу, что у вас мало времени. Вы должны действовать, Авагея, и действовать быстро. Тучи сгущаются. Даже ваша магия не сможет защищать вас вечно. И если вы не послушаетесь своей магии и своего сердца, мы победим. Помните это.

Рогнар быстрым движением вынул склянку с каким-то блестящим веществом, отрыл её зубами и резко выплеснул содержимое прямо на поверхность озера. Она засветилась ярким светом и резко померкла. Алхимик вошёл прямо в воду, поверхность вокруг заискрилась. Он пошёл дальше, и когда вода поглотила уже половину его туловища, он обернулся и сказал:

- Прощайте, Королева Авагея, Правительница земель Нибелунгов и злейший враг моего повелителя. Вы пошатнули мой мир. Вы навсегда останетесь в моей памяти.

Он посмотрел на неё, ожидая её последних слов.

Лимонка:

Авагея стояла около озера сама не своя. Еще никогда она не испытывала столь жгущее чувство беззащитности. Ей казалось, что пройдет всего каких-то несколько минут и она умрет. Услышав слова Рогнара, Авагея хотела достать свой фамильный кинжал и вонзить его прямо себе в сердце. Эту боль она больше не могла терпеть, но она осталась стоять неподвижно, как и стояла. Когда Алхимик вошел в воду Авагея, как-будто опомнилась от долгого сна. Она сделала шаг вперед, улыбнулась и сказала: "Рогнар, я сожалею о том, что происходит между нашими народами! Но, то, что вы сделали для меня, я никогда не забуду! Прощайте, быть может навсегда".

Necros:

Улыбка Авагеи заставила Рогнара застыть на месте и снова пристально вглядеться в её лицо. Прошло несколько томительных секунд, и алхимик улыбнулся в ответ.

- Прощайте, Авагея. - сказал он грустно. Повернулся и скрылся в воде. Вверх взметнулось несколько искр и маленькая звёздочка, долетевшая до неба и погаснувшая.

* * *

Рогнар лежал на своей кровати и глядел в потолок, когда Моред зашёл к нему и сообщил, что его звал к себе Херик. Рогнар быстро встал, на лбу его выступили капельки пота. Он сказал другу, что скоро явится к Херику, и Моред ушёл, закрыв за собой дверь. "Нет, Херик не мог ни о чём догадаться… Я должен успокоиться, нельзя выдать себя…" – такие мысли проносились в его голове, сменяя друг друга, пока он готовился к встрече. Вдруг он остановился и осознал нечто, что заставило его содрогнуться. Он был преступником в собственном родном доме. Он как огня боялся лучшего друга. Что с ним? Что происходит? Рогнар усилием воли заставил себя успокоиться и мыслить логически. Он ведёт себя просто глупо. Он, Алхимик Первого круга, шарахается от каждой тени. Как так можно? Это пора прекращать. Никто не сможет ничего сделать с ним, пока он сам этого не захочет. Кроме… Кроме Херика. Нет, он доверял своему другу, но он знал истинные размеры его ненависти к Авагее, хотя и не был уверен, что правильно знает причины. Но всё же бояться глупо. Рогнар полностью успокоил себя и пошёл на встречу со старым другом, которая могла оказаться последней встречей в его жизни.

Правитель Линозинцев сидел в кресле перед камином, когда Рогнар постучался к нему. Херик молча протянул руку к двери, и та стремительно открылась. Алхимик вошёл в просторный зал, который служил Херику и спальней, и кабинетом. "Садись, старый друг" – произнёс Херик глухим тихим голосом. Рогнар сел напротив него и посмотрел в чёрные глаза Повелителя. Они глядели друг на друга пару минут. Первым заговорил Херик:

- Расскажи мне о той мисси снова, Рогнар. Я хочу услышать каждую деталь.

Рогнар немного помолчал.

