ЭКОНОМИКА УРФО
Стражи при бюджете
Заключать госконтракты на конкурсной основе на Южном Урале начали на пять лет раньше, чем в других регионах
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Галина Абакумова
ЧЕЛЯБИНСКАЯ ОБЛАСТЬ
ПО УРОВНЮ прозрачности и эффективности закупочных процедур среди регионов УрФО Челябинская область в 2007 году заняла первое место, что неудивительно: опыт работы с закупками по конкурсу на Южном Урале больше, чем вдругих регионах России.
Вообще для госзакупок ничего лучше конкурсных торгов не придумано, считает начальник Главного управления материальных ресурсов Челябинской области Виктор Чередников, побывавший на «деловом завтраке» в Южноуральском филиале «Российской газеты».
Российская газета | Виктор Леонтьевич, как меняется ситуация с размещением заказов? Много закупок производится без конкурса? Виктор Чередников | Динамика здесь положительная: 82 процента товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд закуплено на торгах. Этот показатель выше, чем в прошлом году, и продолжит расти, но 100 процентов не будет. Нигде в мире нет такой цифры. Мы используем мировой опыт, ничего от себя не добавляя. Лучше конкурсных торгов ничего не придумано. В Англии это делается уже более полутора веков.
РГ | А в России?
Чередников | Федеральный закон по госзакупкам вышел только в 2005 году, а у нас в Челябинской области — на пять лет раньше, еще в начале 2000 года. Потом был принят второй областной закон — его жизнь закончилась с появлением федерального. Три четверти того, что содержится сегодня в 94-м Законе, было в нашем. Новый федеральный закон в целом - благо для России, одна-
ко многие его положения приняли сырыми, недоработанными и начали выправлять в процессе реализации.
РГ | Что вы имеете в виду?
Чередников | Хотя бы введение административной ответственности за нарушения в сфере госзакупок. Штрафы для физических лиц — 30 и 50 тысяч рублей, причем индивидуальную ответственность несут все члены конкурсной комиссии. Для юридических лиц штрафы на порядок больше. Что такое 50 тысяч для сотрудника, у которого зарплата восемь тысяч? Федеральная антимонопольная служба, не только в Челябинской области, но и в других регионах, принимает решения о штрафах, а суды потом их отменяют, потому что несоизмеримо деяние и материальное благосостояние человека, на которого накладывают такой штраф. Большего административного наказания в денежном выражении, чем за нарушения в области госзакупок, нет — ни за хищения, ни за нарушения правил дорожного движения.
РГ | Возможно, это компенсация тяжести последствий от нарушения?
Чередников | Дело в другом. Авторами закона были в основном антимонопольщики, главная цель которых — создание конкуренции, даже в ущерб качеству закупаемой продукции. В результате закон получился однобокий. Один из авторов, с которым мы знакомы, так и говорил, что они не ставили целью защиту бюджетополучателей.
РГ | Много ли удается сэкономить по итогам торгов?
Чередников | Некоторые регионы озвучивают цифры просто нереальные, в которые не очень-то верится. У нас в Челябинской области экономия примерно на среднероссийском уровне. Мы давно работаем в этой системе, и бюджетополучатели у нас уже обучены. Ни один не будет подавать заявку, не исследовав конъюнктуру. Из года в год мы закупаем практически одно и то же, и уже все расходы минимизированы. Слишком занизить цены тоже нельзя, потому что легко можно развалить конкурс. Важно, что сейчас федеральное законодательство разрешило бюджетополучателям использовать сэкономленные средства на другие нужды. Это положение было в нашем областном законе, а федеральный сначала запретил, а потом разрешил. Ведь если этого не будет, бюджетной организации безразлично, по какой цене покупать.
У нас еще есть резерв экономии — это объединение закупок. Думаю, в России эту схему только через год-два начнут применять. Например, приобретаем мы автомобили для милиции, образования, социальной сферы, покупать машины не по одной-две, а брать сразу 100—150. для всех. В этом случае продавцы нам делают скидку за опт.
