Деревенская эпопея «Сами с усами»
Конец мая 1968 года. В классе шумно, гул голосов слышен даже из коридора. Собираюсь с мыслями, вхожу. За партами - мои одноклассники, их родители. Все взгляды устремляются на меня. Через несколько мгновений «разновозрастный улей» снова загудел. На родительском собрании обсуждали вопрос: разрешат ли нам провести летние каникулы за 150 км от дома - в деревне, где мы планируем трудиться и отдыхать.
Всю эту кашу заварила я, комсорг класса. Очень хотелось провести последнее школьное лето со своими одноклассниками. Да так, чтобы запомнилось на всю жизнь. Причём, не клянчить деньги у родителей, заработать самим.
Вспомнила, что прошлым летом отдыхала у подруги в красивейшем месте нашей области: чёрёмуховые заросли, полноводная речка, цветочные полянки. Рядом – совхоз, где можно поработать. Дозвонилась до директора. Моё предложение его заинтересовало. Договорились о встрече. Вместе со школьной вожатой, которая лишь на 2 года старше меня, съездили в далёкое хозяйство, уладили все оргвопросы. Теперь предстояло убедить родителей. Этот момент настал.
Я рассказала, как планируем жить в трудовом лагере, где он расположен и т. д. Чья-то мама выдвинула весомый аргумент против: «Вот вшей там заведёте!» Ей вторила другая: «Моя Наташа и так худенькая, а кто там позаботится о питании?» Наташа умоляюще смотрела на маму. «Не пущу!»- стояла на своём родительница единственного чада. «Уж больно далеко хотите заехать!»- подлил масла в огонь папа После бурных дискуссий, при помощи классного руководителя Инны Валентиновны (она, в самом деле, была очень классной!) удалось получить благословение мам и пап. С условием, что через какое-то время к нам в лагерь приедет учитель труда и будет присматривать за нами.
Вскоре к нашему 9-му А (вернее уже 10-му) захотели присоединиться «бэшки» и «вэшки». Желающих набралось человек 30. Утром, 3-го июня, мы встретились на остановке с рюкзаками за плечами. Розовела заря, чирикали птицы. Наша шумная компания привлекала внимание прохожих, они с любопытством оглядывались на нас. Родители, пришедшие провожать путешественников, давали последние наставления.
Автобус быстро домчал до соседнего города, там пересадка на поезд. На вокзале мы сели в круг и выложили на общий «стол» свои припасы. Бутерброды и чай из термоса казались вкуснее обычного.
И вот снова в пути. За окном – полустанки, лес и озёра. Очень романтично. Впервые путешествуем одни. Из взрослых с нами только пионервожатая. Та самая, чуть старше нас. Приближаемся к остановке «405-й километр». Стоянка 2 минуты. Объявляю «боевую» готовность. Все ринулись с вещами к выходу, пришлось упорядочить «стихию». Вот и Орловка. Но путь к цели ещё не закончился. На пароме держим путь во 2-е отделение совхоза. Никто из моих одноклассников на таком виде транспорта прежде не передвигался. Необычная посудина медленно скользит по водной глади, ветер освежает разгорячённые лица. Любуемся пейзажем, дух захватывает от такой красоты! Наконец причалили. Еще предстоит пройти с тяжёлыми рюкзаками примерно километр.
Деревня оказалась совсем маленькой, состоящей из одной улицы. Клуба и медпункта нет, только контора управляющего отделением. Зато рядом река, сосновый бор и 2 озера.
Нас поселили в 2 пустующих деревенских дома. Мальчишки - в одном, девчонки – в другом. Обустраивались без помощи посторонних: вымыли пол и окна, обмазали глиной старую печь (на ней потом готовили по очереди обеды, в совхозной столовой нам не понравилось). Очень устали. А утром в 8 часов вышли на работу в овощеводческую бригаду.
Работа была не сложной, но на жаре выполнять её было непросто. Пять человек садились на тракторный прицеп и в специальные крутящиеся диски вставляли капустную рассаду. Остальные шли следом, подправляли молодые ростки. Потом мы менялись ролями. Нам попалась очень добрая бригадирша тётя Стеша. А механизаторы молодые и весёлые - Гречкосей и Машков (это у меня всё в дневнике записано).
Работали по 4 часа ежедневно, согласно Трудовому кодексу, ведь мы несовершеннолетние. Остальное время купались в речке, загорали, удили рыбу. Я захватила с собой ласты. Так здорово было плавать в них каждый день! Вечером около дома устраивали танцы. В дождливую погоду чаёвничали, вели беседы. С каждым днём открывали друг в друге что-то новое. Жизнь бок о бок, без школьной суеты открыла новые грани. Словом, деревенская жизнь нам нравилась. Кстати, вожатая через три дня «улетела на крыльях любви». Её парень вернулся из армии. «Трудовик» по каким-то причинам в Орловку так и не приехал. Мы остались одни, без взрослых. Сами себе хозяева.
Всё шло хорошо. Только однажды случилось происшествие. Деревенские парни пригласили нас на вечер в клуб - за 2 км в соседнее село. Гордо отказались, пошли спать. Но сон нарушили отверженные кавалеры: разбили окно. Пришлось бежать к дому, где жили наши мальчишки. Трое из них помогли нам забить фанерой повреждённую раму, остались ночевать, чтоб мы не боялись. Вскоре многие девчонки подружились с деревенскими. Больше никаких происшествий не случалось.
А впрочем, серьёзное испытание всё же нагрянуло. Через три недели у меня случился приступ. Острая боль не давала встать. В деревне, как я уже упоминала, медпункт отсутствовал. Мои однокашники не растерялись, перебудили всех, кого нужно (это было поздним вечером), сбегали в контору, по телефону вызвали «скорую», встретили её у парома. Меня переправили на левый берег в, в местной больнице сделали операцию – вырезали аппендицит. Так, раньше времени, закончилась для меня деревенская эпопея.
Лежу, бледная и немощная, в палате, мрачные мысли одолевают. И вдруг через открытое окно на кровать падает букет полевых цветов. Одноклассники явились целой толпой. Пока лечилась, по вечерам они меня навещали, днём продолжали работать.
Бедной маме моей пришлось ездить ко мне с передачками за 150 км. Она работала в разные смены по скользящему графику, выкраивала время, как могла. Через 2 недели после операции приехала за мной на автомобиле вместе с дядей Толей (её братом). Шов ещё побаливал, но я была счастлива. Столько впечатлений и воспоминаний! Ещё и денег заработала. Довольны были и мои однокашники. Победителями вернулись домой да ещё не с пустыми кошельками. Родители гордились своими детьми: шутка ли, одни, без взрослых, жили вдалеке от дома, трудились и отдыхали. И товарища, то бишь меня, в беде не бросили.