- Как я и говорил тебе, начало плана полностью соответствовали инструкциям. Используя зелье Тёмной ауры, я пробрался в подвалы и устроил пожар. Вниз сбежались люди, в том числе Арон и сама Королева. Я прокрался мимо них и побежал наверх. Тёмная ауры скрывала меня, однако вверху дверь оказалась открытой, и к ней подходили люди. Они могли задержаться там, а мне было дорого время, поэтому мне пришлось применить зелье Паутины Времени Второго круга. Я не получал на это разрешение, я понимаю, что это могло вызвать помехи в работе зелья Чёрной земли, но у меня не было другого выбора. Затем я зашёл в главный зал. Там никого не было, поэтому с применением зелья не было никаких осложнений. Всё прошло так, как ты и предполагал. Зелье Чёрной земли было использовано в центре главного зала дворца Нибелунгов. После этого в комнату ворвались Нибелунги и мне пришлось убегать через окно, использовав зелье Крыльев Пегаса Третьего круга. Именно поэтому я и не смог похитить у них никаких сильных оружий, но основная задача была выполнена успешно.

В продолжение всего монолога Рогнар смотрел в чёрные глаза Херика. Он ни разу не отвёл глаза, ни разу не моргнул. Его Повелитель так же неотрывно смотрел в его глаза.

- Почему ты не использовал зелье Крыльев Пегаса Первого круга? Тебе выдано было разрешение, мы выяснили, что оно не влияет на зелье Чёрной земли, это помогло бы тебе разобраться с преследователями, заодно ты похитил бы новые образцы их оружия, ты мог сделать это прямо в воздухе, наконец. Почему?

- Я не хотел привлекать внимание к той комнате – Авагея могла бы с помощью магии обнаружить ростки Чёрной земли, что недопустимо. Да и тем более, зелья Крыльев Пегаса Первого и Третьего кругов несовместимы, а мне… - Рогнар впервые за время беседы отвёл глаза и посмотрел на огонь в камине, - А мне так хотелось вновь испытать то самое чувство свободы…

Алхимик снова взглянул своему Повелителю в глаза. Отчасти он говорил чистую правду. Но всё же основную причину он скрыл. Как и основную часть своего рассказа. Это зелье могло бы уничтожить этот зал до основания вместе со столом, на котором лежал его подарок Правительнице Нибелунгов, оно могло бы уничтожить людей внутри, могло бы уничтожить и Авагею, если бы она вернулась в зал… Оно принесло бы слишком много несчастья, а он тогда, поглощенный воспоминаниями о прошлом, не был в состоянии убивать кого-то. Тем более того, кому он только что спас жизнь.

Но Херик поверил ему, потому что и ему было знакомо то чувство свободы. Когда-то давно… Но такое не забывается.

Повелитель устало закрыл глаза и замолчал. Пауза затягивалась, казалось, оба ушли в себя, в глубины своих воспоминаний. Вдруг Рогнар встрепенулся:

- Но ты ведь позвал меня не только за этим. Что случилось?

Херик открыл глаза и посмотрел на него внимательно.

- Ничего такого особенного, но до меня доходят тревожные слухи. Мои доверенные шпионы рассказали, что недавно Авагея была больна, сильно больна… Но уже вчера, как раз после завершения твоей миссии, она вылечилась. За одну ночь. Как ты думаешь, как могло такое случиться?

- Ты подозреваешь меня? - с вызовом спросил Рогнар, смело глядя прямо в чёрную бездну глаз Херика.

Они долго смотрели друг на друга и молчали. Наконец, Повелитель линозинцев закрыл глаза и ответил:

- Нет, друг мой. Думаю, что нет.

Оба снова замолчали. Вдруг Рогнару на ум пришёл один вопрос, на который он сам не знал, какой хотел бы получить ответ:

- А как же зелье Чёрной земли? Оно уже начало действовать? Вы можете контролировать Нибелунгов?

- Пока ещё нет, но это не должно настораживать тебя, ты же лучше всех знаешь его свойства. Сначала несколько дней будет распространяться странная "болезнь". Позже самые слабые – гномы-уборщики в этой комнате, гномы с кухни, приносящие Авагее еду, – начнут терять свой разум, впуская туда мой. А затем настанет очередь и Нибелунгов. А дальше… - Херик нехорошо улыбнулся, - Оно будет пожирать всё новое и новое пространство вокруг себя, захватывая замок, его окрестности, весь город… И, наконец, - сидящий в кресле человек улыбнулся ещё шире и посмотрел на расписной потолок, - защита Авагеи рухнет.

Херик закрыл глаза, наслаждаясь чем-то, происходящем лишь у него в голове. Затем улыбка вдруг исчезла, и он снова взглянул на Рогнара.