Сейчас много заключается таких контрактов, и деньги идут из разных источников — федеральных, областных, муниципальных. Чтобы все объединить, требуется особая процедура, но и она уже отработана. Все можно планировать заранее: бюджет областной принят еще в октябре 2007 года. Деньги есть, расписаны по кварталам, но некоторые бюджетополучатели до сих пор не спланировали размещение заказов.
РГ | По этой причине в конце года остаются неосвоенными бюджетные деньги?
Чередников | Да, только по этой причине. С момента подачи заявки прибавьте еще 45 дней — процедура конкурса долгая.
РГ | Давайте попробуем разобрать конкретный пример: некая фирма подрядилась провести благоустройство территории одной из больниц, выиграла конкурс, но затем оказалось, что она не имеет собственных оборотных средств и не в состоянии исполнить взятые обязательства. В результате контракт расторгнут, фирма внесена в реестр недобросовестных поставщиков. Прокомментируйте, пожалуйста, почему так произошло?
Чередников | Это один из самых существенных изъянов федерального закона: сегодня конкурс может выиграть фирма, не имеющая даже двух стульев, не то что достаточных оборотных средств. Победив в конкурсе, начнет затягивать под разными предлогами исполнение контракта, вступит в переписку. За это время фирма может найти субподрядчика, который реально выполнит работу. Закон Челябинской области предусматривает, что на этом рынке — товаров, работ, услуг — фирма должна иметь соответствующий опыт работы и финансовые возможности для выполнения контракта. В противном случае мы ее не допускаем до бюджетных ресурсов. Есть и другие примеры по уклонению от исполнения контракта. Приходят три разных организации, мы понимаем, что они заодно. Если заказ хороший, нам целый спектакль устраивают: победила одна фирма, потом она в течение определенного срока отказывается по каким-то причинам, потом следующая отказывается. Мы видим, что нас «разводят», говорим об этом правоохранителям, но санкции за аффилированность не предусмотрены. А происходит это в первую очередь из-за того, что мы стоим на разных позициях с контролирующими органами — с ФАС. Я убежден, это неправильно.
РГ | Но вы же внесете эту фирму в реестр недобросовестных поставщиков?
Чередников | Во-первых, еще надо постараться это сделать: оформить много бумаг, пройти арбитражный суд. Главное — таким фирмам-однодневкам совсем не страшно попасть в реестр. Два года мы их не допустим до госзакупок - ну и что? Мы загнаны в рамки. Наша роль сводится к соблюдению процедуры того закона, который это регламентирует. Быть на стороне поставщиков — не моя работа. Моя забота — максимально эффективно использовать деньги Челябинского областного бюджета на нужды бюджетополучателей. Мне все равно, откуда привезут товар — из Америки, Казахстана или из Тывы. Заказчик несет ответственность перед своим непосредственным руководством, перед контрольно-счетной палатой. Она может провести проверку и спросить: почему стаканы заказали позолоченные? Мое дело — если заказчик хочет купить эти стаканы, организовать по ним торги.
РГ | А на каком этапе контролирующий орган вмешивается?
Чередников | Да в конце, когда уже все куплено.
РГ | Процедура проведения госзакупок очень сложная, не везде есть обученные специалисты. Помогаете ли вы тем же муниципалитетам решать эту проблему?
Чередников | У нас школа хорошая и практический опыт. Мой заместитель Сергей Сушков одним из первых в России защитил диссертацию по госзакупкам, по новому федеральному закону. Обучаем и своих специалистов постоянно, и муниципальных, и даже федеральных служащих. Последние до 2006 года вообще не были обучены проводить закупки. Занятия проводим прямо на базе нашего управления, непосредственно в зале для торгов. Считаю, наш уровень преподавания ничем не отличается от того, что в Москве или Санкт-Петербурге.
РГ | Ваши специалисты не уходят в бизнес?
Чередников | Конечно, уходят. Грамотные специалисты по закупкам будут востребованы в любой отрасли экономики. Система госзакупок абсолютно приемлема и для акционерных обществ. Самые крупные наши предприятия, металлургические гиганты успешно внедряют у себя конкурентные способы закупки продукции. Коммерсанты, подготовленные нами же, грамотно пишут жалобы и на нас. Но мы и на это согласны — с безграмотными общаться уж совсем плохо.