- Но, безусловно, это будет ещё очень нескоро. Ты знаешь сам, на его действие потребуется очень много времени.

- Да, ты прав. Я не подумал об этом.

- Я понимаю тебя, Рогнар.

"Нет, старый друг, ты меня не понимаешь", - хотелось ответить Рогнару, но он молчал. Они сидели и слушали ровный треск камина, смотрели на завораживающие языки пламени.

Наконец ушедший в себя Херик промолвил глухим голосом: "Ты можешь идти, друг". Алхимик поднялся и направился к выходу. Обернувшись в дверях, он последний раз посмотрел на Правителя Линозинцев. Фигура в кресле выглядела безумно усталой от этой жизни. Рогнар вдруг вспомнил, насколько Херик старше его самого и сколько он перенёс в прошлом. И только сейчас осознал, насколько стар на самом деле его друг. Понял, как он выглядел бы без зелий Силы и Жизни Первого круга, создававшихся в Первой лаборатории. Ему стало на душе безумно тяжело и тоскливо. Он обернулся и закрыл за собой дверь.

Лимонка:

Вернувшись в свой замок, Авагея первым делом начала разыскивать Арона. Нашла она его в подземелье среди оружия. Он рассматривал самое ужасное оружие, созданное Лемноном. Посмотрев в глаза Арону, Авагея увидела, то, что он счастлив.

- Авагея, я так рад, что ты пришла! Это оружие, ты посмотри на него, оно такое мощное, - подбежав к ней, он обнял ее. Но Авагея не могла веселиться, она не знала, как ей сказать Арону, что беда стучится к ним в дверь. Она сняла капюшон и посмотрела на огонь, все также горевший в камине.

- Арон! Послушай меня. Мы в опасности. Херик разработал зелье, которое может убить каждого и это зелье уже на наших землях, - сказав это, она опустилась на колени и закрыла ладонями лицо.

- Как? Почему ты мне раньше не сказала? Что нам делать? Авагея давай я соберу свое войско и пойду на линозинцев. Я убью Херика собственными руками! - при этих словах у Арона загорелись глаза. Он опустился на колени рядом с Авагеей, взял ее руку и шепнул ей на ухо: «Мы не умрем!» Авагея подняла свои глаза на Арона и сказала:

- Арон, пока не время убивать Херика, мы должны предпринять кардинальные действия против зелья!

Они встали, поднялись в главный зал, сели за стол и начали разрабатывать план.

- Так, первым делом надо дать всем людям по оружию. Они должны защищаться, вдруг Херик захочет на нас напасть! - сказав это, Авагея подошла к окну, в этот момент зашел Клек он принес вина. Авагея взяла два бокала вина и повернулась к Арону, в этот момент раздался грохот. Авагея и Арон повернулись и увидели, что Клек упал навзничь. Королева подбежала к нему, наклонилась и сказала:

- Он без сознания! Скорее всего, он слишком старый. Не буду больше его так грузить делами!

Арон подошел к Клеку, взял его на руки и унес. «Я думаю мне надо кого-нибудь послать и выкрасть это зелье, Арон…он подойдет!» - подумала Авагея. В эту минуту зашел ее друг и сказал:

- Все, я положил его отдыхать!

- Арон я хочу, чтобы ты разузнал все, что происходит, у линозинцев и выкрал зелье, - сказала Авагея и улыбнулась.

- Да, я согласен! Могу ехать уже сейчас.

- Нет, Арон не надо поезжай завтра утором, а сейчас я пойду к себе, я устала, - с этими словами она ушла, махнув рукой Арону. На следующее утро Авагея проснулась с прекрасным настроением и пошла к Арону. Арон сидел у себя и читал какую-то книгу, увидев, Авагею он встал и сказал:

- Я готов!

- Хорошо, ты можешь ехать. Будь осторожен, - с этими словами Авагея подошла к своему другу и поцеловала его в лоб.

- Я вернусь. Жди меня, - с улыбкой на лице сказал Арон и закрыл дверь.

Приехав на место, Арон увидел огромный замок, окутанный паутиной времени. Он выглядел устрашающе. Вокруг него стояло много охранников, но Арон их не боялся. Он мог быть невидим. Арон без проблем прошел мимо здоровенного охранника и очутился в подземелье. Там он увидел много колбочек наполненных разноцветными жидкостями. Рассматривая их, он вдруг услышал голоса и спрятался за стол, сделавшись опять невидимым. Это был сам Херик ещё с кем-то.

Necros:

Едва Рогнар скрылся за поворотом, как Моред вышел с другой стороны и направился к кабинету Херика. Он коротко стукнул и вошёл, не дожидаясь, пока старик пригласит его внутрь. На ходу он сказал:

- Повелитель, наша паутина была прорвана. Разрыв совсем небольшой – это мог быть какой-нибудь крупный зверь, но мог быть и человек. Я настоятельно рекомендую вам выпить зелья Жизни и Силы ранее срока, потому что если это и вправду был человек, и его не заметила стража, он может быть опасен, а вы сейчас слишком слабы.

Моред быстро проговорил всё это, встал перед креслом, загородив огонь, и выжидательно посмотрел на Херика. Тот устало поднял глаза на багрового алхимика. Острый взгляд Мореда буравил своего хозяина насквозь. Херик в очередной раз подумал, что он зря позволяет Мореду такие вольности, но правда была в том, что никто в замке не мог лучше этого человека готовить зелья Жизни и Силы. Он тяжело поднялся и последовал за Моредом.

- До завершения зелий нам необходимо ещё около часа, но сейчас мы должны спуститься в подвалы, чтобы взять оттуда рог и гриву единорога, проговорил алхимик.

- А ты не мог сделать это до того, как ты поднялся за мной, - вопрошающе взглянул на него Повелитель Линозинцев.

- Я хочу поговорить с вами. О Рогнаре.

- Я полностью доверяю ему, Моред.

- Повелитель, я знаю о вашей с ним дружбе, знаю, что когда-то вы с ним вместе сражались, но неужели вы не хотите замечать, как он изменился после того задания…

Херик внезапно круто повернулся, и его бездонные глаза оказались прямо напротив хищных глаз Мореда:

- Я ещё раз, и, надеюсь, последний, говорю тебе, алхимик: я полностью доверяю Рогнару, я готов доверить ему свою жизнь и готов отдать свою за него. Ты понял меня, Моред?

- Но Повелитель…

- Молчать! – Херик с замахнулся и с силой ударил по камню прямо рядом с головой Мореда. Камень затрещал. Даже без зелий, Херик был ещё очень силён, и сейчас его глаза излучали ярость и злость. – Мне надоела твоя наглость, алхимик. Не играй с огнём, если неспособен его закупорить.

Правитель отвернулся и зашагал дальше. Через пару секунд его догнал и Моред. Они зашли в подземелье, и спутник Херика пошёл вдоль рядов склянок в поисках нужных ингредиентов. Сам же Херик вдруг почувствовал что-то неясное, собрал волю и направил к глазам природную магию. Сразу проявились неясные тени, двигающиеся сквозь стены и обратно. Но среди них, возле стола, он увидел плотную неподвижную тень. Он засунул руку за пазуху, крепко сжал пару склянок между пальцами и двинулся вперёд…

Лимонка:

Арон спрятался за столом и увидел, как Херик и кто-то еще спускаются в подвал. "Что делать" - подумал Арон и решил выйти из-за стола. Когда он вышел, перед ним стояла фигура старика, но очень сильно и мощного. Он понял, что перед ним стоял Херик и посмотрел на него сверлящим взглядом, полным ненависти. "Я пришел и не уйду, пока не добьюсь своего " - сказал Арон и сузил глаза.

Necros:

Моред был на другом конце подвала и не слышал этих слов. Херик криво усмехнулся и вытащил руку из-за пазухи, держа между пальцами две склянки, поднёс их ко рту.

- Ты глуп, Нибелунг. Ты и вправду не уйдёшь отсюда. Теперь уже никогда. Ты сгниёшь здесь, а вскоре, - тут в его чёрных глазах что-то невероятно опасно и ярко блеснуло, и Арон вздрогнул, - вскоре сгниёт и твоя королева, Нибелунг, сгниёт... - Херик как-то с особой злобой смаковал это слово, и его интонации Арону не понравились, очень не понравились.